В интересах Рода

В гриффиндорской гостиной царила суета. На сегодня был намечен последний перед Хэллоуином поход в магическую деревню Хогсмид. Все обсуждали свои будущие покупки, делились мнением, на какие приобретения стоит потратить деньги, а что покупать вообще не следует. Из-за несчастного случая с Кэти Белл, произошедшего на прошлой неделе, теперь всех выходивших из школы и возвращавшихся из деревни будут проверять на наличие запрещенных предметов. Этим займутся профессора, направленные в помощь завхозу Филчу, который с подобными проверками обычно справлялся в одиночку. Студенты были, как никогда, расстроены создавшимся положением, ведь при таком раскладе пронести в Хогвартс пару бутылок сливочного пива на праздник становилось делом весьма затруднительным, если не сказать – невозможным. И вот посреди этих шумных рассуждений и сетований прозвучал очередной недовольный возглас: Рон наконец-то понял, что в Хогсмид доведется идти без Поттера. А это значило, что в «Трех метлах» придется расплачиваться самому или же отказаться от посещения паба, иначе денег на прикольные сладости практически не останется. – Вот где можно так долго шляться? А? Гермиона, почему, когда он нужен, он опять исчез? – возмущался Рон, переживая из-за собственной финансовой несостоятельности. – Как думаешь, к десяти часам, когда наш факультет отправится в Хогсмид, Гарри уже появится? – Я бы на это не надеялась, – ответила та, волнуясь совсем по иному поводу – ее тревожила таинственность, окутывавшая внезапную пропажу друга. – Рон, до десяти еще есть время. Давай сходим к профессору Снейпу. Вдруг он знает, где Гарри и что с ним стряслось? – Что-о?! К Снейпу?! У тебя все в порядке с головой? Да я ни за какие деньги не подойду к этому… профессору по своей воле, – Рон, хоть и не без усилий, но удержался от недоброго эпитета в адрес Снейпа, потому что помнил, как всегда в таком случае заводилась Грейнджер и ругала его за неуважение к преподавателю. Не хватало ему еще сегодня поучений для полного набора неприятностей. – Так мне, что, самой идти? – растерянно спросила Гермиона. – Профессор МакГонагалл сказала, что Гарри на лечении. Выходит – с ним случилась беда? – Раз директор не посчитал необходимым даже декану факультета говорить, где сейчас Поттер, то почему ты уверена, что Снейп тебе что-то объяснит, если и знает? Не будь наивной. Если бы Гарри хотел, чтобы мы узнали, где он находится, то нашел бы способ нам об этом сообщить. Полагаешь, он не вернется до десяти часов? – Рон снова вспомнил о своих денежных затруднениях. – Нет. Не вернется. Гермиону рассердило его столь эгоистичное отношение. С самого первого дня учебы в этом году Уизли вел себя странно. Он вроде бы и помирился с Гарри, но все равно во всем его поведении нет-нет, да и прорывались корысть и некоторая снисходительность в адрес Поттера. Идти в подземелья на поиски профессора Снейпа в одиночку Гермиона не рискнула. Она не слишком надеялась в субботу застать декана Слизерина в рабочем кабинете, понимая, что и преподавателям положены выходные дни, а где расположены его покои, не имела представления. Расспрашивать же слизеринцев было не только бесполезно, но и опасно, мало ли что им взбредет в голову. Но Гермионе повезло встретить Снейпа на выходе из школы, когда она с ребятами с факультета направлялась в Хогсмид. – Профессор Снейп, не могли бы вы помочь мне? – чуть смущаясь, обратилась к нему Гермиона. – Вы знаете, что случилось с Гарри? Мы беспокоимся. Где он? Северус окинул ее внимательным взглядом. Было похоже, что она действительно тревожилась за его подопечного. – А кого вы, мисс Грейнджер, подразумеваете под «мы»? Или это вы так себя величаете? – осведомился Снейп, с прищуром взирая на немного растерявшуюся от его вопроса студентку. – Себя и Рона, – не подозревая подвоха, отозвалась та. – Того самого Рональда Уизли, который пару секунд назад с гиканьем и придурковатым смехом, будто ему четыре года, пробежал через холл? – ехидно уточнил Северус, но, уловив виновато потупленный взор Гермионы, сжалился над ней. – Мисс Грейнджер, я убежден, что вы искренне переживаете о Поттере. Прошу в дальнейшем – говорите только за себя. Не нужно приписывать несуществующие добродетели мистеру Уизли. Поттер болен, но, уверяю вас, его жизни уже ничего не угрожает. К понедельнику, надеюсь, он поправится и в относительном здравии приступит к занятиям. Будьте добры, никому не рассказывайте о том, что я вам сообщил. Даже «сильно переживающему» Уизли. При желании он и сам может подойти и поинтересоваться самочувствием Поттера. – Хорошо. Спасибо, профессор Снейп, – на миг замявшись, Гермиона спросила: – Вы же увидите Гарри? – уловив едва заметный наклон головы, она попросила: – Если можно, передайте ему привет и мои пожелания скорейшего выздоровления. – С удовольствием выполню вашу просьбу, мисс Грейнджер. Вас уже ожидают, – Снейп кивнул на Уизли, стоявшего в стороне и бросавшего на них косые нетерпеливые взгляды. Северус не удержался и, прежде чем развернуться и направиться в личные покои, послал Рону в ответ уничижительно-презрительную ухмылку, больше походившую на зловещий оскал.

* * *

Апартаменты декана Слизерина встретили хозяина звенящей тишиной. Снейп снял мантию и кинул ее на спинку дивана. Все старшие ученики его факультета отправились в Хогсмид, а младшие курсы усажены за уроки на следующую неделю. Никто не должен его побеспокоить по крайней мере еще часа два. Значит, можно расслабиться и уделить время и внимание Гарри. Зайдя в спальню, Северус застал Кричера устроившимся в кресле возле кровати и пристально наблюдавшим за Поттером. – Сиди, Кричер, – махнул он рукой на пытавшегося освободить ему место старого домовика и шепотом поинтересовался состоянием здоровья Гарри: – Как он? – Идет на поправку. Зря вы, мастер Снейп, не слушаете Кричера. Ваша магия лучше всяких зелий поможет хозяину справиться с восстановлением. Неужели вам так трудно подержать его в объятиях? – прошептал домовик, укоризненно покачав головой. Он все же слез с кресла и сказал: – Я пойду приготовлю хозяину вкусный и полезный обед. Что мастер Снейп закажет для себя? – Мне без разницы. У тебя все выходит вкусно, – Северус решил похвалить эльфа, который очень сильно помог ему в последний день. Кричер посмотрел на Снейпа долгим изучающим взглядом и, кивнув каким-то своим мысленным выводам, тихо, чтобы не разбудить Гарри, исчез.

* * *

Поттер спал почти до самого полудня. Затем Снейп устроил ему водные процедуры, отнеся на руках в ванную и ухмыляясь, когда тот стеснялся раздеваться. В результате Гарри купался в плавках, которые потом пришлось высушить прямо на нем, чтобы не намочить постель. Позже, выпроводив из комнаты Северуса, он облачился в чистую одежду, принесенную Кричером. – Ты не против, чтобы мы пообедали немного раньше, чем это принято в школе? – поинтересовался Снейп, когда Поттер, вымытый и переодетый, облегченно привалился к подушке, приставленной к спинке кровати. – Вам нужно будет присутствовать в Большом зале. Я понимаю, поэтому абсолютно не против поесть чуть раньше, – лениво протянул Гарри, разморенный после горячего душа. На этот раз Поттеру позволили самостоятельно держать кусочек хлеба, а ложкой в его тарелке по-прежнему орудовал Северус. – Не кривись. Ты когда-то заикнулся, что тебе нравится, как я называю тебя ребенком. У тебя сейчас есть прекрасная возможность даже побыть малышом, которого кормят с ложечки, – выдал Снейп на неуверенные протесты по поводу ситуации. На это заявление Гарри так фыркнул, что едва не подавился очередной порцией куриного супчика. Он попытался что-то пробормотать в свое оправдание, а Северус лишь покачал головой и беззлобно сделал замечание: – Ешь молча, не то обольешься. Тебе мисс Грейнджер передавала привет и пожелания скорейшего выздоровления. Снейп наблюдал, как Поттер на миг застыл, переваривая услышанное, а затем довольно заулыбался. – Они все-таки интересовались. А о чем Рон спрашивал? – Прости, если огорчу, но твое самочувствие волновало исключительно мисс Грейнджер, надоедавшей своими вопросами профессору МакГонагалл и мне. Мистер Уизли был слишком занят мыслью о походе в Хогсмид, – в тоне Снейпа прорезалось презрение. – Да? Ну ладно. Герми всегда была более чуткой, – почти безразлично пожал плечами Поттер. – К тому же Рон ведет себя странно с самого начала учебного года, – заметил он и продолжил есть. – Я бы сказал, что мистер Уизли и раньше себя странно вел. Чего стоят его выступления летом в Блэк-хаусе. Гарри, я понимаю – он твой друг, поэтому не буду ничего конкретного упоминать о нем, иначе… – Вам не нравится Рон, – Поттер кивнул, принимая мнение Снейпа к сведению. – Если честно, то в последнее время он и мне скорее в тягость, чем в радость, – Гарри откинулся на подушку, отказываясь доедать суп. – Я наелся. Рон нервный какой-то стал. Он и раньше мог взорваться на пустом месте, а сейчас так и вовсе не следит за своим языком. У него уже здесь, в школе, опять был припадок, как в Блэк-хаусе. Кричал, гадостей нагородил, а потом тряс головой и заявлял, что не знает, как у него это вышло. Но так же не бывает? Разве можно говорить и не соображать, что мелешь? – Случается и такое. Постарайся быть осторожным и внимательно присматривай за Уизли, когда он в столь перевозбужденном состоянии. Как бы от слов он не перешел к действиям, – задумчиво посоветовал Снейп, усиленно анализируя услышанное от Гарри. – Если с ним подобное повторится – скажешь мне. Не исключено, что все намного серьезнее, чем кажется на первый взгляд. – Он болен? – Давай не станем делать выводы после двух скандалов. Или это происходит постоянно? – Северус умолк, ожидая ответа. – Да нет, в школе я наблюдал только однажды. Я его встряхнул, и он успокоился. А можно мы о чем-нибудь другом поговорим? – Гарри чувствовал себя неуютно, рассуждая об Уизли, отношения с которым так и не вернулись к тем дружеским и доверительным, какими были еще в прошлом году. – О чем? – Снейп сел обедать рядом с постелью Поттера, чтобы иметь возможность продолжить с ним беседу. – О пророчестве. Северус, не нужно так настораживаться. Я просто пытался разобраться, но у меня никак не складывается цельная картинка. Я вам расскажу, а вы поправите меня, если я допущу ошибку. Хорошо? – Гарри смотрел с надеждой, что ему помогут докопаться до истины. – Рассказывай, – Снейп взмахнул вилкой в сторону Поттера, словно отдавал команду. – Вот многие знают пророчество, которое якобы обо мне произнесла Трелони. Да? – вопрос был риторическим. – О том, что на исходе седьмого месяца родится тот, у кого хватит могущества победить Темного Лорда, и Темный Лорд отметит его как равного себе. Вроде как-то так. Я уже не заморачиваюсь, почему вдруг выбрали именно меня на роль победителя. Будем считать, что мой шрам, – Гарри коснулся пальцами лба, указывая на отметину, – подтверждение правильности этого выбора. Но что дальше? Может быть, я уже выполнил то дрянное пророчество, когда остался в живых в годовалом возрасте? Все утверждают, что я тогда его победил. Он же сдох? Не моя вина, что он возродился. Почему я опять должен быть тем, кто обязан его прибить? Пусть еще кто-нибудь повоюет с ним и станет героем. Зачем Риддл гоняется за мной? Мне кажется, что в Отделе тайн было другое пророчество. Поэтому он так и стремился его получить. Но шарик с пророчеством разбился, и что теперь? Если Риддл так сильно жаждал его услышать, то и мне не мешало бы, не так ли? – Гарри, ты видел мои воспоминания. Темный Лорд знал ту часть пророчества, которую мне велел передать Дамблдор. Да-да. Не смотри так удивленно. Лишь часть пророчества. Ведь предполагалось, что меня обнаружили подслушивающим под дверью, и я не успел выведать всего. Темный Лорд хотел… – О! Я понял, он хотел выяснить, действительно ли я сумею его победить? Об этом могло говориться в той части, которая ему неизвестна. Но пророчество разбилось… А Трелони не помнит его. Она и про Петтигрю ничего не помнила сразу после того, как произнесла… – Гарри рассуждал вслух, надеясь, что Северус его остановит, если он пойдет по ошибочному пути. – О Петтигрю? – странное упоминание озадачило Снейпа. – Да. На третьем курсе Трелони мне сказала, то есть предсказала этаким загробным голосом, что к Темному Лорду вернется слуга и поможет ему восстать более ужасным и великим. Это случилось перед тем, как мы Сириуса встретили в Визжащей хижине. Тогда, когда я вас Экспеллиармусом… Простите, – Поттер прикусил губу, улыбаясь. – Как раз в то время Петтигрю сбежал, а позже он же проводил обряд по возвращению Риддлу тела. Я об этом предсказании сообщил директору. Он не поделился с вами столь ценной информацией? – заметив насмешку на лице Снейпа, Гарри вспылил: – Но это важно! Директор получил сведения о предстоящем возрождении. Об этом сказала Трелони. Раз Дамблдор поверил первому ее предсказанию, то, скорее всего, считал и это, второе, тоже настоящим. Вы были шпионом, и он обязан был предупредить о таком! – Гарри, успокойся. Я неоднократно тебе говорил, что злиться на то, что уже произошло, по меньшей мере глупо. Нужно использовать свой опыт и полученные сведения для того, чтобы не делать ошибок в будущем. – В будущем… – повторил Поттер. – Директор передал Риддлу часть первого пророчества, но знать-то он должен его полностью? Или и вы тоже?.. – Нет. Я не в курсе. Никто не знает пророчество целиком, кроме, полагаю, директора. Если, конечно, там еще было что-то, помимо известного всем, – Снейп пожал плечами. – Альбус мог специально заявить, что это только часть пророчества, чтобы создать ауру загадочности и таинственности. – Ну да. Он в таком специалист. Одно опекунство чего стоит, – насупленно хмыкнул Поттер. – Гарри, не начинай снова. Ты прав, мы все слишком привыкли доверять мнению Альбуса и не уделяем внимания очевидным вопросам. Так и я всегда считал, что… А вот и не уверен теперь, что я считал, – Снейп растерянно посмотрел на Гарри. – Я был шпионом и выполнял свою работу. Честно говоря, меня искренне удивляла такая крепкая вера некоторых людей в пророчества. Хоть Альбус, хоть Темный Лорд… Я, признаюсь, иногда посмеивался над ними из-за этого, но даже особо и не задумывался о влиянии пророчества на ход войны. – Северус, предполагаете, в продолжении пророчества, если оно существует, может оказаться что-то важное? – Гарри решил отвлечь Снейпа от рассуждений, уводивших беседу в сторону. – В любом случае его следовало бы услы… Их разговор был прерван более громким, чем обычно, хлопком – в комнате появился Кричер. – Мастер Снейп пообедал? Кричеру позволено все прибрать? – сразу же затараторил домовик и, не дожидаясь позволения, начал складывать посуду, нещадно ею громыхая и все время косясь на дверь. Повернувшись к Поттеру, он поинтересовался: – Хозяину еще что-нибудь принести из дому? – Нет, Кричер. Спасибо. Все было очень вкусным, – поблагодарил его Поттер и чуть не подпрыгнул от неожиданности, услышав: – Северус, ты уже поел? А я рассчитывал, что мы с тобой вместе пойдем в Большой зал после того, как я проведаю Гарри, – в комнату без стука и приглашения вошел Дамблдор. Он слащаво улыбнулся, уставившись на Поттера. – Как ты себя чувствуешь, мальчик мой? Надеюсь, ты не сердишься на меня за то, что я оставил тебя в покоях Северуса, а не отправил в больничное крыло? – Мне лучше, сэр. Профессор Снейп знает толк в лечении травм, – настороженно ответил Гарри. Снейп и Поттер переглянулись. Каждый из них задался вопросом, как долго директор подслушивал. И оба пришли к выводу, что не зря Кричер вел себя шумно и косился на дверь.