It's between you and me

Кэролайн шла по опустевшему школьному коридору и пыталась в который раз за день дозвониться до Тайлера. Но ответом ей служили лишь длинные гудки да предложения оставить для него сообщение на голосовой почте. Девушка почувствовала тревогу. Хотя сегодня Локвуд и был встречен на школьном стадионе, но он выглядел, мягко говоря, странно. То и дело отводил взгляд и явно пытался поскорее избавится от общества своей подруги. Блондинка не стала настаивать, хотя и собиралась серьезно обсудить с парнем сложившуюся ситуацию. Возможно, Тайлер просто не знает, как реагировать на слова своей девушки относительно Клауса. И хотя Кэролайн с каждым днем все больше напрягал древний гибрид, она решила дать Тайлеру еще немного времени. И вот теперь он не отвечал на звонки. Это совершенно не нравилось Кэролайн. Девушка задумчиво посмотрела на экран своего мобильного телефона и уже собиралась вновь набрать номер Тайлера, когда внезапно мороз пробежал по коже. Блондинка инстинктивно почувствовала, что не одна находится сейчас в коридоре. Кэролайн попыталась остановить неумолимо надвигающуюся на нее панику, но это получалось с трудом. Девушка корила себя за то, что была настолько глупа, чтобы в одиночестве передвигаться по Мистик Фоллсу. Впрочем, внутри школы Клаус прежде не был замечен… в своем обычном обличье. Посему блондинка и не ожидала, что и в стенах учебного заведения может быть атакована Первородным. Кэролайн поняла, как ошибалась, когда внезапно ее обхватили сильные руки. Крик, уже было вырвавшийся из горла перепуганной девушки, был заглушен ладонью, грубо закрывшей рот. Кэролайн попыталась вырваться, но это не удалось — рука, удерживающая ее за плечи, лишь обвила девушку еще сильнее — почти до хруста костей. — Моя маленькая, отважная девочка, не советую тебе дергаться, — как обычно растягивая слова, прошептал Клаус ей на ухо. — Я могу причинить тебе боль. И он действительно мог. И, что было еще хуже, наверняка хотел. Кэролайн почувствовала настоящий ужас, не в силах решить, что стоит предпринять — до последнего бороться с этим монстром или же смириться со своей участью. Возможно, начни она сейчас борьбу… То лежала бы уже со свернутой шеей посреди коридора. Девушка понимала, что хоть мужчина и любил поиграть со своими жертвами, но, тем не менее, был не из терпеливых. Если ему надоест эта мышиная возня, то… Кэролайн закрыла глаза, пытаясь успокоиться. Она отчетливо осознала в этот момент, что не готова героически погибать. Ей многое хотелось еще сделать в этой жизни. Да и просто невыносимо хотелось жить. — Когда я отпущу тебе — ты не станешь поднимать шум, — хотя интонация голоса Клауса все еще была мягкой, но блондинка поняла — это приказ и согласно кивнула. — Умница. Первородный отпустил ее и тут же оказался лицом к лицу с девушкой. Он поправил испорченную им же самим прическу Кэролайн, придирчиво затем осмотрев свою работу. Девушка просто молча стояла, стараясь не соприкасаться с гибридом взглядами. Наверное, со стороны мужчина выглядел так, словно фотограф, снимающий школьников для выпускного альбома, где все должно быть идеальным. Но блондинке он почему-то напоминал скорее сотрудника похоронного бюро. Стремление к идеалу то же, только вот с «клиентом» можно было особо не церемониться. — Пойдем, — Клаус протянул ей руку. Кэролайн, от страха не особо хорошо соображавшая в этот момент, посмотрела на ладонь мужчины, но так и не решилась коснуться ее. Гибрид склонил голову вбок и выжидающе смотрел на девушку. Он словно испытывал девушку на прочность. Словно хотел посмотреть, насколько ее хватит. Но, так как блондинка все еще находилась в шоке, то они могли бы простоять там достаточно долго — возможно даже до звонка, после которого в коридор веселой гурьбой из классов высыпали бы школьники. Наверняка Клаус тоже это понимал. Или же ему просто надоело ждать. Раздраженно цокнув языком, он сам схватил Кэролайн за руку и буквально потащил к выходу. Удивительно, но никто из тех редких, встреченных ими по пути людей даже не поинтересовался, куда мужчина тащит школьницу. Именно в этот момент блондинка вдруг осознала, что, как это не прискорбно, но бороться за свою жизнь ей, скорее всего, придется в одиночку. В ее руке завибрировал мобильник, который она все еще продолжала судорожно сжимать. Девушке хватило одного быстрого взгляда, чтобы увидеть на табло высветившееся имя Тайлера. Одно быстрое движение пальцем, и Кэролайн удалось нажать кнопку приема вызова. Но уже буквально в следующее мгновение мобильник был вырван из руки и растоптан тяжелым армейским ботинком древнего гибрида. — Кэролайн, ты плохо себя ведешь, — глядя на нее из-подо лба, произнес Первородный. — Боюсь, что буду вынужден тебя наказать. Мурашки побежали по коже девушки. Клаус определенно вложил всю свою темную душу в это обещание. А зная, насколько ему нравится причинять другим боль, можно было уже начинать «предвкушать» способы воздействия. — Куда мы едем? — наконец смогла выдавить из себя блондинка, когда Клаус буквально впихнул ее в свой автомобиль. Кэролайн была удивлена, что сегодня Первородный сам был за рулем — обычно функцию водителя выполнял кто-то из его прихвостней. Мужчина, заведя мотор, повернулся к вжавшейся в сиденье девушке. Он словно прочитал ее мысли. Надавив на газ, Клаус ухмыльнулся. — Не хотел, чтобы нам кто-то мешал. Кэролайн смотрела на мелькавшие за окном пейзажи, пытаясь придумать план побега. Но правда была в том, что, если она и бросится бежать, то все равно гибрид поймает ее. Он был быстрее блондинки. И сильнее. Если Кэролайн выбесит его, то он легко и главное с удовольствием порвет ее на части. Осознание этого не давало девушке на ходу распахнуть дверцу автомобиля и выпрыгнуть на обочину. Блондинку тяготило молчание и неизвестность. Если так будет продолжаться и дальше — то она просто сойдет с ума еще до того, как автомобиль остановится. — Так куда ты меня везешь? — повторила Кэролайн свой вопрос, глядя на мужчину. Тот снова ухмыльнулся. — Я тут подумал, что ты никогда не была у меня в гостях, — ответил Клаус таким обыденным тоном, словно приглашал друга на новоселье. — Пора тебе познакомиться с моей нескромной холостяцкой обителью. — Это похищение лишь с целью моего знакомства с … — Блондинка запнулась, — … с твоим домом? Клаус рассмеялся, и девушке совершенно не понравился этот смех. Было в нем что-то неприятное и пугающее. Словно Первородный уже прокручивал в голове такое, от чего его жертва определенно не придет в восторг. — Не только с домом, моя маленькая девочка, — иронично произнес мужчина, окидывая взглядом стройные ноги Кэролайн. Девушка не смогла удержаться и тут же потянула подол юбки вниз, прикрывая оголившуюся часть бедер. Это вызвало очередной приступ веселья у гибрида. Он неожиданно вывернул руль так, что не пристегнутую ремнем безопасности Кэролайн чуть не скинуло на пол. Девушка едва удержалась на сиденье, но юбку при этом пришлось отпустить и, к неудовольствию блондинки, теперь Клаус при желание мог рассмотреть гораздо больше, чем до этого. — Мне нравятся твои ноги, — задумчиво произнес мужчина, протягивая к ней руку. Кэролайн попыталась отодвинуться, не смотря на то, что места для этого действия было катастрофически мало. Но Клаус не дотронулся до ее ноги — лишь провел рукой поверх нее, всего в каком-то сантиметре от кожи. Но и этого хватило девушке, чтобы почувствовать всю ту энергетику и мощь, которая исходила от этого опасного мужчины. И теперь она к своему ужасу понимала, что сегодня Первородный не захочет ограничиваться просто разговорами. У Кэролайн пересохло во рту от напряжение — она совершенно не учитывала до этого того, что мужчине не просто нравится пугать ее и мучить морально. Интерес Клауса был с сексуальным подтекстом. Наверное, до этого блондинке просто казалось, что Первородному за тысячу лет уже настолько приелись все эти «простые движения», что теперь ему хватает для удовлетворения упоения от страха и мучений других людей. Но теперь, глядя, как блеснули его глаза при взгляде на молодое тело, Кэролайн поняла — если она и умрет сегодня ночью, то перед этим успеет сполна «насладиться» обществом жестокого гибрида. Это было кошмарным открытием, и девушка неожиданно решилась. Едва уловимое движение рукой, и дверца уже начала открываться. Но Клаус, как она и предполагала прежде, был гораздо быстрей. Тонкое платье треснуло на груди, когда мужчина резко втянул ее назад в салон. От неожиданности Кэролайн захлопнула дверь и тут же услышала, как щелкнул центральный замок, полностью уничтожая надежду на спасение. Автомобиль остановился поперек шоссе. — Еще раз такое повторишь и, обещаю тебе, по дороге мы заедем к тебе, где я с радостью пообщаюсь с шерифом Форбс, — с почти ласковой улыбкой произнес Клаус и провел указательным пальцем от ее плеча к ложбинке между грудей, отодвигая порванную при попытке бегства тонкую материю. При этом Первородный смотрел Кэролайн прямо в глаза пристальным и каким-то совершенно порочным взглядом. Ему словно больше приносило удовольствие реакция девушки на это унизительное и слишком интимное прикосновение, чем само ощущение теплой кожи под пальцами. Он усмехнулся, глядя на две слезинки, скатившиеся по щекам блондинки. — Кэролайн, я не собирался быть с тобой грубым. Ты сама вынуждаешь меня становиться таким. А ведь я на самом деле не хочу причинять вреда своей маленькой девочке. Ты понимаешь? Кэролайн понимала. Понимала, что перед ней маньяк, чью мотивацию девушке явно было не понять. Поэтому, она просто согласно кивнула. Весь оставшийся путь до дома Первородного они молчали. *** Он смотрел ей в глаза, сидя в удобном кресле и потягивая из бокала виски. Кэролайн, испытывающая нестерпимую боль в запястьях, на шее и на лодыжках от вербеновых веревок, с ненавистью глядела на Первородного. Не осталось больше даже страха — только ярость. Девушка вновь дернулась в кресле, но путы были слишком крепки — определенно Клаус знал толк в завязывании узлов. — Ты разломала мне дорогую мебель, так что — не я, Кэролайн, виноват в том, что пришлось тебя связать, — протянул он почти с искренним сожалением в голосе, но блондинка ни на секунду не поверила ему. — Долбанный ублюдок! — прошипела девушка, вновь пытаясь вырваться. — Может быть мне стоило как-то иначе реагировать на твои действия?! С радостью броситься к тебе в объятья?! Клаус пожал плечами, делая еще один глоток виски. — А почему бы, собственно, и нет? — он усмехнулся, обнажая ровные зубы и отсалютовал своей жертве бокалом. Кэролайн от возмущения сперва даже опешила, но потом гневно воскликнула: — Ты больной, сукин сын, если думаешь, что… Он прервал ее лишь небрежным жестом руки. — Я могу тебе даже сказать причины, по которым ты могла бы с благодарностью принять мои… кхм… ухаживания, — мужчина говорил с явной издевкой. — Первая причина — Тайлер. Ведь мне ничего не стоит свернуть щенку шею. Вторая причина — твоя мать. Ведь, если подумать логически, избавиться от нее куда легче, чем от гибрида. Да и боль она, поверь мне, будет при этом испытывать куда большую, нежели мой отпрыск. Ну, а третья причина… Стоит продолжать? Кэролайн сидела в кресле, словно оглушенная. Ее тело безвольно обмякло. Она просто смотрела словно сквозь Клауса, не в силах понять, почему именно с ней это все происходит сейчас. Разве мало трагедий и несчастий происходило с ней до этого? Раньше ее использовал Деймон, а теперь… Несмотря на какую-то схожесть в ситуациях, девушка осознавала — в этот раз все по-другому. И рассчитывать на хэппи-энд ей не приходилось. — Почему ты делаешь это все со мной? — спросила блондинка. даже не рассчитывая на правдивый ответ. — Ты мог бы при желании получить любую. Клаус откинул голову на подлокотник. Ухмылка слетела с губ Первородного. — А я не хочу любую. Я хочу тебя. Кэролайн мрачно рассмеялась, и он, казалось, удивился подобной реакции. — Тебе нравится загонять людей в угол? Нравится упиваться их страхом? Только что тебе даст обладание моим телом? Что? — Девушка покачала головой, в то время, как он внимательно следил за ней. — Ты хочешь меня, потому что я люблю Тайлера? Все дело в этом? Не можешь смириться с тем, что кого-то слабее тебя любят, а тебя, такого непревзойденного гибрида, нет? Ты можешь хоть сто раз поиметь меня, но я так никогда и не почувствую к тебе то, что чувствую к нему, когда он меня касается! Она только сейчас заметила, как по щекам побежал слезы, но ей было все равно. Сколько еще их будет пролито этой ночью? Кэролайн была уверена, что немало, потому и не стоило сдерживать их — в этом больше не было никакого смысла. Стоит ли экономить на эмоциях, когда все предельно ясно? Она марионетка, а Клаус — искусный кукловод. Так к чему эти игры в «храбрую девочку»? Больше всего на свете девушка не желала того, чтобы из-за нее кто-то пострадал. Виноваты ли другие в том, что этот маньяк вдруг воспылал к ней какими-то совершенно извращенными «чувствами»? — Развяжи меня, — обреченно произнесла блондинка. Клаус повел бровью. — Это означает, что ты согласна дать мне шанс? — насмешливо протянул он и, когда Кэролайн устало кивнула, поднялся с кресла. — Уверен, тебе со временем понравится.