Милирина тер Кали

Через час я была готова и сразу принялась за план, который уж точно поставит стражника на место. Неосторожно спускаясь с лестницы, я поскользнулась и как бы случайно подвернула ногу. — Что за невезение! — громко вздохнула я. — Принцесса, вы целы? — взял меня под руку блондин. По его озадаченно-невинному лицу и не скажешь, что он такая дрянь. — Кажется, я подвернула ногу. Ах, больно! — Я могу вам помочь? — Думаю, да, — я приблизилась к его лицу, — отнеси меня в свою комнату, Альист, — прошептала я и облизнула губы. — Я не против, — наконец произнёс он и огляделся. — Только у меня не прибрано. — Сойдёт. Ещё раз оглядевшись, стражник взял меня на руки. Мы спустились по лестнице и свернули в зал, в конце которого стояли диски телепортации в общежитие стражи. Жёлтый, со знаком «щит», вёл к комнатам начинающих, тёмно-зелёный, с эмблемой «щит и меч», — к покоям защитников, а фиолетовый, с изображением «меч», — к каморкам воинов. Об этой части замка я знала немного, но была уверена: сюда мне ходить запрещено, поскольку запутаться в этих коридорах легче простого. Достойно ориентироваться здесь могут только стражники, которые занимаются этим с начала обучения. Но сейчас важно помнить о всех закоулках замка, иначе я рискую потеряться в его стенах. — Больно, — прошипела я сквозь зубы. — Я надеюсь, ты знаешь, как мне помочь? — я выжидающе взглянула на парня и заметила, как в его глазах промелькнула искра. Да, это то, чего я добивалась, но… — Да, и, кажется, ты тоже этого хочешь, — усмехнулся Альист и схватил грязными пальцами моё лицо. — Хм, не красавица, но симпатичная. — Ты, — вскипела я, в предвкушении представив хруст ломающихся костей… Но вовремя взяла себя в руки: — очень милый. Остается надеяться, что он умственно отсталый и не заметит фальши в моем голосе. — Неплохо, мышонок. Стоп. Знакомое слово. Альист ступил на жёлтый диск, и мы перенеслись в общежитие. *** Комната находилась в конце длинного коридора. Тот освещался факелами, которые удерживали в металлических лапах прикрепленные к стенам драконы. Куда ни глянь, повсюду одно и то же оформление… Это может стать проблемой для меня. Альист двигался быстро и в то же время осторожно, словно на каждом углу его подстерегали ловушки. Продвигаясь, он не забывал посматривать на меня — и от каждой его широкой белозубой улыбки мне становилось все хуже. На пути нам не попался ни один стражник, и от этого создавалось впечатление, что мы здесь совершенно одни. С одной стороны — их присутствие обеспечило бы мою безопасность, а с другой — сорвало бы план. Я дотянулась до лица стражника рукой и чуть ли не пропела: — А где все? — с трудом сдерживая рвотный позыв. — На дежурстве, но некоторые ещё тут. Но они ведь нам не нужны, правда? — Угу. Альист пнул дверь в комнату. По телу пробежали мурашки от холодного воздуха, потоками вливающегося в комнату из раскрытого окна. Первым, что бросилось мне в глаза, была двуспальная кровать с балдахином. Вот это хоромы! Не думала, что стражники так шикарно живут! Справа на столе лежало блюдце с обглоданной куриной ножкой и косточками от фруктов, а рядом стоял бокал, наполненный вином. По-любому стащил всё это с кухни. Слева кровать подпирал туалетный столик. Я чуть не прыснула от смеха: вот это номер! На стене висел целый арсенал оружия — от кинжалов до секир. Альист направился к кровати и без церемоний бросил меня на нее. Я тоже решила не тратить время зря и, подскочив на постели, ловким движением выхватила кинжал из подвязки на бедре. Стражник не успел и глазом моргнуть, как был прижат спиной к изголовью. Блеснувшее на свету лезвие остановилось всего в нескольких сантиметрах от его лица. Парень с ужасом на лице переводил взгляд с оружия на меня и обратно. — От-ткуда он у тебя? — произнёс он. — Не думаю, что тебе это надо знать. — Ты меня обокрала? — Да Господи! Нет, конечно! Он мой. — Что ты сделаешь? Убьёшь меня? — Вот ещё, — пожала плечами я. — Тратить на тебя время? Припугну — и всё. Впрочем, если надо будет… — я приблизила кинжал, — могу и убить. — За что?! — Перечислять? — Я ничего не делал! — А то, что ты разнес слух о трактире «Занавес» среди стражей, чтобы подманить меня, — это ничего? Или, скажем, твоя слежка за моей камеристкой тоже ничего не значит? — Но она мне нравится! — Лжёшь. — Нет! Она красавица, а её фигура… грудь, шикарные бёдра… — О, заткнись. Вот, значит, как ты видишь мою камеристку. Что ж… вполне ожидаемо от тебя. Вынуждена тебя разочаровать, больше ты её не увидишь. — Я замахнулась кинжалом. — Стойте! Подождите! Не надо! Я ещё молодой и хочу жить, — из его глаз брызнули слёзы. Не ожидая такого, я растерялась, но Альист, видимо, это не заметил. Как странно видеть рыдающего стражника…. И до чего это отвратительно! — Чего раскис? — Принцесса, умоляю, пожалуйста, не надо! Я стану вашей слугой! О нет! Только не это! — Принцесса… — Заткнись. Я предлагаю сделку. Я тебя отпускаю, а ты уезжаешь отсюда — чем дальше, тем лучше. За границы Лондъеса. — Но ведь Лондъес большой, а значит, придётся жить на островах… — У тебя есть выбор — или я тебя убиваю, или ты уезжаешь с континента. — Но чтобы это сделать, нужны деньги на корабль. — Тогда советую не тратить время зря, найти работу, отработать нужное количество золота и уплыть. — Но… — Вопросов нет. Я встала с кровати и направилась к двери, держа в одной руке кинжал, а в другой подол платья. — Так меня ещё не унижали! — воскликнул за моей спиной Альист. Послышался лязг металла. Я вмиг обернулась, на ходу выставив кинжал впереди себя, и едва успела отразить атаку. Захваченный врасплох моей реакцией, противник не успел сообразить, когда я наклонилась и вонзила кинжал ему в ногу. Он взвыл и завалился на бок, хватаясь руками за раненное место и проклиная меня. Я с силой дернула его на себя — а он увесистый! — и приставила оружие к его горлу. — Ты выбрал первый вариант? — Нет! — А что же? Второй вариант не подразумевал мое убийство. А судя по твоим действиям, ты как раз это и имел в виду. — Нет! Пожалуйста, не убивайте меня. — Ты не оставил мне выбора. Яростный крик боли на миг оглушил меня. В коридоре послышались шаги. Что ж, план меняется. И всё благодаря нему! Бросив Альиста на пол, я положила возле него его меч, перед этим измазав лезвие в крови, макнула руки в его кровь и обмазала своё платье. Как же его жалко… Ладно, потом постираю. Я легла напротив стражника — и вовремя: дверь распахнулась, и в комнату вбежала стража. Я закричала. — Леди? — удивленно произнёс Харч. — То есть Рин. Что вы, ты здесь делаешь? — Харч, он схватил меня, а потом притащил сюда и попытался изнасиловать. От страха я схватила меч и задела его им. Харч, я не хотела, я защищалась, честно! Прости! — Я кинулась на шею Харчу. — Не переживай, всё уже закончилось. На самом деле я давно за ним слежу. Он частенько кого-нибудь сюда приводит и вот — до тебя добрался, паршивец! — Как же было страшно… — Понимаю. Ладно, я уведу принцессу отсюда, а вы, ребята, уберите тело. Королева Гаспирия будет недовольна. Я отпустила Харча и незаметно спрятала кинжал обратно. Стражник вышел из комнаты, ведя меня за собой. Пришлось ускорить темп, чтобы успевать за ним. Несмотря на пожилой возраст, передвигался он весьма быстро. *** В моей спальне меня встретила Ди. Увидев её заплаканное лицо и тревожный взгляд, я забеспокоилась за подругу. — Что случилось? — Ах, Рин! Где ты была? Тебя обыскались! Я так переживала. — Да что случилось?! — Королева. Она искала тебя. — Вот оно как! Мать хочет меня видеть. — Рин, что ты опять натворила? — Не твоё дело, — бросила я, но, посмотрев на испуганное личико подруги, смягчилась. — Ди, это неважно. Я сама разберусь с этим. Извини, но мне не хочется нагружать тебя своими проблемами. — Рин. — Глаза камеристки заблестели от слёз. — Всё хорошо, — я обняла Дину за плечи, — я не дам себя в обиду, ты же знаешь. — Знаю. Действительно, чего это я? — Сиди здесь, а я пойду к королеве. Выйдя из своих покоев, я направилась вниз по лестнице, в зал заседания. Ночь обещает быть долгой… Что-то мне подсказывает, что меня вызывают не для того, чтобы выслушать сказку. — Рин, ты ведь в платье! — доносится до моих ушей голос камеристки. Я мельком взглянула на одежду, перепачканную кровью Альиста. Боже, я и забыла про этого урода! Надеюсь, мамаша не прибьёт меня за такое «пятнышко». Легко сбежав по лестнице, я услышала сзади себя шаги. Обернувшись, вздохнула. Кажись, подруга не собирается оставлять меня одну. — Рин, ты ведь платье порвёшь! И не бегай так по коридорам — поранишься. Дилавиана в своём репертуаре. Та не спеша спускалась по лестнице, держась за перила двумя руками. Ужас! Как можно так долго идти? Не став ждать Дину, я постучалась в дверь. — Войдите. Тяжело вздохнув, я повернула ручку двери и потянула её на себя, но меня остановили. Не удержавшись, я гневно взглянула на подругу. — Дилавиана, прекрати меня останавливать! — Прости, — Ди виновато смутилась. — Ты точно ничего не натворила? — Дилавиана! — Молчу. Я распахнула дверь и вошла в помещение, в центре которого стоял стол, за которым сидела Гас. Я присела на стул лицом к ней. Мы молча смотрели друг на друга, но через несколько минут королева подняла руку и показала на окно. — Который час? — Ну, полночь, наверное. — И? — И всё. — Где ты сейчас должна быть? — Здесь. — Где здесь? — Тут, на стуле, в зале заседаний. — Зачем ты здесь? Что за ерунда?! — Откуда мне знать? Ты вроде как хотела меня видеть?! — не удержавшись, я соскочила со стула и накричала на Гас. — По чьей воле я тут?! — Не ори на мать! — Ты мне не мать, — спокойно ответила я и устало села на стул. — И никогда ею не будешь. Леди Гаспирия громко вздохнула.  — Снова этот разговор. Мы уже говорили на эту тему, и мне не хочется обсуждать её снова. — Больно надо. — Милирина, прекрати себя так вести! Давай спокойно поговорим? — Ну нет! Я уже давно не пай-девочка, меня так просто не заставишь. Тем более ты! — Ну зачем ты так? Неужели ты недовольна тем, что я вас приютила? — Хех, ты бы ещё нас спустя два года приютила, когда мы уже вот такие, — я указала на себя, — взрослые. — Я не могла найти вас раньше… — Ты не могла?! — вскрикнула я. — Больше ври! Всё то время нас искал Ник, а не ты. И интересно, зачем? А затем: тебе просто захотелось получить популярность, используя нас. Думаешь, я не слышала, как ты болтаешь с гостями? Все говорят, что ты из своего рода первая, кто имеет столько детей, и неважно, что не все свои. — Раньше… когда ты сюда пришла, ты была не такой. Ты была безумно рада. — Кажется, ты говорила, что оформила над нами опеку без нашего согласия, так что у меня просто не было выбора. И я ни о чём другом не думала тогда. Но сейчас я всё поняла. Ты недостойна быть мамой! Гас резко поднялась со своего места. Опустив ладони на стол, она подняла голову и взглянула на меня. Её лицо исказилось от злобы, которую она не пыталась скрыть. М-да, кажется, я задела ее за живое. — Так, дорогая, хватит. Мне это уже надоело! Хочешь знать, зачем я тебя сюда позвала? Я знаю, что ты убиваешь невинных жителей! Я чуть не задохнулась от удивления. Не-невинных? Это они-то невинные? — Они заслужили этого. — Значит, ты не отрицаешь, что убийца? — Я никого не убивала! — За исключением трактирщика и Альиста, хотя последнего я несильно ранила. Всего лишь резанула один раз и ударила рукояткой по голове, чтобы на некоторое время сознание потерял. Хотя кто его знает… слабоватый мудак. — А мне доложили другое. — Кто доложил? Узнав их имена, можно будет припугнуть, чтобы больше не доносили. Ни Гас, ни другим. — Этого я тебе не скажу. Милирина, как ты могла? — Да кого я убила?! — Невинного парня. Жалко его: говорят, помогал сиротам. А у нас такие есть? Если бы были, я бы их уважать стала. И как вообще Альист помогал сиротам? Что-то не видали его мы с братом семь лет назад. И до сирот, с которыми я знакома, никому нет дела. Так что легенда о спасителе угнетаемых просто легенда. — Что за парень? — Может, это и не Альист… — Ты даже имя его не узнала? Значит, ты убиваешь всех подряд? — Я не серийная убийца. Кто этот парень? — Рэй йор Мальс. — Рэй? Во-первых, он меня хотел изнасиловать, а потом убить. Во-вторых, не я его убила, а другой человек. — Другой человек. Сообщник, да? — Нет! Он помог мне. Он сказал, что был в соседней комнате и услышал мои крики. — Невинный человек на изнасилование не способен. — Способен. Но не я его убила. — Хватит! Вот моё слово — больше ты тут не живёшь! — Что? — На время учёбы ты переселяешься в общежитие и будешь жить там до тех пор, пока всё не уляжется. Завтра начнётся заселение адептов, советую поторопиться, — она улыбнулась. — И ещё… В дверь постучали, и в зал вошла Дина. — Извините, что прерываю. Госпожа, ваши вещи… — Что? — Их выносят. — Как? — Вот об этом я и говорила, — закончила Гас. Выбежав за дверь, я галопом помчалась в свою комнату. Добежав до неё, я остановилась и с шокированным лицом стала наблюдать за происходящим. Один за другим стражники выходили из моих покоев с оружием. Не с платьями, не с драгоценностями — а с оружием. Моим оружием! — Что за? — Извините, леди. Мы всего лишь выполняем приказ. — Но почему оружие? — спрашивала себя я. Рука сама потянулась к подвязке, на которой висел кинжал. Я одёрнула себя. Нет, нельзя, заметят. — Потому что с ними ты угроза для мирных людей, — Гас усмехнулась. — Ты… — Ах да, всё остальное вынесут завтра, так что собирай всё необходимое и ложись спать. Утром уйдёшь отсюда. — С удовольствием! — крикнула я, вложив в слова всю ненависть, накопившуюся в душе за эти два года. — Лучше бы я осталась сиротой, — тихо проговорила я. Развернувшись на каблуках, леди Гаспирия направилась в свои покои. Свечи в замке потухли, и меня окутала тьма. Только из окон ярко светила полная луна, при которой хотелось выть подобно голодному волку. — Рин… — Помолчи, — тихо попросила подругу я, с трудом сдерживая слёзы. Чёрт, почему так больно? Я же так хотела уйти отсюда! Почему?! — Я предупреждала. — Заткнись уже! Что? Думаешь, от твоих слов мне станет легче? Спасибо на добром слове! — Я не это имела в виду… просто… — Сходи к моему брату и сестре. Скажи, что мне нужно их видеть. Живо! — Да, конечно, — Дина быстро убежала и скрылась в темноте. Что я наделала? Наорала на подругу ни за что! — Я такая сволочь! Хлопнув дверью, я вошла в свою комнату и без сил рухнула на кровать. *** — Рин, Рин, просыпайся. Какой… красивый голос… словно звон колокольчиков… — Ммм. — Я разлепила глаза и уставилась на сестру. Её вьющиеся светлые локоны щекотали мое лицо. — Привет, — я улыбнулась этому яркому весеннему солнышку. Повернув голову на бок, я заметила брата, сидящего на самом краю кровати. — Привет. — Сестра, убрав волосы, немного отсела от меня. — Как спалось? — Так себе. Ещё ночь? — Да. — Ясно. — Рин, мы всё знаем. — Джонес накрыла своей ладонью мою, согревая её теплом. — Что скажете? — Я улыбнулась, но улыбка вышла фальшивой. В горле встал ком от нахлынувшей обиды. — Рин, это не смешно. — Знаю. — Тогда почему? — Потому что я сильнее своих чувств. — Я встала с кровати. — Думаете, буду плакаться вам в жилетку? Не дождётесь. — Как ты могла? Улыбка поникла, и я вскипела. — Уже третья за ночь. Издеваешься, да? — рявкнула я, отчего сестра вздрогнула. — Нет, я не… — Молчи, Джо! Ты наверняка ужасно рада, что я съезжаю. Ведь я тебе всегда мешала. — Рин, нет. Ты… — Я сказала тебе: «Молчи!» — Мили! — крик брата словно на миг оглушает меня. Время замедлилось. Внутри всё оборвалось, перед глазами замелькали яркие пятна. Не удержавшись на ногах, я упала, но не на пол, как мне сначала показалась, а на успевшие подхватить меня руки Джея. «Он близко». Через секунду всё закончилось, как будто ничего и не было. Я помотала головой, прогоняя остатки того, что сейчас произошло. — Мили, ты в порядке? — Нет. Что случилось? — Ты упала. — Как? Откуда? — Тебе лучше лечь, — улыбнулся брат и сам положил меня на кровать, ложась рядом. — Успокойся, — он обнял меня. — Всё хорошо, я с тобой. — Хорошо, — я искренне улыбнулась и расплакалась. — Джей, братик, я такая сволочь. — Мили, расскажи, что тебя беспокоит. Джо, ложись к нам, — брат позвал сестру к себе и обнял её второй рукой. В итоге получилось так, что мы с Джонес оказались по бокам, а Джей в середине прижимал нас к себе двумя руками. Как же здорово вот так лежать, все вместе. Я рассказала родным о том, что меня беспокоило. Начиная с того, что я никого и никогда не убивала, только припугивала, и заканчивая тем, что мне стало плохо после слов леди Гаспирии, как и ей из-за моих. — Кстати, всё не так плохо. Когда ты ушла с Совета, там как раз говорилось о том, кто будет присматривать за принцем и подталкивать его к Джонес, — брат сглотнул, — чтобы он в неё влюбился. — Так… — Мы с Джо предложили тебя, но тогда мы не знали… поэтому были уверены, что тебе эта идея придётся по душе. — То есть вы думаете, что роль свахи мне понравится? — Мили… — Я согласна. Будет весело, — я расхохоталась, но меня никто не поддержал. Я приподнялась на локтях и взглянула на брата с сестрой. От увиденной картины я застыла. Они смотрели друг другу в глаза печальным, почти сожалеющим взглядом и держались за руки. Джей гладил большим пальцем тыльную сторону ладони Джонес и играл с ее пальцами. Я было открыла рот от удивления, чтобы сказать что-то, но, не найдя подходящих слов, молча легла к ним спиной. — Теперь мы будем видеться реже, чем сейчас, правда? — дрожащим голосом пролепетала Джонес. В смысле? — Илина, я буду скучать, — ласково прошептал Джей и сдвинулся с места. Я обернулась. Брат прижимал к себе сестру и нежно перебирал её волосы, целуя каждый. Меня охватила ревность. Раньше, он так прижимал к себе меня, а потом… — …начинает петь колыбельную на эльфийском. Я её любила и засыпала только под неё. В детстве её напевала мама, настоящая мама. А когда той не стало, брат заменил ее. Он пел так нежно и чувственно, что я иной раз засыпала в слезах. Свернувшись калачиком, я обняла себя за плечи. Некому теперь меня обнимать. Против воли в голове возник образ мага, прижимающего меня к себе, после которого всплывает картина, где меня уже целуют. Хоть я и представляла это слегка иначе, всё было так… так… Тьфу! Даже слова подобрать не могу! Теперь я понимаю девушек, которым хочется, чтоб их поцеловали ещё раз, ведь второго раза может не быть… Стоп! Что я несу? Какой ещё второй раз? Первый и то случайно вышел. Нет, больше я себя так не унижу. Хватит! Я не должна позволять такое парням! Они должны держаться от меня подальше. Если бы наставник узнал про поцелуй, он бы сказал, что я недостойна носить его кинжал. Из-за мыслей в моей голове я не заметила, как уснула.