Точка пересечения параллельных

Коридоры подвала темные, под ногами хрустит осыпавшаяся штукатурка и выдает наше продвижение. Наташу вели сюда с завязанными глазами, потому мы осторожно продвигаемся вперед, угадывая направление движения по наитию. Вслушиваемся в шорохи и звуки мрачного подвала, пытаясь уловить присутствие противников. Противник обнаружил себя уже истеричным тенором, раздавшимся далеко за спиной: - Стадо баранов! Быстро закрыть все выходы! Фонари и искать этих двух полутрупов! Я резко остановился, Наташа налетела на меня сзади и тоже остановилась. Мы замерли, вслушиваясь в хруст штукатурку под ногами преследователей, он заполнял темноту коридоров. Похоже, они в подавляющем большинстве. Прорываться на выход – идти прямо в лапы более сильного противника. Шорохи и шум, вместе с мечущимся вдоль коридора лучом фонаря приближался к нам. Пришлось схватить девушку в охапку и спрятаться за ближайшей дверью в темное помещение, неизвестное, как вся непроглядная темень вокруг. - Что за манера хватать и тащить куда-то? – возмущенно прошипела Наташа, стряхивая с себя мои руки. - Очень своевременная целомудренность! – таким же шипением ответил я. – Когда меня собирались кастрировать ты, не стесняясь, молчала, а тут разговорилась! Мы бы спорили еще, но луч фонарика скользнул по щели прикрытой двери, врываясь в наше укрытие. Как по команде мы вжались спинами в стену за дверью и замолкли, затаив дыхание. Преследователи были близко, значит, была и реальная опасность попасть снова им в руки, а, как итог, моя невеселая судьба. Вряд ли нам дадут еще одни такой шанс. - Буль! – раздался голос совсем близко, говорящий произносил все «в нос», как человек с насморком, похоже, этот тип, которого я приложил о стену. – Куда ты поперся? Ты осматривал все комнаты? Эти тараканы где-то здесь! Как хочется их раздавить… Мысленно порадовался за то, что так удачно приложил этого типа к стене. Но скрип и шум последовательно открываемых по коридору дверей неумолимо приближался к месту нашего укрытия. Нужно было что-то делать в этой укрытой мраком комнате. Взгляд не нащупывал ничего спасительного, теряясь в темноте. Второго боя точно не избежать. Я печально представил картину, как на меня наваляться все участники этой погони. Ничего хорошего меня не ожидало, даже надежду на это глупо было бы лелеять. - Слушай внимательно, - подтолкнул я Наташу локтем в бок и зашептал, - сейчас я устрою как можно больше шума, а ты постараешься скрыться. - Отличный выход! – с иронией заявила она почти в голос. – Ничего более разумного в голову не приходило? Я досадливо поморщился, как раз вовремя вступать в переговоры и пытаться ее в чем-то убедить. Времени совершенно не оставалось. - Сейчас это самый лучший выход, потому что связанная ты мало полезна! – нашел я аргумент. Когда слышно было, как распахнулась соседняя дверь, мы уже вступили в ожесточенный спор. Все происходило на довольно высоких тонах. Мы обратили мало внимания на то, что все шумы за дверью стихли, перепалка была очень увлекательной по содержанию. Каждый из нас приводил довольно веские доводы в пользу своего варианта. Эти доводы заставили преследователей замереть под впечатлением от наших железных логик. Не знаю, кто из слушателей не выдержал первым, но дверь распахнулась едва не вырвавшихся из ветхого дерева. Нам в глаза ударили мощные лучи фонарей, заставив, попятится… Провалится в подвальном помещении суждено не очень везучему человеку. Падение – это полбеды. Окунувшись в темную жижу с отвратительным запахом, мы замерли, как по команде «Смирно!» Такое поведение провоцировало охватившее нас омерзение. Если бы можно было убить отвращением, нам бы грозила неминуемая, мгновенная гибель. Справиться с этим было достаточно трудно, в кромешной темноте, слыша за спиной сыплющуюся из преследователей отборную ругань, мы продвигались наобум. Я тащил съежившуюся от отвращения Наташу, продвигаясь вдоль стены, по которой скользили мои пальцы на чем-то, не менее мерзком, чем консистенция под ногами. С одной стороны, совместно нам катастрофически не везло, с другой – в самый последний момент случались совершенно невероятные вещи. Бурлившая под ногами и отчаянно воняющее содержимое неизменно сохраняла уровень по колено и соблюдала незыблемое спокойствие. Канализация, которая никуда не течет, создавала впечатление, что ее хранили специально для нашего падения. В отчаянии я подумал, что вполне возможно, оканчивается тупиком. Нас поймают, только провонявших и испачканных. Может быть, нам это гарантирует мгновенную смерть? - Куда ты меня тащишь? – громко возмутилась Наташа, осмелившись открыть рот, в концентрации запахов, вызывающих слезы на глазах. - Место ничем не хуже тех мероприятий, в которые втянула меня ты, - сформулировал я. Кажется, что даже сопение за спиной стихло, охотники за нашими головами притихли, вслушиваясь в очередную нашу перепалку. И тут настала ожидаемая мной развязка. Мы уперлись в склизкую, металлическую решетку, отрезающую нам пути к бегству. - Да пропади все пропадом! – ругнулась Наташа, пнув в отчаянии возникшую преграду. Решетка, скрипнув прутьями по камню, рухнула в зловонную жидкость и обдала нас брызгами этого «подземного эликсира». Плевать! Зато пути отхода свободны. Не знаю на что это похоже. То ли мы путали следы, то ли искали выход. Окончательно принюхавшись к запаху, привыкнув к обстоятельствам под ногами, мы петляли по укрытым мраком коридорам, постепенно теряя надежду выбраться. Сил становилось все меньше. Я чувствовал, что Наташа, собрав последние остатки сил, идет рядом со мной, даже не пытаясь пожаловаться на все тяготы. - Устала? – осторожно осведомился я. - Ты бы еще предложил мне отдохнуть в этой мерзости! – устало огрызнулась она. - Не угадала! – ухмыльнулся я. – Просто хотел понести тебя на руках… Наташа остановилась, как вкопанная. Мое предложение вогнало ее в состояние размышления, в котором на время даже отнималась способность управлять собственными конечностями. - А это неплохая идея! – восхитилась она. – Только вот если бы сразу… чтобы я не испачкалась. Откуда-то сверху, как гром с небес, раздался хриплый голос. Такие голоса бывают у людей, которые могут заливать себе в горло без разбору все жидкости, содержащие алкоголь. - Чего орете? Не одни вы тут… Предположение, что мы тут не одни вызвало шок. Добровольное желание очутиться в такой канаве, нельзя назвать странным. По всем признакам у говорившего – серьезная психическая патология. Я стал оглядываться в темноте. За время нашего «путешествия» я стал смутно видеть очертания окружающих стен и даже некоторые мелочи. Чуть впереди, выше моей головы я разглядел темный силуэт свешенных ног. Владелец хриплого голоса сидел, будто на краю живописной набережной, опустив ноги к канаве. - Ох… - растерянно вздохнула Наташа, откуда-то из-за моего плеча. - Не подскажете ли выход, добрый человек? – деловито осведомился я, как будто мы и вправду находились на набережной и мило потерялись при прогулке. Кашель, вырвавшийся из дыхательных путей собеседника, был похож на лай старого пса. Может быть, он смеялся? - Заходите, гости дорогие… - прохрипел странный незнакомец, и ноги с шорохом убрались с края места его посиделок «с видом на вместилище мерзости». Из ситуации с преследователями, мы тут же очутились в очередной невероятной истории. Теперь мы наносим визит психически неуравновешенному человеку. Как я с самого начала не раскусил трогательно прячущуюся за меня девушку? Я совершенно слеп.