Душа моя возродится в огне

И снова Северус терялся в догадках, что же значило «небезразличие» в понимании Поттера. В быту ничего не изменилось, да и виделись они лишь по утрам на завтраке, и иногда поздно вечером, когда уставший Поттер медленно полз к себе, чтобы немного поспать. На все вопросы о такой занятости Гарри лишь отмахивался, порой едва не попадая рукой по Снейпу, поскольку из-за усталости координация иногда подводила его. Хотя порой выдавались дни, когда он, как сегодня, отсыпался. Основным правилом в этом случае было не шуметь. Вертя в руках чашку чая, Северус не знал, чем заняться, да и не хотелось ничего. Из раздумий его вырвал неритмичный стук и противный скрежет, какой бывает, когда чем-то острым водят по стеклу. Обернувшись, Снейп увидел за окном рыжую сову, к лапке которой был привязан небольшой конверт. Маг подошел к окну и распахнул его, сразу же пригнувшись, чтобы уклониться от влетевшей в комнату недовольной птицы. Письмо она не отдала, не обратив внимания ни на уговоры, ни на предлагаемое печенье, лишь угрожающе щелкая клювом на особо настырные попытки приблизиться. - Да что с тобой такое?! – проорал выведенный из себя зельевар, на что нахохленная птица ответила лишь недовольным уханьем. - Северус, что здесь происходит? – на пороге показался Поттер, привлеченный непонятным шумом в обычно тихом доме. Снейп не успел ответить, поскольку птица внезапно сорвалась со спинки стула, где сидела, и в несколько взмахов крыльев долетела до Поттера, приземлившись на небольшой круглый столик перед ним и отработанным жестом протянув лапку с привязанным письмом. Гарри отвязал его и быстро развернул. «Все готово», - гласил краткий текст. Прочитав, Поттер спрятал записку в карман и попросил: - Северус, ты же так и не купил кровь дракона? - Нет, - отрицательно покачал головой Снейп. - Сходи за ней сейчас, она мне очень нужна, - приказал Поттер и вышел из комнаты. Северус растерянно посмотрел на сову, которая склонила голову набок и явно не собиралась улетать. Впрочем, не это волновало зельевара, а тот пробел в памяти, который ему так и не удалось заполнить после удара по голове. Будучи оклюменентом и легилементом, маг понимал, что часть его памяти, несмотря на все щиты, врожденные и приобретенные, тщательно затерта, а потому снова идти к тому месту, где все, вероятно, и произошло, не хотелось. Но его мнения никто не спрашивал, поэтому Северус накинул мантию и вышел на улицу. Холодный соленый ветер, окрепший в предчувствии зимы, приятно холодил кожу, хотя и ударял порой слишком сильно. С удовольствием наполнив свежим воздухом легкие, маг аппарировал. Привычно перетерпев неприятное чувство удушения, сопровождавшее каждое перемещение, Северус едва успел коснуться ногами каменной мостовой, как резкий рывок сорвал его с места, не дав вдохнуть. Сработал портключ.

***

Альбус не долго пребывал в расстройстве от неудавшегося ритуала. Живая душа в слишком дряхлом уже теле, как и в далекой молодости, требовала активных действий. Дамблдор вновь перечитал книгу, пересмотрел воспоминания о ритуале в Омуте Памяти, очистил подвал от следов прошлого ритуала и приготовился к новому. Все должно было пройти просто идеально, и единственным неточным моментом оставалась лишь дата проведения, поскольку для начала нужно было снова найти Северуса, и тут Альбус не мог не похвалить себя за предусмотрительность. Конечно же, отследить жертву, когда она находилась в доме Поттера, было невозможно, но как только Снейп покинул бы пределы защитных барьеров, артефакт должен был сработать, доставив мага прямиком в зал. Старику как раз хватило времени, чтобы отдохнуть от этой суеты, когда засветился неприметный камешек в перстне на пострадавшей руке, такой же, как тот портключ, что Альбус положил в карман зельевару в прошлое его похищение. Неспешно старик спустился в подвал, под конец с тяжелой одышкой проклиная лестницу и свой преклонный возраст. Лишь мысли о грядущем величии и, как он надеялся, омоложении, заставляли его двигаться вперед, несмотря на режущую боль в боку и легких. В зале дежуривший Рон уже успел подготовиться. В общем-то рыжему и оставалось-то лишь перенести обездвиженного мужчину на стол, поскольку портключ второй точкой перемещения имел небольшую секстаграмму, начерченную на полу и обездвиживавшую любого, коснувшегося ее. На этот раз Снейп был в сознании. Жертвой он был, конечно, опасной, но, не имея возможности освободиться, вполне беспроблемной. Он не дергался, не пытался что-либо промычать сквозь плотно сжатые губы, а всего лишь старательно осматривался, насколько хватало возможности. - Северус, мальчик мой, наконец-то ты с нами, - приблизившийся директор не скрывал свой радости от скорой встречи. Снейп никак не отреагировал, в первую очередь потому, что у него физически не было возможности это сделать. Лишь сильнее вспыхнула ярость в антрацитовых глазах. Директор это уловил, и махнув палочкой, вернул свободу действий голове и шее мага. Снейп тут же ей покрутил, разминая заболевшие мышцы. - Полагаю, это не первая наша встреча с моего воскрешения, Альбус? – спросил связанный заклинанием маг. - А ты все так же умен, Северус, - директор улыбнулся, поглаживая бороду. – Но не будем разводить сантименты. Начнем. Рональд, приступай. И снова Уизли с удовольствием старательно вырезал на груди бывшего профессора симметричный рисунок, порой слишком глубоко прорезая плоть, отчего алая кровь быстро выпачкала все вокруг. Директор снова читал заклинание, сверяясь с книгой. На этот раз уже Рон написал зельем имя на коже Северуса, пока Дамблдор дочитывал последний катрен:

- Новое слово скрепляя магией, Свидетелями призову Смерть и Судьбу, О том, что души звучат одной мелодией... В благодарность дары преподношу.

Отзвучали последние слова, и старик достал из складок мантии, в которых прятались многочисленные карманы, стилет из гоблинской стали, но резать свою ладонь он не стал. Вместо этого он размахнулся, прицеливаясь левее середины груди жертвы. Выдохнув, Альбус отвел руку с оружием еще немного вверх и внезапно дернулся, ощутив возмущение магического поля за секунду до разнесшегося по подвалу треска, сопровождавшего трансгрессировавших в него магов. - Альбус Дамблдор, вы арестованы. Немедленно сдайте палочку, - шагнул вперед первый из появившихся магов в фирменной багровой мантии Аврората, скидывая капюшон. Оглянувшись через плечо, Альбус зло выкрикнул: - Рон! Рон, как и его мать, умел быть преданным идее. Та всю жизнь воплощала свою мечту о идеальной семье, с каким-то удовольствием даже окунаясь в бедность, не замечая ни очередных неудач рано подурневшего и полысевшего супруга, ни равнодушия между детьми, ни блядок младшей дочери, ибо все это она считала лишь жертвой, которую она была готова заплатить, стремясь к своей утопии. Младший же сын ее всегда стремился к богатству, и потому за единственную возможность его получить, был готов и предать друга, и даже заплатить своей жизнью. Именно поэтому до того застывший от ужаса Уизли метнулся в сторону, закрыв собой старика и поймав предназначенные ему заклинания. Тело парня просто смяло от нескольких заклинаний, и в сторону отлетел уже просто кусок избитого мяса, но этих секунд хватило, чтобы с искаженным яростью лицом маг вонзил стилет в чавкнувшую плоть. Широко распахнулись глаза Северуса, исказился в немом крике рот, и словно время застыло. - Ну же, - пробормотал Альбус, не обращая внимания на застывших за его спиной авроров. И как в прошлый раз свет факелов словно померк в помещении, когда из груди Северуса вырвались яркие, словно солнечные золотые лучи, вихрями проносясь по подвалу и завиваясь в яркие цветы, на секунды вспыхивающие в комнате и рассыпающиеся золотой пыльцой, вовлекаемой в новый водоворот. Причудливые тени исказили лица скинувших капюшоны авроров, что, очарованные магией, недопустимо отвлеклись, забыв о своей цели. Вокруг привязанного Снейпа будто бы раскинулись огромные крылья, медленно распахивающиеся и тихим шорохом уверяющие в своей реальности, вот только все ярче разгорался на них огонь, в секунды перекинувшись на все тело, и отскочивший Альбус попытался стряхнуть с мантии несколько попавших на нее черных искр, вот только это их не потушило, и разгораясь полноценным пламенем, они быстро начали поглощать ткань, оставляя за собой лишь тонкий пепел. Дамблдор быстро скинул ткань и отбросил ее в сторону. Все шло не по плану. - Немедленно арестовать мистера Дамблдора, - резкий голос Люциуса Малфоя заглушил треск от его аппарации. За ним появился еще один человек в плаще. Покосившись на замерших магов, что словно дети не могли оторваться от завораживающей картины уже темных цветов, что по-прежнему распускались в воздухе, вылетая из прогоревшего до костей тела, Альбус крутанулся на каблуках, но аппарация не сработала. - Антиаппарационный купол установлен, - доложил подскочивший аврор Малфою. - Наконец-то. Кингсли, чем вы думали?! – Малфой невольно сглотнул, увидев, что осталось от его старого друга. Пламя догорело, и помещение освещали лишь факелы, высветившие большую и неприглядную кучу пепла на, как ни странно, непострадавшем столе. - Альбус Дамблдор, вы арестованы. Немедленно сдайте палочку. - повторил чернокожий аврор, поднимая палочку. Альбус в ответ расхохотался, взмахивая трясущимися руками палочкой. Зеленая молния прочертила яркую полосу, врезаясь в стену, в десятке сантиметров от едва уклонившегося аврора. - Рассредоточиться! Маги бросились в стороны, в секунды окружив старика. Лишь один человек остался на месте – аппарировавший вместе с Малфоем Поттер. - К чему эти игры, Альбус? Ты же уже проиграл, - холодно спросил Поттер, также скидывая капюшон. - Я?! Проиграл?! Да что ты понимаешь, щенок?! – выкрикнул старик. – Пусть даже я не смог привязать феникса к себе, ты лишился своей силы! - С чего бы? – поморщился Гарри. – Вы же не думаете, что написанное в вашей книжонке – правда? - Ты... - Да, я это подстроил. Нет, моя сила – это только моя сила, и никакими ритуалами отнять ее у мага нельзя. Можно запереть в теле, можно убить мага, но силу отнять невозможно. И да, Северус – действительно Черный Феникс, вот только это всего лишь анимагическая форма. – ответил на невысказанные вопросы Поттер. – Сдавайся, директор, ты проиграл. Альбус вздрогнул, встретившись взглядом выцветших глаз с зеленью, полыхавшей в радужке Гарри. - Проиграл... - бессильно опустились испещрённые вздувшимися от напряжения венами руки, повиснув плетьми на сгорбившемся теле. Выскользнула палочка из ослабших пальцев, с глухим стуком упав на пол. Авроры окружили Дамблдора, зазвучало обвинение: - Альбус Персиваль Вулфрик Брайан Дамблдор, именем Визенгамота, вы арестованы за использование темномагических артефактов: «Глаз мертвеца», запрещенного указом Министерства Магии от десятого октября тысяча пятьсот восемьдесят восьмого года, «Коготь», запрещенного указом Министерства Магии от седьмого апреля тысяча триста тридцатого года, «Проводник», запрещенного указом Министерства Магии от первого января тысяча трехсотого года , использование запрещенной указом Министерства Магии от десятого августа восемьсот восемьдесят пятого года магической ловушки, использование заклинания «забудь» без разрешения Министерства Магии, похищение мага, истязание мага, убийство мага, использование темномагического ритуала... Гарри не слушал речь Кингсли. Кивнув Малфою, он подошел к столу, с которого медленно кружась в воздухе, осыпался едва заметно шевельнувшийся серый пепел. Протянув руку, Гарри без брезгливости запустил в него руку, ощущая тепло, усиливавшееся с погружением во внутрь. Когда ладонь полностью скрылась в дымчатой массе, пачкая манжеты, Поттер, наконец, коснулся живого тела внутри. Покрепче схватившись за него, он дернул его на себя. Сдвинув осыпавшийся на пол пепел, сначала показалось грязное плечо, за которое Гарри держался, затем из кучи выскользнула худая рука, безвольно обвисшая с края стола. Выругавшись про себя, Поттер отпустил тело и, скинув мантию и закатав рукава, погрузил уже обе руки в серую массу. Лишь наощупь найдя оба тонких плеча, Гарри потянул Северуса на себя, с трудом вытаскивая его из пепла. Выуженное тело оказалось грязным и голым. Ругнувшись уже вслух, Поттер закутал зельевара в поднятую мантию, справедливо рассудив, что даже повалявшись на полу, та все равно чище жертвы. С тоской подумав о том, что теперь снова придется лечить Снейпа, Гарри поднял его на руки и аппарировал домой, не обратив внимания на возмущенно полыхнувший так и не снятый Антиаппарационный барьер.