Катерина 2: Дни минувшего прошлого

Kerli – Love Is Dead - Я мог бы спросить, что вы тут делаете, но к чему голословность. Мы все знаем причину пребывания друг друга в этом скромном здании. - Я – нет, - Катерина нахмурилась, пытаясь казаться уверенной в себе и в своих действиях, но это было далеко не так. Если откровенный разговор с отцом она еще могла перенести, то наличие опасного вампира на этой маленькой вечеринке явно не предполагалось. - Рина, - Грейсон шикнул на дочь, ловя ее раздраженный взгляд. Прошло чуть меньше пяти минут с того момента, как Клаус прибыл в лабораторию в компании Катерины и Стефана, чем поверг в шок Грейсона и Миранду. - Твоя дочь права, пора бы уже прекратить от нее все скрывать. Полагаю, вечер откровений можно объявить открытым, - Никлаус развел руки, похоже, искренни наслаждаясь тем спектаклем, что вот-вот должен развернуться. Семейные драмы всегда так завораживают. Нет ничего более приятного для вампира, чем подтверждение собственной теории, выведенной много лет назад: семейные узы не более, чем голословность, скрывающая за собой секреты и ложь. - Стефан, отвези Рину домой,- процедил сквозь зубы Грейсон, поворачиваясь к притихшему Сальваторе. - Никто никуда не поедет, - улыбнулся Клаус направляясь к Рине. – Думаю, Катерина заслуживает знать правду. Не правда ли? – вампир обнял девушку за плечи, отмечая, как она вздрогнула от нежеланных прикосновений Майклсона. Хотя, вопреки всему, скользкая мысль о притягательности проскочила в голове девушки. Но нет… он монстр, опасный кровавый монстр, у которого в планах погубить ее семью. Или все же семья сама себя погубила, ввязываясь во все это? - Я хочу знать, - с готовность кивнула брюнетка, передергивая плечами, призывая Майклсона выпустить ее из своего плена и оставить в покое. Однако, вампир будто не замечал действий девушки. Рина в упор смотрела на Стефана, в надежде, что он хоть как-то повлияет на ситуацию, но Сальваторе не двигался с места, предпочитая занять место наблюдателя в самом неприметном углу лаборатории. Это раздражало. Катерина закусила губу, пытаясь совладать с возникающей внутри бурей. Ей нужна была защита Стефана, хотя бы иллюзия безопасности. Разве не ради этого он поехал с ней? - Ну, раз ни у кого не возникает желания начать этот увлекательный рассказ, тогда, пожалуй, это сделаю я. Клаус, наконец, отошел от Рины, обводя взглядом присутствующих. Не трудно догадаться, что Майклсону нравилось владеть ситуацией и всеми картами в этой опасной игре. - Несколько месяцев назад я познакомился с одним очень перспективным ученым, чьи взгляды были куда более продвинуты, чем его коллег, с которыми мне доводилось общаться. Им оказался Грейсон Гилберт, заверивший меня, что наше сотрудничество будет взаимовыгодным, и он сможет достичь желаемого мною результата в оговоренные сроки. Клаус сделал паузу, встречаясь взглядом с Грейсоном, чье лицо по мере того, как Майклсон продвигался по хронологии событий, становилось все бледнее. - Какого рода исследования? – Катерина жадно вслушивалась в каждую фразу, слетевшую с губ вампира, пытаясь восстановить всю цепочку событий, подозревая, что вряд ли дождется каких-либо разъяснений от отца. - Рина, детка, прошу тебя, будь благоразумна, не влезай во все это, - дрожащий голос Миранды пришелся подобно резкому удару, изрядно подкосившему уверенность брюнетки. И эта самая уверенность слишком сильно напоминала карточный домик. Одно неверное движение и все разлетится в разные стороны, обнажив кровоточащие раны внутри Катерины. Женщина, поддаваясь порыву, сделала несколько шагов, пытаясь приблизить к дочери, но вовремя наткнулась на неодобрительный взгляд Никлауса, останавливаясь. Она была не более, чем тряпичной куклой Клауса, которой он умело управлял, подобно маленькому капризному малышу. - Вы уже втянули в это не только меня, но и Джереми с Еленой, когда соглашались работать с ним! Слова звучали резко и обидно. Рина не хотела этого, не хотела видеть слезы отчаяния в глазах матери, не хотела признавать, что здесь и сейчас рушиться ее семья, но не она была виновата, что все оказались в такой ситуации, не она принимала эти решения. - Что за исследования, Клаус? – выпалила Катерина, впервые за вечер глядя прямо в глаза вампиру, ожидая услышать от него честный ответ, но по-настоящему не готовая к нему. - Ох, Катерина, мне нравится твой напор. Учитывая то, в какой семье ты родилась и что тебя ожидает дальше, он тебе пригодиться. - Мне нужна правда. - Нам всем что-то нужно, но твоя желание легче всего выполнить и больнее всего будет расплата. Родители работали над воссозданием одного существа, который был не так давно заключен в клетку Ада. - О Господи! – девушка отшатнулась назад, не веря своим ушам. Она закрыла рот рукой не то в попытке не дать себе закричать, не то инстинктивно пытаясь избежать очередного потока вопросов, крутящихся в ее голове. - Ад? Он существует? Действительно существует? Хотя, чего я ожидала, если есть вампиры, оборотни… Поверить не могу! - Рина, послушай…. - Нет, отец, не смей ко мне приближаться. Я действительно больше не хочу иметь с тобой ничего общего. Я… я думала, что ты работаешь над… О Господи, я искренни верила, что ты хочешь сделать что-то хорошее. Лекарство от рака или эликсир вечной молодости, да что угодно. Хоть волшебную палочку из Гарри Поттера, но не породить на свет очередного монстра. Скажи, что тебе пообещал Никлаус, что ты решился на это? - Очень точный вопрос, - усмехнулся вампир. – У тебя потрясающая дочь, Грейсон. Я говорил тебе об этом? Зрит прямо в корень. Клаус повернулся к брюнетки, не ожидая ничего услышать в свое оправдание от Гилберта и решив взять на себя роль главного сказочника этого вечера. Ведь в каждой сказкой есть доля сказки, верно? - Правда в том, моя дорогая и столь юная, Катерина, что твой отец ничего не просил взамен. Он хотел это сделать для меня. - Хотел? Что? – Рина нахмурилась, качая головой и не желая верить, что это действительно так. Да, может быть ее отец слегка помешан на исследованиях, но должна была быть причина. Вероятно Клаус заставил его, угрожал, шантажировал или… или… - Это правда, Рина, - выдохнул Грейсон, опуская взгляд, не желая видеть ненависть в карих глазах дочери. - Это сложно понять, но такой опыт работы с вампирами мы никогда и нигде больше не получили бы. Никлаус давал полную свободу в изучении их природы. Мы опровергли тысячу мифов за эти два месяца, - вдохновленный голос Миранды, едва заставлял поверить, что она рассказывает о исследованиях над монстрами и попытках создать еще более ужасного монстра, а не о великолепном рецепте булочек с корицей. - Я видеть вас не хочу. Больше никогда! Вы оба, хуже тех монстров, над которыми работали, - Катерина, резко развернулась, почти выбегая из лаборатории, чувствуя, как жгучие слезы застилают глаза, мешая что-либо разглядеть. Наблюдая за тем, как Грейсон и Миранда беспрепятственно покинули лабораторию, в попытке догнать свою дочь, Стефан решил, что сегодняшний маскарад окончен и Клаус извлек из всей ситуации задуманную выгоду, известную только ему одному. Однако был был окончен для всех, кроме Стефан. - А с тобой у меня особый разговор, - улыбнулся Клаус, загораживая Сальваторе выход. *** Kerli – Army Of Angels♥ - Катерина! – голос матери доносился до девушки, словно сквозь какую-то пелену, состоящую из клокочущей внутри ненависти, отчаяния и искреннего желая, чтобы все происходящее оказалось не более, чем страшным кошмаром. Рина не желала ни на секунду замедлять шаг, почти бежав к парковки, хоть и с трудом вспоминая, где та находится. - Катерина Фелиция Гилберт! Ты немедленно остановишься, и мы все обсудим как взрослые люди! Грейсон пытался быть суровым, призывая дочь к доводам рассудка, но вовсе не в этом сейчас нуждалась Рина. Она отчаянно пыталась не плакать, сохраняя хладнокровие, хотя слезы обиды и разочарования давно текли по раскрасневшимся щекам. Она хотела… черт, она сделала все, чтобы получить эту гребанную правду и что теперь? Куда деваться с этой правдой? Как жить дальше? Что ответить на завтрашние вопросы Елены? Увидев свою машину на пустынной парковке, Катерина тут же бросилась к ней. На ходу пытаясь нащупать в дорожной сумке ключи. Выходило не очень. Пришлось остановиться и тщательнее проверить карманы, давая тем самым возможность родителям догнать беглянку. Что они и сделали. - Ты поедешь с нами, - Грейсон грубо схватил дочь за локоть и почти потащил в сторону пикапа, прячущегося на окраине стоянке. - Еще чего?! Отпусти меня! – Рина пыталась вывернуться, чувствуя, как больно отец сжимает ее руку, нещадно оставляя синяки на тонкой коже. – Я не собираюсь ехать с вами домой! Я вообще знать вас больше не хочу! - Катерина, дочка, ты не можешь в таком состоянии садиться за руль, - Грейсон остановился, давая возможность Миранде подойти к дочери. Женщина протянула руку, собираясь прикоснуться к брюнетке, но Рина отшатнулась, всем своим видам показывая, что ей больше неприятны прикосновения матери. Катерина до последнего верила, что Миранда не участвуют в делах отца. Как же жестоко она ошибалась. Первые несколько капель начинающегося дождя словно послужили командой к старту. Грейсон вновь схватил растерявшуюся дочь и буквально силой впихнул в машину, запирая двери. - Грейсон, так нельзя, - вмешалась Миранда, через стекло глядя на попытки дочери выбраться из пикапа. - Она должна уехать любой ценой, пусть она будет ненавидеть нас, но хотя бы останется жива. Клаус не просто так дал нам сегодня так просто уйти. Мужчина обошел машину, направляясь к водительскому сидению, в то время как его жена замешкалась, еще какое-то время глядя на дочь через стекло пикапа. Все не должно было так сложиться… Она действительно хотела другого для своих детей. Не желая мириться с происходящим, Катерина выудила из сумки телефон, дрожащими пальцами набирая номер Сальваторе и стараясь, вытереть с лица чернеющие разводы от слез и туши. - Мы должны дождаться Стефана, - выдохнула девушка, считая монотонные гудки в телефоне и чувствуя, как где-то глубоко гулко бьется ее собственное сердце. Какое-то щемящее чувство приближение беды, стало нарастать с такой невыносимой скоростью, что причиняло почти реальную боль. Хотя куда уж хуже? Что может быть более омерзительное, чем осознание того, что твои собственные родители монстры. - Он большой мальчик, доберётся сам, - буквально выплюнул Гейсон, выворачивая с парковки. – Не понимаю, зачем ты вообще сюда его потащила. - Что?! – моментально вспыхнула Рина, сбрасывая вызов. – Зачем я его сюда притащила?! Может быть потому, что он любит меня, заботиться обо мне?! Потому что не хотел, чтобы я в одиночку узнала подобные новости?!!! Катерина выдохнула, пытаясь успокоиться, но все было тщетно. К тому же усиливающийся дождь и гулкое постукивание тяжелых капель о крышу пикапа лишь раздражало сильнее. - Ты понятия не имеешь о чем говоришь! – отозвался Грейсон, стискивая зубы. - Серьезно? Тогда просвети меня папочка. Может, быть у этой чудесной истории есть какая-то другая точка зрения? – Катерина просунулась меж двух передних сидений, желая увидеть лица родителей. - Прекрати!!! – едва сдерживая гнев, рявкнул Грейсон, и машину тут же повело чуть в сторону. - Успокойся, прошу, - прошептала Миранда, дотрагиваясь до руки мужа, поджимая губы. Катерина шумно втянула воздух, откидываясь обратно на заднее сидение, вновь набирая номер Стефана. В этот раз сразу же включилась голосовая почта. - Ты где? – голос чуть дрогнул, брюнетка стала прокручивать в голове момент, когда видела Стефана в последний раз. Она так быстро убежала из той лаборатории, позабыв обо всем на свете, что даже не удостоверилась, что Стефан вообще мог уйти. - Родители везут меня домой, забери машину со стоянки и срочно позвони, как получишь это сообщение. Катерина нажала кнопку отбоя, все еще чувствуя тревогу и теперь уже за любимого. Что если Клаус что-то с ним сделает? Черт… нет, Стефан вампир, он сможет о себе позаботиться. Он не раз говорил, что за его плечами много десятков лет, в которых были светлые и темные моменты. Стефан выжил, он справился тогда, справиться и сейчас. Во всяком случае, Рина очень на это надеялась. - Кто на самом деле это Сальваторе? - Я не желаю с тобой это обсуждать, папочка, - процедила сквозь зубы Катерина, отворачиваясь к окну, понимая, что дождь за это время превратился в настоящий ливень. И теперь нескончаемые потоки воды лились по стеклу, мешая что-либо разглядеть. Отвлечься видами, проносившимися мимо не получиться, поэтому Рине оставалось лишь бороться с отголосками слов Клауса, вновь и вновь звучащими в ее голове. Словно древняя пластинка, которую заело. - В любом случае, школу ты окончишь в закрытом пансионате Англии. Можешь уже паковать вещи, я договорился о твоем переводе. - Что?! – тут же вспыхнула Катерина отказываясь верить в серьезность намерений отца. Это он виноват в том, что их семья разрушена, так почему же Грейсон ведет себя так, будто всему виной сама Рина? – Ни за что. Я не уеду из Мистик Фолса только потому, что ты так решил. Ты вообще потерял власть распоряжаться моей жизнью, когда втянул свою семью во все это. Вы оба в этом виноваты, и я ненавижу вас! На последних словах Катерина уже не могла сдерживать себя, выпуская на волю весь тот гнев, который скопился у нее за это время. Она задыхалась от собственной злости и отчаяния. Глаза снова наполнились слезами, а сердце так гулко стучало в груди, что, казалось, вот-вот вырвется наружу, лишая девушку чувств. Она и правда не хотела больше ничего чувствовать. Никогда. Единственное желание брюнетки было, чтобы ее сердце превратилось в ледяной кусок камня и вся та боль от обмана родителей испарилась, словно по мановению волшебной палочки. Но этого не будет, никогда не будет. До конца своих дней, Катерине придется жить с осознанием того, что ее родители были семейкой Франкенштейнов, променявшие спокойную и безопасную жизнь на ту, которая полна монстров и опасности, втаскивая и своих детей в весь этот хаос. - Тебя никто и не спрашивает! – прорычал Грейсон, на мгновение оборачиваясь в инстинктивной попытке увидеть дочь. – Я говорил тебе, чтобы ты отказалась от глупой затеи узнать правду, ты не послушалась и посмотри что из этого вышло. Единственный выход уцелеть для тебя, сесть в тот чертов самолет и… - Грейсон, осторожно!!! – громкий крик Миранды, а затем резкий толчок в бок, прервал гневную тираду старшего Гилберта. Катерина не сразу поняла, что происходит и опомнилась девушка лишь в тот момент, когда машина уже слетела с моста, с громким бульканьем погружаясь в воду. Девушку резко занесло вправо, и она больно обо что-то ударилась, после чего наступила полнейшая темнота.