Твой яркий свет

      Очередной осенний день близился к концу. Занятия закончились, и Гермиона направлялась в совятню для того, чтобы в очередной раз отправить письмо Гарри и Рону. Она безумно скучала по своим друзьям и ждала того момента, когда сможет снова увидеть их. В своё время девушке посчастливилось стать частью этого «трио». Её лучшими друзьями стали двое мальчишек, которых она любила так, как любила бы родных братьев, если бы таковые у неё были.       Гриффиндорка знала, что у них сейчас много других забот и совершенно нет времени для того, чтобы увидеться с ней. Но она всё равно в душе надеялась на то, что скоро у неё появится возможность встретиться с ними, поговорить обо всём, что произошло за время разлуки. Обо всём ли? Мозг снова подсказывал Гермионе варианты развития событий после того, как Гарри с Роном узнают о её отношениях с Малфоем, столь далеких от вражды и ненависти. Ждёт ли девушку скандал или Гарри сразу примет решение отправить слизеринца в Азкабан, обвинив в том, чего он никогда не совершал? От многих подобных мыслей Грейнджер хотелось отмахнуться, другие были настолько нелепыми, что заставляли её смеяться. Однако были и такие, которые вводили гриффиндорку в состояние глубокой задумчивости. Всё ещё было слишком сложно, чтобы делать какие-то определённые выводы и принимать решения.       От холодного ветра не спасала ни тёплая мантия, ни «пропитанный» духом Гриффиндора красно-жёлтый шарф, поэтому, дойдя до совятни, девушка окончательно замёрзла. Пальцы занемели и не слушались её, когда Гермиона пыталась запечатать письмо. И почему она не сделала этого ещё в школе? Во многих житейских вопросах гриффиндорка была так же неосмотрительна и неаккуратна, как и все остальные. Однако в конце концов она всё же справилась с этой задачей и всучила письмо сове со светлым, практически белым, оперением. Птица недовольно ухнула. Перед глазами сразу всплыл образ Букли, который напомнил ей о недавно закончившейся войне, заставившей многих людей навеки распрощаться со своими родными и близкими.       Сова взмахнула крыльями и улетела прочь, унося с собой послание гриффиндорки.

***

      Профессор МакГонагалл попросила Драко заглянуть к ней после занятий. Причину Малфой не знал, но у него имелось несколько догадок по этому поводу. Сегодня у слизеринца не было уроков в послеобеденное время, поэтому, покинув Большой зал, Драко сразу же направился к своему бывшему преподавателю трансфигурации.       — Lux in tenebris*, ─ произнёс Малфой, и проход в директорский кабинет открылся.       Со времён Дамблдора здесь мало что изменилось. Драко был уверен, что Снейп не посмел бы ничего тронуть в память о покойном предшественнике, да и самой МакГонагалл не нужны были кардинальные перемены.       Слизеринец осознал, что все предположения о цели его нахождения здесь были ошибочны, как только услышал столь родной для него голос.       — Здравствуй, Драко. Сынок?       Перед ним стояла Нарцисса Малфой, широко улыбаясь. Подобное выражение эмоций было несвойственно женщине, но слизеринец всегда радовался, наблюдая их на лице матери.       — Мама, — успел только вымолвить он перед тем, как оказаться заключённым в крепкие объятия. — Что-то случилось? Зачем ты приехала?       Нарцисса покачала головой. Ещё одна эмоция не скрылась от внимательного взора Драко. Еле заметная грусть и необъяснимая печаль. Что-то расстроило миссис Малфой, но она всеми средствами пыталась скрыть это. Отсюда и та теперь кажущаяся абсолютно неестественной улыбка.       — Почему должна быть какая-то причина для того, чтобы увидеться с тобой, дорогой?       — Я вижу, что она есть, мама.       Нарцисса отстранилась и присела на стул, тяжело вздохнув. Ещё минуту она не говорила ни слова, но Драко уже знал, что она обязательно всё объяснит ему.       — Ты стал таким проницательным и умным, мальчик мой. — К ещё большему удивлению слизеринца, в глазах матери теперь застыли слёзы. — Господи, как же сложно…       — Что случилось? — в этот раз Малфой удивился своему собственному голосу, настолько он был серьёзен и строг.       Миссис Малфой вздрогнула.       — Иногда ты так похож на него…       «Отец», — мелькнуло в голове у Драко.       — Нет…       Нарцисса подняла на сына свои голубые глаза, слезинка медленно катилась по её щеке.       — Вчера твоего отца нашли. Он скрывался с другими Пожирателями. Насколько мне стало известно, они планировали какое-то нападение.       Голос женщины дрогнул.       «Нет, пожалуйста, не говори больше ничего, мама».       Но женщина всё продолжала:       — Они попытались оказать сопротивление. Но…       «Остановись, я всё понял, будет только хуже, если ты произнесёшь это вслух».       — Они убили его, Драко. — Нарцисса спрятала лицо в ладонях, дав волю слезам, её голос стал громче. — Я должна ненавидеть их за это, понимаешь? Но я благодарна им!       Всё это время Драко стоял на одном месте, но, почувствовав, что матери сейчас, как никогда, нужна была его помощь, подошёл ближе и взял её руки в свои.       — Это правильно, мама. Так и должно быть. Преступники всегда получают то наказание, которого заслуживают.       Слизеринец и его мать ещё долго просидели в кабинете, редко обмениваясь какими-то незначительными фразами. Каждый из них был погружён в свои мысли.       В тот момент Драко был уверен, что при встрече с удовольствием бы пожал руку тому, кто произнёс заклинание, убившее его отца.

***

      Дождь лил всё сильнее и сильнее, не давая гриффиндорке ни единой возможности добраться до Хогвартса, не вымокнув при этом до нитки. Ей пришлось остановиться на полпути до школы, спрятавшись от ливня под широкой кроной дерева, чудом не потерявшего все свои жёлтые листья.       «Сейчас должно произойти что-то действительно волшебное», — думала Грейнджер.       Прошёл как минимум час, прежде чем гриффиндорка увидела вдали размытый силуэт, быстрым шагом приближавшийся к тому дереву, где стояла девушка.       — Я всегда удивлялся твоему умению попадать в неприятности, — улыбаясь, произнёс Малфой, державший в руках палочку, с её помощью не давая дождю намочить себя.       — Мне никогда не давалось это заклинание, — пробормотала Гермиона, подойдя ближе к юноше.       Малфой изобразил на лице недоумение и «удивлённо» ахнул.       — Неужели такие заклинания всё ещё существуют? Я был уверен, что тебе подвластны все возможные и невозможные магические силы в этом мире.       — Идиот, — сквозь смех произнесла гриффиндорка. — Зонты для меня предпочтительнее.       — Магглы, — протянул слизеринец, продолжая свою речь. — И я вовсе не идиот, я твой спаситель!       Драко взял Гермиону за руку, она же всё ещё не переставала смеяться. Так они и направились в сторону замка. Несмотря на то, что их души всё ещё терзали противоречия, а сомнения прочно поселились в их умах, тогда эти двое выглядели совершенно беззаботными.

***

«Дорогая Гермиона, Мы тоже скучаем по тебе! И нам правда очень стыдно за то, что мы не отвечали на твои письма. Но на то были причины. Вчера пришло письмо из Министерства. После недавней операции (это касается семьи Малфоев, подробности расскажем уже при встрече) решено было дать нам отпуск. На Хэллоуин заглянем в Хогвартс! Не то, чтобы нас тянуло в школу, но ради тебя и Джинни мы готовы потерпеть. Уже отправили сову МакГонагалл. Твои Гарри и Рон. PS: Прости за короткое письмо и кривой почерк. Пока ещё есть некоторые дела, не терпящие отлагательств».