Понять и полюбить

Утро в поместье Уэйнов всегда проходило спокойно. Чаще всего именно утром Брюс Уэйн после долгой ночи, ложился спать, дабы проснуться в обеденное время и быть готовым работать более 15 часов без передышек. Однако это утро прошло иначе. После ночного визита самого опасного преступника Готэма, Джокера - гости "ушли" не попрощавшись. Альфред же разгонял полицию, отвечая на их вопросы. Комиссар Гордон хотел видеть Брюса Уэйна, однако Альфред сказал ему что тот слишком сильно устал, и ответит на все вопросы позже, если они важные. К. Гордон попросту кивнул и развернувшись ушел из особняка со своим нарядом спецназа. А в это время проснулась Харлин. Проснувшись, Харлин обнаружила что её левая рука обняла торс Брюса, и что её левая нога была закинута за его голень, она буквально прижималась к нему. Но смутило её больше всего то, что её голова лежала на его груди. Брюс спал очень хорошо, не могло его разбудить её пробуждение. Харлин лежала так, не двигаясь, минут 5, осознавая, что же могло произойти. Как только до неё дошло что никакого секса уж точно не было, она задалась вопросом, а зачем это она так к нему прижалась во сне? Покраснев ещё сильнее, она медленно убрала с него руки и ноги, и легла рядом, уже пряча свою идеальную фигуру от него, словно он подсматривал за ней. Хотя на самом деле, крепко спал. Все же, он устал. Но вдруг она заметила, что из-под бинтов потекла кровь, и тогда она поняла, она немножко надавливала на это место, что бы швы не расходились еще сильнее. Она тут же испугалась что он истечет кровью, да и Брюс ещё, сделал глубокий вдох и покорчился. Ему было больно. Харлин тут же быстро потянулась к нему и приложила руку к ране сквозь бинт. Немножко придавив кровь вроде перестала литься. Она теперь не знала, что делать. Да и неудобно ей было держать руку при этом лежа рядом. Она села на попу рядом и держала рану, вся покрасневшая, не понимая и думая про себя "Боже, я такая тупая". Её красивое тело, чуть ли ни без даже грамма жира. На ней было все тоже белье, ярко-розовое, однако на нем были уже высохшие пятна крови. Толи её, толи его. Она не особо хотела в этом разбираться. Она просто держала рану, даже придерживала другой рукой. Вдруг, открылась дверь, она обернулась, но все так же не убирала руки. Это был Альфред, он нес целую здоровенную армейскую аптечку, и чемодан, видимо с одеждой. Он спокойно подошел к кровати и подвинулся поближе к спящему Брюсу, сев рядом с Харлин. - Вы можете отпустить руки. - с улыбкой произнес Альфред, глядя на покрасневшее лицо Харлин. Харлин отпустила руки и съежилась. Раньше она не стеснялась надевать что-угодно, или даже снимать все кроме нижнего белья на улице, ради Джея. Но вдруг в ней проснулось что-то девичье, она даже хотела запищать и убежать. Она быстренько встала, прикрывая своё тело окровавленными руками, выглядело так нелепо, что Альфред хотел рассмеяться. - (сдерживая смех) Там, у двери чемодан, в нем одежда для тебя. Харлин прикрыла свое тело и быстренько схватив чемодан побрела в ванную. Забежав в ванную она отдышалась, облокотившись об саму ванну, она включила душ и стала рыскать в чемодане, она уже сняла с себя грязное белье, отложив его в урну с грязным бельем. Её красивое тело было полностью оголено, и вправду, тело гимнастки. О такой идеальной фигуре мечтают все. Её изгибы тела свели бы с ума любого мужчину. Открыв чемодан, она тут же увидела в нем много одежды, но, как и любая девушка за 20, она акцентировала большее внимание на нижние белье. Тут его было много. Но ей понравилось черное кружевное белье. Оно выглядело таким красивым, при этом не слишком открытым, однако эротичности в нем было хоть отбавляй. Она трогала каждую пару, там еще был красивейший пеньюар и неглиже. Разглядывая и трогая все это, она потеряла счет времени, а ей так хотелось в душ. Тем более, она была уже голая, а ведь Брюс и Альфред были за дверью, в метрах 5-7 от неё. Она быстренько закрыла чемодан и отложив его в угол, тут же залезла в ванную, она встала под душ и включила горячую воду. Ванна была очень красивой, убранной. Было даже ощущение словно ею пользовались раз в неделю. Все словно только-только купили и привезли. Ванна была чиста до блеска, при том такая большая и удобная, и имела красивую овальную форму. Сама ванна была полностью в кафеле, при этом имела коричнево-золотистый цвет. На полу был шикарный коврик, такой мягкий, при этом целостный и качественно сделанный. Харлин так долго рассматривала и щупала ванную, что снова потеряла счет времени. Она встала под душ и принялась смывать с себя все те эмоции и потрясения что она пережила пару часов назад. Вода красиво стекала с её гладких и красивых изгибов тела. Кожа, не слишком бледная, не слишком загорелая. Что тут говорить, вместо того что бы быть психотерапевтом, она с легкостью могла бы быть топ моделью мира. Всю красоту её тела прекрасно дополняли её рыжие волосы. Этот ярко красный цвет только и придавал эротичности. Она прекрасна, хотя думала она не о себе, а о Брюсе. - Что мне делать? Спрашивала себя Харлин. Она думала о том, что будет когда он проснется, о том когда поправится. "Кем я буду для него, и, что более важно, кем я буду сама себе?" В этот момент она почувствовала, как колет в плече. Она уже забыла про то что оно побаливает, все же пуля прошла на вылет. А рана, зашита и хорошо обработана. Оно даже было забинтовано, для того что бы если швы бы разошлись, то хоть кровь не шла. Тем более, совсем недавно она танцевала, благо платье прикрывало плечи. Харлин разбинтовала рану и увидела лишь мелкие швы. Рана заживает на удивление быстро. Неожиданно боль прошла, Харлин никак не могла понять почему. Она решила промыть осторожно эту рану. Недолго думая о ране, она собралась с мыслями и поняла, что все хорошо, Брюс ей объяснит почему все так быстро зажило. Хотя у нее уже были догадки, мол это что-то вроде быстро заживляющего крема. Ведь, как еще объяснить то, что он постоянно получает побои, а синяков на нем не остается? Хотя этой теории мешали его шрамы. Харлин представила его тело в шрамах так, что ей аж стало плохо. Она вся покраснела и мотала головой, словно пыталась стрясти с себя неприличные мысли. Харлин можно понять, она так сильно переживает, у нее творится полный хаос в голове. Она в душе уже больше часа, и наконец испробовав все шампуни и гели - выключила душ, и принялась вытираться. Как вдруг услышала, как открывается дверь в ванную, Харлин испугалась и не издала ни звука. Она думала, что сейчас, он, кто бы то он ни был, Брюс или Альфред - уйдет. Прошла секунда, две, три, даже четыре! Как вдруг занавес, за которым её не было и видно, был приоткрыт. Это был Брюс, он был полностью голый, уже скинув всю одежду. Он только проснулся, это было видно по его глазам. Харлин тут же пришла в шок, она так сильно покраснела, что казалось кровь ударила в голову со скоростью света. Она задрожала и запищала, рефлекторно она направила кулак прямо в нос Брюса. Тот же только-только заметил, что в ванне Харлин. Он так сильно удивился что вовсе и пропустил её прямой хук с права! Один хороший удар, и она повредила ему нос. Оттуда пошла кровь, Брюс от такого хука в нос потерял равновесие и упал вниз, ударившись головой об тумбочку что стояла сзади. Харлин же в это время прижималась к стене с закрытыми глазами. - А ну убирайся отсюда, я же моюсь! Прокричала она это быстро. Как вдруг она поняла, что только что вырубила и так ели живого Брюса. Харлин увидев, что он лежит без сознания - тут же подскочила и выпрыгнула из ванны. Она присела к нему и начала трогать его голову, не повредил ли он череп. Но все было нормально, все же он получал и ломом по голове, но выживал ведь. Харлин тут же успокоилась что все нормально, как вдруг вспомнила что он и она - голые. Харлин тут же машинально перевела взгляд на его половой орган. Она не хотела ничего такого, но её так резко смутило то что он был возбужден, что она резко потянулась за полотенцами и окутала и его, и себя. Брюс очнулся. Первым что он увидел это было переживающие просто тонну различных эмоций - лицо Харлин. А после её прекрасное полуголое тело. - Что случилось? - Ели-ели произнес Брюс, его голова раскалывалась. - Ты влез в ванну, и я случайно ударила тебя, и ты упал. - Влез в ванну? Что? - Сказал Брюс с удивлением. Он подумал и все понял. - Альфред сказал мне что ты уже завтракаешь на кухне в первом этаже и ждешь меня... Харлин удивилась и покраснела. Брюс же наконец смог нормально открыть глаза и попытался встать, но не было сил. Голова кружилась. - Позови Альфреда. - Сказал Брюс Харлин тут же возмутилась - Нет, нет, я сама. Я виновата, я и заглажу вину. Харлин тут же попыталась поднять Брюса, схватив его за плечи. У нее даже получается, они ели-ели, однако встают на ноги. Осталось самое сложное, встать в ванну. Харлин помогает Брюсу поднимать ногу за ногой. Одна нога уже стояла в ванне, тут она поднимает вторую, как вдруг она поскальзывается, и Брюс падает в ванну, а Харлин падает вместе с ним. Полотенца слетели, они лежали друг на друге, приходя в себя секунд 5. Их лица были так близко друг к другу, они смотрели друг другу в глаза так близко, этот момент словно длился вечно. Смущение в глазах Харлин пропало, ровно, как и боль в глазах Брюса. Мгновения длились так долго, дольше чем сама их жизнь. Спустя эти самые мгновения, их губы медленно начали тянуться друг к другу, синхронно, они оба поддались этому желанию. Медленно их глаза стали закрываться, и они коснулись губ друг друга. Медленно, даже неловко, но так нежно, что хотели ещё и ещё. Вскоре они стали целоваться более страстно. Руки Брюса скатились по её спине, снимая с неё до конца все полотенца. Харлин в этом время стягивала полотенце с Брюса, они уже забыли обо всех эмоциях и переживаниях. Они, буквально, отдавали каждую частичку себя друг другу. Они уже лежали голые, прижимаясь друг к другу сильнее и сильнее, а поцелуи их были все короче и короче, воздух покидал их. Они не могли надышаться, им хотелось еще и еще. Они хотят друг друга, они отдают себя друг другу... Вот уже, в порыве невероятной страсти, в бесконечном продолжении их поцелуев, Брюс хватает Харлин и обнимает её, прижимая к себе, на сей раз сверху...