«Письмо натуралу, с любовью»

«Может, мы хотя бы познакомимся?» - написал я на листке и засунул его обратно в конверт. Мне очень хотелось узнать, кто это, и почему он до сих пор не появился в моей жизни. Письма - это так необычно и интересно, что я сам не понял, как начал от них зависеть. Не успел я зайти в квартиру, как на меня тут же накинулась мама. - Ты, почему так долго? – тут же спросила меня она. Я всегда старался предупреждать ее, когда куда-то ухожу после школы, но сейчас почему-то забыл. Когда я нахожусь с Давидом, я постоянно забываю обо всем на свете. - Ой, прости, мам, я гулял с новеньким, - слегка смутился я. Мне весной будет уже восемнадцать лет, а меня до сих пор так опекают. Это обидно, потому что почти все мои одноклассники могут вести себя так, как им хочется, а мама всегда рядом со мной. Когда я говорил об этом со своей подругой, она сказала, что надо ценить моменты, проведенные с мамой, поэтому я со временем смирился, но все же не до конца. - С новеньким? – удивилась мама, пропуская меня в квартиру. – У вас снова новенький? Не противный, как тот прошлогодний Артур Удальцов, про которого ты, не переставая, рассказывал? - Мам, - протянул я, проходя в свою комнату. – Не так уж и много я тебе о нем говорил. Новенького Давид зовут, у него фамилия Любимый. - Ух, ты, - восхитилась моя мама, загадочно улыбнувшись. – Ему очень повезло - учителя не будут обращаться к нему по фамилии. Я кивнул, улыбнувшись. У нас в школе учитель по технологии имеет привычку называть всех по фамилии, наверно, Давид будет единственным исключением, которого учителю будет выгоднее называть по имени. - Ладно, давай иди переодевайся и кушать. Я поднялся в свою комнату, а мой взгляд невольно упал на зеркало, где красовалось мое отражение в полный рост. Подойдя ближе, я начал рассматривать свое лицо, мысленно вздыхая, почему природа не могла дать мне такую же необычную внешность, как и Давиду. У меня были обычные светло-каштановые волосы и зеленые глаза, я выглядел как обычный подросток, которых на земле целая тьма, как часть серой массы людей, которые ежедневно куда-то спешат, без конца смотря на часы и сжимая в руках свои чемоданчики. А Давид выглядел совсем иначе, хотя у него был очень скрытый характер, он казался очень интересным и загадочным. Поэтому, не смотря на его молчаливость, к нему все равно тянутся люди. Когда мы находились на кладбище, мне было не по себе от того, что вот тебе всего восемнадцать лет, а мамы уже нет рядом, и это невероятно больно. Я попытался представить, что было бы, если бы моей мамы не было рядом. Мне стало очень страшно. Кладбище действительно заставило меня задуматься о жизни и начать ее ценить, но остаются некоторые моменты, которые перечеркивают все стремление к жизни. После обеда я сел за уроки, их задали совсем немного, поэтому лучше сделать сейчас, чтобы потом спокойно полежать и собраться с мыслями. Спустя полчаса зазвенел мой телефон. Противная пищащая штуковина, почему ты звонишь в моменты моей абсолютной сосредоточенности? Я недовольно посмотрел на дисплей, оказывается, пришла смс. Открыв сообщение, я очень удивился. «Теперь давай общаться так. Я не против познакомиться, но встретиться мы сможем нескоро», - прочел я и приподнял бровь. Номер был мне не знаком, потому, что если бы это был номер из моих контактов, голосовая система сообщила бы мне об этом, коряво произнеся имя контакта, который написал смс. «А ты кто?», - написал я в ответ и тут же стукнул себя по голове. Это же сто процентов был тот человек, который пишет мне письма. «Не узнал? Хе-хе, а я думал, что ты умный», - прочтя ответ, я невольно покраснел. Ну, конечно, я же идиот, как я вообще не догадался сразу. «Теперь узнал, кто ты вообще такой? Расскажи мне». «Можешь называть меня Джейсон. Я развлекаю мальчиков, которым скучно и грустно». «Ты что, извращенец? Или маньяк? Откуда ты взялся? Мне твое имя ничего не дает». «Хе-хе, я твой ровесник, поэтому я не могу быть маньяком, логично? Я берусь оттуда, где заканчивается радуга:) Позже мы встретимся, но пока слишком рано». «Ты точно больной. Знаешь, у меня папа психиатр, не хочешь обратиться?». «Нет, мне пока нельзя выходить в люди». «А как же ты мне письма присылал, если тебе выходить в люди нельзя? Объясни мне». После этого сообщения он мне больше ничего не писал. Мне этот человек стал очень интересен, он был таким же интересным как, например, Давид. Джейсон… хм, Джейсон-Джейсон… Интересно, кто это такой? Имя такое интересное, настоящее ли оно? Любопытство взяло надо мной верх, и я, быстро взяв сотовый в руку, позвонил на этот номер. В динамике я услышал лишь то, что «абонент отключен или находится вне зоны действия сети». В принципе, на это я рассчитывал. Странно все это, но я все-таки не уверен, что он маньяк, ведь даже если так, он бы давно меня прихлопнул, а не устраивал показательные представления. Я бы очень хотел поговорить с ним по телефону. Интересно, напишет ли он мне снова? Я плюхнулся на кровать и прикрыл лоб ладонью, чтобы подумать над сложившейся ситуацией. Внезапно мой противный телефон снова запищал. Я подскочил с кровати, словно ошпаренный, и метнулся к мобильному, но, взглянув на дисплей, очень огорчился. Мне звонил Валера. - Алло? – недовольно пробубнил я, снова ложась на кровать. «- Тоха, мне скучно. Пошли, погуляем». - Я не в настроении. Давай как-нибудь потом, - ответил я, явно не желая гулять сейчас с Валерой. «- Пф, ладно. Кстати, я видел Давида возле твоего дома примерно десять минут назад. Он зашел в подъезд, я думал, что вы гулять идете, но он потом резко вышел, без тебя. Что, тоже отказал ему?». - Давид? Я его не видел, - удивился я. Откуда он вообще знает, где я живу? Следил, что ли, за мной? Я быстро кинулся к окну, которое выходило в мой двор, но увидел лишь Валеру, который сидел на лавочке перед моим подъездом. – Ладно, я сейчас выйду, - неохотно ответил я. Может нам удастся каким-нибудь волшебным образом догнать Давида.