Прекрасная боль/Beautiful Pain

Воздух истекал кислородом, который лился в легкие, разрывая их на части. Солнце… первые за три года яркие, теплые лучи уже заходящего солнца ложились на кожу. Хотелось отдернуть руку. Казалось, кожа пойдет пузырями, загорится, причиняя невыносимую боль. Покачнувшись, он посмотрел на массивный тяжелый перстень на пальце. Перстень, что почти 200 лет хранил его от смертельного солнечного света. Его желто-красные слепящие потоки прорывались сквозь сочную зеленую листву, стремясь затопить землю… или только его, отвыкшего за три года от простых реалий земной жизни. Три года липкого мрака и юрких, склизких щупалец, от которых приходилось уворачиваться днем и ночью. Те, кто не успевал, исчезали навсегда. В логове этой твари или в ее желудке? Он не знал. И не горел желанием узнать. Днем и ночью вампир играл в салочки со смертью. Хотя… он и так был мертв, не так ли? Что это было? Куда попал он в то мгновение, когда яркий поток белого света хлынул сверху, вырывая его пальцы из ладони темнокожей ведьмы. Изнанка. Чистилище. Все эти месяцы, годы… он бежал... стирая в кровь ноги (почему-то раны отказывались заживать мгновенно), падая лицом в зловонную жижу болот. Он поднимался. И шел дальше. Потому что все эти годы он помнил ее – лучшую девушку в его жизни. Ту, что рыдала посреди пахнущего тленом и горящими свечами склепа. Рыдала и молила не оставлять. Но у него не было выбора. Нет выбора, малыш. Ты лучшее, что случалось со мной за все 173 года, Елена Гилберт. И он искал… если есть вход, должен быть и выход из этой преисподней. Не так ли? Назад… к ней. Воплощению полноценной жизни, мечты… Зажмурился, подставляя лицо теплой струе воздуха, омывающей тело. Снова жив…. - Я заберу тебя, Елена. Заберу, и мы уедем так далеко, как это возможно. И больше никогда не умрем, - шептал брюнет, пробираясь по густому солнечному подлеску. То и дело падал, обдирая ладони о сосновые стволы. Они моментально заживали, и мужчина, отвыкший от того, что подобное возможно, долго с удивлением таращился на ровную, без единого шрамика кожу. В воздухе, пропитанном энергией догорающего светила, пахло хвоей. Жажда… мучительная, жгущая горло и вены, та, что оставила его на эти долгие годы, возвратилась одним толчком, заставив рухнуть на колени, схватившись за грудь. Она раздирала его изнутри, выгибая тело немыслимой дугой. Тело, моментально взмокшее от пота. Тело, высыхающее без человеческой крови. Оно иссыхало так быстро, будто стремилось наверстать упущенную за прошедшее время живительную жидкость. Спешить… спешить… он не может просто умереть теперь, когда он только вернулся… Непослушные ноги вынесли существо к шоссе №29, когда солнце потухло, бросившись за горизонт, когда блестящие бусинки звезд уже посеребрили почерневшее небо. Рухнув на асфальт, словно груда мокрого тряпья, оперся на ставшие такими вдруг слабыми руки, поднялся. Помутневшие голубые глаза всмотрелись в мерцающие огни придорожного бара. Радостный смех припозднившихся посетителей звучал для него лучшей музыкой. Довольная усмешка преобразила и без того красивое лицо. Лицо, напоминающее лик демона. Сходство усилилось, когда черные вены проступили на скулах, когда глаза налились красным соком его жажды. Спотыкаясь на каждом шагу, словно бездомный забулдыга, вампир проковылял по пустой парковке. Повиснув на дверной ручке, он попытался войти. Но переоценил силы. Стукнувшись лбом о заляпанное стекло, упал на колени, чувствуя, как сводит пустой желудок, как высыхают в венах последние капли крови, как кожа начинает сереть и шелушиться… Глаза закрывались… - Эй, сюда! Ребята, тут парню плохо! На помощь! – Кричал молоденький паренек, упав перед бесчувственным чудовищем на колени. – Сюда, он не дышит. Трясущаяся рука пыталась нащупать пульс, но тщетно. Пульса быть не могло. Ведь этот «человек» был мертв уже почти 18 десятилетий. Дважды. - П-п-п-по-мо-гииииии, - с усилием прошелестел он распухшим языком, не открывая глаз. Всего капля крови… - Что? Что ты хочешь сказать? – Мальчишка наклонился, стараясь разобрать бессвязную речь, больше похожую на шелест. И вдруг почувствовал, как холодная рука цепляется за его одежду. Озноб пробежал по коже… словно бы повеяло могильной сыростью. Бежать…. Бежать… Но слишком поздно. Острые клыки рвут кожу шеи, разрывая горло… Кровь веселой густой струей бежит на лицо чудовища, распахнувшего рот, пытающегося поймать все до единой капли… Сладкий сок жизни, возвращающий силы. Я буду жить… Я найду тебя, Елена. Отбросив иссушенное тело мальчишки, вампир поднимается на ноги, небрежно отряхивая изорванную одежду. - Кто ты, черт побери? – Шепчет с порога бара какой-то мужчина с седеющими на висках волосами. - Меня зовут Деймон Сальваторе, - мрачно улыбается бессмертный. – И я голоден… Улыбка становится шире, когда он видит ужас за матовыми стеклами очков этого клерка со смешным старомодным дипломатом. Чуть склоняет голову, словно бы оценивая возможности жертвы. Клыки во рту удлиняются. И он шагает вперед, будто бы собираясь приобнять давнего друга. Крики ужаса и хрипы умирающих безумной какофонией оглашали пустое ночное шоссе. Помощь не приходила. Лишь бесстрастный ангел смерти в белых одеждах равнодушно смотрел на умирающих. В руках он сжимал острый окровавленный меч.