Betrayer

- Рад снова вас видеть, Куросаки-сан, - небрежным движением руки Урахара откинул назад капюшон, являя публике свою растрепанную в разные стороны шевелюру. Как будто на его голове неплохо так выясняла отношения кошачья свора в весеннюю ночь... Ученый выглядел... по меньшей мере, помято. Ладони, темно-серый плащ, правая сторона лица - все это было покрыто изрядным слоем копоти и сажи. На левой щеке красовался свежий на вид кровоподтек, губы обветрились, а под хитро поблескивающими глазами были заметны темно-синие мешки - явный признак того, что экс-капитан последние несколько дней не смыкал глаз. - Владыка, одно ваше слово, - с недвусмысленными намерениями потянулся к рукояти катаны Улькиорра, не спуская глаз с расслабленно обмахивающимся на удивление целым веером торговца. Кватро не выражал своим внешним видом агрессии, но четко и ясно давал понять, что от наличия Киске в радиусе минимум километра от повелителя не испытывает положительных ощущений. - Улькиорра, проверь, как там устроилась Орихиме, - откинувшись на спинку кресла, Куросаки показательно сомкнул веки, выказывая всем своим вселенскую усталость. - Тщательно проверь... - Да, мой Владыка, - арранкар если и был недоволен или удивлен приказом, то со своими эмоциями справился обычным способом - похоронив глубоко внутри себя. Не удостоив прощальный кивок Урахары хоть каким-то ответом, пустой, однако, не скрылся в Сонидо, а нарочито неспешной походкой дошел до дверного проема, сдержанно отвесил поклон в сторону Ичиго, и, чинно развернувшись, чеканя шаг, двинулся в сторону своих покоев. - Детский сад, - беззлобно прошептал Куросаки, прекрасно понимая, чего на самом деле добивался Кватро своим маленьким выступлением. - А я-то думал, что у тебя нет секретов от своих верноподданных, - прикрыв усмешку за веером, произнес ученый, с любопытством посматривая на новоявленного повелителя пустыни. - Тот Ичиго, которого я знал... - Заткнись, - нельзя сказать, чтобы одно-единственное слово со стороны рыжеволосого могло бы иметь эффект ушата холодной воды, однако с лица торговца все же исчезла напускная веселость. Взгляд Киске утратил блеск задорных огоньков, а полу-усмешка уступила место тонкой, плотно сжатой полоске губ. - Как давно ты догадался? - куда более сдержанным тоном спросил ученый, устало опираясь на трость. Какое-то внутреннее чувство подсказывало ему, что присесть ему тут в ближайшее время никто не позволит. - Как только увидел отчет Улькиорры, - не открывая глаз, ответил Владыка, складывая руки на подлокотниках кресла так, чтобы указательные пальцы обоих ладоней были направлены в сторону Киске. - Ни ты, ни Йоруичи никогда не стали бы так глупо подставляться. Наверняка ведь заслали вместо себя души-плюс? - В точку, - почесал за затылком растопыренной пятерней ученый. - Если вас это успокоит... - Мне исключительно насра*ть на твои извинения, - мягким вкрадчивым тоном сказал Владыка, чуть приподнимая веки. - Я понимаю, что на тот момент ты уже ничего не мог поделать. Но твоя умудренная годами задница могла почувствовать что-нибудь заранее! - Я... - Ты несколько десятков лет работал в Омницукидо! - деревянные подлокотники резного кресла натужно заскрипели под пальцами Куросаки. - Я уже молчу про Шихоинь! Хоть у одного из вас есть гребаное чувство опасности! - Я предлагал Иссину забрать девочек после твоего возвращения из Сейретея, - тихо произнес Урахара, спокойно глядя на начавшего потихоньку закипать юношу. - Значит, хреново предлагал, - вопреки ожиданиям Урахары, рыжеволосый не стал и дальше повышать голос, а, наоборот, произнес последнюю реплику заметно тише. Было явно видно, что удерживать себя в рамках для повелителя Лас Ночес становится все труднее и труднее, однако тот отнюдь не был также непоследователен и горяч, как тот Ичиго, которого когда-то "тренировал" Киске. Этот был ничуть не менее импульсивен, но умел различать ситуации, когда можно дать волю эмоциям, а когда - сосредоточиться на чем-то куда более важном, чем личные мотивы. - Даже не спросишь, как мне удалось тогда?.. - Мне ли не знать, что со своими закидонами ты пойдешь на любой шаг, Урахара? - перебил псевдо-торговца Куросаки. - Пожалуй, я не совру, если скажу, что мне почти не пришлось подыгрывать тебе. Да и мало ли у тебя способов свалить в неизвестность, когда кругом творится такая каша из реяцу? Твой барьер был создан с одной целью - смешать духовные потоки так, чтобы у самых чутких сенсоров мозги накренились. А заодно - скрыть тот факт, что вместо себя ты опять подсунул фальшивку. - С вами совсем неинтересно вести беседу, Куросаки-сан, - шутливо отмахнулся веером ученый. - Никакого удовольствия от небольших загадок... - А у нас тут не вечер шарад, - подперев подбородок правой ладонью, Ичиго наклонил голову набок. - Зачем ты сюда явился, Урахара? Я ни за что не поверю в бескорыстные порывы твоей прекрасной души... - Я хочу отомстить, Куросаки-сан, - настала очередь Киске прерывать собеседника. - Через день... уже через день после гибели вашей семьи Нулевые явились за мной. Но в тот момент мне пришлось улаживать кое-какие проблемы Вайзардов, так что в магазине остались лишь Йоруичи и Тессай с детьми. Я... когда я вернулся, я нашел только их головы. Заботливо повешенные прямо над порогом моего дома... Со стороны Владыки раздался тихий всхлип. Затем еще один. Урахара удивленно взглянул на приложившего ладонь к лицу Куросаки, почти сползшего под стол и едва удерживающегося от того, чтобы не захохотать во все горло. Пораженный ученый сперва учащенно заморгал, а затем, не добившись нужного эффекта, ущипнул себя за ладонь. Поняв, что увиденное отнюдь не является безумным наваждением, Киске медленно сделал шаг назад, складывая веер и ненавязчиво обхватывая рукоять Бенихиме, в то время как Курососаки, уже не сдерживаясь, засмеялся так, что, пожалуй, было слышно в других залах дворца. - ...Урахара... - пытаясь взять себя в руки и не дать расползтись по лицу издевательской улыбке, прошептал Ичиго. - Я ведь уже просил тебя, чтобы ты не держал меня за умалишенного идиота... Неужели ты думал, что я поверю в такую откровенную чушь?.. Взгляд янтарных глаз завораживал. Холодный и острый, как хирургический скальпель, он одновременно обжигал все внутреннее естество раскаленным железом, добираясь до самой сокровенной части, где учащенно и беспокойно билось сердце ученого. - Тебе ведь наплевать, - отбрасывая в сторону веселость, Владыка рывком поднялся на ноги. Нарочито медленно юноша направился к замершему в нескольких шагах от него шинигами, который, несмотря на годы работы в Омницукидо, сейчас не мог сделать и шага в сторону. - Такой бессердечной сволочи, как ты, всегда и на все наплевать. Почему ты так надеялся, что поведусь на такую безвкусную приманку?.. На что ты рассчитывал? Ты отправил четырех малолеток на убой, чтобы отвлечь внимание Готея от своих планов. Ты спокойно воспользовался обстоятельствами и проводил на мне эксперименты, на которые не решился бы даже отморозок Маюри. Ты прекрасно знал, что от меня захотят избавиться, но даже не подумал о том, чтобы предупредить меня или моего отца. У тебя была куча возможностей, чтобы вытащить моих сестер из-под носа у шинигами... А теперь ты заливаешь мне о какой-то мести! Словно я поверю, что твоя ручная кошка и этот перекачанный очкарик для тебя хоть что-то значат... Йоруичи и Тессай для тебя - не больше, чем козырные карты. Я не знаю, как ты заставил их следовать за тобой. И знать не хочу. Куросаки вплотную приблизился к ученому. Будучи выше ростом, юноша наклонился вперед, к плечу Урахары, одновременно кладя левую ладонь на рукоять Бенихиме, которую пальцы торговца так напряженно сжимали. - В крови грифов-падальщиков течет куда больше сочувствия и любви к ближнему, чем в жилах самого искреннего гуманиста, - вкрадчиво, почти что ласково прошептал Владыка. - И ни тех, ни других нельзя за это винить. Я же хочу, чтобы ты понял: я не собираюсь мстить тебе за совершенное или неудавшееся. Я собираюсь использовать тебя. Так, как посчитаю нужным. Потому, что у тебя нет другого выбора... "Быть может, ты и впрямь просчитал множество вариантов. Я верю, что твой разум смог продумать множество комбинаций. Но ты пришел ко мне. Что двигало тобой? Я не верю, что это - эмоции. Холодный расчет, чутье игрока, готового пойти на риск во имя выгоды... но не эмоции. Ты холоден. Я всей кожей ощущаю твой лед..." - Зачем? - вернув себе самообладание после непродолжительного молчания, установившемся между ними, спросил Урахара, испытующе глядя на своего собеседника. Шинигами мог детально рассмотреть каждую черточку лица повелителя Лас Ночес, мог наблюдать, как смыкаются и поднимаются веки, видел, как едва заметно колеблются ресницы, чувствовал его дыхание... Ледяное дыхание. - Ты понятен, - последовал ответ. - Какую бы игру ты не затеял, какие бы цели не преследовал... Я могу узнать, когда ты захочешь продать меня. И поэтому мне нечего опасаться тебя.Пока ты верен мне - ты в безопасности, и получаешь достойную плату за свои труды. И большего мне от тебя не нужно. - Плата... - тихим голосом вторил Владыке Урахара. - Вот это... - на ладони Куросаки, поднесенной к лицу ученого, тускло блеснул огонек света, заточенный в полупрозрачную сферу. Создав едва заметный блик на зеркальной поверхности потолка, он отразился в полных шока и неверия глазах шинигами. - Хоугиоку... высвобожденный Хоугиоку... - заплетающимся языком произнес Киске, даже не пытаясь пересилить себя и оторвать взор от собственного творенья. - И ты получишь его, - отстранившись от ученого, Куросаки сжал ладонь в кулак, заставляя сферу исчезнуть. - Поразительно... - отшатнувшись назад, словно пьяный, Урахара, устремил полу осмысленный взгляд в потолок. - Поразительно! То, чего ни я, ни Айзен... Невероятно! Нервно захохотав, ученый ломаной походкой направился к окну. Прислонив занпакто к стене, мужчина тяжело оперся на подоконник, прерывисто дыша. - Это... - ученый в последний раз хохотнул, постепенно возвращая более-менее сознательное выражение лица. - Вы не перестаете меня удивлять, Куросаки-сан... Очень... любопытно... - О твоем согласии, думаю... - Спрашивать излишне, - закончил за Владыку Урахара. Оттолкнувшись от подоконника, Киске обернулся к Куросаки, одним движением разворачивая веер. - И все-таки... - От тебя не потребуется чего-то сверхъестественного, - покачал головой Ичиго. - Выполняешь мои заказы - гуляй на все четыре стороны. Я выделю тебе помещения и достану нужное оборудование. Отчитываться обо всем будешь только мне. - А... - Получишь, как только я сам решу, - отрезал Куросаки. Ученый лишь вздохнул. Непритворно и с искренним сожалением. - Напоследок... - Владыка извлек из широких складок одеяния новенький диктофон и бросил его в сторону Урахары. - Заэль сумел восстановить только первую часть пленки. Мне было бы интересно узнать, что ты об этом думаешь. Покосившись на юношу, Киске включил прибор, поднося динамик к уху. После нескольких секунд глухих потрескиваний, оттуда начал доноситься голос, услышав который, Урахара заметно вздрогнул. - Это... - прошептал мужчина, глядя на диктофон с долей мрачной заинтересованности. - Нашли у Рукии Кучики после того, как она решила напасть на меня, - не дожидаясь окончания вопроса, ответил Куросаки. - Подделка, - повертев в руках устройство, заключил Урахара. - У нас с госпожой Кучики существовали куда более надежные каналы связи. Я удивлен тому, что она поверила такой грубой... фальсификации... - И, тем не менее... - Это лишнее подтверждение тому, что в Генсее наблюдали за нами обоими, Куросаки-сан. Я склонен верить фактам, а факты сейчас налицо. В Сейретее, кроме Нулевых и командира Ямамото, кто-то еще ведет свою собственную игру. И я даже догадываюсь... - Догадываешься? - нехорошо усмехнулся Ичиго, внимательно наблюдая за поведением ученого. Тот, впрочем, вполне естественно и непринужденно пожал плечами и кивнул. - Гинрей Кучики, предыдущий глава этого благородного дома. Не удивлюсь, если это именно он решил таким образом вернуться из отставки... Если вдуматься, то, пожалуй, это самый очевидный вариант. Гинрей-доно всегда отличался, гм... специфическим пониманием долга аристократии и ее положением в Сейретее... Клан Кучики, по сути, за несколько столетий превратил шестой отряд в свою вотчину. Должность переходила от одного главы клана к другому, постороннему втиснуться не давали... - И что же не устраивало этого Гинрея в Бьякуе? - выразительно приподняв бровь, спросил Владыка. - Кроме того, что тот принял в клан сразу двух простолюдинок, да еще и женился на одной из них? Быть может, из-за того, что молодой глава клана несколько раз проиграл непонятному выскочке из Генсея? Куросаки-сан, причин может быть великое множество... Начиная с амбиций старика, заканчивая хитрой партией... - Для чего? - Подмять под себя власть в Обществе Душ, - ни на секунду не задумавшись, ответил шинигами. - Особенно выгодный момент: Совет Сорока Шести еще не сформирован, Сейретей на грани масштабной войны с пустыми, а среди старших офицеров полнейший разлад... в такой ситуации один из самых опытных и влиятельных шинигами легко может замахнуться на хаори капитана первого отряда... - Однако Гин сообщил мне, что сейчас шестым отрядом верховодит Ренджи, - возразил Куросаки, складывая руки на груди. - Это еще не показатель, - растянул губы в усмешке ученый. - То, что Гинрей никуда не торопится, еще ничего не значит. Возможно, в его интересах будет не просто убрать вашего друга с поста капитана, но сопроводить это громким скандалом, как со своим внуком. Довольно разумный ход, не находите? Старик методично убирает с дороги всех, кто ему мешает: непутевого наследника, неудобную ему простолюдинку и выходца из Руконгая, который каким-то чудом достиг банкая. И при этом тень подозрения его даже не коснется! Для окружающих его возвращение будет естественным и оправданным... Куросаки нахмурился и опустил голову. Сосредоточенно глядя перед собой, он почти не обращал внимания на продолжавшего заливаться соловьем Урахару, рассказывавшего, по сути, о том, что было понятно и без него. Ученый строил предположения и только предположения... А они, как и любые прогнозы, имели слишком мало шансов на реальное воплощение. "Люди ищут сон. Хороший, крепкий сон, потому как он в их понимании и есть ключ к добродетели. Утопия, которой нет места в реальном мире... но вселяющая ложную надежду, дарующая покой и отдых их трепещущим душам, их воспаленному разуму, который стремится охватить все вокруг, дать ограничение бесконечности... Люди ищут смысл. Но как можно искать черную кошку в темной комнате? Как можно найти то, чего не существует? Человечество всегда шло по тонкой перегородке, отделяющей наш вид от диких животных. Одного неверного шага в сторону... Даже мимолетного взгляда вниз или назад было достаточно, чтобы упасть и быть разорванным в клочья... Люди боятся. И я боюсь. И это вполне естественно. Но их спокойный, ничем не прерываемый сон - искусственен. Спать, чтобы быть спокойным, не двигаться, чтобы не тратить энергию, улыбаться, чтобы быть добродетельным... Бессмыслица, которую настойчиво пытаются возвести выше, чем она того стоит. Люди ищут добродетели. Но находят неестественный сон, который превращает их в овощ. Впрочем..." - ... в моих силах заставить их проснуться... - Куросаки-сан? - непонимающе взглянул на юношу Урахара, с внутренней тревогой отмечая, что Владыка уже который раз за их недолгую беседу разительно переменился в лице: черты его стали жесткими, резкими... дотронешься, кажется, и легко порежешься... Губы сложились в ломаную линию, нос словно заострился... - Мысли вслух, - без тени веселья в голосе ответил Куросаки. - Продолжай. Мог ли он полагаться на честность слов торговца? Безусловно. Слишком сомнительная выгода для Киске, чтобы затевать такую многоходовую интригу с энным числом стадий. Сейчас он был сравнительно честен для того, чтобы ему можно было верить... но не доверять. Положение дел в Сейретее не делало ситуацию критической. В определенной степени это даже в чем-то облегчало дальнейшие действия... "Не похоже на ловушку. Или на приманку... объяснимо, понятно, рационально... Но там, где есть место логике, есть место и упрощению. А упрощение неизбежно влечет за собой ошибку. Только вот в чем заключается мое упрощение? Где я позволил себе допустить ошибку? Не понимаю... Однако даже сейчас я могу превратить свое непонимание в оружие." - Урахара, - окликнул торговца Куросаки, сцепляя пальцы рук между собой. - Как скоро ты сможешь открыть Сенкаймон? - Эм... - ученый откровенно растерялся после такого перехода. - Все зависит от пункта назначения... - Мне нужно переправить пару бойцов в районы Руконгая, которые патрулируются шестым отрядом, - пояснил Владыка, испытующе глядя на Киске. - Я должен добраться до "капитана" Ренджи раньше, чем это сделает Гинрей Кучики или кто-то еще. - Вы хотите поставить в этой игре на Ямамото? - понимающе кивнул шинигами, в ответ на что рыжеволосый лишь поморщился. - Я не хочу передавать инициативу в чужие руки, Киске, только и всего. Если Ренджи исчезнет из Готея быстрее, чем Кучики начнет действовать, я получу немалую отсрочку перед тем, как шинигами начнут действовать. Мне все равно, кто из этих старых маразматиков возглавит Сейретей... - Ведь вы все равно уничтожите его, Куросаки-сан?.. - Чушь какая, Урахара-доно, - прошептал Владыка, обнажая в легкой полуулыбке кончики зубов. - Неужели я так похож на картонного злодея из детской книжки? - Но ведь... - Киске, хочешь знать, зачем я на самом деле затеял эту игру? Ученый на мгновение замер, переваривая информацию. В очередной раз этот мальчишка сумел заставить его если и не удивиться, то крепко призадуматься. Сейчас в мужчине боролись два противоречивых чувства: врожденное любопытство и воспитанная годами осторожность. Впрочем... надо ли говорить, что последняя в конечном итоге проиграла в неравном бою? - Я... - Куросаки растянул свою улыбку еще шире. И только потом Киске стало по-настоящему страшно.