Underdog

Зейн почти докурил. Его волосы еще не высохли после душа, а мышцы ныли от интенсивной тренировки. Дождь барабанил по крыше над окном, на котором он сидел, свесив одну ногу в комнату, а другую из окна второго этажа. Он наблюдал, как последнее облако дыма рассеивается во влажном воздухе, прежде чем кинуть бычок прямиков в кусты с мамиными розами, а затем слезть с подоконника. Он хотел, чтобы порыв ветра решил за него, спрыгнуть ли ему на пол спальни или же прямиком из окна, дав насладиться полетом в несколько секунд. Но, кого он обманывает. Он этого точно не сделает. Не раньше, чем он выбъет все дерьмо из ублюдка, который вечно пялится на Сафу, не раньше, чем он увидит выпускной Валии, и не раньше, чем он хотя бы раз проучит бессовестного Гарри. Он живо спрыгнул с подоконника на пол спальни. Именно в этот момент в комнате заиграла песня репера Тайги, стоявшая на мелодии звонка телефона. Убрав волосы с лица, он прыгнул на кровать и провел пальцем по телефону. — Да, Хазз? Молчание. Зейн нахмурился. — Гарри? Зайн выдохнул, когда услышал знакомый тембр лучшего друга. — Зейн, — раздался голос Гарри, напряженный и озадаченый. Зейн знал этот тон. — Черт, Гарри. Что случилось? — Мне нужно… они не нашли… прошло уже три часа, я… пожалуйста… — Гарри только что сказал «пожалуйста»? — Куда мне ехать? — К Лиаму, — последовал ответ, прежде чем раздались короткие гудки. * Дрожа, Луи подтянул колени к груди. Его одежда насквозь промокла от спонтанного дождя, тонкая рубашка прилипла к груди. Он услышал три гудка, прежде чем на том проводе подняли трубку. И затем он снова услышал. Он услышал реальный голос, который вечно звучал в его голове. — Алло?  — Это я, — Луи практически прошептал. — Луи? Он нервно усмехнулся. — Ага. — Боже мой, Луи. Я столько раз пытался тебе дозвониться. Как твои дела? Ты где? — Я в порядке, — его ложь выдал короткий всхлип, сорвавшийся с губ. — Луи, ты в порядке? Где ты, Томмо? Скажи мне. — Можешь… — Луи помассировал лоб. — Я пришлю тебе адрес. Можешь… ты… — Я помню, — сказал он, голос спокойный и важный. — Я уже выезжаю. Просто оставайся на месте, я скоро буду. Луи выдохнул. — Ник? — Да? — Спасибо тебе. Мужчина низко и протяжно засмеялся. — Не за что, Луи. Ты же знаешь, что я люблю тебя. Знай, я все сделаю ради тебя. — Даже если они будут меня искать? Ник промычал. — Даже тогда. Они не найдут тебя, если ты будешь со мной. Подожди, скоро ты увидишь квартиру, в которой я сейчас живу. Тут лепнина на потолке, совсем как мы хотели. Я уже в машине. Скоро увидимся, милый. — Увидимся, — Луи почувствовал, как телефон выскользнул из его пальцев, глухо ударившись о мокрую землю. Он не стал его поднимать. Луи в нем больше не нуждался. У тебя был всего один шанс, и ты упустил его, Томмо. Лиам будет только счастлив, если ты исчезнешь. Ты был для него как чемодан без ручки. Интересно, как ему удалось так долго продержаться. Луи опустил голову на колени, прикрыв глаза. Осталось дождаться. * Совершенно растерянный, Лиам бросил свой мобильный на кровать Луи, прежде чем схватить его подушку и крепко ее сжать, вдыхая знакомый аромат шампуня с лаймом и его дезодорант с запахом горького шоколада. — Что они сказали? — спросил Джош, упершись рукой в грудь Найла, сдерживая его. Ирландец провел последние двадцать минут с тех пор, как они вернулись с поисков Луи в районе реки, бегая от шкафа к шкафу и тихо выругиваясь. — Найл, я клянусь богом, если я еще раз услышу хоть один мат от тебя, я за себя не отвечаю. Блондин возмущенно цокнул, прежде чем упасть рядом с Лиамом, вырвав у него подушку. Лиам повернулся к Джошу. — Они ничего не сделают, пока не пройдет более двадцати четырех часов. Двадцать четыре часа! Он может оказаться где угодно за это время! Тяжело вздыхая, Лиам зарылся головой в простыни, массируя пальцами затылок. * Вокруг дома Пейна припарковалось восемь машин. Выругавшись, Зейн проверил зеркало заднего вида перед тем, как припарковаться у дома соседей Лиама. Он молился, чтобы пожилая дама, живущая там, не вызвала полицию снова. Он перешел дорогу к дому Лиама и громко постучал в дверь. Энди открыл ему дверь, смерив взглядом, прежде чем поздороваться и пустить в дом. — Мы на кухне, иди за мной. Кухня была заполнена людьми, все толпились вокруг кухонного стола. Кто-то разложил карту города на нем, разметив по секторам. Друзья Лиама были организованы, Зейн это оценил. Не обращая внимания на презрительные взгляды в свою сторону, он направился к Гарри, который сидел на кухонной стенке, пялясь в потолок. Кудрявый оживился, как только Зейн положил руку ему на бедро, зеленые глаза необычно заблестели. Гарри спрыгнул со стенки и вышел из кухни. Зейн последовал за ним. Как только они вышли, Гарри крепко обнял его, уткнувшись лицом в шею, его плечи вздымались. Зейн прижал его, успокаивающие похлопывая по спине. — Полагаю, это уже не игра. Кудрявые волосы защекотали его шею, когда Гарри покачал головой из стороны в сторону, потирая глаза. — Хорошо, тогда мы все исправим. Соберись. Они обнаружили Лиама, Джоша и Найла сидящими на кровати Луи. Лиам прижимал голову руками, а блондин и Джош переругивались. — Есть вероятность! — Нет, Найл, ты не прав. — Ты не можешь утверждать. — Конечно, могу. Твоя идея абсурдна. Он точно не в скейт-парке, мы уже обыскали там все два часа назад, я… Лиам вскочил. — Заткнитесь! ЗАТКНИТЕСЬ! Луи пропал, и вы не поможите тем, что будете орать друг на друга — ПРОСТО ЗАМОЛЧИТЕ! На самом деле это было мучительно больно, смотреть как Лиам закипает как чайник. В его интонации была злость, безысходность и тоска. Все повернули головы на Зейна, когда тот рассмеялся. Конечно. Все же так просто. — Зейн, что за… Он перебил Гарри, покачав головой. — Ты что, не заметил? — О чем ты, дружище? — воскликнул блондин. Зейн проигнорировал его. — Никто из вас? Кузен, лучший друг кузена, лучший друг Луи и… — Зейн махнул рукой на Гарри. — Кем бы ты там ему не приходился. Разве никто из вас не заметил? — Хватит распинаться, Зейн, в чем, блять, дело? — прорычал Лиам. Зейн воздерджался от грубости в ответ. Сейчас не время. — Записка, идиоты. Я говорил о записке, которую он оставил. — Какая еще записка? — Ой! — О, Малик, не хочу тебя расстраивать, но Луи сбежал и он не оставил никакой записки, если ты не заметил. Зейн закатил глаза. Кривляя недоверчивый тон Джоша. — Луи — шестнадцатилетний парень, чувствительный и ранимый, он повидал много дерьма в жизни. Да, конечно же он сбежал. Лиам зарычал, а у Найла перехватило дыхание. — Но я думаю, что для него это был тот самый момент «или борись, или беги». Готов поспорить, что у него случился срыв, когда Лиам уехал. Лиам вздрогнул. — И я думаю, что он больше не контролирует свои действия и его мысли настроены против него самого. Я думаю, что страх лишил его здравого смысла и совершенно обессилил. Джош хотел перебить его, но Зейн поднял указательный палец, призывая к тишине. — Но, к счастью для нас, это не означает, что паника овладела всем его мозгом, и та его часть, которая признала иррациональность поведения, обязана заставить его оставить послание, где говорится о его планах. Поэтому да, он оставил записку. — Звучит разумно, — признался ирландец. Но где именно, по твоему, он оставил записку? Зейн ухмыльнулся. — Он оставил ее там, где оставлял все свои мысли, — Зейн указал на стену за головой Лиама. — Он написал это на стене. Четыре головы повернулись. — Что ты имеешь ввиду? — Я не вижу тут ничего похожего на адрес. О господи, эти идиоты, Зейн вздохнул и бесцеремонно запрыгнул на кровать Луи, прислонившись руками к стене. — Вы, ребята, серьезно должны расширять свой кругозор. Прежде всего, кто-то из вас хоть немного знаком с названиями песен здесь? — Какие еще песни? — А? — Прикуси язык, — сказал Зейн, потирая чернила на стене. –Это название песни, и она очень хорошо подходит для описания всей ситуации случившейся Луи, - он на мгновение столкнулся с пристальным взглядом Гарри, прежде чем отвернуться к стене. -Désolé, — продолжил Зейн. — Это на французском? — перебил его Найл. Он кивнул. — Да. Это значит, я приношу извинения. Но это также название песни Sexion D'Assaut. — Je ne suis qu'un homme je vais finir par clamsé. Et j'ai du côtoyer l'pavé. Pas à pas j'me dis c'est pas vrai. Papa, Maman, les gars désolé. Растерянные взгляды. Зейн вздохнул. — Рэпперы извиняются перед своими семьями, потому что они так или иначе не оправдали их ожиданий, и из-за этого они все уходят из дома, чтобы никогда не вернуться. Звучит знакомо? Он заметил, как Лиам трет глаза. Зейн продолжил. — О, и снова Loveland, главный герой должен уйти оттуда, где он сейчас. На этот раз с уточнением, что он хочет добраться до места, где он будет жить с одним человеком, хотя он знает, что их чувства не настоящие. На этот раз Лиам на мгновение перестал дышать. Они с Гарри перекинулись взглядами. — Что, что я пропустил? — Ничего, это не важно, просто подозрение. Продолжай, — Гарри попросил его. Зейн пожал плечами. — Хорошо, теперь к самой важной части, — гордо усмехнувшись, Зейн постучал пальцами по двум последним словам. — А эта песня, хотя бы ее вы все должны знать. Слышали о «The Scientist» группы Coldplay? Самая знаменитая строчка из песни: «Я возвращаюсь к началу». — Железнодорожный вокзал? Ты хочешь сказать, что он на вокзале, откуда я его впервые забрал? — Лиам вскочил с кровати. Зейн покачал головой. — Не совсем. Это песня о любви. О прощании с тем, кого ты любишь и о возвращении на место, где все началось и где все закончится. — Супермаркет, — выкрикнул Гарри. — Он у супермаркета. Через мгновение он направился к двери, Найл и Джош направились за ним. Довольный, Зейн спрыгнул с кровати, следуя к выходу из комнаты. Он был уже у двери, когда почувствовал, как рука крепко сжала его запястье. Вздрогнув, он остановился, удивленно посмотрев на парня. — Лиам, что…? Затем мягкие губы крепко прижались к его губам, и тело Зейна будто пронзило слабым зарядом. Ладони Лиама схватили его бицепсы, сдерживая руки по швам. — Спасибо, — Лиам выдохнул, оторвавшись от губ брюнета. Он невесомо поцеловал парня в нос, затем скулы и веки. — Спасибо тебе, спасибо. Я тебя очень люблю. Спасибо. Это нереально. Он на эмоциях. Он не это имел ввиду. Это невозможно. И это ничего не меняет. Ничего не исправить. Зейн положил руку на грудь Лиама, настойчиво оттолкнув его, он уставился в пол. — Не говори мне этого, Лиам. Мы оба знаем, что этого недостаточно. К тому же мы его еще не нашли. — Мы найдем, — сказал Лиам с уверенностью. Улыбнувшись, он развернулся, потянув Зейна за собой. Они спустились вниз по лестнице и вышли из дома, где их уже ждала машина.