Всё, что связано с любовью - оправдано!

Вера решительно вошла в комнату и без церемоний села в кресло. Вытащила из сумочки какие-то листы и протянула Владу. Он взял их и, присев в соседнее кресло, стал читать. Я наблюдал за сменой выражения его лица, и мне становилось всё более и более неспокойно. Вера нервно теребила ручку сумочки и поглядывала на Влада. Когда он закончил читать, она выпрямилась и, поджав губы, вопросительно уставилась на него. - Чего ты хочешь? - спросил Влад. - Выйти за тебя замуж. - Нет! - категорично заявил он. - Никогда! И ты это прекрасно знаешь. Говори, чего ты хочешь, или убирайся. Я не уверен, что это мой ребенок, но выслушаю твои доводы, и мы примем решение. Влад кивнул в мою сторону, намекая, что принимать решение будем мы с ним, а вовсе не она. Вера могла сделать предложение, а вердикт выносить нам. Я сидел и не мог прийти в себя. Вера беременна. Она ждет ребенка от Влада. Он отказывается жениться и принимать решения без меня, значит он не хочет нашего расставания. А раз она пришла сюда, то не хочет избавляться от ребенка. И чего же она хочет? Я не выдержал: - Сколько можно ломаться, Веруся. Говори, чего ты хочешь. Ведь для этого ты сюда явилась. Ты столько времени готовилась сделать это заявление, что все варианты давно просчитала. Выкладывай! Мы внимательно тебя слушаем. Только не мели чепухи, как ты это любишь делать, не дави на жалость, как ты это умеешь делать, просто озвучь, что ты надумала нам предъявить. Я встал с дивана и пересел на подлокотник кресла к Владу, приобнял его за плечи и поцеловал в висок. Мои слова и действия заставили ее поморщиться и выдавить из себя обширнейшие требования: - Влад, это твой ребенок. По срокам, это случилось на Канарах. Помнишь, каким нетерпеливым ты был в последнюю нашу ночь там? Наша страсть так нас воспламенила, что презерватив порвался. Ты же помнишь это, милый? Нам было так хорошо. Твой натиск... - Хватит! Предположим, я соглашусь. Что конкретно тебе от меня нужно? Когда? В каких размерах? Короче. На что ты рассчитываешь, придя сюда? И давай без этих твоих лирических отступлений. - Хорошо. Я хочу родить ребенка. Ты его признаёшь, обеспечиваешь хорошим жильем, оплачиваешь все наши нужды. Каждое лето - отдых у моря. Элитное образование. Видеться с ним будешь по выходным на моей территории, без сопровождающих. Гулять будем вместе... - Стоп! А теперь послушай меня. После родов проводим тест ДНК, подтверждается отцовство - я его признаю. Нет - я вас больше не вижу. Если я отец, то плачу алименты на ребенка, сумма оговаривается нашими адвокатами. Но на многое не рассчитывай, твои расходы в нее не входят, для себя просто так даже рубля от меня не получишь. Чтобы получать зарплату няни, тебе придется полностью посвятить себя ребенку. Никаких компаний, никаких мужчин, никаких отлучек из дома, полный отчет каждый день, с приложением всех расходных документов. С жильем решим так: покупаю двухкомнатную квартиру на имя ребенка, ты ее не сможешь ни продать, ни обменять, ни наследовать. Все виды образования оплачиваю я, через моего адвоката они согласовываются со мной. - Но... - хотела что-то вставить Вера, но была сразу же прервана. - Если тебя что-то не устраивает, то можешь родить ребенка и отказаться от него, оставив мне. За отказ тебе будет выплачена оговоренная сумма, и ты сможешь быть свободна. Без ребенка ты найдешь себе мужа быстрее, жить будешь веселее, никто не узнает о том, что у тебя был ребенок, ты исчезнешь из нашей жизни, - Влад перевёл дыхание. - Я завтра улетаю обратно в Тайланд, вернусь через две недели, и мы заключим договор, до моего приезда всё обдумаешь и примешь одно из двух предложений. У меня всё. Можешь идти. Я не узнавал моего нежного и ласкового Влада, молча слушал все эти холодные слова, и мне стало жаль этого ребенка. Он всего лишь сделка между родителями. Малыш еще не родился, а его уже не любят, а делят. Кстати, а пока он не родится, что будет? И, конечно же, чёрт меня потянул за язык: - Эй! Родители, а что вы собираетесь делать до родов? - Решим этот вопрос после моего приезда, - и тут же его холодный тон сменился на обычный мягкий, - а сейчас, любимый, я бы хотел поужинать. Ты как смотришь на то, чтобы сходить в ресторан? - А пошли! - воскликнул я. - Отпразднуем твой новый статус, папочка! Иди собирайся, я провожу Веру. Проводив нашу бывшую, я прошел в свою комнату и переоделся. Спал я у Влада, и там были только мои домашние вещи, всё остальное было в этой, выбранной мной, комнате. Я зашел в спальню и увидел его, сидящим на кровати, в одном белье. Руки обхватывали голову и упирались локтями в колени, он покачивался из стороны в сторону и смотрел в пустоту. Ну, вот блин, сходили! Я сел рядом и обнял его за плечи, чмокнул в шею, и спросил: - Может, закажем ужин на дом? А время проведем вдвоем, ты же летишь завтра обратно и мы две недели не увидимся. Я соскучился по тебе, Владюша. Я хочу сегодня любить тебя, мой сладкий. Давай никуда не пойдем? Я приподнял его за подбородок и поцеловал в уголок губ. Одна моя рука скользнула по шее ему на грудь, и пальцы сжали сосок. Другая с плеч соскользнула на талию, потом на поясницу, а оттуда, нырнув под трусы, на ягодицу и, погладив ее, направилась в ложбинку к дырочке. Палец обвел нежные складочки и, чуть надавив, погрузился внутрь, совсем чуть-чуть, на полфаланги, не больше, но это вернуло Влада из дум сюда, ко мне. Я потянулся к его губам, и он, подхватив меня, посадил к себе на колени. Обнимая его за шею руками, я шептал милые глупости о том, что он самый лучший, самый нежный, самый милый на свете. Целуя его в губы, шею, плечи, убеждал своего любимого, что он самый соблазнительный, самый сексуальный и самый аппетитный мужчина, которого я когда либо видел. К тому времени, как я перечислил все восхваляющие эпитеты, был уже полностью раздет, как и сам Влад, и повален на кровать, а мой любимый вылизывал мне соски, изредка прихватывая их зубами. Я лежал под ним, раздвинув ноги и обхватив ими его за талию. Он целовал меня, а я тёрся своим возбужденным членом о горячий живот, мне в зад тыкалась головка его дружка, иногда соскальзывая между ягодиц. Вдруг Влад перекатился на спину, и я оказался сверху на нем. Посмотрев на меня веселыми, лучистыми глазами, он улыбнулся и сказал: - Малыш, ты обещал сегодня любить меня. Я хочу, чтобы ты сейчас был сверху. - Любимый, я не против. Сейчас достану смазку и съем тебя, мой сладкий. Достав из ящика тумбочки тюбик лубриканта, я встал на кровать над Владом, повернувшись к нему спиной, выпрямился в полный рост и стал наклоняться вперед, поглаживая себя по ягодицам и по ложбинке между ними. Влажным от слюны пальцем провел по анусу. Когда я нагнулся, Владу предстала эротичная картинка моей попы, широко расставленные ноги давали полный обзор моей дырочки, а между ног свисала мошонка и покачивалась при каждом движении. Член, стоящий по стойке смирно, виден не был, только когда я прогибался сильнее и поводил задом, он отклонялся вниз, и глазам Влада представала его блестящая влажная головка. Я раскрутил тюбик, завел руку, держащую его, за спину и направил горлышком в свой анус. Неглубоко погрузил его внутрь и нажал, выдавив почти половину субстанции. Почувствовав внутри прохладу, вздрогнул и провел, чуть надавливая пальцем по сморщенной дырочке. Смазка от температуры тела внутри стала нагреваться и разжижаться, что хорошо для более легкого смазывания. Я опустился на четвереньки над Владом, повилял задницей перед его лицом, наклонился к его члену и сказал: - Порастягивай меня, пожалуйста, а я пока повытягиваю из тебя... - и насадился ртом на его гордо стоящий член. Весь он мне в рот никогда не войдет, но за месяц наших отношений с Владом я хорошо научился делать минет. Обхватывая двумя ладонями ствол его большого достоинства, я, насколько возможно, вбирал в себя член и, поглаживая языком головку, посасывал его. Мои руки на члене, двигаясь то вверх, то вниз, работали синхронно с ртом, который то насаживался на эту горячую твёрдость, то выпускал её. Пока сосал его дружка, Влад разрабатывал мою дырочку, постепенно добавляя пальцы, когда я почувствовал, что движения пальцев стали замедляться, а стоны стали громче, то развернулся лицом к Владу, смазал его член и стал насаживаться на него. В первое мгновение у меня перехватило дух, и я постарался расслабить колечко сфинктера. Медленно, очень медленно, я постепенно погружал этот мощный таран в себя. Опускаясь на него сверху, я слегка покачивался, и член, скользя по хорошо смазанному анусу, входил в меня всё глубже и глубже. Вот, еще чуток, и он весь во мне. О! Ммм! Такая наполненность меня несказанно возбуждала. Я стоял на коленях над Владом, на всю глубину насаженный на него, и опирался о его плечи руками. Меня распирало чувство полноты, и не только физически, я чувствовал, что сердце огромно и бьется о клетку рёбер, пытаясь вырваться и взлететь. Влад сжал мои бёдра и приподнял немного над собой, а пару секунд спустя медленно опустил меня обратно. Это волшебно, но я тут же пришел в себя от избытка чувств, переполнявших меня после полученных от действий Влада ощущений, я обещал ему быть ведущим, и поэтому начал сам медленно подниматься и опускаться на члене, выпуская его из себя и снова насаживаясь предельно глубоко. Внутреннее скольжение плоти по простате сбивало дыхание, я от наслаждения кусал губы, чтобы не кричать, громко стонал и всё быстрее двигал задом вверх-вниз. Влад, видя, что мне не больно, и я скачу на нем, поднимаясь на коленях и опускаясь обратно, кусая и облизывая губы, придержал мои бедра, и не вынимая члена, развернул меня спиной к своей груди. Уложив мою тушку в полный рост сверху на себя, он перекатился на живот, зажав меня по стойке смирно между собой и постелью. Влад переплёл наши пальцы, согнул наши соединенные руки в локтях и приподнялся, чуть выйдя из меня, зажал мои ноги между своими и подался пахом вверх по моим ягодицам, вгоняя член в меня полностью, а я лежал, вытянувшись, как струна, не имея возможности пошевелиться и балдел. В меня вдалбливался огромный член, а я млел от наслаждения и глухо стонал при каждом толчке. Жар накатывал от паха вверх. Заливал всё тело, и наполнял голову пустотой. Я уплывал. Тяжесть с меня пропала, Влад привстал и, согнув колени, приподнял мою задницу, заведя руку мне под живот. Там он сжал мой член пальцами, провел ими пару раз вверх и вниз по стволу, и мне этого хватило, чтобы кончить и излиться ему в ладонь. Влад опустил меня на кровать, снова навалился сверху и, вогнав в меня свой член, кончил, затопив изнутри теплом спермы. Его громкий стон выдернул моё уплывающее сознание на поверхность, и я прошептал: - Я тебя люблю! Как жаль, что я не могу родить тебе ребенка. Я хочу быть ближе к тебе. Хочу, чтобы нас связывало что-то общее. - Какой же ты у меня глупый. Ближе, чем мы сейчас, быть невозможно. Ты - моё солнце, без света которого я не выживу, ты моя влага, без которой я засохну, ты мой огонь, без которого я замерзну, ты моя земля, питающая меня, и корнями в которую я врос. Я душой и телом насмерть пророс в тебя, если меня выдрать оттуда, то я просто умру, все корни останутся в тебе, а без корней нет жизни. Мы лежали, отдыхая после столь бурного секса и прижимались друг к другу. Напряжение, сковывавшее Влада после разговора с Верой, прошло. Я понимал сколь тяжело ему дался этот холодный разговор. Ошеломительное известие об отцовстве могло выбить из колеи кого угодно, но он не позволил себе расслабиться, и жестко поставил Веру в известность по поводу дальнейших действий связанных с ребенком. Я понял это тогда, когда увидел его в спальне, сидящим отрешенно на кровати, почти полностью раздетым. Он отдал почти все нравственные силы на этот разговор, он для достижения оптимального, в его понимании, решения, почти ломал себя. Никогда, если бы не данная ситуация, он не смог бы так разговаривать с женщиной, и тем более ставить ее в такие жесткие условия. Сейчас он спокойно лежал на кровати, прижимая меня к себе, и перебирал мои отросшие волосы, а я радовался, что смог помочь ему. Мне дорог этот человек, и я постараюсь во всём помогать ему, потому что верю, ничего бесчестного и недостойного он не сделает. Он добрый и честный, если это не касается жестких решений в бизнесе. А разборки с Верой и есть бизнес, и не Влад так решил, а эта нечистоплотная бессовестная женщина. - Влад, а ужинать мы сегодня будем? Я кушать хочу. Давай уже закажем доставку на дом, а то я сейчас зарычу... животом. Любимый чмокнул кончик моего носа и потянулся к телефону. Заказав нам ужин, Влад подхватил меня на руки и понёс в душ. Мы успели как раз вовремя, до доставки. Поужинав, посмотрели фильм и легли спать. Утром Влад улетал обратно в Тайланд, а я остался ждать его дома.