Все ради тебя.
8 июня 2019 г., 15:43
14 февраля – День всех влюбленных. И вот она появляется в школе – вся в черном. Опять поругались. Опять она плакала. Опять она не пришла ко мне. Мы не разговариваем уже месяц. Мне её жалко. Она потеряла саму себя. Стала лишь слабой тенью прежней самой себя.
– Что с ней? – спросил у Нади, отвлекая её от задачи по физике. Надя такая умничка.
– Поругались с Артёмом, все как всегда, – пожала плечами она, даже не взглянув на меня. Она уже знает, про кого я спрашиваю. Она никогда сама не спрашивала, что происходит у меня с рыжей. Хочет верить в сказочку, которую ей рассказывает сама Юля. Пожалуйста, я не против.
– На следующий урок не приду, сразу на русский, – медленно протянул я.
Уже хочется быстрее посмотреть на её реакцию. Лишь бы все получилось. Думаю, она будет в замешательстве, но это поднимет ей настроение.
Все ради тебя.
***
В кабинет русского языка я зашел самым первым. На её место я поставил небольшую коробочку в подарочной упаковке и сел на свое место, положив голову на парту. Через три минуты кабинет начал наполняться моими одноклассниками, они не обращали на меня никакого внимания, как и я на них. Меня интересовала лишь она и её реакция. Она пыталась натянуть свою фирменную фальшивую улыбку, но выходило из ряда вон плохо. Она ждала подарка от него, какого-то внимания. Но ничего не будет. Он не любит тебя. Ему просто с тобой удобно. Когда мы ходим тусить, он клеит девушек, а ты дома спишь, видя сны о вашем счастливом будущем. Повернул голову в её направлении, чтобы наблюдать за реакцией. К своей парте, она уже подлетала, окрыленная надеждой, что эта коробочка от её любимого Артёма. Но нет, милая, это не от него. Сначала последовало разочарование, а потом удивление. Она не понимала, от кого это. – А кто тут Юля? – в кабинет зашел маленький мальчик, класс пятый. Я улыбнулся, когда он вручил ей букет роз после её робкого ответа, что Юля – это она. Надя все это время стояла рядом со мной, удивленная не меньше неё самой. Остальных её подружек видно не было. Я был доволен. Даже очень. – Юль, что в записке? – поинтересовалась Надя и рыжая медленно приблизилась к нашей парте. Впервые за этот месяц. И подала бумагу подруге, переводя взгляд на меня. В глаза. Да, я знаю, что там написано, можешь не смотреть так на меня. «Я соскучился по тебе за нашей партой. Прости за грубость. Можешь не избегать меня». Я никогда не был поэтом. Но я хотел впечатлить тебя. И у меня получилось. Хочу, чтобы ты знала, что ты мне нужна. Смотри на меня. Читай меня. Влюбись в меня. Я так хочу этого. Но этого я уже не скажу. – Игорь? – потрясла Надя меня за плечо. – Это ты подарил? – Да, – ответил на этот вопрос, смотря прямо в глаза Юле. – Мне надоело, что она вечно грустит из-за какого-то мудака. – Спасибо, – ей было неловко и она опустилась на стул напротив меня. – Цветы тебе тоже никто раньше не дарил? Как грустно, Юль, руки не целовали, цветы не дарили. Смотри, я во всем первый, – с издевкой произнес я , потому что первый был не только в этом. Скрывать от Нади уже не было смысла. – Спасибо, – вмиг съязвила рыжая. Вот и все. Ты в порядке. Осталось лишь сделать так, чтобы ты рассталась с Артёмом. И тогда я буду счастлив. – Так что? Прогуляемся? – я светился изнутри. Меня распирало от её легкой улыбки. Я знал, что она радуется этому подарку и цветам. И я был достаточно удивлен, что мне от этого ощущения хорошо. Ты заставляешь меня улыбаться.***
– Меня бесит, что ты с ним, – я курил. Она тоже. Цветы мы занесли. Я решил, что надо быть откровенным. Мы так давно не говорили, что я хотел знать о ней все. – Тебе ведь плохо. – Нет, мне хорошо! – воспротивилась она. Глупая. – Бывают, конечно, моменты, но в целом… – Ты плачешь, – спокойно произнес я, перебивая её, а она машинально коснулась пальчиками своих щечек, взгляд еще такой наивно-удивленный. Я улыбнулся. – По ночам. – Не плачу, – надула губки. Садись же рядом. Давай. Я собираюсь тебя отбивать, это сложно, если ты не сидишь рядом. – Я уже говорил, Юль, я знаю тебя. Да, мы не разговаривали месяц, но не думаю, что ты очень сильно изменилась. Садись уже. – Скамейка холодная, – подошла ближе, все еще надутая. Она начала понимать, что я проявляю к ней интерес, и начала вести себя со мной холоднее, чем было раньше. – Зайдем? – поднимаюсь, приближаясь к ней. По ней видно, что она в смятении, не горит желанием подниматься ко мне, быть со мной наедине. – Я тебя не трону. Пойдем, ты замерзла. Она смутилась еще больше. Что же происходит в твоей голове? Я хочу знать. Почему именно про тебя я хочу все знать? Вокруг меня вечно вьются девицы симпатичнее тебя, самоувереннее, но я смотрю на тебя, и во мне разливается тепло. Я хочу, чтобы ты улыбалась, чтобы ты мне доверяла. Я накинул ей капюшон поверх шапки, а она поморщилась. Посягаю на её личное пространство. – Юль, пошли, – легко подхватил её под локоть и потянул за собой, она двинулась следом. Такая теплая, удобная, мягкая. Дома я поставил чайник, пока она сидела за столом. А какой у неё был вид! Как будто впервые тут. Я чувствовал эту неловкость, потому что она хотела уйти. – Ты меня ненавидишь? – поставил перед ней чашку красного чая. Наполовину с холодной водой. Как она любит. – Я разбавил. – Я тебя не ненавижу, – произнесла она, смотря мне в глаза. Да ничего я тебе не сделаю, чего ты так переживаешь? – А что тогда? Почему ты от меня ограждаешься? – Я не знаю… У меня парень есть… – Нахуй его! – взбесился я. Сейчас пошлю её и все. Пусть сама выбирается из всего этого дерьма. А она молчит. Правильно, молчи, иначе я взорвусь. Так вот как у меня ревность проявляется. – Нахуй его, если из-за него ты плачешь, а ему плевать. – Ему не плевать! – разозлилась она и принялась защищать своего любимого парня. – Знаешь, чем он занимается на наших алкотрешах? – облокотившись о стол, вмиг оказался около её лица. Дура. Какая же ты дура! – Трахает баб, пока ты дома спишь. Она вся сжалась в кухонный диван, сжимая в руках кружку с красным чаем. И вид такой, будто заплачет сейчас. Я перегнул, я обошелся жестко сейчас с ней, но мне плевать. Она должна знать, почему я злюсь на неё. – Ты лжешь, – слова через ком в горле, в глазах слезы. Ты думала об этом и не раз. Только вот отгоняла все эти мысли. – Нет, – я мягко стер слезинку с её щеки. – Прости, я не хотел. Она отстранилась от меня, отвернулась, отпуская кружку чая на стол. Пытается успокоиться, но это плохо получается. Плечи подрагивают. Я сажусь рядом, чтобы она просто чувствовала меня, мое тепло. – Знаешь, ты ведь замечательная, правда дура, но тебе идет, – я её не трогал. – Игорь, – тихо, совсем тихо позвала она меня. Повернулся к ней и пододвинулся ближе. – Я не хочу в это верить… – Ты его любишь? – ей на самое ухо, чтобы вздрогнула. Еще и навалился, чтобы почувствовала мое тело. – Да. Стало так горько. Лучше бы она меня ударила. А так сидит рядом со мной. Ей не до меня. Она его любит. Только вот зачем? Так же как и я её. Стоп. Люблю? Какая глупость. Просто почему-то она нужна мне. Не больше. Я обнял её за талию, утыкаясь носом в её волосы. От неё пахло духами, шампунем и сигаретами. – А если тебя любит другой? – вопрос был неожиданным даже для меня. – Это кто? – она хмыкнула. Хотя бы плакать перестала. Уже лучше. Мне. – Это важно? Просто представь, что ты тратишь свою жизнь на долбоеба, который тебе изменяет, а тебя любит другой, которому ты нужна, – я спокоен. Ведь мне вот так хорошо вот так, сидеть и обнимать её. – Я спрошу у него сама, изменяет ли он мне, – встрепенулась она. Ей неприятно слышать это слово в свой адрес. – Спроси. Тишина нас не смущала. Давно уже такого не было. Без напряжения между нами. Она расслабилась, опустив голову мне на плечо. – Почему ты? – я забылся и произнес вслух, совсем тихо, прикрыв глаза, как будто она растворилась во мне, даря свое тепло, свою улыбку. – Что я? – протянула рыжая. Без души. Нет, ты с душой, самой большой и светлой, правда творишь хуйню, но это поправимо. – Повернись, – я отстранился. А тебе было спокойно. Здесь. Со мной. Сейчас буду делать самую большую глупость в жизни. В твоей жизни. Я скучаю по тебе. Ты мне нужна. Я так устал. Ответила мне не сразу, будто сомневаясь, а стоит ли вообще оно того. Твой язык обжигает, настолько я скучал. Играешь со мной, как ты умеешь. Руки мне на плечи положила, осторожно. Я не кусаюсь. Разве что иногда. Мне тебя не хватает. И думаю, ты это поняла. – Игорь, – уперлась лбом в мой лоб, глаза прикрыла. – Зачем ты это сделал? Еще чуть-чуть и она разозлится. Не знает, как реагировать. Я ей обещал, что не трону её, но не смог удержаться. – Мы так редко целуемся, – я чувствую, как она закипает. Не можешь предать? Но я могу. Потому что ты моя. И я хочу, чтобы ты это осознала. – У меня парень есть, – она оттолкнула меня. Я все испортил. – Мне пора. Я такой дурак.
