Понять и полюбить

Сильный ветер проходит над крышей поместья Уэйнов. Ветер прорезая пути, взмывает ввысь и улетучивается в направлении океана, оставляя за собой листву прямо на крыше. Зеленая листва гладко ложится на крышу, обязательно перед тем, кружась в воздухе. Если бы кто-нибудь кроме Альфреда знал, как же много листвы сползает с крыши, и как много гнезд птиц на крыше поместья послужили домом для оных. Но никто не знал, даже его хозяин, ~ - Как мне тебя называть? - С очень встревоженным и немного сдавленным, тихим тоном прошептала Квинзель ему, крепко закрывая глаза. - Все кто знают кто Я, называют меня просто Брюсом. - Он сделал ударение на слово "кто". Харлин осеклась. Крепче закрыла глаза, её руки стали трястись, дрожать, ровно как и её грудь, а спустя мгновения, и всё тело. Она не выдержала, покатились слёзы. В комнате стало холоднее, Тёмный рыцарь широко открыл окно, а точнее, окна. Ветер стал приносить в спальню запах свежести, запах утра. Харлин всё так же лежала в кровати, уже не плача, но до сих пор волнуясь. Уэйн не выдержал, спросил. - Тебе страшно? - Голос был достаточно спокойным, а интонация передавала безразличие, безразличие, которое он хотел ей навязать, хоть и понимал, что это уже бесполезно. Она молчит. Он молчит. Так и прошли пол часа раздумий, он - сидел на подоконнике, практически голый, смотря вдаль, думая, что же будет, и как ему поступить. Она - отвернулась от него, пряча своё красное лицо, неспокойные руки, и напуганный взгляд, в глазах которого, таится совершенное отчаяние. - Я думаю, хватит нам молчать, выслушай что я тебе скажу, но для начала успокойся, подай знак если согласна выслушать. Харлин слегка дрогнула от его голоса, она не готова, нет. Но, собравшись с мыслями, поняла, что герой Готэма говорит по делу. Девушка неуверенно привстала, таким образом, сев к нему спиной, сначала гимнастка скрывала свою голую спину одеялом, потом, грустно вспомнила, подумав: - " Я же преступница, о каком стеснении может идти речь ". Она опустила одеяло, выпрямила осанку. Брюс же, был слегка удивлен, не понимал, к чему это было, но вскоре, понял. - Тогда на мосту, мы оба были на волоске от смерти из-за Джокера, человека, которым ты слепо восхищалась, ради которого, как мне кажется, была готова подставиться под удар. Но теперь, после всего случившегося, у тебя есть выбор. Ты не выдала меня Джокеру, когда он был в паре метров от тебя, ты не попыталась напасть на Альфреда, не пыталась убить и меня, когда я спал и был беззащитен. Брюс солгал, он не сомкнул глаза ни разу за всю ночь. - Если отпустить все почему и зачем, не думать о твоем прошлом, а трезво оценить ситуацию, то раскроется, что у меня нет весомых причин видеть в тебе опасность, а что касается тебя? Она молчала. Он молчал. Брюс подошёл к подносу и взял крепкий кофе, хоть он и хотел бы сейчас выпить. Наследник Уэйнов снова сел на уже разогретое место и принялся медленно пить кофе, всё же ожидая от неё ответа. Минуты спустя Харлин заговорила. - Я не знаю что думать, я не знаю как мне поступать, я знаю что правильно, что неправильно. Но больше всего, вместе с мисте... Джокером, вместе с ним, меня всегда заботило что его разочарует, а что нет, что его веселит, а что нет. Я псих, самый настоящий. Брюс её перебил, так ему казалось, на самом деле, она не имела больше слов. - Псих он, ты, скорее помешанная, была, надеюсь. Ты психолог, тебе лучше знать. Квинн довольно быстро отреагировала и ответила практически незамедлительно, происходящие все больше стало походить на диалог взрослых людей. - Годы прошли как я перестала ею быть. Я влюбилась, наверное, потому что он обещал мне, тогда, в Аркхэме, что будет со мной, что я ему нужна. Ведь это самое главное в жизни, быть кому то нужной, нужным. Брюс тут промолчал, он хотел сделать глоток, но остановился, ответив. - Я читал о твоём прошлом, плохая семья, жизнь девочки-изгоя, а после уже как подросток. Она перебила, немного резко, словно со злостью. - Дело не в том как я жила в обществе людей. Точнее дело как раз таки в этом, но для нас, людей, самое важное общество, всегда была семья, а у меня, семьи, не было. Ты должен меня понять. Девушка повернулась к нему, все таки приподняв одеяло, скрывая свою прекрасную талию и молодую грудь. В глазах горел интерес, больше тело не тряслось. - В Аркхэме, я ставила диагноз тебе, точнее, Бэтмену. Признай, человек жертвующий собой, занимающийся альтруизмом, истинно верующий в свои убеждения, не может быть таким как все. А не быть таким как все~ - Значит быть психом, согласен. Но дело не в этом. Мой вопрос, что ты будешь делать? Харлин промолчала, закусила губу и стала думать, с лица исчезла последняя капля уверенности, дрожь прошла, но от этого, ей, кажется, стало ещё не спокойнее. - А какие у меня варианты? Брюс закончил пить кофе, всё так же будучи серьезным, он отложил чашку на подоконник и соединил руки на уровне груди, упершись о них подбородком, раздумывая и взвешивая каждое слово. - Я предлагаю тебе просто жить. К тебе вернулся рассудок, как только ты оказалась на грани смерти, как только твои инстинкты дали тебе понять, что ты умираешь, и умираешь из-за того кто поволок тебя за собой, на путь преступлений и убийств, тогда ты вспомнила, что ты всё же не сошла с ума окончательно. - А если это произойдёт снова? Бэтмен перевел свой взгляд на неё. - Тогда я приду за тобой. Харлин грустно опустила взгляд, слёзы хотят наружу, но их попросту не осталось. - Всего так много, я чувствую столько всего... Мне так плохо. Я чувствую стыд, грусть, вину, отвращение, злость, но больше всего, страх. Я боюсь, Брюс. Я не смогу жить такой жизнью. Слишком много для меня. - Тебе придется принять это. Она замолчала. Он молчит. Квинн покраснела, сжала одеяло, прикрывшись сильнее, хоть он уже давно устремил взгляд на море, грустно смотря и думая о чём-то своём. - А то что было между нами, этой ночью... - Ничего. Всего-лишь секс. Тебя и меня он никак не обязывает. Она застыла, после, снова легла, закрыла лицо подушкой. - "Это всё ужасно"