Потеряшка

Командир молча смотрел на открывающийся перед ним пейзаж. Сейчас автоботы сделали остановку на очередной пустынной планете, понимая, что им необходимо затаиться. Прайм выбрал это место не случайно – по словам Хаунда, почва планеты состояла из не до конца изученной породы, чем-то похожей на металл. Но главная особенность состояла в том, что над поверхностью витали магнитные аномалии напрочь сшибающие любую навигационную систему и дающие неверные данные для радаров. В связи с этим, Прайм не опасался, что их могут здесь вычислить. Помимо бушующих магнитных полей, порода источала некое подобие энергии, из-за чего, взглянув через тепловой визор, можно было увидеть лишь сплошное желто-оранжевое пятно. Автоботы обстроились в небольшой низине, где магнитные аномалии почти не чувствовались и мехам было там комфортно. Сейчас Оптимус стоял на небольшом возвышении, вглядываясь в огромные кристаллические образования, подобно паутине переплетенные между собой и уходящие далеко вверх. Надо отметить, что их размер превышал среднестатическую Земную гору в несколько раз. Кибертронцы уже давно знали об этом космическом теле, но пока никто из ученных не мог дать разумного объяснения таким кристаллическим лесам, вздымающимся над поверхностью всей планеты. В мирное время кибертронцы порой летали сюда, чтобы немного отдохнуть и полюбоваться красотами сверкающих кристаллов, но с началом войны это место стало заброшенным. Здесь не было ни полезных ископаемых, ни нормального места для постройки базы, ведь грунт планеты с трудом можно было разбить даже самым сильным буром. Но для нынешней команды Прайма это место показалось идеальным вариантом для их маленького «затишья», правда оставалось вероятность, что Локдаун их может найти даже здесь. Прошло почти десять астроциклов, что по Земному времяисчислению можно было охарактеризовать как десять лет. Говоря одним словом Прайм и его солдаты обосновались здесь давно и не желали «высовываться наружу». За все их времяпребывание здесь не происходило ничего необычного и Прайм радовался, что им удалось оторваться от преследования Локдауна. Правда, командир прекрасно знал, что сейчас за Сэмом охотится не только он, но и другие представители вражеских рас. Прайм тяжело выдохнул воздух из вентсистем, который, кстати, имелся на этой безжизненной планете, и неторопливо пошел назад. Он размышлял насчет того, что Сэма можно было спрятать и на Кибертроне, где было намного больше военной мощи в виде вернувшихся к жизни автоботов и десептиконов, но… вместе со всем этим было бы невозможно скрыть местоположение спарклинга и Кибертрон наверняка подвергался бы регулярным нападениям. Чтобы их родная планета снова поднялась с колен и приобрела прежний статус мощной державы требовалось, как минимум несколько ворнов, а это не менее двухсот Земных лет… Прайм спустился в небольшой каньон и несколько раз тщательно проверил, нет ли за ним наблюдения. Но уверившись, что все хорошо, Оптимус направился к временному жилищу. Впервые прилетев сюда, команда автоботов обнаружила отличную сеть пещер с просторными гротами и решила обосноваться там. Сейчас унылые каменные стены выглядели довольно обжито и уютно. Оптимус вошел в удлиненный коридор, укрепленный прочными металлическими балками и запер за собой на совесть сколоченную дверь, любезно спроектированную Кроссом, который уверял, что сюда не сможет проникнуть даже любимец Шоквейва Дриллер. В уголках обитой железом пещеры поблескивали слабые неоновые лампы, давая хоть немного, но все же достаточно света. Откуда у автоботов взялась энергия? Спросите вы. Все очень просто – Кроссхейрс, не без помощи друзей, соорудил небольшие энергетические станции, чем-то напоминающие ветряные мельницы Земли и, в связи с постоянными ветрами на поверхности планеты, эти изобретения давали хоть и немного, но все же энергию. К тому же, черно-зеленый автобот водрузил несколько солнечных батарей, сконструированных им лично. Прайм, проходя в главный сектор, бросил взгляд на гигантские допотопные провода, спускающиеся сверху и исчезающие где-то в недрах базы. Командир был недоволен такими штуками, считая, что такие работы Кросса могут демаскировать их нынешнее убежище. Вся база была основана на оригинальных пещерных гротах, заботливо переделанных под жилищные и рабочие отсеки. Нужно сказать, что получилось у команды автоботов очень даже неплохо. За пару лет они смогли обустроить главный зал – самый большой грот, и создать там некое подобие «игровой площадки» для интересного времяпровождения, к тому же другие гроты так же были укреплены балками и слегка обиты железом – теперь у каждого меха был собственный отсек, при этом Кроссхейрс создал себе ещё один сектор для проведения своих экспериментов. Ко всему вышеизложенному следует добавить некое созданное подобие медотсека, связной рубки и командирской комнаты, где автоботы иногда собирались для обсуждения важных вопросов. Оптимус уже издали слышал веселые голоса своих солдат, которые судя по всему, находились в главном зале. Прайм попытался идти тише и застыл в дверном проеме, внимательно следя за подчиненными. Перед ним предстала только часть команды, состоящая из Бамблби, Стингера и Сэма, которые что-то орали друг другу и весело носились по помещению. Прайм покопался в архивах и выудил оттуда определение этой игре, которая у людей именовалась по-простому – салочки или, как когда-то говорил Сэм, догонялки. Командир раздраженно вздохнул. Такие подвижные игры его не очень устраивали, но ломать солдатам развлечение лидер не хотел, поэтому он старался не возмущаться, когда автоботы порой устраивали такую беготню. Оптимус нехотя вспоминал, как сам лично принимал в одной из таких игр, которую поведал им Уитвики и назвал её «захват флага», непосредственное участие, посчитав, что это очень даже полезная тренировка. - Лови, его лови! – закричал Стингер и вместе с Бамблби ринулся на Сэма. Парень попытался убежать от двоих тренированных автоботов, но у него получилось оторваться лишь на несколько десятков шагов, после чего крепкие руки опекуна сомкнулись вокруг его корпуса, и автобот рухнул на пол вместе с добычей. Вскоре подоспел и Стингер, начав «щекотать» спарклинга. Вся эта возня сопровождалась радостными криками и хохотом, пока Оптимус злобно не топнул сервоприводом. Услышав звук со стороны, солдаты тут же прекратили занятие и вскочили, встав по стойке смирно. Прайм провел ладонью по голове и смирил взглядом замолчавших автоботов. Командир не спеша прошелся мимо них, осмотрев каждого с ног до головы. Странно, но почему-то автоботы, не считая Прайма, любили гонятся за Сэмом и хватать его на манипуляторы, особенно Кроссхейрс. Лидер с недовольством вспоминал, как черно-зеленый автобот порой прятался в отсеке спарклинга, а после его входа туда, резко выпрыгивал из темноты, до шарктиконов пугая несчастного парня. За такие выходки инженер получал по полной программе, но это не мешало ему продолжать прикалываться над новым товарищем. Прайм подошел к хранителю ключа и, бросив на него взгляд, поинтересовался. - Сэм, ты закончил задание, которое тебе задал Хаунд? Уитвики испуганно похлопал оптикой. После того, как автоботы обжились на новом месте, Прайм распорядился насчет обучения спарклинга хотя бы азам кибертронской науки. Теперь бедному парню приходилось добрую часть времени проводить за изучением родного языка чужой планеты, её географии, инопланетной астрономии, а также физики, математики, химии… Одним словом, скучать Сэму не приходилось. Непосредственным учителем был, конечно же, сам Прайм, но парень также обучался разным хитростям и у других товарищей. Особенное недовольство у командира вызвал тот факт, что Кроссхейрс научил Сэма получать доступ к различным системам и программам, самым неприятным было то, что в разряд целей входили и живые мехи, и чаще всего парень делал это без их ведома, доводя некоторых товарищей чуть ли не до бешенства. Дрифт прокомментировал способности мальчишки, как природную предрасположенность к профессии разведчика и шпионажу, добавив, что из этого спарклинга получился бы отличный лазутчик. Однако, Прайм не одобрял этих способностей, пытаясь увлечь друга чем-то иным, вместо добывания тайной информации и слежки за друзьями. Трудно было признаться, но сам Оптимус, порой выходя на разведку, не мог заметить за собой привязавшийся «хвост», однако поймав за этим занятием Сэма, командир не скупился на хорошую трепку. - Я все написал, - сказал Уитвики, жалобными окулярами смотря на командира. - Да? Я проверю, и где другие? – спросил командир. - Хаунд у себя в отсеке, Дрифт и Кроссхейрс ушли на разведку, - отрапортовал Стингер. - Ладно, - кивнул Прайм и взял за манипулятор спарклинга. – Пошли, покажешь мне свою работу. Оптимус вместе с парнем вошел в его отсек. Здесь было до неприличия чисто и убрано, чего нельзя было сказать о жилищах других автоботов. Несмотря на свое шебутное поведение, Уитвики был до жути чистоплотным и постоянно поддерживал в своем помещении идеальный порядок. Оптимус присел на небольшое подобие платформы, вырезанную из чужеродной породы Хаундом. Весь отсек был сколочен из подручных средств и люксом назвать его было сложно, однако Сэм вовсе не жаловался на некрасивую обстановку, всеми силами стараясь держать его в порядке. Уитвики взял с импровизированного столика небольшой планшет и подсел к командиру. Прайм взял в манипуляторы небольшую ручку и принялся вчитываться в выведенные неопытной рукой кибертронские символы, криво начерченные на сенсорном экране. Сэм терпеливо ждал оценки своей работы, которая заключалась в банальном переписывании готового текста. Несмотря на то, что Сэм тщательно сверил написанное с оригиналом, Оптимус все же нашел несколько ошибок. Закончив чиркать ручкой по экрану, Прайм покачал головой. - Сэм, - недовольно произнес он. – Ну, как можно было перепутать знак обозначающий гласный слог с иероглифом, именующим номерное исчисление? - Да я-то тут при чем! У них хвостики похожие! – возмутился ученик. - Нет… это не пойдет, перепишешь ещё раз и тщательнее, - велел командир. - Ну, Оптимус! – вскрикнул Сэм. – Я целую ротацию выводил эти закорючки! И вообще, я хотел вместе с Дрифтом прокатиться по территории. Мы уже договорились на сегодня. Нужно сказать, что Сэм непроизвольно стал приобщаться к кибертронскому времяисчислению, называя секунды наноциклами, а часы джоорами. Так же парень привык, что мехи уходят в оффлайн каждый декацикл, что равнялось трем земным неделям. - Ничего страшного, прогуляться с Дрифтом сможешь и потом, а сейчас я посмотрю, как ты справился с заданием по технической части… - парень испуганно начал бегать оптикой, понимая, что на него сейчас начнут орать. Перевернув страничку на экране, Оптимус увидел чистый экран только с записанным вверху условием задачи. Грозный взгляд командира переместился на спрарклинга. Сэм сделал невинный фейсплейт, делая вид, что сам в шоке. Прайм выдохнул, поставив прибор в сторону. Прошло несколько минут напряженного молчания. Уитвики понимал, что своей ленью он снова расстроил командира, который буквально сдувал с него пылинки. - Сэм… - протянул Прайм, как спарклинг его перебил. - Ладно, ладно, обещаю, что решу все примеры и перепишу текст, ты только не сердись, Оптимус. Просто я не понял, как применять те формулы, они слишком сложные! – воскликнул Уитвики. Лидер слегка улыбнулся, но тут же сделал серьезный фейсплейт. - На этот раз я прощаю тебя, но чтобы к моему приходу весь текст был написан заново, а задачи мы решим вместе, идет? – склонил голову на бок командир. - Да, - радостно закивал Сэм, беря в руки планшет. Оставив спарклинга заниматься своими делами, командир вышел прочь. Бамблби и Стингер, потеряв товарища для веселых игр, поумерили свой озорной пыл и сейчас мирно сидели у стены в главном зале, приводя в порядок отлепившуюся от стены металлическую пластину. Помимо них в зале присутствовал и Хаунд, разгуливающий мимо кучи нагроможденного спарклингами шлака и пыхтя от досады. Не успел Прайм заговорить с солдатами, как на горизонте показался Дрифт, смахивающий со своих мечей космическую пыль. Хоть командир и не одобрял таких вылазок, автоботы регулярно совершали полеты в космическое пространство на челноке, хотя бы для того, чтобы увериться в безопасности. Оптимус понимал, что запереть солдат в тесной базе было бы глупо, хоть он и старался. К слову, Сэма он не выпускал в космос вообще, особенно после прошлого инцидента с Локдауном и прилагал все усилия, чтобы спарклинг всегда был рядом. - Где Кроссхейрс? – спросил Прайм. - Сейчас придет, только челнок замаскирует, - ответил Дрифт, взяв со стола специальную щетку и начав счищать с брони въевшуюся грязь. Спустя минуту на горизонте замаячил и Кросс, что-то тащивший за спиной. Подойдя ближе, он свалил небольшой контейнер в угол, в котором зазвенели различные приспособления и вещички, которые инженер наверняка выловил среди летающего в вакууме шлака, которые могли пригодиться ему в его дальнейших исследованиях. - Как ситуация? – потребовал командир, опустившись на небольшое сидение, прибитое у сталактита. - Ситуация нормально, - развел манипуляторами Кросс. – Никаких следов врага не обнаружено, вот только с нами связался Рэтчет. - Что?! – рявкнул Оптимус. – Я запретил все связи с планетой! Как вы не можете понять, Локдаун только этого и ждет! Ему ничего не стоит настроиться на нужную частоту и перехватить наш сигнал, тогда мы поставим под угрозу не только наш отряд, но и планету в том числе! - Постойте, босс, может случилось что-то важное, - попытался унять конфликт Хаунд. - Что сказал Рэтчет? – немного успокоился Оптимус. - Он нам сообщил, что планета Земля сумела выйти на связь с Кибертроном, и люди сказали, что у них там какая-то проблема с этим… Гальватроном, - ответил Кроссхейрс. - Этот ещё тут… - вспомнил о реинкарнации Мегатрона Прайм, зная, что сейчас бывший лидер десептиконов полностью контролирует свой новый корпус и может наделать много неприятностей. Особенно возмущал тот факт, что фиолетовозначный повелитель, наверняка, хочет вернуться обратно на планету, что могло быть чревато последствиями. Хоть десептиконы и ничего не помнили, они все равно оставались десептиконами, с таким же характером и крутым нравом. Оптимус прекрасно осознавал, что стоит появиться какому-нибудь «заводиле», как война может вспыхнуть с новой силой и вылиться в новую энергонопролитную бойню, а Праймус уж точно будет очень зол такому повороту событий… Вспомнив про давний разговор с представителем высших сил, Прайм прогудел системами. - Надо остановить Гальватрона, - сказал он. - Как, ты предлагаешь опять полететь на эту противную белковую планету? Туда где наших собратьев безжалостно уничтожали эти букашки? – возмутился Кроссхейрс. - И ради чего? Только для того, чтобы переплавить наши корпуса и заработать на этом их сраную прибыль, которую они именуют деньгами! – начал выступать Хаунд. - Полностью поддерживаю моих товарищей, возвращаться на Землю было бы глупо, - внес свою фразу Дрифт. Бамблби что-то злобно пробибикал, видимо вставая на сторону мехов. Промолчал только Стингер, ничего не помнящий о своем прошлом, но лидер был уверен, если бы братик желтого разведчика знал бы о своем происхождении, то без ругательств в сторону белковых не обошлось бы. - Итак, значит вы все против? – уточнил Оптимус. - Конечно против, у меня вообще нет желания возвращаться туда, - буркнул Кроссхейрс. Однако на самом деле, он попросту не хотел вновь терять недавно обретенную свободу, зная, что опять придется подчиняться приказам и уворачиваться от пуль, к тому же было неизвестно, как себя поведут люди. Инженер вполне довольствовался нынешним существованием, состоящим из непринужденных вылазок в космос и спокойного обитания в своем отсеке. - А если Гальватрон захватит Землю и его агрессия перекинется на Кибертрон? – спросил Оптимус у своих солдат. - Кибертрон мы отстоим! – сказал Дрифт. – Но зачем нам снова рисковать искрами ради людей? Если вы забыли, сэнсей, в прошлом они вели себя мягко говоря по-свински. - Я не говорю что человеческая раса идеальна, но среди них есть и достойные, и благородные особи, - попытался защитить Землю Оптимус, зная, что его доводы не смогут убедить других. - Я знаю одну благородную особь, он сейчас сидит в соседнем отсеке и теперь является прелестным представителем нашей кибертронской цивилизации, - сказал Хаунд. - Разве вы забыли про Кейда и его дочь Тессу? Они рисковали жизнями ради нас, - сказал Прайм, уже не в силах спорить с подчиненными, и присел на небольшое возвышение. - Тесса? Это фемское существо, от которой не было никакого толку, - прокомментировал Кросс. - Да, вот именно, она только мешалась, - буркнул Хаунд. – Нам помогал разве что только Кейд, её отец. Босс, ну раз вы так хотите, мы, конечно, отправимся туда, но если люди опять поднимутся против нас? А кто будет защищать хранителя сигма-ключа? Оптимус вздрогнул. «Только не это… здесь ведь ещё и Сэм…» - озадаченно размышлял командир. Можно было оставить спарклинга здесь, вместе с каким-нибудь автоботом, но лидер прекрасно понимал, что попросту съедет с процессора, мучаясь от неизвестности и беспокойства за паренька. Но Хаунд верно отметил, что люди тоже могут навредить их младшему товарищу. Прайм выдохнул. - Ладно, я решил… Мы все отправимся на Землю, Сэм будет вместе с нами, но главной нашей задачей будет не поиски Гальватрона, а защита этого мальчика. Обещаю вам, мы проведем на этой белковой планете не более недели, может месяца, но до тех пор, пока Гальватрон не будет ликвидирован, - сказал командир. - А потом? Мы свалим оттуда? – уточнил черно-зеленый мех. - Да, потом мы улетим, - кивнул Оптимус. - Вот и славно, но рисковать искрой ради людей я не буду, - сказал Кросс. Прайм кивнул, велев всем начинать собираться. Лидер с тоской поглядел на дверь в отдалении, думая, как он будет доносить эту информацию до парня. Встав, командир неторопливо направился к его отсеку, уже представляя в процессоре изумленный фейсплейт Сэма, которого снова хотят вернуть туда, где его когда-то предали родные сородичи.

***

Уитвики слышал, как автоботы о чем-то разговаривали за дверью. Такие «батлы» случались нередко, поэтому парень не захотел выходить и принимать в споре участие, предпочтя этому монотонное переписывание иероглифов. Чтобы порадовать и так постоянно хмурого командира, Сэм был готов и не на такое. Вдруг его чувствительный аудиосенсор уловил легкий шорох двери, а оптика увидела вошедшего лидера. Оптимус молча присел на платформу, рядом с другом. - Я ещё не закончил, - предупредил Сэм, думая, что командир пришел проверять его работу. - Слушай… - манипулятор Прайма забрал планшет и отложил на другой край платформы. – Сэм… Я не знаю, как ты отреагируешь на сказанную мною фразу, но… Мы с автоботами решили слетать на Землю. Уитвики помолчал немного, видимо осмысливая полученную информацию, после чего пожал плечами. - И что? Я должен обрадоваться? – бросил Сэм, попытавшись добраться до планшета, но манипулятор командира перехватил его. - Сэм, я понимаю, что тебе тяжело вновь возвращаться туда, где тебя предали, но Земле вновь угрожает опасность. - Да моей родной планете постоянно что-то угрожает. Как ты не понимаешь, сколько бы мы их не защищали, сколько бы искр не погасло за этот «голубой шарик», люди никогда не будут благодарными. Любому правительству лишь бы выгоду получить и ради этого они готовы убивать даже своих защитников! - буркнул Сэм. - Я прекрасно это понимаю, Кибертрон был не лучше, и государство нашей планеты творило ещё и не такое, - кивнул головой Прайм. – Так ты не против, что мы решили наведаться на Землю? - А у меня есть выбор? - усмехнулся Сэм. - Если ты не хочешь, то мы будем вынуждены остаться, - сказал Оптимус, заботливо убирая со лба друга какие-то мелкие пушинки, налипшие непонятно откуда. - С чего это вы вдруг будете менять решения только из-за того, что я не хочу? - поинтересовался Сэм. - Потому что ты хранитель сигма-ключа, твое желание закон для нас… - начал было говорить командир, как Сэм его резко перебил. - Все-все, не надо здесь никаких лекций на тему моего важного существования. Вы решили снова лететь на Землю? Значит я с вами, - кивнул Сэм. - Вот и замечательно, только прошу тебя, когда мы туда прилетим, не отходи от меня далеко, - попросил лидер. - Как будто ты меня отпустишь, - рассмеялся Сэм, после чего лидер потрепал его за аудиосенсоры.