Катерина 2: Дни минувшего прошлого

ДНИ МИНУВШЕГО ПРОШЛОГО. С этого момента обретает вроде бы с первого взгляда, странное название «Дни минувшего прошлого». Мы, наконец, погрузимся в водоворот событий, происходивших с героями за те 7 месяцев, которые до этого момента были покрыты мраком. Кэтрин отойдет немного на второй план, ведь в плену у Клауса было не так весело, как в Чистилище или в берлоге Винчестеров. Но зато появится больше места для других героев, чья история, я надеюсь, покажется вам не менее интересной. И да, конечно, Катерину мы не потеряем из виду, да и без дела она не долго будет отсиживаться. В общем, дорогие читатели, приготовьтесь погрузится в мир Нового Орлеана, ну и конечно в Су Фолс мы тоже будем периодически заглядывать. :) Отныне и следующие глав десять, мы будем в прошлом. Приятного прочтения! P.S. Все главы прошлого будут так и подписаны "Дни минувшего прошлого: название главы"

Глава 12. «В твоей власти» Marina and the Diamonds – Starring Role Громкие крики, доносившиеся со второго этажа, заставили Кэтрин усмехнуться. Вся эта санта-барбара немного отвлекало девушку от мыслей о своем заточении и делало время препровождение в Новом Орлеане чуть разнообразнее. - Я не твой ручной волчонок! – кричала Хэйли так громко, что даже человеческий слух Кэтрин различал каждое предложение в мельчайших подробностях. - Пока не родишь этого ребенка, ты находишься под моей опекой, а после – можешь убираться куда тебе вздумается, - незамедлительно послышался гневный ответ Клауса. Кэтрин хмыкнула, отщипнув виноградинку и забрасывая ее к себе в рот. Все эти утренние семейные разборки напомнили девушке, почему она не хочет семью и в особенности детей. - Не угрожай мне! – не осталась в долгу Хейли, моментально вспыхивая. Может девушка, по мнению Кэтрин, и была первоклассной шлюхой, но беременность явно пробудила в волчице материнский инстинкт. Хотя, вероятнее всего, в Хейли говорило не внезапно появившееся рвение быть примерной матерью, а банальное чувство самосохранение. Ведь, в конце концов, всем в этом доме было понятно, что как только она родит, ее судьба весьма не определена. Что-то Кэтрин мало верилось в красивую сказку о втором шансе и превращение Ника из озлобленного психопата с комплексом гения, в заботливого папашу. Следовательно, вряд ли Клаус будет терпеть рядом со своей дочерью такую мамашу. - Хейли… - начал Клаус, но тут же был грубо прерван. Кэтрин даже немного позавидовала девушке, что та, пользуясь своим положением, может безнаказанно разговаривать с первородным в таком тоне. При всем своем строптивом характере Кэтрин не часто решалась перечить Нику, прекрасно зная, что вряд ли проживет больше пяти секунд. Если совсем честно, то девушка вообще поражалась, что все еще жива. Ведь прошло уже чуть больше месяца, как она живет в этой тюрьме, именуемой Новым Орлеаном. - Еще одно слово и ты прямо сейчас заберешь своего чудо-ребенка, - со второго этажа донеслось сдавленное шипение волчицы и ссора, кажется, прекратилась. Во всяком случае, бывшей вампирше больше не удалось расслышать ни единого слова. Кэтрин разочарованно вздохнула, взбивая пальцами темные локоны. - Откуда такое хорошее настроение? – новая блондинистая любовь первородного ворвалась в столовую подобно маленькому тайфуну со сладким, даже приторным ванильным парфюмом. Форбс словно светилась изнутри и, пожалуй, была единственным жителем особняка, который действительно наслаждался жизнью, а не вел кровавую войну за власть или был безмолвным пленником первородной семейки. Ну или же Кэролайн прекрасная актриса, преследующая свои цели, в чем собственно Катерина и не сомневалась. - Ооо, - протянула брюнетка, отправляя себе в рот еще несколько виноградинок. – Ты пропустила отличный утренний спектакль. - Я - единственный человек, который все еще разговаривает с тобой. Будешь меня злить, лишишься и этого. - Ошибаешься, - усмехнулась Кэтрин, чуть подаваясь вперед, - человек здесь я. Блондинка недовольно прищурилась, пристально наблюдая за тем, как Пирс с усмешкой отправила еще несколько виноградинок к себе в рот. - Прекрати, ясно? – вдруг неожиданно резко заявила Кэролайн. - О, милая, тебе не меня следует бояться, а эту кареглазую волчицу, что уже развлекалась с Ником… и готова поспорить, ни раз. Думаешь, все закончится, как только Хейли родит? – наступила небольшая пауза, которую нарушил наигранно веселый смех брюнетки. – Поверить не могу, ты действительно так думаешь! О, я бы на твоем месте сделала бы все, чтобы этого не случилось, а то, Кэр, на улица Нового Орлеана окажешься ты, а не Хейли. И я говорю это как подруга, впрочем, которой никогда тебе не была. И пусть весь ее скромный монолог был насквозь пропитан сарказмом и ненавистью, но Пирс действительно говорила что думает. Наверное, впервые за долгие годы. Кэтрин искренни не понимала, как девушка может терпеть присутствие Хейли, да еще и непрерывно делая вид, что безумно счастлива. От этого дешевого спектакля воротило и наблюдать его у Пирс не было ни малешего желания, вот только ее никто не спрашивал. Зато бывшая вампирша могла хотя бы повеселиться, каждый день наблюдая, как легко вывести новое светловолосое увлечение Ника из равновесия. – Мы обе знаем, чем все кончится: разбитым сердцем, бутылкой бурбона и парой обескровленных трупов. Ты просто еще одно увлечение. Я, Хейли, теперь ты… - продолжала свои рассуждения брюнетка. - Заткнись! – Кэролайн размытым движением приблизилась к Кэтрин и, не дав девушке закончить свою язвительную речь, сжала ее горло с такой силой, что брюнетка едва могла дышать. - Ты действительно глупа, или просто натуральная блондинка? Монстры подобно Нику не умеют любить, и даже твое милое личико этого не изменит, - прохрипела Кэтрин, глядя прямо в потемневшие глаза вампирши. - Где твои манеры, Кэролайн? – насмешливый голос гибрида, бодро спускающегося по лестнице, заставил девушку выпрямиться, отпуская Кэтрин. Блондинка глубоко вздохнула, качнув головой, выгоняя из головы непрошеные сомнения, посеянные не только словами брюнетки. В глубине души Кэр давно задумывалась над будущем и наличием в нем первородного. Она понимала, что может стать для Клауса музой, предметом ухаживаний и восхищения, но не любовью… во всяком случае не единственной. Вечность – слишком долгий срок, чтобы говорить «Всегда и навеки». Именно поэтому Кэролайн, вопреки голосу разума, проводила в обществе Кэтрин больше времени, чем требовалось. Она пыталась понять, почему девушка сбежала тогда от Ника? Неужели ей нужна была только свобода или же Кэт решила удалиться прежде, чем первородный полностью потеряет к ней интерес? - Она меня допекает, - наконец выдохнула блондинка, косясь в сторону внезапно притихшей Кэтрин, которая всеми силами старалась сохранить невозмутимость. Натянутая улыбка появилась на лице молодой вампирши и мысленно Форбс вновь повторила установку, которая всегда помогала вернуть контроль над эмоциями «Я выше всего этого». Никлаусу нужна жизнерадостная муза, такой Кэр и была, когда они впервые встретились, такой она и заинтересовала Ника, такой она и должна остаться, чтобы сохранить покровительство первородной семьи. - Катерина в этом лучшая, - усмехнулся Клаус, похоже, прибывающий в чудесном расположении духа. Он присел во главе продолговатого стола, и в этот же момент возник парень с подносом в руках, на котором стоял граненный стакан и графин с темно-красной жидкость. - Чем планируешь заняться? – поинтересовался вампир, обращаясь к блондинке. - О, у меня грандиозные планы, - хмыкнула Пирс, не давая Кэролайн и звука произнести. – Вы знаете сколько кирпичей на воооон той стене? – брюнетка жестом указала к дальней стене, у которой стоял тот самый парень, пару минут назад подающий первородному графин с кровью. – Пять тысяч девятьсот восемьдесят семь. А за сколько сгорает одна свеча? А три? А шестнадцать? - Это все очень интересно, Катерина, - улыбнулся Ник, узнавая приемы девушки. Она была измотана скукой и бездействием и, пожалуй, на данный момент это худшее наказание. – Чем же намерена заняться ты, милая? Кэролайн отложила приборы в сторону, удостоив брюнетку насмешливым взглядом и произнесла: - Закажу несколько гирлянд для вечеринки на Рождество и выберу подарки, а еще заеду к стае Хейли, она просила проверить все ли хорошо, ведь ты ее не выпускаешь, - перечисляя Кэролайн, пробегаясь взглядом по списку дел, запланированных на сегодня. – Кстати, Ник, - девушка резко выпрямилась, решительно посмотрев на Майклсона. – Хейли мать твоего будущего ребенка, а не пленница, подобно некоторым,- намекнула Форбс на Катерину, безучастно продолжающую поглощать виноград,- может быть ты позволишь выходить ей в… - Это она просила тебя поговорить со мной? – резко произнес вампир, не дожидаясь, пока Кэролайн закончит свою пламенную речь, взывающую к благородности Клауса, которой, впрочем, вовсе не было. - Дело не в этом.., - слегка опешив, кивнула блондинка. - Я сказал это ей и повторю тебе, дорогая. Пока она носит мою дочь, Хейли не покинет дом. Тут же послышался резки хлопок дверь со второго этажа. Расстроена волчица, по всей видимости подслушивающая разговор, желала продемонстрировать свое отношение к решению первородного. На что Клаус лишь усмехнулся, складывая руки в замок и бросая мимолетный взгляд в сторону Катерины, которая спешно отвела глаза, словно пытаясь что-то скрыть. Происходящее не ускользнуло от наблюдательной Кэролайн, окончательно отложившей свой блокнот в сторону. - Что происходит между вами двумя? - Ооо… - протянул вампир, усмехаясь, - это очень длинная история, милая. Возможно, Катерина расскажет тебе ее когда-нибудь… но не сейчас, - быстро закончил Клаус, замечая Марселя стоящего у входа. Первородный спешно покинул стол и удалился под пристальными взглядами со стороны Кэролайн и Кэтрин. Они обе подозрительно прищурились, с легкой досадой понимая, что Ник оставил их за бортом своих дел. Что весьма задевало гордость девушек. Если первая беспокоилась за Клауса, опасаясь вспыльчивости первородного, то мотивы второй были не столь чисты. Кэтрин не привыкла находиться в неведении. В этом доме она в полной изоляции, что лишало девушку подловить удачный момент, чтобы избавиться от своего плена или же хотя бы подать знак Винчестерам о своем местоположении. Она не сомневалась, что охотники ее ищут. При всей внешней холодности Дина он не бросит ее в лапах кровожадного, вспыльчивого монстра, да и Сэм, кажется, уже привязался к строптивой вампирши. Во всяком случае, девушка искренне надеялась, что Винчестеры рано или поздно отыщут ее. «Неимоверно, ты еще и просишь за нее», - возмущенная реплика Катерины было последнее, что донеслось до Клауса, прежде чем он полностью переключил внимание на Марселя. - Надеюсь, у тебя хорошие новости, - поинтересовался Ник, идя с темнокожим вампиром по длинны и пустым галереям старого дома. - К сожалению, нет. - Только не говори мне, что во Французском квартале опять не спокойно. Иначе это будет последний мятеж непокорных ведьм, - произнес Майклсон без тени иронии в голосе. Ему действительно надоела эта бесконечная борьба, которая собственно и привела его в Новый Орлеан. Рождение ребенка должно произойти совсем скоро, и Никлаус желал обеспечить дочери безопасность. Так что если понадобится, он перережет всех ведьм и любого, кто имел к их козням хотя бы косвенное отношение. - Боюсь, в этот раз все несколько серьезнее. Ты должен это увидеть. - Что произошло, Марселус? - Пойдем, - вампир указал на выход, предлагая Клаусу немного прогуляться. Первородный лишь на мгновение замер, прислушиваясь к разгорающемуся спору между Кэтрин и Кэролайн, в глубине особняка. - Никто не должен покидать дом до моего возвращения, - повелительным тоном, произнес Майклсон, обращаясь к гибриду из своей свиты, следующему по пятам первородного. *** Царившую всюду предпраздничную суматоху омрачало убийство, произошедшее прямо на Мэдисон авеню. Жертвой оказался молодой парень, которого Клаус сразу же узнал. Он был среди сторонников Марселя, но после глобального захвата власти, молодой вампир, как и все остальные, перешел на сторону семьи первородных. - Это Деклон, - произнес Марсель проводя рукой по подбородку, - славный малый. Я обратил его, когда тому светила смерть от передозировки. - Вот, значит, как ты собирал свою свиту. Нищие, бездомные, жалкие людишки, обиженные судьбой, - усмехнулся Клаус. – Я был о тебе лучшего мнения, Марселус. - Они уважали меня и были благодарны, за то, что я подарил им второй шанс. Тебя же, Клаус, они боятся и не доверяют. - У нас с тобой разный подход. Страх – это чувство, а значит и слабость, которой можно управлять. Именно поэтому я так легко забрал у тебя Новый Орлеан. Темнокожий вампир нахмурился, сдерживая свою злость. Это временно перемирие между ним и семье первородных трещало по швам. Теперь, главная задача для бывшего короля Нового Орлеана, оказаться готовым к возобновлению боевых действий и на этот раз не проиграть. - Вы уже здесь, - появление Элайджи было как нельзя уместным. Он смягчил растущее напряжение между Марселем и Клаусом, возвращая тему разговора к убитому вампиру. - Что с ним случилось? – произнес Эл, расстегивая пуговицы пиджака и присаживаясь около тела парня и внимательно разглядывая его. - Принести тебе что-нибудь? Лупу или трубку? – усмехнулся Клаус, наблюдая за действиями брата. - А у тебя есть версия, которой ты хочешь поделиться, Никлаус? – резко спросил Элайджа, не оборачиваясь. - Думаю, одна из ведь Французского квартала расскажет нам тайну этого убийства. Выберем ту, которая наиболее разговорчивая, - приподнял брови Клаус, разводя руками. – Моим парням пора размяться. - Не нужно, Клаус, - отозвался Марсель. – Я поговорю с Давиной. Если это дело рук… - Если? – удивленно воскликнул брови первородный. – О Марсель, поверь мне, Софи де Веро никак не может смирится со своим поражением и затеяла очередной заговор против моей семьи. Чтож, он станет для нее последним. - Подожди, прошу, не делай поспешных выводов. Дай мне поговорить для начала с Ди. Майклсон вздохнул, ненавидя медлить, пока враги предпринимают очередную попытку уничтожить его. Если бы первородный давал второй шанс каждому, то он не прожил бы и половину того срока, что на счету у него сейчас. - Никлаус, ты должен это увидеть. Голос брата заставил вампира опуститься на корточки рядом с Элайджей. Первородный приподнял руку убитого парня и развернул ладонь вверх, демонстрируя небольшую татуировку на запястье, чернила которой оказались слегка размытыми. Рисунок напоминал штрих код, а две маленькие буквы «Г.Г» наталкивали первородного на воскрешение воспоминаний давно минувших дней. - Тебе это о чем-то говорит? – Элайджа внимательно наблюдал за реакцией брата, чуть прищурившись, в очередной раз пытаясь разгадать что творится в голове у гибрида. - Разве что мастер, делавший эту татуировку, имеет много недовольных клиентов. Клаус нахмурился и рывком поднимаясь, достал из кармана телефон, на дисплее которого отображался номер Кэролайн. - У тебя время до полуночи, - бросил первородный через плечо, Марселю, прежде чем нажать кнопку «ответить». - Майклсон! – послышался тут же гневный вопль Кэролайн. – Что значит, я не могу покинуть дом до твоего возвращения?! С каких это пор я стала твоей пленницей? Еще раз выкинешь что-то подобное, я собственноручно заберу у Ребекки кинжал и всажу его тебе в… - Какие угрозы, - усмехнулся Клаус, воспользовавшись секунды замешательством блондинки в своих угрозах. – Думаю, моя дорогая сестренка будет только рада вонзить кинжал мне в спину. Вам следует меньше времени проводить в обществе друг друга. Ее навязчивые идеи заразительны, - продолжал Майклсон, направляясь обратно к дому. - Где ты? – выдохнула девушка. - Скоро буду. Нам есть, что обсудить, дорогая. ______________________ Ребят, я думаю, все достаточно умные и наблюдательные люди, умеющие складывать 2+2 и теперь понятно кто родители нашей Нади? Но не спешите ставить крест на этой сюжетной линии. Нам еще предстоит узнать как малышка оказалась у Кэтрин, почему ее отдал Клаус и отдал ли вообще, а так же куда делась Хейли. Не теряем интерес к истории :)