Неведомое чувство

- Я понял, что... Ты всего лишь жалкая игрушка, с которой все играют. Ты просто умная, этим все пользуются. Мартин выебал тебя, и бросит. Я тоже. Потому что ты - дрянь, - сказал спокойный Драко, глядя ей прямо в глаза. Слёзы на её глазах не давали ей разглядеть выражение его лица. Наверняка, усмешка или даже жалость. тяжело слышать горькую правду. Особенно из его<i></i> уст. Сев на скамью, она отвернулась к окну и дала волю слезам. Совершенно было плевать на то, что она ревёт как дитё при враге, при Малфое... Теперь у неё никого нет, никто её больше не защитит... А Драко всё стоит и смотрит на неё, как она плачет, как ей плохо. Медленным шагом он приблизился к месту, где она сидела, и присел рядом. Он не знал что делать. Раньше из-за него плакали девушки, очень много красавиц, но он не хотел их успокаивать, ему было плевать. А теперь, когда он почувствовал вину, он не знал как это делается... - Извини, - сорвалось с его губ. Казалось бы, совершенно равнодушное, но нет. Сейчас он извинялся по-настоящему, как никогда раньше не делал. Наверное, это его первое извинение за всю его жизнь. Первое его облегчение на душе. - Ты когда-нибудь убивала? От неожиданных слов, Гермиона всё же посмотрела ему в глаза. Темно, но всё равно их видно. Такие серые, холодные... - Нет... - А я да. Сотни людей, грязнокровок, маглов... По воле Тёмного лорда.Я не хотел, меня заставляли. С самого детства мне приходилось видеть, как убивают людей, в доме нашей семьи. Из подземелья постоянно слышались крики, жалобные стоны умирающих. Но я ничего не мог сделать. Когда мне исполнилось шестнадцать, меня заставляли убивать самому. Ты не можешь представить какого это... Руки дрожат, как и всё тело... А когда ты наконец убил - всё темнеет в глазах. дрожь всё ещё не отпускает. И ты остаёшься наедине со своей совестью, которая сжирает всю душу. И теперь, кажется, у меня её больше нет. Я могу убить кого угодно - у меня даже рука не дрогнет. Даже отца, даже мать... Я больше не чувствую ничего, кроме ненависти. Я же после этого всего не плачу. Всхлипы прекратились. Наверное, она сейчас думала, как ему тяжело жилось. - Драко... - Что, Грейнджер, что?! Снова поцелуй. Но теперь уже никто не сопротивляется. Нежный и долгий. Такой чувствительный... - Драко...- тихо постанывала она. Как же ему было хорошо слышать своё имя из её уст, которых он целует. Но внезапно она оттолкнула его: - Уже поздно. Мне пора. - Что? Не уходи. - Спокойной ночи, Драко.