Underdog

Супермаркет уже не работал, когда Рэндж Ровер Лиама с визгом заехал на парковку. По стеклам барабанил дождь, а молния то и дело освещала мрачное небо, но лишь на долю секунды. Единственным источником света были фары черного автомобиля, освещающие два силуэта, стоящие перед ним. Один из них был высоким и худощавым, длинные волосы закрывали его лицо, когда он наклонил голову, чтобы поговорить со вторым силуэтом. Второй был сгорблен, голова опущена, колени прижаты к груди. — Блядь! — ругнулся Лиам, в спешке выходя из машины и даже не потрудившись захлопнуть дверь. Гарри вылетел за ним, а Зейн заглушил машину, прежде чем выйти. Найл и Джош поехали на вокзал, в случае, если Зейн ошибся с выводом. Но он был прав. — Луи! — крикнул Лиам. — Луи! — Лиам, стой, — Зейн задержал его, заставив замереть в нескольких метрах от фигур в полумраке. — Какого черта, Зейн, я должен… — Заткнись, дубина, — прошипел Зейн. — Посмотри на Луи! Ты что, не видишь? — Что? Что я должен видеть? — Это не он. Лиам нахмурился. — Какого черта, Зейн. Это он и он прямо перед нами! — Зейн прав, — сказал Гарри из-за спины, голос тихий и сухой. — Взгляни на него. Посмотри внимательно, — прошептал Зейн. Лиам озадачено повернулся, чтобы еще раз взглянуть на кузена. Луи смотрел на них все это время. Ник стоял позади него, собственнически прижимая того к себе, его длинные пальцы гладили грудь младшего парня. Мужчина что-то шептал ему на ухо, а Луи время от времени кивал головой. И Лиам наконец увидел. Сначала было трудно понять, ведь было темно и лишь фары автомобиля освещали полумрак. Глаза Луи были пусты, лишены каких-либо эмоций. Даже когда взгляд Луи встретился со взглядом Лиама, тот будто совершенно не узнавал кузена. Его взгляд был отрешенным и безразличным. — Луи, — прошептал Лиам. — Зейн, что с ним происходит? — Не знаю, — неохотно признался Зейн. — Возможно, нервный срыв? — И что нам с этим делать? — Прежде всего? — Зейн потер подбородок. — Прежде всего убери от Луи этого педофила. Но без кулаков, Лиам, все должно быть мирно. Лиам кивнул, сжав губы. Гарри отметил, как покорно и быстро Лиам реагировал на команды Зейна. — Луи, — молил Лиам, — Луи, пожалуйста, иди ко мне. Клянусь, я не злюсь. Мы все обсудим. Абсолютно все. Пожалуйста, просто иди сюда. Я все еще люблю тебя, Лу, ничто и никогда этого не изменит. Мы семья. Ты не должен идти с ним. Мне жаль, что я накричал на тебя. Пожалуйста, вернись домой. Это не сработало. Гарри понял это, когда Луи отвел взгляд от Лиама, его лицо было таким же безразличным, будто Лиам и вовсе ничего не говорил. Решение пришло моментально. Будто все шло по плану. — Лу. Посмотри на меня. Голова Луи повернулась в направлении голоса, взгляд все еще расфокусированный. Гарри сделал несколько шагов вперед, убедившись, что младший парень мог его услышать. — Знаю, что я не очень хороший человек, — признался Гарри, виновато улыбнувшись. — Я никогда не утверждал обратного. Хорошим людям приходится несладко в этом мире. Однако, это не оправдывает того, как я обошелся с тобой. Это было ужасно, и я брал от тебя то, что не в силах был дать взамен. Он видел, как Луи вздрогнул. Это был успех, он попал в точку. Ведь Луи хоть как-то отреагировал. — Я признаюсь, что поступал так, потому что был эгоистом. Я эгоистичный осел. И это правда. Я полный ублюдок. — Гарри громко выдохнул, прежде чем виновато посмотреть Луи в глаза. Его сердце забилось быстрее. — Но ты для меня много значишь. Намного больше, чем я думал. И я хочу, чтобы все было по-другому, понимаешь? Я хочу быть хорошим парнем, твоим парнем. Реакция Луи не была бурной. Он лишь слегка наклонил голову вправо. Его глаза расширись. Гарри сделал еще один шаг. — Отойди от этого человека, Лу. Рука Ника прижала Луи сильнее. Длинные пальцы сжали ткань насквозь мокрой футболки младшего. Гарри сделал заметку на будущее — сломать эти пальцы один за другим. — Луи, — Гарри шумно выдохнул. — Иди ко мне. Он видел, как Луи меняется. Гарри почувствовал, как заныло сердце, когда увидел искру в глазах Луи. Его рот приоткрылся, Луи поддался вперед на голос Гарри. Но тот рискнул и моментально сократил расстояние между ними, потянув младшего за руки, тем самым вырывая из объятий Ника. В тот момент, когда Луи был в стороне, Лиам накинулся на Ника, как разъяренный зверь, повалив того на землю. — Ты, чертов педофил! Ему шестнадцать! Шестнадцать! Ты больной извращенец! Он в два раза тебя младше! Зейн не пытался остановить его. В конце концов, он знал, что Ник заслужил это. Вместо этого он взглянул на Гарри и Луи. Теперь Гарри сидел на сырой земле, крепко прижимая Луи и успокаивающе раскачиваясь вперед-назад. Их взгляды на секунду встретились, уставшие изумруды и пустые янтари. Гарри отвернулся первым. На губах Зейна появилась слабая улыбка. Он неспешно подошел, присел на корточки и пару раз похлопал Гарри по плечу. Он знал, что кудрявый парень все понял. * Они бросили то, что осталось от Ника после того, как Лиам с ним закончил, лежать на холодном бетоне. Погода становилась все хуже, и Луи рисковал заработать воспаление легких. Дорога домой прошла в абсолютной тишине. Никто из парней не сказал ни слова, когда Лиам парковал машину. Никто из них не заговорил, когда они быстрым шагом приблизились к дому Пейна. Холодная мокрая ткань прилипала к их телам. В конце концов Лиам нарушил тишину, закрывая входную дверь за парнями. — Я… Гарри обернулся, прижимая Луи. Тот уснул в машине. Во сне Луи крепче обвил его шею. Зейн не остановился, направившись в гостиную, а затем плюхнулся всем телом на диван. Лиам провел брюнета взглядом, покачав головой. — Завтра. Просто… — Он провел рукой по лицу и последовал за Зейном в гостиную, коротко кивнув. — Завтра. Гарри слышал, как Зейн и Лиам тихо разговаривали, когда поднимался по ступенькам на второй этаж. Он все же был прав. Зейн был разбит с того самого дня, как они поругались в его комнате. Гарри знал, что рано или поздно ему нужно будет все выяснить, но сейчас у него были дела поважнее. Зарывшись носом в волосы Луи, старший парень занес его в спальню, закрыв за собой дверь. Луи тихонько всхлипнул, когда Гарри плюхнулся на кровать, все так же крепко прижимая к себе младшего парня. — Гарри, — пробормотал он сквозь сон. Кудрявый парень не мог сдержать улыбку. — Я здесь, Лу. Рядом с тобой. Все было предельно нежно и ласково. Невесомые прикосновения, полные заботы, сухие губы на влажной коже. Гарри усыпал тело младшего парня поцелуями, параллельно снимая с него промокшую одежду, а затем разделся сам. Как только они были полностью обнажены, Гарри плотно укрыл их одеялом, прижавшись грудью к спине Луи. Безграничная эйфория и умиротворение завладели его телом, когда он обвивал младшего парня, своего парня, двумя руками. — Не уходи сегодня. — Не уйду, Лу. Никогда. * Зейн стоял у дверей, когда Лиам вернулся из кухни с двумя бутылками пива в руках. — Зи, что ты там делаешь? Иди сюда. Поставив бутылки на кофейный столик, Лиам похлопал ладонью по дивану, приглашая того присесть рядом. Светловолосый лучезарно улыбнулся брюнету. Морщинки у глаз говорили о его искренности. Зейну было пятнадцать. Он с интересом наблюдал за тем, как кудрявый парнишка, который оказался первым, кто заговорил с ним в первый день в новой школе, оживленно общался со своими друзьями. Он постарался, чтобы Зейн почувствовал себя частью компании, приобняв его за плечи. Зейн не мог понять, почему Гарри так добр к нему, но он с благодарностью принимал все жесты с его стороны и сам попытался не упасть в грязь лицом. Все шло прекрасно, ему даже удалось немного расслабиться. Но только до тех пор, пока ему не прилетело мячом по лицу. Боль была резкой и острой, заставив Зейна потерять равновесие и рухнуть на землю. Следующее, что увидел Зейн — это виноватые глаза орехового цвета, будто нашкодившего щенка, нахмуренные брови и пухлые розовые губы. Голос незнакомца был на удивление отчетливым и одновременно успокаивающим. — Прости, я случайно. Просто не рассчитал удар. С тобой все в порядке? — Отвали, Пейн, — прорычал Гарри, помогая Зейну встать на ноги, не смотря на то, что его голова все еще кружилась. — Это ты отвали, Стайлс, — огрызнулся тот в ответ. Он быстро поднял мяч и робко улыбнулся брюнету, прежде чем поспешно удалиться. Он сдался. Тихо вздохнув, он присел рядом с Лиамом, откинувшись на спинку дивана. Это только на один вечер, подумал Зейн. Завтра их ничего не будет объединять. Лиам обнял его за плечи. Закрыв глаза, Зейн уткнулся в шею парня и сделал глубокий вдох. Зейну было шестнадцать, когда он уловил знакомый запах лайма и свежего белья. Лиам стоял перед ним возле буфета, хаос из звуков вокруг не позволял ему расслышать о чем тот говорил со своими друзьями. Зейн видел, как девушки пожирали Лиама глазами, проходя мимо. В количестве девушек, обращавших на него внимание, он мог бы составить Лиаму конкуренцию. Неоднократно девушки улыбались ему, подмигивали, соблазнительно закусывали губу, томно вздыхали. Но Зейна это не цепляло. Он не желал этого внимания. Он желал, чтобы на их месте был Лиам. Но желаниям не всегда суждено сбываться. Лиам жил своей жизнью, в своем мире. Он полностью сбрил свои воздушные кудри, оставив на их месте короткую щетину. Зейну так и не удалось узнать, какими же на ощупь были его кудряшки. Мягкими и легкими, или все же упругими и непослушными. Но потом он вспомнил, что кудри исчезли на следующий день, после того, как учитель попутал Лиама с Гарри. Зейн ушел из столовой, так и не пообедав. Лиам прижался губами к мокрым волосам брюнета, а затем провел по ним рукой, наводя беспорядок. Зейну было семнадцать, и он терпеть не мог вечеринки. Он просто ненавидел вечеринки на воздухе. Тем более вечеринки в лесу. В отличие от Гарри, который дерзко заигрывал с каким-то парнем, сидя на бревне поодаль от Зейна. Некоторое время брюнет наблюдал за ними, чувствуя, что внизу живота становится теплее, а в штанах теснее. Полувозбужденный, он резко подскочил, еще не решив куда идти. — Зи, куда ты, дружище? — спросил один из футболистов. Зейн улыбнулся ему, прислонив два пальца к губам, изображая сигарету. Конечно, тот больше не стал ничего спрашивать. Никто не задавал лишних вопросов, когда Зейн шел на перекур. Это была основная причина, почему он стал курить. Он ощутил уже знакомое склизкое чувство в груди, поэтому отошел подальше от вечеринки и поглубже в лес. Он не заметил насколько отдалился от шума, когда услышал как знакомо-незнакомый голос выкрикнул его имя. — Зейн! Эй, Зейн Малик! Зейн обернулся. В его крови было недостаточно алкоголя, чтобы начать разговор, который он представлял уже на протяжении двух лет. Тем не менее Зейн пошел на голос. — Зейн Малик, — еще раз произнес Лиам, пьяно хихикая. — Ты тут сам? Зейн кивнул, подходя ближе, пока не оказался рядом с парнем. За лето Лиам вытянулся и подкачался. Фирменная майка с логотипом футбольной команды плотно прилегала к широкой груди. Зейн задумался, насколько сильным все же Лиам был. Тот полностью облокотился спиной о дерево, вызвав тем самым глухой треск. Они стояли близко друг к другу. В глазах Лиама будто плясали чертики, он загадочно улыбался. Для Зейна сокращающееся расстояние между ними было невыносимым. Но он не мог сопротивляться. Так близко. Лиам слегка наклонил голову вбок. — Ты не должен быть сам, Зейн Малик, — медленно протянул он. — Ты слишком красивый, чтобы бродить тут в одиночестве. Мало ли что может с тобой случиться. Зейн подошел еще ближе. Лиам выдохнул. — Говорят, тут водятся волки. Теперь они стояли вплотную друг к другу, их дыхание смешалось. — Ничего со мной не случится. Ты же тут, значит я не сам, верно? Лиам посмотрел на него сквозь полузакрытые веки. Медленно он повел пальцами по надписи на своей футболке, на его губах появилась дерзкая улыбка. Глаза Зейна скользнули вниз, читая эту самую надпись. Там, где у других футболистов было имя, у Лиама красовалось его прозвище. Волк. Зейн больше не мог себя контролировать. Он тут же упал перед парнем на колени. Недовольно пробурчав, Зейн стряхнул руку Лиама и поправил волосы. Лиам рассмеялся. Брюнет уже хотел возмутиться, но почувствовал, как к его губам прижались пухлые губы. Лиам поцеловал его. Зейну было восемнадцать лет, когда Лиам рисовал узоры языком на его коже. Это то, что было между ними. Секс. Уже ровно год. Но Лиам вряд ли это знал. Годовщины помнят лишь в отношениях. А у них не было отношений. Это было всего лишь взаимное избавление от сексуального напряжения. И ничего больше. — Сегодня звонила моя тетя, — пробормотал Лиам куда-то в плечо парня, параллельно покусывая кожу. — Мм. и что она сказала? Зейн потерял способность воспринимать реальность, когда Лиам зашевелил пальцами внутри него. На лице Лиама появилась самодовольная улыбка, а затем он снова продолжил осыпать плечи парня укусами. — У моего кузена проблемы в школе. Моя тетя хочет, чтобы он поменял обстановку и уехал из города. Он приедет ко мне на праздники. — О, — удивился Зейн. Вот это новость. — Да, нам придется видеться только у тебя, — сказал Лиам без задних мыслей, и Зейн почувствовал, как внизу живота мерзко затянуло. Правильно. Кузен же не должен знать о них. Хотя бы Лиам говорил все прямо. Он ведь не может разрушить свою идеальную репутацию, верно? Не то, чтобы было что рассказывать о них. Вовсе нет. Не было никаких их. Был Зейн. Был Лиам. И между ними был трах время от времени. Но…но возможно быстрого секса и нескольких минетов под трибунами уже было недостаточно. Возможно, Зейн хотел поздравлений с годовщиной, теплых слов и взаимных подарков. Возможно, он хотел уютных вечеров перед телевизором и грязных танцев на вечеринках с диким сексом в уборной. Возможно, он хотел держаться за руки и каждое утро чувствовать запах лайма, исходящий от подушек. Зейн хотел отношений. Он хотел быть любимым, взаимно любимым парнем, о котором он думал с пятнадцати лет. Он хотел Лиама. Он хотел, чтобы Лиам хотел его так же, как Зейн хочет его. — Это же не проблема. Я буду приходить к тебе, когда мой кузен уснет. Лиам улыбнулся ему, разворачивая того на спину. Он на мгновение прижался губами к губам Зейна. — Вот и решили. Ну что, ты готов, сладкий? Зейн не обращал внимание на то, как сильно щемило в груди. Он натянул взаимную улыбку. — Да, готов, сладкий, — Зейн повторил прозвище с надменной интонацией. Он зажмурил глаза, когда Лиам потянулся за презервативом, лежавшим на прикроватной тумбочке. Зейн разорвал поцелуй, быстро моргая, он пытался прогнать воспоминания. Это случилось раньше. До того, как появился Луи, и Лиам узнал о том, как Гарри с ним обходится. До того, как ему с каждым разом все сложней и сложней удавалось игнорировать невежество и лицемерность Лиама. Перед драками. Перед всеми утраченными возможностями на быстрый секс. Зейн поставил Лиаму ультиматум — они либо встречаются открыто, либо все кончено. Лиам объяснил, что не может так. Через четыре дня Зейн повредил лодыжку Лиама. Он чувствовал себя превосходно, когда вся боль внутри выплеснулась наружу в виде удара. Он чувствовал себя изумительно, когда за пару минут до того, как подбежали другие игроки, он увидел, что Лиам наконец понял. Понял, что сломана была не только его лодыжка. Зейн чувствовал себя прекрасно, когда впервые делал больно он, а не ему. Он почувствовал силу в себе. Зейн медленно поднялся. Он увидел в глазах Лиама боль и непонимание. Но сделал вид, что ничего и не заметил. — Пожалуйста, не уходи, — голос Лиама был тихим. Настолько тихим, что Зейну показалось будто это были его же мысли. Зейн очень хотел остановиться. Он хотел сдаться. Но не мог. Все же это больно, когда сердце разбивается в сотый раз. Даже больнее, чем в первый. Но он продолжил идти к входной двери. — Знаешь, любить тебя не было моим выбором, — сказал Зейн не поворачиваясь, прекрасно понимая, что Лиам все еще слышит его. — Но сейчас мой выбор — любить себя больше. Он открыл дверь. — Всего хорошего, Лиам.