Под маской фракции

Утро отозвалось ноющей болью в ногах и руках, а так же мокрой от слюней подушкой и сброшенным на пол одеялом. Я быстрым движением руки стерла с лица "остатки сна", чтобы никто не заметил, и одела новенькую форму. Что-то мне подсказывает, что уже сегодня она будет не такой новенькой, как вчера. Завтрак проходил в атмосфере сна, некоторые засыпали на ходу, а некоторые уже были на грани, чтобы использовать овсянку вместо подушки, а хотя нет, смотрите, парень за соседнем столом уже лег в нее, опрокинув при этом чашку с чаем. Коричневая жидкость огромным потоком рухнула ему на штаны. А вот и первый объект для насмешек. Я быстро доела оставшееся в тарелке: просить меня не надо было, аппетитом я "не страдала"; поднялась, чтобы отнести поднос, но столкнулась с высоким парнем, пролив на его куртку остатки кофе. Он злобно рыкнул на меня: "Куда прешь!" и одним взмахом руки вышиб из моих рук поднос. Я обреченно уставилась на пол, злобно прошипев ему в спину: "Ублюдок!". Бэмби подскочила с места, помогая мне собрать вещи, а я лишь недовольно смотрела на удаляющегося от нас белобрысого паренька. Что вы там говорили об уважительном отношении к девушкам? Нет, не слышала! Тренировочный зал напомнил мне огромную пещеру с коконами - боксерскими грушами и рингом, на котором пролилось не мало крови. Многие уже проснулись и беспрестанно болтали, я кинула взгляд на Бэмби, которая прибилась с группе что-то весело обсуждающих девушек. Да-да, на счет общения я не самый лучший оппонент, хотя, если затронуть интересующую меня тему, то я могу разговориться хоть на целый день. Дверь отворилась и в зал вошел высокий, накачанный... Опять девушка? Я хлопнула себя по лбу, вызывая недоумевающие взгляды со стороны товарищей. Но это был отнюдь не наш новый тренер, а все та же часто улыбающаяся Меган, которую я не узнала только из-за собранных в пучок волос, тогда как вчера они лежали крупными волнами у нее на плечах. Она громко свистнула, обращая на себя внимание тех, кто еще не заметил ее прихода, и, забравшись на ринг, без всякий приветствий и отступлений от занятия начала раздавать указания и наглядно показывать как и куда нужно бить. Ее мишенью стала одна из тех неугомонных девиц, к которым присоединилась моя "подопечная", но калечить ее в первый же день Меган не собиралась, лишь немного запугать. Тренер махнула рукой, давай нам возможность приступить к тренировкам. Послышались первые удары, шипение и кое-где даже ругань. Я встала напротив боксерской груши, поставив ноги на ширине плеч, одну выставив вперед, и замахнулась. Удар был не сильным - мишень ели-ели покачнулась. Вот она - моя реализация планов, после первого же удара все начало посыпаться пеплом. Я разозлилась, хотя и понимала, что это ничем мне не поможет. Злость - не показатель качества удара, конечно исключая экстренные ситуации... - Чего остановилась? - я не заметила, как Мег подобралась ко мне с боку и уже несколько секунд смотрела на то как я стою не двигаясь. - Техника была неплоха, но ты совершенно не напрягла мышцы, - одна встала рядом и с размаху сделала удар. "Вот это сила!" - хотя по виду не скажешь, что она хороша в рукопашном бою, но, как говорят, не суди книгу по обложке. Девушка выпрямилась и повернувшись ко мне лицом подмигнула, то бишь "дерзай!". - Еще немного и мне будут пришивать новые конечности, - Бэмби рухнула за стол и начала энергично накалывать на вилку овощи. - По твоему виду не скажешь, - засмеялась я подвигая тарелку ближе. - Чувствую, чем дальше, тем хуже. Моя подруга что-то невнятно промычала, медленно пережевывая брокколи. Я снова засмеялась и оглянулась. Надеюсь в этот раз я не столкнусь с тем же парнем, который подпортил мой завтрак. И на этот раз мне повезло. Кажется, я не совсем полная неудачница. *** "А нет, я ошиблась," - я стояла у стены спортзала, вперив свой взгляд в нож, который был в руках у нашего инструктора. По таким "незамысловатым" стечениям обстоятельств, тот белобрысый парень, которого я облила кофе и парой не совсем обидных, но, видимо, не для него ругательств, оказался нашим инструктором, который, разглядев меня в толпе (хотя я очень даже хорошо умею прятаться еще с детства, когда мы всем двором играли в прятки, и меня никто не мог найти) и узнав во мне, как он выразился, "ту самую", не побрезгал воспользоваться моментом и отомстить мне. И теперь я стояла у стены вместо мишени, ожидая своей участи. Надеюсь он и вправду хорош в своем деле, иначе я могу лишиться пары тройки выпирающих конечностей. - Только шевельнись, - прошипел он. "Если бы у нас была фракция змей, то он бы оказался в ней лидером," - подумала я, пропустив момент, когда он замахнулся. Теперь я услышала лишь приближающийся свист, а когда нож воткнулся в дерево, я уже было дернула рукой чтобы ощупать себя, но заметила его испепеляющий взгляд на себе. Стоять и не двигаться - вот что я повторяла себе оставшиеся четыре ножа, при это мои глаза все время расширялись, тело подрагивало, а сама я, извините за подробности, чуть ли не описалась от пережитого страха. Парень ухмыльнулся, не прекращая травить меня своим взглядом: - Пять баллов. А теперь можешь пойти сменить штанишки, - неофиты засмеялись, но думаю, если бы каждый из них попал бы под прицел, то им было бы не до смеха. Я медленно отошла от стены и подошла к подруге. - Ты держалась молодцом, - она улыбнулась и приобняла меня. Кажется, она вместе со мной переживала все происходящее. - С чего это он на тебя так напал? - Я его облила... кофе... и парочкой ругательств, - я пальцем остановила дергающийся глаз и опустилась на пол, чтобы хоть немного передохнуть от случившегося. Но не тут то было, наш тиран это заметил... Кажется, я еще несколько дней буду у него в живых мишенях. Я обреченно вздохнула и поднялась с пола, пока в меня не прилетел еще один нож, и отошла к своей мишени. Сказать честно, метать ножи у меня получалось просто отвратно: одни не долетали, другие попадали в чужую мишень. Подколки сыпались со всех сторон: «Что мокрые штаны мешают кидать?», я лишь крепче сжимала зубы, чтобы не кинуть нож в одного из этих придурков, успокаивая себя лишь тем, что, если даже и кину, то он либо не долетит, либо я промахнусь, и тогда насмешек будет еще больше. Убийца-неудачница. Я издала негромкий смешок и словила еще один испепеляющий взгляд от тренера, кажется я никогда не смогу получить его расположение, хотя можно не волноваться об этом, ему не нравятся абсолютно все неофиты. Я от вернулась от мишени, крутя в руках последний нож (за остальными идти не хотелось: не одна я не попадаю в мишень), а в голове созрел план: что, если я кину его не смотря на мишень. Вы помните тот момент жизни, когда вы по крупному обложались? А я помню, ведь этот момент случился именно сейчас, несколькими секундами ранее: я сделала то, о чем думала – кинула нож, не глядя на того деревянного человечка, в которого мы целились на протяжении часа (черт бы побрал меня и мои наиглупейшие мысли), и попала! Да, я уже было обрадовалась, услышав немного смазанный вход металла в дерево, но как только открыла глаза, так сразу же их захлопнула. По залу прошелся крик. Знаете, что я увидела за пару секунд? Руку моего одногруппника, пришпиленную к стене моей «зубочисткой», и струю крови, стекающей от места "происшествия" до самого пола. Я подавила желание желудка вывернуться прямо на пол и поспешно ретировалась, дабы больше не видеть тот ужас. Но не успела я и пары метров отойти, у моих ног воткнулся тот самый окровавленный нож. Я сглотнула и посмотрела вперед. Я не разу в жизни не видела дьявола, но уверенна, что, если бы я нашкодила в аду, то он бы испепелял меня таким же взглядом, каким на меня сейчас смотрит, даже не смотрит, а уже освежевывает меня Эрик. Молодой человек крикнул ближайшему человеку, а ей оказалась моя маленькая Бэмби, чтобы та отвела парня к Доку, а сам, грозно топая, начал приближаться ко мне. Сейчас я больше всего в жизни хотела стать букашкой или же провалиться под землю, оказавшись в самом аду, где мне бы показалось, что я в раю. Но точно не здесь и не сейчас. К сожалению я не обладаю такой способность (ни одной, ни другой), и единственное, что мне приходится делать - ждать несколько секунд, которые мне показались часами под нестерпимо ужасным взглядом Эрика. Парень резко схватил меня за руку, заломил ее за спину и повел прочь от зала, оставив неофитов в полном шоке от происходящего. Не знаю, что мне показалось самым ужасным: то, как он вел меня по коридорам, поднимаю мою руку все выше, грозя оторвать ее в любой подходящий момент, или же момент, когда мы оказались в небольшом помещении без мебели и окон, больше похожим на тюремную камеру, чем на душевую, чем и была та комнатка. В следующую секунду, как стальная дверь захлопнулась (понятия не имею, зачем в душевой стальная дверь, хотя теперь немного начинаю понимать), меня бросили на пол, не забыв ударить под ребра носком ботинка. Я закряхтела и попыталась встать, скрежетя зубами, но успела подняться лишь на колени, как мои волосы схватили и запрокинули голову назад. - Что ты позволяешь себе, сучка? - Эрик оттянул мои волосы так, что, казалось, вся кожа на моем лице натянулась и грозила лопнуть. - Решила выставить меня неудачником перед всем коллективом? Отвечать я боялась, на деле я оказалась совершенно не бесстрашной, а маленьким пугливым мышонком. Мужчина сжал зубы и, решив больше не ждать, ударил меня кулаком по лицу, продолжая держать голову, чтобы я не смогла отвести взгляда. Если он решил так пугать новичков, то могу его поздравить - у него здорово получается, и не удивлюсь, если от меня будут шарахаться когда я приду в комнату. Если конечно я доживу до этого счастливого момента… В мою сторону звучала еще туева куча разнообразных обвинений, сопровождаемым градом ударов и грозными выкликами на подобии: “Наше знакомство покажется тебе прогулкой под луной, по сравнению с тем, что тебя ожидает в будущем”. И я уже и не сдерживалась - рыдала в открытую, сопровождая всхлипы презрительным ревом от каждого последующего удара. Я ждала лишь момента, когда же все это прекратится, и именно сейчас я поняла, что готова даже умереть, да простит меня моя мама, которая терпела невероятную боль, когда рожала меня. И я дождалась… Нет, не смерти. Просто неожиданно удары и крики прекратились, а когда я подняла заплаканный взгляд на своего мучителя, то поняла, что он сам рыдает, уперевшись руками в кафельную стену и склонив надо мной голову так, что его слезы падали мне на щеки. - Убирайся! - взревел он, ударяя кулаком по стене. - Проваливай от сюда и не попадайся мне на глаза больше. Я ошарашено уставилась на Эрика, но он больше не произнес ни слова, и на корточках выползла из этого помещения. Пытаясь встать на ноги, я услышала, как за той стороной двери полилась вода, послышался дикий рев и треск разбитой плитки. И именно в этот момент мне захотелось отворить эту проклятую дверь, ворваться туда и обнять его, и успокоить, несмотря на то, что он мог с легкостью убить меня. Но я этого не сделала. Знаете почему? Все просто: я слишком дорожила своей жизнью. В следующий раз такого не повториться: первый удар нанесу я.