37
25 апреля 2016 г., 23:38
Едва поспевая за князем, — зачарованно и чуть опасливо, как преданный щенок следует за хозяином — Кассиан высматривал среди чистейших зеркал и высоких окон фрагменты немецкой столицы и грел на душе чувство, похожее на прилив ностальгии. Остановившись, приспешник поставил рядом небольшой чемодан и поднял вверх полуавтоматическую ручку, отделанную темным деревом. Перекинув чехол с выходным костюмом Дамьяна через плечо, вампир вновь устремился за старейшиной.
Стук колес дорожной сумки напомнил юноше день, когда он оказался в Берлине впервые, отправившись сюда поездом. Воспоминания приятными назвать было нельзя, Кассиан прибыл в город не по своей воле, но несмотря на столь нетактичное стечение обстоятельств, юноша с чистой совестью мог признать проведенные здесь одиннадцать лет своей жизни едва ли не самым счастливым ее периодом.
Вокруг сновали частые прохожие, слышалась речь на иностранных языках — немецкий, французский и английский переплетались в ласкающих слух беседах, порой прерываясь кричащим дерзостью итальянским. На разговорном уровне Кассиан владел всеми из перечисленных, исключая последний. По неудачному опыту итальянцы казались приспешнику самими грубыми и темпераментными людьми на планете — учить их язык у брюнета не было никакого желания.
Минуя зону дьюти-фри, Кассиан поперхнулся перенасыщенным различными парфюмами воздухом и шумно закашлялся. Князь в отдалении обернулся и замер на месте, принявшись нетерпеливо отбивать такт носком туфли.
Стоило заметить, что князь редко когда оборачивался. Он не любил ждать и предпочитал, чтобы собеседник подстраивался под него во время разговора, будь то неспешный шаг или же бег, так как потеряв его из виду, Дамьян напрочь забывал о незаконченном диалоге. Естественно, это касалось лишь тех людей, что не представляли из себя ничего особенного и относились, если утрировать, к касте недостойных. Важные дела обсуждались на должном уровне, а таким, как Кассиан, действительно приходилось носиться за князем, если на то была срочная необходимость в совместном обсуждении.
Воспользовавшись форой, вампир поправил воротник серой рубашки и засеменил вперед, нагоняя скучающего старейшину.
— Мы спешим, Кассиан, — Дамьян смерил его сердитым взглядом. — Изволь подсуетиться.
— Прошу прощения, мой князь.
— И давай-ка я это понесу. Здесь и так чисто, нет нужды подметать моим костюмом пол, — улыбнувшись, старейшина забрал чехол и точно так же перевесил его через плечо. — Идем, осталось немного.
Лишившись части ноши, Кассиан едва слышно вздохнул, а чемодан вновь принялся радостно стучать колесиками по белой плитке.
Мимо проплывали кофейни, рестораны быстрого питания, пиццерии, бесконечные магазины с одеждой, сувенирами, парфюмерией и украшениями. Сквозь окружающий вампиров шум приспешник четко слышал, как идущий рядом князь весело напевает. Недоверчиво покосившись вправо, в попытке увидеть выражение лица старейшины, Кассиан ненароком кинул взгляд на экран плазменного телевизора, висящего на отделанной камнем стеной одного из ресторанных двориков.
— Ну что на этот раз? — недовольно спросил Дамьян застывшего приспешника. Кассиан молча дернул подбородком в сторону плазмы. Князь пожал плечами: — Лидерам партий свойственно появляться на телевидении. Социальные сети я уже завоевал, ТВ, как видишь, тоже. Даже иностранное.
Улыбнувшись Кассиану точно так же, как он улыбался публике на транслируемом канале, старейшина устремился вперед, вновь напевая незатейливый мотив.
Чуждое приспешнику оцепенение сошло с него при встрече с нанятым им же водителем, который переминался с ноги на ногу чуть в отдалении от тихих таксистов и приветливо махнул в сторону путешественников именной табличкой.
— Господин Сеф, — усатый шофер в смокинге широко улыбнулся, шагнув навстречу. — Добро пожаловать в Берлин!
— Благодарю.
К сокровенным фантазиям приспешника прибавилась еще одна — попросить Дамьяна рассказать ему что-нибудь на немецком. Одна только рычащая благодарность уже свела его с ума — какой эффект на него произведет чтение книги вслух?
— Свен Мейер к вашим услугам, господин Сеф. Позвольте, я возьму ваши вещи, — забрав чехол у князя, водитель окинул низкого юношу быстрым взглядом и сказал вопросительно: — И ваши, господин…
— Кассиан. Просто Кассиан, — смущенно опустив глаза, брюнет протянул Свену ручку чемодана.
Мейер поудобнее перехватил вещи, осторожно завил пальцем темный ус и любезно обратился к вампирам:
— Пройдемте на улицу. Я оставил машину на парковке возле входа, это недалеко.
Сидя на заднем сидении просторного фольксвагена вместе с князем, Кассиан отметил, что уже устал. Трехчасовой перелет на личном самолете Дамьяна, интерьером напомнивший юноше одну из многочисленных комнат княжеского поместья, не принес никаких неудобств, но сам факт воздушного путешествия, пускай и недлительного, действовал утомляюще. Откинув затылок на подголовник, приспешник закрыл глаза.
— По-моему, ты зря так стесняешься своей фамилии, — прошептал Дамьян, глядя в сторону. — Она тебе подходит.
— Я не стесняюсь, — тоже шепотом солгал вампир. — Она слишком длинная.
— Миодушевский? — старейшина нарочно произнес фамилию на польском, чтобы она звучала еще мягче, ласково-шипяще. «Mioduszewski». Кассиан покраснел. — Не думаю. Есть и длиннее.
— В любом случае я не хотел бы представляться ей каждому встречному, — приспешник бормотал уже скорее себе, нежели спутнику, но князь все равно прекрасно его расслышал.
Поглядев по сторонам, князь лишь вздохнул:
— Такое чудесное обращение упускаешь.
Дернув плечом в знак несогласия, — легко так говорить человеку с фамилией из трех букв — Кассиан вновь опустил веки. Полчаса пути для приспешника пролетели, как минута. Очнувшись от легкой дремы, Кассиан обнаружил себя, склонившего голову на заботливо подставленное плечо князя. Вздрогнув, юноша выпрямился, сложил руки на коленях и уставился в окно, покрывшееся каплями растаявших снежинок. Огни зимнего Берлина расплывались друг в друге, чаруя цветовой палитрой пастельных и пестрых цветов.
— Ритц-Карлтон, — Свен с гордым видом остановил седан у входа в один из лучших отелей Берлина и заглушил двигатель.
Подождав, пока Дамьян выйдет из персонально открытой ему двери, Кассиан покинул авто со своей стороны и оглядел высотное здание, в котором ему предстояло провести сутки. Ритц-Карлтон выглядел внушительно, но в то же время скромно, будто архитекторы постеснялись придать отелю вид, соответствующий его интерьеру. Неинформированный человек запросто принял бы постройку за офис или другую служебную высотку.
Роскошь выбранного Кассианом отеля предстала во всей красе начиная с самого холла. Уходящая вверх разветвленная лестница с позолоченными перилами походила на раскинутые по обе стороны ангельские крылья, а ниспадающая с потолка следующего этажа люстра казалась светящимся нимбом. Блестящая поверхность пола отражала многочисленные блики от настенного освещения, ослепляя чистотой и красотой благородного камня. Обстановка понравилась как князю, так и его приспешнику, исключая, разве что, тот факт, что Кассиан заранее просмотрел фотографии интерьера, пока изучал топ гостиниц Берлина и резервировал показавшуюся ему достойной комнату.
За длинным, плавно перетекающим в стену столом ресепшена новоприбывших ждал улыбающийся персонал в бежевой форме. Представив князя, юноша сообщил вежливой немке номер брони — та отметила вампиров в базе данных, протянула брюнету ключ с изящной биркой и кивнула швейцару, чтобы он позаботился о багаже гостей и проводил их в номер.
После недолгого путешествия в лифте на шестой этаж, Дамьян счастливо выдохнул: «Красота!»; и ушел вглубь искусно обставленного помещения. Поблагодарив швейцара щедрыми чаевыми, Кассиан наказал ему принести в номер бутылку дорогого шампанского, как этого просил князь. Закрыв за мужчиной дверь, приспешник отправился на поиски главы клана, затерявшегося в неизведанных просторах изысканного люкса.
Звуки шагов терялись в ворсе расстеленных по паркету узорчатых ковров; из коридора вне стен номера карамелью лилась завораживающая созвучием классическая музыка; расставленные тут и там на стилизованных под старину комодах свежие цветы наполняли воздух сладким ароматом лилий и терпким травяным запахом декоративных листьев.
Дамьяна вампир обнаружил лежащим на широкой кровати, усеянной десятком подушек разного размера, спрятанных в бежевые чехлы с кисточками. Одна полетела прямо в приспешника, едва тот заглянул в арку, отделенную от гостиной плотными шторами. Поймав мягкий снаряд в миллиметре от лица, Кассиан нерешительно прижал его к животу и скромно опустился в стоящее рядом с постелью кресло.
— Сто лет не оставался в отелях, — приспешник не понял, преувеличил князь или сказал правду, поскольку второе было вполне вероятно. — Приятно снова услышать, как каждый квадратный метр кричит, что здесь все сделано для твоего удобства. Отличный выбор, Кассиан.
— Благодарю, мой князь.
Услышав стук в дверь, Дамьян слетел с кровати и ураганом пронесся мимо расслабленного приспешника. Кассиан тут же отметил, что князь был сыт, а потому и не поскупился применить вампирские привилегии в таком, казалось бы, пустяковом случае. Юноша же напротив чувствовал, как горло саднит от несильной жажды, но еще в самолете смирился с тем фактом, что упустил шанс подкрепиться, едва покинув Москву. Утолить ее можно будет лишь по возвращении — в городе, где правит другой клан, лучше не беспокоить больницы и, тем более, не охотиться. Даже если ты путешествуешь в компании князя.
— Спасибо. Дальше мы сами, — выпроводив прислугу из номера, старейшина обернулся к Кассиану и продолжил на немецком: — Красиво жить не запретишь, правда?
Согласно кивнув, брюнет осмотрел появившееся на подносе ведерко с погруженной в лед бутылкой шампанского. Рядом также стояли два высоких бокала и вазочка с крупными ягодами клубники. На фоне окутанного уютным светом номера композиция смотрелась, как последний кусочек идеального пазла — ничто так не дополняло общую благоприятную картину.
Князь шумно откупорил бутылку, закапав пеной ведерко, весело рассмеялся и разлил золотистый напиток по бокалам. Предложив один Кассиану, старейшина хитро сощурился:
— Как насчет брудершафта?
Дамьян сильно наклонился, чтобы юноша не вставал на цыпочки, и протянул приспешнику согнутую в локте руку. Дрожащими пальцами сжимая тонкое стекло бокала, брюнет осушил его до дна и панически зажмурился, морально готовясь к пост-обрядному поцелую, но его не случилось.
— Не все сразу, — предупредил растерявшегося помощника князь и быстрым движением выудил из миски красную ягодку. Отправив ее в рот, Дамьян с наслаждением хрустнул семечками небольшого плода, допил свое шампанское и только после этого осторожно коснулся губ Кассиана своими.
Давно уже потерявшийся в неспокойном и бескрайнем море одиночества Кассиан не помнил, какие именно ощущения в душе вызывает счастье. Но сейчас, чувствуя, как внутренности парят в невесомости, а подушечки пальцев покалывает невидимыми, будто еловыми иголочками, юноша понял, что его счастье имеет аромат. Аромат спелой клубники.
На тихий стук в дверь вампиры отреагировали по-разному — Кассиан рассерженно зашипел и злобно уставился в сторону, а Дамьян лишь с улыбкой произнес:
— А это, наверное, твой гость.
— Мой? — удивленно воскликнул приспешник.
— Иди, открывай, малыш. А я пойду в душ, мне уже давно пора собираться.
Быстро поцеловав ошарашенного брюнета в лоб, князь поднялся с дивана, на который он мгновением ранее повалил приспешника, и, захватив зачехленный костюм, ушел наводить марафет.
На пути к двери Кассиан старательно соображал, кто именно из его немногочисленных знакомых мог находиться в Германии. На ум пришел только один человек, но в такую встречу верилось с трудом — старый друг и наставник в одном лице покинул приспешника несколько лет назад, посчитав, что тот научился жить среди вампиров так же искусно, как он сам. «Некоторым путям суждено разойтись».
Неужели им суждено пересечься вновь? Так скоро?
Зак всегда считал объятие самым чувственным и искренним жестом, который только мог существовать. Поэтому сейчас, замерев на пороге, старый вампир крепко прижимал воспитанника к сердцу и искренне сожалел, что не навестил его раньше. Одно только восторженное «наставник?» из уст дорогого светловолосому мужчине создания вызвало в его сознании волну теплых воспоминаний о былых и таких славных временах.
