Это Сан-Франциско - ...

Она остановилась на перекресте в ожидании сигнала светофора. Вечерело. Только сейчас, поежившись от холода, она поняла, почему у нее всю дорогу было стойкое ощущение, что она что-то забыла. Не просто что-то, а любимую кружевную кофту. Невероятно легкую и теплую, подарок подруги-дизайнера. Такой точно ни у кого больше не было. Эви оглянулась назад, прикинув, сколько идти обратно, но передумала. Ничего с ней не случится. Это был первый бар из тех, что она посетила здесь. Может быть именно оттого, что нужен был хоть один знакомый человек в новом городе, она быстро завязала приятельские отношения с одной из официанток. Сегодня была не ее смена. Ничего, придет, позвонит, предупредит - и проблема решена. Девушка посмотрела налево, в сторону центра города. Чем дальше, тем больше и ярче неоновые вывески. Вдали оранжевая полоса - шоссе, стремительно несущее поток машин, как главная артерия в организме. Она вздохнула и перешла дорогу. Еще десять минут и дома. Навстречу шли парочки, держащиеся за руки, кто-то не стеснялся и останавливался прямо посреди дороги, чтобы начать целоваться. А она? А ей почти тридцатник и она идет домой. Одна. У нее даже собаки нет, которая бы ждала, и пусть даже ради того, чтобы покормили, ждала бы. Раньше ее не обуревали приступы жалости к себе, но сегодня что-то сжимало изнутри. Ее ждет только он. Светлый, большой, одноэтажный просторный дом. Проходя мимо заботливо посаженных розовых кустов, чуть закрывавших панораму гостиной, она подошла к двери, открыла сумочку и достала ключи. Два поворота одним, три другим и последняя преграда преодолена. Она зашла внутрь и сразу же сняла туфли, ноги не устали, но горели. Стопы коснулись прохладного пола. Она прошла дальше и положила клатч на тумбочку под зеркалом. - Дааа, - протянул Саймон, - здоровяк ему попался. - 15 раундов-то, еще бы, - согласился Крис. - Да ну, - вмешался Зак, - тягомотина такая. Одно дело три точных удара и нокаут. А тут, пфф, - протянул он. - Истину глаголишь, - подтвердил Бен, вытянув к нему указательный палец. Они все засмеялись. - Может, пойдем уже, - предложил Крис, выгнувшись в спине, что послышался легкий хруст. - Да, не могу уже сидеть, - сказал Саймон. Бен оглянулся, и не найдя официантов, пошел к барной стойке, чтобы расплатиться. - Сколько с нас? - спросил он, подойдя к бармену и кивнув на их столик. Он достал кошелек протянул пару купюр, включая щедрые чаевые и, поблагодарив, развернулся, чтобы уйти. - Ээ..мистер, - окликнул его бармен, - девушка, что с вами была, оставила что-то, - он показал на стул за стойкой, где она сидела. - Это точно ее? - осведомился Бен. Бармен кивнул. Бен протянул руку и взял мягкую ткань. - Я ей передам, - на всякий случай сказал он бармену. Тот лишь равнодушно посмотрел. Он вернулся к друзьям, которые по какой-то причине хохотали. - Что произошло? Зак отошел в сторону, открывая картину, так забавляющую мужчин. Крис стоял с мокрым круглым желтым пятном, начинавшемся с середины живота, и закончившимся на коленях. - Как? - лишь только смог практически прогорланить Бен, начиная смеяться со всеми. - У него провод от наушников за тарелку зацепился и еще стакан, - кое-как объяснил Зак. - Ну как? КАК так можно? - вопрошал он, подняв руки. Бен накинул свою кофту. И пошел в сторону выхода. За ним вышли остальные. Последним был тихо бранящийся Крис, вытиравший живот салфетками. Они повернули направо и, не спеша, пошли вдоль тротуара. Перед ними остановилась небольшая группка людей, явно узнавшая именитых актеров. Увидев у одной из девушек фотоаппарат, Крис обреченно закатил глаза. Да она попросила о том, о чем он подумал. Крис извинился и отошел в сторону, он был явно не готов к фотосессии. Молодые люди поблагодарили мужчин, и пошли дальше. - Давайте, зайдем куда-нибудь, я куплю себе джинсы, - заныл молодой, - а то еще кого-нибудь встретим. - Постираешь, ничего с тобой не случится, - скорчив рожу, ответил ему Саймон. - Но тут жир, - показав руками себе на одежду, брезгливо сказал Крис. - Мне кажется, он все-таки под футболкой, - засмеялся Бен. - Чья-бы мычала, - последовал мгновенный ответ. - Ла-адно, - протянул Зак, - пойдем, пока вы не передрались. И развернул Криса в другую сторону. - Пойдем. - Я пас, - сказал Бен, - пойду душ приму и...спать. Я устал. - Я, между прочим, старше тебя, - многозначительно намекнул Саймон. - Все-о, чао, - махнув рукой, сказал Бен и пошел в сторону гостиницы. Звонок в дверь. Один. Короткий. Настойчивый. Первое, что она видит, открыв дверь, бутылка Jameson, и пальцы, держащие ее за дно. Она протягивает руку и берет бутылку за горлышко, разворачивая к себе этикеткой. - Хорошо хоть цветы не принес, - хмыкает она. И он, застывший на пороге прямо за ее спиной, видит улыбку. - Проходи, - договаривает она и уходит вглубь дома. - Фу, как грубо, - говорит он и присаживается, чтобы развязать шнурки. Он уже заметил, что она была босиком. - Но ты же пришел, - раздается с кухни. - А тапочки? - смеясь, спрашивает Бен, снимая второй ботинок. - Я сегодня мыла полы, - смеется она, - что ты там застрял? Он хмыкает. И проходит за ней, попутно положив ее кофту рядом с клатчем, около зеркала. Краем глаза он замечает рояль, стоящий около огромных окон, в большой комнате. Проходит мимо стены...или перегородки, отделяющей комнату от коридора. Необычный дом. Как и его хозяйка. - Могла бы хоть прикинуться удивленной, - обиженно говорит Бен. - Я удивлена, - как ни в чем не бывало, бросает она, вздернув левую бровь. Она ставит бутылку на стол, а сама проходит дальше. Открывает стеклянную дверь, достает два круглых низких стакана. Потом блюдце, ломает тонкий черный шоколад, и относит на стол, другой рукой захватив яблоко. - Присаживайся, - показывает она глазами на стул. Она опять подходит к полкам, достает маленький ножик. - Тебе что-нибудь надо? - спрашивает она. - Нет, спасибо. Я не люблю перебивать вкус. Она довольно хмыкает и открывает нижнюю секцию холодильника. Достает формочку для льда и подцепляет несколько кусочков ножом. А затем разворачивается к Бену. - Лед? - спрашивает она. - Если я не люблю перебивать вкус, то разбавлять я, наверное, тоже не очень люблю, - говорит он, собрав несколько складок на лбу. - Фу, как грубо, - хмыкает она, наморщив нос. Бен начинает смеяться. - Извини, не знаю, что со мной такое. - Это водка, - коротко говорит она, кивая на лед. И, поддевая ножом, бросает два кубика ему в стакан, то же самое себе. Он дергает плечом, понимая, что не может спорить. Она берет оба стакана и ставит на стол, а затем тянется за бутылкой. Поворачивает крышку, слышится треск железа. Бен тряхнул головой, как будто пробудился ото сна. Все это время он как зачарованный наблюдал за ее действиями. Он понимает, что это все-таки мужская работа. Эв замечает это и улыбается. - Ты не против? - спрашивает она, освобождая его от угрызений совести. Бен облегченно мотает головой. Она наливает по трети стакана и закрывает бутылку. Садится напротив и начинает резать яблоко на дольки. Бен протягивает руку за уже запотевшим, от лежащего внутри льда, стаканом и делает небольшой глоток. - А, знаешь, недурно, - одобряет он, поджав губу, что уголки опустились вниз. - Я плохого не предлагаю, - улыбается она. Он не знает, что говорить. Ему просто хочется ее разглядывать, как музейный экспонат, который нельзя трогать руками. Такого он не испытывал давно. Эв протягивает руку за своим стаканом, делает глоток и берет дольку яблока, откусывая небольшой кусочек. Она ставит на стол локоть, а в руке так и держит дольку. Бен приподнимается и вынимает кусочек, чуть коснувшись своими пальцами ее. Она смотрит, как он делает еще глоток, кусает яблоко, и облизывает большой палец, которого только что коснулся Бенедикт, повернув ногтем вниз. Она берет с блюдца тонкий темный квадратик шоколада и подносит ко рту, на секунду задержавшись. Бен смотрит на нее, закусив нижнюю губу. Но шоколад слишком тонкий. Он не выдерживает накала обстановки и, выскальзывая из пальцев падает за тонкую шелковую ткань. Бен зажмуривается и пытается не смеяться, но когда видит, как Эванджелин трясется в припадке смеха, прикрывая ладонями лицо, расслабляется и начинает хохотать в голос, обнажая зубы и сузив глаза. - Извини, - все еще смеясь, говорит она и встает. Она проходит на кухню, открывает дверцу и достает пару салфеток. Ей нужно достать шоколад, не испачкав платье. Девушка поворачивается к Бенедикту спиной и спускает лямки платья, обнажая плечи и спину целиком. До этого-то оно не особо скрывало, но тонкие ленточки не делали это зрелище таким интимным. Смех стихает и Эв слышит, как Бен сглатывает. Он сам удивился действиям своего тела, хотя причины на то были, и он заметил, что она услышала. Она тихо ухмыляется в стену и разворачивается, делая спокойное выражение лица, как будто ничего не произошло. - Ты не против, я сниму? - спрашивает Бенедикт, дергая себя за воротник кофты. - Жарко, - кивает он на бутылку. Она понимающе улыбается. - А я покурю, ладно? - И протягивает руку к барной стойке, разделяющей большую кухню. И, достав сигарету, она кладет на стол пачку, затем встает и приоткрывает окно. В это время Бенедикт кладет кофту на соседний стул и достает такую же пачку. - Сколько? - спрашивает она, затянувшись. Он смотрит на нее, вскинув брови. Достает сигарету. - Полгода, - коротко произносит он, - или нет, месяца четыре, - добавляет, нахмурив лоб. Прикуривает. - Ты? - Два. - Месяца? - подняв одну бровь, спрашивает он. Она мотает головой. - Дня? - издевательски спрашивает он. - Часа, - смеясь, выдыхает она. - Не может быть, - говорит он, смотря куда-то влево вверх, прикинув, когда она ушла из бара. - Да ладно? - распахивает она глаза и широко улыбается. А затем испытующе смотрит, ожидая, когда же он догадается. - Неужели года? - изумляется Бенедикт. - Бинго. - Ты так много работаешь? - интересуется он. - Я так разборчива, - улыбается она. - Ооо, - протягивает он, - да я - счастливчик. - Ты - актер, - прищурив один глаз, говорит она. - И? – ему становится интересно. - Я люблю актеров, - признается она и тушит сигарету в пепельнице на столе. - И сколько их у тебя было? – в нетерпении выпалил вопрос Бенедикт. - Ни одного, - ухмыляется она и, взяв свой стакан, выходит с кухни. Он откидывает голову назад и прерывисто со смехом выдыхает, понимая, какой непростой вечер, а может и ночь, ждут его сегодня.