Твой яркий свет

      С наступлением октября на улице заметно похолодало. Осень вступила в свои права, окрасив все деревья в окрестностях Хогвартса в жёлтые и красные цвета. Несмотря на то, что в целом погода была довольно унылой, а дни мрачными и тёмными, многие студенты радовались, предвкушая приближение Хэллоуина, а затем и рождественских каникул. Всё же время летит очень быстро, события стремительно сменяют друг друга, меняются и отношения между людьми. Старые враги легко могут подружиться по странному стечению обстоятельств, а лучшие друзья пойти разными дорогами, навсегда потеряв ту невероятно крепкую связь, существовавшую между ними долгие годы.       Все шесть предыдущих лет своего обучения в Школе Чародейства и Волшебства Гермиона с самого начала учебного года начинала усердно трудиться. На её оценки едва ли влияли происходящие вокруг страшные и загадочные события. Гермиона всегда оставалась Гермионой — прилежной и ответственной ученицей. Эта ответственность нередко доходила до абсурда. Этот год не стал исключением.       Несмотря на желание Грейнджер выполнить работу по зельеварению в одиночку, Драко не оставлял попыток предложить ей свою помощь. Отношения между ними были странными. Именно слово «странно» могло описать то, что происходило с этими двумя. Со стороны всё могло выглядеть вполне обычно. Однако не было больше острых конфликтов, провокаций и других неотъемлемых аспектов их былых взаимоотношений. Драко и Гермиона встречались редко, в основном только по делу. Но если встречались, то это в любом случае определённым образом влияло на них.       В конце концов Малфой всё же добился своего, и гриффиндорка согласилась периодически встречаться с ним в библиотеке или в кабинете Слизнорта, который профессор великодушно предоставил им для проведения опытов.       Гермиона готовила очередное зелье, медленно помешивая содержимое котла. Малфой сидел за соседним столом, погрузившись в чтение какой-то книги. Выглядело всё это спокойно и умиротворённо, но и слизеринец, и гриффиндорка чувствовали себя неловко. Они не проронили ни единого слова, помимо стандартного приветствия и договорённости о том, кто чем займётся. Для двух студентов, вовлечённых в один проект, это было бы обычным явлением. Однако оба понимали, что оставаться абсолютно чужими друг другу они больше не могут. Пусть Гермиона часто вспоминала обо всех оскорблениях в свой адрес, которыми так любил разбрасываться Малфой, а сам Драко задумывался, почему же его так тянуло к той, которую он ещё недавно считал и вовсе недостойной жизни в магическом мире.       — Драко?       Малфой оторвал взгляд от текста и поднял удивлённый взгляд на гриффиндорку. Он сомневался в том, что они вообще заговорят сегодня, но, видимо, разговор всё же случится.       — Да?       Казалось, что Гермиона решила проигнорировать свою же попытку начать беседу, но, на самом деле, ей всё также попросту было непривычно их общение.       — Что читаешь?       Идеально нейтральная фраза, идеально нейтрально вписывающаяся в длительное неловкое молчание. Но Драко быстро сориентировался и ответил девушке.       — Скажу тебе, и ты не поверишь, — произнёс он, слегка улыбаясь.       — И всё же?       Гермиону действительно заинтересовало, какая книга может так завлечь слизеринца, что он не отрывался от неё уже два часа, отвлекаясь лишь для того, чтобы перелистнуть страницу.       — «Ромео и Джульетта».       И тут Грейнджер застыла в изумлении, забыв про своё зелье, которое норовило политься через край из-за слишком сильного огня.       — Ты читаешь… Шекспира?       — Удивительно, да?       — Не то слово. Что на тебя нашло?       Малфой всё же отложил книгу и подошёл к девушке.       — Это всё из-за тебя.       Гермиона ещё с большим удивлением уставилась на Малфоя, который стоял всего в нескольких сантиметрах от неё. Слишком близко для того, чтобы она адекватно воспринимала всё происходящее. В свою очередь, слизеринец, заметив то, что Гермиона отвлеклась от приготовления зелья, достал палочку и сделал огонь чуть меньше. Грейнджер опешила, понимая, что много лишних неуместных мыслей пронеслось у неё в голове в то время, как юноша всего лишь хотел спасти результат её двухчасового труда.       — Хочешь здесь всё взорвать? — усмехнулся Драко. — Неплохо получается. Такими темпами скоро ты этого добьёшься.       Гермиона покраснела, что не скрылось от внимания слизеринца. Вся ситуация невероятно веселила его. Столько сил требовалось с его стороны, чтобы не рассмеяться во весь голос. Это могло бы испортить столь прекрасный момент.       — Что ты имеешь в виду, когда говоришь, что это из-за меня? — выдавила девушка, опуская смущённый взгляд.       — Не глупи, ты всё понимаешь, — сказал Малфой, несколько меняясь в лице.       Тема, которую они затронули, была опасной, потому как могла либо подтолкнуть этих двоих к ещё более серьёзному разговору, либо попросту разрушить их хрупкое взаимопонимание. Гермиона решила, что другого подобного случая может не представиться, поэтому со всей смелостью, которую она смогла в себе тогда обнаружить, продолжила задавать юноше вопросы, на самом деле мучавшие их обоих.       — Я не совсем понимаю, к чему всё это приведёт. Мы будто застыли на одном месте. Я устала гадать, чем всё это вызвано. Всё это.       Драко продолжал молчать, хотя мысли стремительно проносились у него в голове, но ни одну из них он не мог произнести вслух. Пока он находился в задумчивости, гриффиндорка, быстро перелила зелье в какие-то склянки и убрала всё со стола. Малфой следил за её действиями, но не осознавал, что гриффиндорка собирается покинуть кабинет зельеварения, пока она стремительным шагом не направилась к выходу. Это заставило слизеринца отвлечься от своих запутанных мыслей.       — Стой, — несколько приказным тоном произнёс он.       — Так тебе всё же есть, что сказать? Потому что я не хочу чувствовать себя безумно глупо, в очередной раз высказывая тебе то, о чём я постоянно теперь думаю.       Малфой начинал злиться. На неё? На себя? Просто на всю эту странную жизнь?       — Видимо, тебе отшибло память, пока ты занималась своими чёртовыми уроками, Грейнджер.       — Спасибо за понимание, Малфой, — сделав ударение на последнем слове, сказала девушка.       Гриффиндорка снова развернулась, чтобы уйти, но её попытка не увенчалась успехом. Слизеринец преградил ей дорогу и, обнимая, притянул к себе.       — Успокойся.       — Не получится, не в этот раз.       Драко снова усмехнулся.       — А я думаю иначе.       Даже если девушке и было, что ответить Малфою, все слова Гермионы остались несказанными. Лицо гриффиндорки было так близко. Драко чувствовал её прерывистое обжигающее дыхание на своей коже. Не думая о последствиях, он решительно накрыл её губы своими.       Вот так просто и удивительно вовремя. Дверь тихо приоткрылась, в ней показался профессор Слизнорт. Ему хватило и одной секунды, чтобы оценить ситуацию, поэтому, что-то пробормотав, он предпочёл удалиться.