В интересах Рода

Поттер прижимался к туловищу фестрала и старался не отпустить его черной гривы, несмотря на замерзшие и уставшие пальцы рук. Сейчас, оглядываясь на своих друзей, которых, так же как и его, несли в Лондон на своих спинах эти необычные животные, Гарри подумал о том, как хорошо, что он перестал заниматься окклюменцией со Снейпом и не прервал ментальной связи с Волдемортом. Он не имел представления, почему директор Дамблдор так настаивал на изучении особой науки – магической защиты ума от проникновения извне. Ведь это Гарри тайком пробирался в мысли Волдеморта. К тому же эта способность оказалась весьма полезной. В прошлом году он спас отца Рона – Артура Уизли, когда того укусила Нагайна. Если бы у Гарри не было такой возможности, Артура, скорее всего, нашли бы слишком поздно, и он бы умер. И вот теперь… Волдеморт захватил его крестного – Сириуса Блэка – и держит в Министерстве Магии в Отделе тайн. Что тому нужно от Сириуса, Поттер так и не понял, но поспешил на помощь крестному. Друзья его поддержали и не оставили одного. Попасть в Министерство Магии шести подросткам удалось на удивление просто. Их никто не задержал на входе. Никто не остановил, пока они спускались на лифте и шли по коридорам. Никто не запер дверь в самый необычный и засекреченный отдел Министерства – Отдел тайн. Они добрались-таки до комнаты, которая была в видении Гарри – с огромными стеллажами, уставленными маленькими пыльными стеклянными шариками. – И что дальше? – Рон Уизли говорил шепотом, невзирая на шум от гулкого топота, сопровождавшего их всю дорогу по Министерству. – Гарри сказал, что видел Сириуса возле девяносто седьмого ряда, – ответила на его вопрос Гермиона Грейнджер. – Сириус, – негромко позвал Поттер. Ему, как и Рону, почему-то казалось, что кричать в этой комнате как-то не очень уместно. На зов никто не откликнулся, а друзья уже определились с направлением и потянули Гарри по проходу к девяносто седьмому ряду. Но и там Блэка не было. Там вообще никого не было, кроме них шестерых. Рона привлекла надпись под одной из загадочных сфер на полке: «С.П.Т. – А.П.В.Б.Д. Тёмный Лорд и (?) Гарри Поттер». Никто из ребят не знал, что бы это могло означать, и Поттер, не задумываясь, взял странный теплый шарик в руки. Вот тут-то все и началось. Откуда ни возьмись, за их спинами оказался Люциус Малфой, а вокруг из теней выступили одетые в черные плащи и белые маски Пожиратели Смерти. Не меньше десяти волшебных палочек нацелились на группу подростков. – Отдай его мне, – Малфой говорил спокойно и, уверенно протягивая к Поттеру руку ладонью вверх, неспешно подходил ближе. – Отдай пророчество. Гарри сразу понял – Сириуса здесь нет, Волдеморт сумел его обмануть и заманить в Министерство Магии. В момент прозрения он жалел только о том, что попался не один, а привел сюда и своих друзей, которые теперь могут из-за этого пострадать. Силы были неравными, но подростки постарались уйти от приспешников Волдеморта. Торопливо перемещаясь из зала в зал, они отступали, уворачиваясь от заклинаний Пожирателей Смерти. Ребята разделялись на пары и тройки, а потом опять сходились в очередной комнате. В зале со странной аркой они снова собрались все вместе, но на этот раз по независящим от них обстоятельствам. Поттер находился внизу своеобразного амфитеатра, составленного из каменных блоков-сидений, поднимавшихся от центра, где на небольшой платформе возвышалось необычное сооружение – арка, прикрытая драным занавесом. Гарри единственный не был лишен свободы передвижения. Всех его друзей уже захватили Пожиратели Смерти. Они встали вокруг него, держа их перед собой и приставив каждому к горлу волшебные палочки. Это был самый жуткий миг для Поттера – увидеть друзей в непосредственной опасности. Люциус Малфой, не обремененный заложником, приблизился к нему все с тем же предложением – отдать ему пророчество. Гарри задумался лишь на пару секунд, а затем протянул руку с ритмично пульсирующим шариком к Малфою, но у Беллатрисы Лестрейндж, известной своей неуравновешенностью, сдали нервы, и она послала в Поттера убивающее проклятие. Все остальное произошло почти одновременно, буквально за несколько мгновений. Один из Пожирателей Смерти, державший Рона Уизли, отшвырнул того в сторону с криком: «Нет, Поттер!» А затем, подставляя свою спину под летящий зеленый луч от Беллатрисы, он прыгнул на Гарри, стараясь сбить его с ног, по пути заклинанием отбросив в сторону Малфоя. В то же время в зал ворвались члены Ордена Феникса и быстро освободили заложников, развязав бой с Пожирателями и оттеснив их от ребят. Сириус Блэк с ревом: «Гарри!» – кинулся к Поттеру и Пожирателю Смерти, придавившему того собой, но по счастливой случайности оставшемуся живым и уже поднимавшемуся с пола. Малфой все еще лежал на каменной скамье без сознания. Гарри смотрел, как в воздухе тает дымка, выплывшая из разбитого шарика с пророчеством. А Блэк, не разобравшись, что к чему, и все еще не понимая, что возле Поттера делает Пожиратель Смерти, со всего маху ударил противника кулаком в лицо, отчего с того слетел капюшон и белая маска. – Сев? Я не знал, что это ты! Больно? – заботливый голос Сириуса гулким эхом разнесся по всему залу. – Пошел к дракклам, Блэк! – Северус Снейп еле удержался на ногах после удара. Он тряхнул головой и живо окинул взглядом арену боя. – Забирай Поттера и вали отсюда! Но выполнить его команду Сириус не успел. Люциус Малфой очень не вовремя пришел в сознание и, получив поддержку от Беллатрисы и подтянувшихся к ним следом за ней Нотта и Макнейра, озвучил решение: – Пророчество потеряно для нас! Захватить мальчишку и отправить к Повелителю! – Я всегда говорила, что ты предатель, Снейп! – от визга леди Лестрейндж заложило уши. Северус, не спуская глаз со своих бывших соратников, толкнул Поттера себе за спину. С другой стороны их прикрывал Сириус. Вдвоем – Гарри не в счет – против четверых матерых Пожирателей. Расклад выходил не слишком удачный. Но бой все равно пришлось принять. – Поттер должен остаться живым! – выкрикнул Малфой, стараясь обезвредить Блэка. Снейпу же достались сразу трое противников. Он успевал только блокировать их заклинания и уходить от них, все время таща за собой и заслоняя от Пожирателей вырывавшегося Поттера. – Да уймись ты, герой! – не выдержал Снейп, обращаясь к Гарри. Этот миг, на который пришлось Северусу отвлечься, успокаивая Поттера, чуть не стоил им обоим жизни. В Гарри, высунувшегося из-за укрывавшей его спины, полетел красный луч Ступефая, а самого Снейпа зацепило Секо. Но Северусу некогда было думать о боли в бедре, он видел – если заклятие достигнет Поттера, тот моментально влетит в Арку смерти. Без вариантов. И во второй раз за сегодня он просто бросился на Гарри, сбивая с ног за долю секунды до того, как красный луч отправил бы его в небытие. Подняв взгляд на противников после падения, Снейп лишь с силой втянул воздух в легкие и зашипел от бессилия. Заклинание Беллатрисы попало прямо в грудь Блэку и опрокинуло того в Арку, от которой мгновение назад чудом был спасен Поттер. Гарри не сразу понял, что произошло. Но по реакции Беллатрисы и остальных Пожирателей, на миг застывших каменными изваяниями, он догадался – случилось что-то страшное и непоправимое. Подоспевшие члены Ордена Феникса оттеснили от них Пожирателей Смерти. А до Гарри наконец-то дошло, что Блэк так и не показался с другой стороны странной Арки. Он пытался кинуться следом, но Снейп, а потом и Люпин, оттянули его от древнего артефакта. Как он гнался за Беллатрисой Лестрейндж, как появились Волдеморт и Дамблдор, как они сражались в магической дуэли – ничего этого Гарри практически не помнил. Он даже не заметил, как добрался до штаба Ордена Феникса на Гриммаулд Плейс, дом двенадцать.

* * *

Очнулся Поттер среди ночи на кровати в своей с Роном комнате в особняке крестного. Почему-то в ушах стоял злой голос Снейпа, приказывавшего ему открыть рот. Пошевелив языком и облизав губы, Гарри сообразил, что его поили какими-то зельями, привкус которых еще оставался во рту. Полежав немного, он понял – снова уснуть не удастся. Боль от осознания того, что Сириуса больше нет, тугим клубком примостилась где-то рядом с сердцем. Но она уже не рвала его на части и не заставляла Гарри кричать от бессилия и злости на себя самого за глупость, стоившую его крестному жизни. «Я, и только я, виноват в случившемся», – корил он себя. И в этот миг его пронзила тревожная мысль: «А как там ребята? Рона нет в комнате. Что с ним произошло? Где Гермиона и Невилл, они ведь были ранены?» – это Гарри помнил хорошо. «А Джинни и Луна?» – Поттер решительно поднялся и, обнаружив, что спал полностью одетым, лишь облегченно вздохнул – значит, не надо волноваться об одежде. Он, не утруждаясь поиском своих ботинок, босиком отправился проверить покои, где всегда останавливались Гермиона и Джинни. Спальня оказалась пустой. В сердце начал закрадываться противный и липкий страх, что он один в этом огромном доме, и тут, кроме него, нет ни единой живой души. Гарри спустился на первый этаж и прошел в кухню, чтобы попить воды и чуть успокоиться. Там было так же темно и пусто, как и в тех комнатах, куда он уже заглянул по пути. Истерика незаметно подкралась к нему, захлестнула упругой волной безнадежности, и Гарри, усевшись на стул в холодной мрачной кухне, принялся тихонько поскуливать, как побитый пес – его опять бросили, его все презирают за то, что он по глупости навлек опасность на стольких людей, его заперли одного в этом древнем доме, потому что он никому больше не нужен. Неожиданно загорелся яркий свет, почти болезненно полоснув по глазам, и такой знакомый и ненавистный голос грубо поинтересовался: – Поттер, что это за комедия? Здесь нет зрителей, так что прекратите самоуничижение! Вы не привидение, чтобы завывать по ночам. Никто вас не слышит, а следовательно, и жалеть не станет! – Снейп подошел к нему и, схватив железной хваткой за плечи, резко поднял со стула, предварительно основательно встряхнув, как старый половик. Гарри, широко раскрыв глаза, посмотрел на Снейпа, и осознание того, что он в этом доме заперт не один, а с этим злобным ублюдком, не принесло ему радости. «Зато есть на кого поорать», – решил Поттер, что, не задумываясь, и воплотил в жизнь: – Оставьте меня! – Гарри вырвался из захвата крепких рук и отскочил на пару шагов назад. – Что вы делаете в доме Сириуса? Кто вас сюда пустил? Где остальные? – Поттер, с чего вы взяли, что я отвечу на ваши глупые и бестактные вопросы? – Снейп круто развернулся и направился прямиком к плите, где, абсолютно не обращая внимания на замершего с открытым ртом негодующего Гарри, начал готовить себе кофе. – Это дом моего крестного, и я имею право задавать вам вопросы! – в голосе звучала уверенность в собственной правоте. – Неужели? А что будет, если я не стану на них отвечать? Позовете своего крестного? – яд капал с языка Снейпа на кровоточащую рану в душе Поттера. – Как вы смеете? Он был в сто раз лучше вас! А вы… – Гарри захлебнулся от возмущения. – А что я? Что я? А вы, Поттер? Вы смеете? Вы подвергли опасности пятерых учеников Хогвартса. Вы называете себя их другом? Вы – здесь, а трое из них – в больнице Святого Мунго! Так что прекратите истерику и идите спать! Вы уже порядком сегодня натворили! – желваки так и ходили ходуном на скулах Северуса, а глаза светились откровенной злостью и презрением. – Марш, я сказал! Утром побеседуем, когда вы достаточно успокоитесь. Снейп снял с огня закопченную джезву, в которой быстро поднялась шапка кофейной пены. Аккуратно вылив кофе в заранее приготовленную чашку, он сел за стол, стараясь не замечать застывшего рядом соляным столпом Поттера. Сделав несколько крохотных глотков обжигающего напитка, Северус тихо произнес: – Иди спать, Гарри. И не добавляй мне хлопот, пожалуйста. День был очень трудным. Завтра поговорим. Поттер даже вздрогнул от неожиданно спокойных слов из уст вечно саркастичного Снейпа. – А как там… – Они поправятся. Иди спать, – Снейп вернулся к своему кофе.