То, что люди называют...

— Вот теперь и мой его сам! — Вспылила Бэйнс, осматривая расплывчатые бледно-фиолетовые пятна на больничной одежде Прайма. Сэм виновато стоял рядом, крепко держа товарища, в свою очередь устало глядевшего себе под ноги и опиравшегося рукой о лестничные перила. — Микаэла, послушай! Я… — Как ты умудрился пролить на него виноградную газировку?! Ну ка-ак?! — Микаэла стукнула Сэма двумя пальцами лбу. Уитвики поморщился и тихо ойкнул, потирая ушибленное место и не переставая с каким-то трепетом и страхом смотреть на девушку. — Я хотел попить. И решил дать ему тоже попробовать! Но… что-то пошло не так, и… В общем, газировка не для Оптимуса. — Это было неприятное и жгучее чувство, — Покачал головой Лидер Автоботов. — Будто нутро скребут стальные шестерни. — Все в порядке, Оптимус. Ты не виноват, — Выдохнула девушка, закрыв глаза. — Виноват этот… этот Сэм! — И снова стукнула подростка по лбу. — Ай, да я же не знал! Я думал, ему понравится! Микаэла, перестань драться! — Его десять минут назад полоскало всем, чем только можно! И ты решил дать газированный напиток? Да и к тому же холодный! Эта содовая у тебя уже неделю нетронутая лежит! — Бэйнс решила не говорить Уитвики про ее дневную дегустацию виноградной газировки. А впрочем, он заслужил. Нечего было Микаэлу обижать своей несобранностью. — Да ладно, ладно! Не буду больше… — Недовольно буркнул Сэм, глядя на запотевшую банку на столике. — Может, мы все же доведем Оптимуса до спальни? — А вот и не доведем, — Поджав губы, Микаэла скрестила руки на груди, осуждающе глядя на Сэма. — Во-первых. В этой содовой слишком много сахара. Во-вторых. Теперь почти все содержимое банки на одежде и теле твоего дружка. В-третьих… иди и мой его! Да и вообще, ему не помешают душ или ванная. Он выглядит измотанным, и одежда в не самом лучшем состоянии. — Ч… что? Ты предлагаешь мне… — Да. Именно. Своди его в ванную. — Микаэла… А как насчет тебя? — Замялся Уитвики, явно смутившись. Мысль о предстоящих водных процедурах совсем не радовала его. — Что?! А может, мне еще и помыть его?! Нет уж, здесь ты сам возись! — Наотрез отказалась смущенная девушка, взмахнув руками. — Единственное, чем я могу тебе помочь… Это… разве что мочалку подать, ну или… полотенце. — Микаэла, я еще не знаю, как объяснить ему… про-о, — Сэм бегло осмотрел тело Оптимуса, иногда поглядывая на брюнетку, тем самым давая ей некие намеки. — Про его-о… дополнительные… Эм-м… Запчасти. — Ага. Ну так у тебя тоже «Запчасти» имеются. Вот и разберись, механик, — Буркнула Бэйнс, направившись в гостиную. Возиться с физиологией Прайма? Да ни за что! Лучше уж просто оставить Сэма наедине с мыслями о предстоящем разговоре о «Пестиках и тычинках». Эти самые размышления вгоняли подростка в густую краску, и Уитвики даже не находил в себе сил посмотреть на Оптимуса. Естественно, от стыда и смущения. — Ты в порядке, Сэм? — Взволнованно спросил Прайм, окинув взглядом уставившегося в пол товарища. — Д-да… конечно, конечно, — Крепче взяв Оптимуса за руку, Сэм повел Оптимуса в ванную комнату. Хотя этого ему сейчас не хотелось больше всего. А рассматривать обнаженное тело Лидера Автоботов подросток не желал совсем. Уитвики пытался всячески успокоить себя. Действительно, что такого? Он ведь мужчина. И Прайм тоже мужчина. Так зачем стесняться друг друга? В школе, после изнурительного урока физкультуры, все парни моются в общей душевой. В принципе, как и девушки. Нужно просто не смотреть ниже торса, тогда все будет в полном порядке. Не смотреть ниже… — Теперь… мне надо рассказать тебе о принятии ванн, — Сэм помог товарищу усесться на холодный бортик ванной, все еще не переставая крепко держать его за плечо. На всякий случай. — Я слушаю, Сэм. — Теперь тебе придется… в связи с твоей новой оболочкой… Ну-у, в общем… Эх. Ладно. Видишь ли, твое тело будет нуждаться в гигиене. Это как мойка корпуса, только более тщательная. Обычно мы используем гели, мыло, шампуни, мочалки и так далее. Я… я покажу тебе, как это делается… А потом ты сам. Ладно? Прайм внимательно посмотрел на Сэма. Щеки подростка были красными от смущения, и Уитвики всячески отводил взгляд. — Хорошо, — Оптимус кивнул, не понимая причины такого странного поведения товарища. — Мне нужно снять это? — Ты… ты про одежду? А знаешь, можно было бы мыться и в ней! Но…, но лучше не надо, — Закашлялся Сэм. — Давай я-я… я отвернусь, а ты разденешься? — Ты не поможешь мне? — Этот вопрос окончательно добил Сэма. Его замучает совесть, если Прайм будет самостоятельно пытаться снять с себя эту странную одежду, и к тому же у него ничего не получится. Ладно, можно завязать глаза лентой и попытаться на ощупь раздеть Прайма. — Ладно… хорошо, — Сэм снова закашлялся, поднявшись на ноги. — Начнем… начнем с рубашки. Подними руки, дружище. Оптимус послушался. Выпрямившись и закрыв глаза, мужчина медленно поднял руки. Видимо, еще окончательно не привык к теплому и живому телу. Но это всего лишь вопрос времени. Осторожно взяв край больничной рубашки, Сэм потянул ее вверх, зажмурившись и повернув голову вправо. Не смотреть. Главное — не смотреть и не обращать внимания. Уитвики, просто представь, что ты раздеваешь Микаэлу. — Готово… - Сэм, все еще держа глаза закрытыми, скомкал мягкую больничную рубашку и бросил на пол. — Со штанами сам справишься? — Действовать по такой же схеме? — Ага, точно также! Только тяни одежду вниз, ладно? И все, без проблем! — Обрадованный Сэм быстро отвернулся, нервно закусив подушечку большого пальца. Пока Уитвики думал, как будет возиться с телом товарища и каких сил это ему будет стоить, Прайм уже разглядывал свои ноги, держа в одной руке смятые голубые штаны. Ступни касались пушистого белого коврика, который был намного теплее холодного кафеля пола в ванной комнате. А Уитвики почему-то до сих пор стоит спиной к Оптимусу. — Сэм? — А, ты уже закончил? — Подросток быстро закрыл глаза и повернулся, будто на автомате. — Хорошо. Теперь я наберу воду, а ты пока… ничего не делай, — Сэм начал на ощупь продвигаться к ванной, по пути сбивая руками с маленьких белых полочек пену для бритья, различные флакончики и баночки с мамиными кремами. — Сэм. Распахни… оптику, — Заявил удивленный Прайм. — Ты же ничего не видишь. — А-а-а… Не волнуйся, дружище! Я в порядке! — Споткнувшись о собственную ногу, Сэм что-то крикнул и вцепился в бортик ванной, еле удержав равновесие. — Все хорошо! Я сейчас включу воду и ты залезешь в ванну. И… Ну, а дальше я тебе объясню! — Сэм открыл левый глаз и взялся за кран. — Слушай, Оптимус, у меня к тебе такой вопрос… На тебе есть нижнее белье? — Что? — Эм… ну… после того, как ты снял штаны, на тебе было что-то еще? — Ты про странный стягивающий нижнюю конструкцию тела предмет одежды? — Да! Вот про него… ты его не снимал? — Я не знаю, зачем он нужен. Но решил оставить. — Хорошо. Оптимус, не снимай его! Пожалуйста, — Умоляюще произнес подросток, утерев пот со лба. Открыв кран и пустив воду, Сэм все еще боялся повернуться и посмотреть на товарища. Но почему-то стало невероятно интересно, какое тело у Лидера Автоботов теперь. Осталось только найти затычку для ванны и хоть немного храбрости, чтобы пересилить себя и наконец взглянуть на Прайма.