Пошекспирим, mon chere?

Родной город в разы дороже других. Человек принимает его со всеми недостатками, чрезмерно восхваляя каждое его маленькое достоинство. Верона стала личным экскурсоводом Хиддлстона. Конечно, наслаждаться улицами у них не получилась, но окна лимузина не портили действительности. Том увидел город с другой, более спокойной стороны. И не только город. Сама Верона открылась ему совершенно другой, почти незнакомой. В свободной одежде, отходившей от рабочего дресс-кода, она казалась в разы свободнее, а смотреть на нее было большим удовольствием. Обращение "мистер Хиддлстон" вышло из оборота, чему Том был безмерно рад. Ее строгость была очень холодна и непривлекательна. Знакомить актера с семьей женщина не торопилась, и на такой отчаянный поступок пошла лишь после двух месяцев с начала их отношений. Даже это слово, "отношения", до сих пор казалось ей диким. Мама отреагировала на Тома крайне спокойно, без всяких криков и радостных танцев по комнате. С улыбкой поздоровалась с ним, коротко объяснила, что и где в их доме, и скрылась на кухне. Отец же был чуть более общителен, и этим крайне понравился Тому. Вместо банальных вопрос о карьере или планах о свадьбе, он интересовался странами, которые Хиддлстону довелось посетить. Бывший путешественник, что с него взять. Сестра, пришедшая на ужин в компании своего мужа, встретила Тома как старого друга: улыбкой и кивком. И ее мужа не появилось и доли причины ревновать, что он очень любил. Единственное, чем Вероны было тяжелее всего смириться все это время - со статусом Тома. Она осознавала, что он знаменит. У него есть свои вкусы, возможно, совершенно несовпадающие с ее, обычными, едва ли не деревенскими. Но за этим ужином он открылся ей с другой стороны. Ни одного грубого совета, ни одного замечания или придирки. Он был искренен в своих похвалах, его улыбка была пропитана настоящим теплом, которое еще больше растопило сердца родителей Вероны. Лето подходило к концу. С сентября, как и у школьников, у Тома начинался тяжелый рабочий сезон. Премьеры, интервью, кастинги. Сейчас его популярность действительно достигла своего апогея. Он был нужен всем и в огромных количествах, как наркотик. В драме, в комедии, в ужастике, где угодно. Его лицо должно было мелькнуть хоть раз, чтобы у картины появился еще больший шанс на успех. Вероне было тяжело осознавать это. Кажется, что все только началось, а уже приходится расставаться. И в данном случае речь шла не о двух-трех месяцах. Разговор об этом она подняла после ужина. - Том, - ее голос звучал крайне подавленно. После столько хорошего вечера тяжело было поднимать подобные темы. - А что будет дальше? - укутавшись в его пальто, она смотрела в окно. Смотреть в его глаза было слишком сложно. - В смысле? - недоуменно спросил Том. - Ну, у тебя начнется рабочий сезон, у меня - работа, - ей не было смысла продолжать, он и так все понял. Почему-то ее преувеличенный трагизм вызвал у него лишь улыбку. - Думаешь, что мы не сможем видеться? - поинтересовался он, желая убедиться в своих догадках. Верона кивнула, слабо зевая и утыкаясь носом в воротник пальто. Аккуратно приобняв женщину, он склонился к ее уху, и первым ее слух тронула его усмешка. - Хочешь разочарую? - Но как? - подобно изумленному ребенку поинтересовался она. - Все просто, - он взял ее ладонь в свою. - Во-первых, я поговорил с твоим боссом. Объяснил ему всю ситуацию, конечно лишив его множества подробностей. Он дал добро на дистанционную работу. - Фриланс? - Именно. Но это не все, - его шепот был настолько восторженным, что это настроение начало медленно передаваться женщине. - Я могу брать тебя с собой. Без разницы, куда я еду, ты можешь быть там со мной. Это не проблема. Верона улыбнулась, наклоняя голову, а он поцеловал ее в уголок глаза. - То есть, расставаний не будет? - все же решила спросить она. - Не будет. Женщина посмотрела на мужчину, а после поцеловала его. Это был лучший подарок из всех, который она могла себе пожелать. И в его случае все было точно также.