Моё совершенство

Вот так же отцветем и мы И отшумим, как гости сада… Коль нет цветов среди зимы, Так и грустить о них не надо -Гарри!.. Гарри! Продиравшись сквозь сонную пелену тумана, я слышал чьи-то голоса. -Гарри, проснись! Тебе пора в универ! Джемма настойчиво требовала моего пробуждения. Я буркнул в ответ: -Пары отменили. -Ага… может, у кого-то просто была бурная ночка?! -Джемс, отвали. Она цокнула от досады. -Отменили, как же!.. Через, должно быть, час или два в мой сон ворвался уже более приятный и теплый голос. -Сынок, ты как? -Плохо, мам. Я почувствовал на лбу прохладную ладонь. -Милый, ты очень горячий. -Угу. -Что-то случилось… прошлой ночью, да? – она знает, на какие кнопки нужно давить. -Типа того. -Девственность чтоль потерял?! – это был наглый сарказм моей старшей сестры. -Джемс! – зашипела мама. – Мы можем тебе чем-то помочь, Гарри? – тихо поинтересовалась она. А я… -Просто оставьте меня. Они обе вздохнули. -Как скажешь, милый. И меня, наконец-то, оставили в покое. Снова проснулся я уже в полдень. Воспоминания прошлой ночи медленно, но верно возвращались в мой воспаленный мозг, и ужас всей ситуации накатил на меня с новой силой: вина, стыд, разочарование, боль. Смесь ядерная, скажу я вам. Стало еще тошней, еще паршивей. Внизу я услышал стук дверей, возню, разговоры. Затем в мою комнату кто-то вошел на цыпочках и очутился рядом со мной у кровати так близко, что я ощутил чужое дыхание. Кто-то погладил меня по голове так ласково, что, кажется, я узнал этого незнакомца. -Хазза… Хаз, это я,- прошептал Найл. – Ты все еще спишь? Я мотнул головой – да. -Энн сказала, что у тебя проблемы с твоей девушкой… Но я перефразировал ее слова – с твоим парнем. Я не шевелился. -Ты был с Луи вчера? Мой сдавленный всхлип ответил за меня, собственно. -Неужели ты снова что-то натворил?! -Это конец, Найл. Это конец. Друг махом лег на кровать рядом со мной и обнял один большой куль из одеял, коим был я. -Все, что ни делается, все к лучшему, Хазза, - да уж, в успокоении этому человеку нет равных. -Может, поделишься все таки? – с надеждой вопросил он, а я отрезал: -Меньше всего хочу говорить об этом. Он вздохнул и прошептал: -Я все равно узнаю правду. Спать уже не хотелось, поэтому с помощью Найла я добрался до душа и сидел там добрых полчаса до того, как Хоран забарабанил в дверь с причитаниями типа «не стоит топиться из-за каждого встречного». Но ты не был просто встречным, понимаешь?! Ты был всем. Целым миром для меня одного. А сейчас этот мир просто перестал существовать. Когда я вернулся из душа, на столике меня ждала кружка горячего шоколада, бутерброд и довольная мордашка Найла: -Ты перекусишь и все мне расскажешь. Со смиренным вздохом я испепелил его взглядом и мигом управился с завтраком и по совместительству обедом. Допивая последний глоток, я понял: Найл не шутил. Он устроился напротив и пытливо глядел на меня, ожидая печального рассказа. -Это долгая история, Найлер, - предупредил его я. -Я никуда не тороплюсь, - невозмутимо ответил друг. -Что ж… ты сам напросился. -Если ты намерен начать с гейского секса, то.. -Хоран, мать твою!!! -..Да, я тоже думаю, это было бы лишним. -Найл, просто заткнись, а иначе я передумаю. -Всё, всё, молчу, разбитое сердце мое… Вполне подходяще. Я изложил Найлу всю историю, опуская, конечно, всякие подробности по части интима и томных вздохов. Когда я пересказывал твои последние слова – в точности до словечка – друг качал головой, прикрыв рот руками. В его голубых глазах светилось столько преданности и сожаления, что, наверное, я все таки не пожалел, что излил перед ним всю свою душу. -Но.. ты хорошо ему врезал?! -Блин, ты чем меня слушаешь, а?! Мне, знаешь ли, смелости не хватило ударить отца своего… -Своего кого, Гарри? Друга? Уже навряд ли. Любимого?! Очень нет. Предателя? Именно! -Хватит, Найл! – парировал я. –Хочешь, чтобы я разревелся к чертовой матери пятый раз за сутки?! -Да ты вообще не должен реветь из-за этого, Хаз! Мог бы втащить ему за его же слова, он ведь этого заслужил! -Да, ты мастер улаживать конфликты, Хоран. -Гарри, честное слово! Не нужно так убиваться из-за него! Если… Я притих. Он положил руку на мое плечо. -.. Если ты ему дорог, Гарри, он наплюет на всё и вернется к тебе. Тем более, ты сам говорил, у него не особенно теплые отношения с отцом, Хаз. Я кивал и соглашался. -Просто дай ему время. Представь, сколько всего в один момент на него свалилось?! Твоя любовь, признание собственной нетрадиционки, отец-придурок… Дай ему опомниться, Хаз. Это же Луи. Он всегда такой веселый, шальной, воспринимающий трудности жизни как очередной… трамплин! Который нужно суметь перепрыгнуть и снова наслаждаться жизнью. Ну, ты понял меня? -Спасибо, дружище, - прошептал я, обнимая его, - что бы я делал без тебя… -Ох, я сам порой задаюсь этим вопросом. -Найлуш, хочешь, я попрошу маму испечь пирог? У нее сегодня выходной. Если у меня сердце замирает при виде тебя, то у этого парня – при виде вкуснятины. -Хочу, Хаз, хочу. Я улыбнулся. -Но больше всего я хочу, - пригрозил он мне пальцем, - чтобы ты перестал себя мучить и просто ждал, пока он созреет. Договорились? -Я и так пообещал ему ждать, сколько понадобится… -Вот и славно. Меньше всего мама ожидала моей чудной просьбы: -Ма, испеки пирог, пожалуйста. -Ну, если тебе это поможет.. -Очень. Спасибо. Лучше сладкий. Сладкий, хорошо? -Конечно, милый. У тебя теперь все хорошо? – осторожно улыбнулась мама. -Терпимо, - пожал я плечами. -Я знала, что наш Найл тебе поможет. -Это ты его позвала? -А кто же еще?! Так что беги и скажи ему, что через пару часов пирог будет готов. Благо, моей сестры дома не оказалось, и расспросами до смерти никто меня не замучил. Вернувшись в комнату, мы включили милую добрую комедию – такая уютная атмосфера лилась бальзамом на мою измученную душу. Да и слова Найла мне запомнились лучше таблицы умножения: «Дай ему время». Я даю тебе вечность, Лу. Но хватит ли?..