Пепел

Часть 2. Пролог Пепел И даже в краю наползающей тьмы, За гранью смертельного круга - Я знаю, с тобой не расстанемся мы, Мы - память, Мы - память, Мы - звездная память друг друга Бывает так, что однажды ты понимаешь: нет смысла ни в одном из твоих поступков. Ни твоей собственной воли, ни желаний, ради которых ты питался надеждами. Есть лишь закон, который превыше всего, и этот закон безжалостен. Он приносит войны и смуту, плесень чумы и нарывы засухи, он отнимает жизнь у только что рожденных и подставляет сердца любимых людей под удар меча. Имя этому закону – судьба. Великое Колесо, описав круг, заскрипело дальше. Скрип его обода пронзал космос и время, свивал гнезда в ушах у Мойр и выходил из их уст пророчествами, записанными на свитках. Существовал ли другой закон, позволявший обойти саму природу вещей, простым живущим было неизвестно. Едва справляясь с собственной тиной дней, увязая все глубже в болоте собственных ошибок, люди смирились с ходом Колеса и лишь безучастно ждали его решений. Или пытались бороться, но вязли все глубже и скрывались на дне, где их кости начинали разлагаться. - Почему я все еще жив? Привычка говорить вслух, когда остаешься наедине, могла показаться странной зеваке или стражнику, если бы кто бросил взгляд в маленькую камеру, вырубленную в скале. Но Наруто даже теперь не мог привыкнуть к тишине внутри своей головы: ни один из голосов, столь навязчиво предлагающих ему свою помощь и память раньше, не спешил отозваться. - Я ведь умер тогда, правда? Это была моя кровь на каменных плитах святилища. Мое тело нашли обезглавленным у старого алтаря... Слезы больше не приходили. Даже у тысячелетних дубов и сосен есть срок, после которого их мощные тела рассыпаются в труху. Был такой срок и у человеческой способности плакать. - Наверное, я любил его недостаточно сильно, раз потерял. Или нет? Что еще я должен был сделать? Каким оружием вооружиться? Я произнес что-то неправильно? Или я настолько прогневал небо своими надеждами, что оно отняло у меня Саске из мести? Камера молчала. Тишина длилась уже второй день: с тех пор как его, окровавленного и избитого, бросили в этой темнице, он лишь раз видел стражника с алым гербом на щите, который оставил ему кожаный мешок с хлебом и бутыль воды. Жить не хотелось настолько, что организм не чувствовал голода, поедая себя самого вместо черствого ржаного ломтя. - Я собираюсь умереть, Саске. Не оставлять тебя там одного. Вдруг за последними рубежами холодно, и ты бродишь в темноте, шепча мое имя, ища огонь, у которого можно согреться.- Сознание понемногу оставляло его, темный склеп, в котором он находился, почти не освещался лучинами и смолистыми тряпками, которые горели благодаря заклинаниям стражников. Поддаться соблазну и соскользнуть за грань мешал лишь кулон, подаренный ему Айвой. Потерявшая свой голубой цвет после развоплощения Гидры, безделушка впитала кровь его любимого Феникса, уподобившись лепестку мака. Кулон больно жегся о кожу, когда Наруто проваливался в свою внутреннюю темноту глубже, чем было положено. Если бы убитый горем пленник постарался бы рассмотреть безделушку внимательней, он бы заметил десятки маленьких золотистых искр, танцующих в глубине камня. Темница, в которой он оказался на этот раз — а это было уже второе его заточение за последнюю седмицу — казалась настоящей могилой. Крохотная каморка, больше напоминающая лежак, вырубленный в неподатливом брюхе скалы, вонючая солома и прогнившее ведро в дальнем углу. Дальним он был лишь потому, что приходилось делать два шага, чтобы до него добраться. Первый день Наруто ничем не отличался от любого трупа, которого бы из шутки бросили здесь разлагаться: он не двигался, едва дышал, не пытался вставать и говорить. Мир посмеялся над ним и его надеждами, оставив ему его жалкую жизнь как напоминание о смерти любимого человека. На второй день тишины ему стало казаться, что он умер и похоронен в большой могиле, из которой нет выхода. Посмертные поля не расстилались перед ним, звезды не вели к спасительному покою. Он и умер, и был живым одновременно. На второй день, когда Наруто уже начал кричать в голос, расцарапывая себе лицо ногтями, вдали узкого коридора послышались торопливые шаги. - Молодой мастер, - Наруто сквозь забытье понял, что голос принадлежит ребенку, - молодой мастер, вы слышите меня? - Кто ты? - попытавшись сесть, он жестоко переоценил свои силы: полученные ушибы и побои быстро напомнили о себе. - Что ты здесь забыл? Темнота отступила, напуганная сферой огня, которая неторопливо кружилась над детской ладошкой. Пришедшему мальчишке от силы можно было дать лет девять, гладко выбритая голова и светлый наряд делали его похожим на духа домашнего очага. - Мое имя Фукуи, я один из служек Мойры Запада. Старой Мойры, - он поправился, зачем-то поправив рукой широкую цепь бусин на своей груди. - Я выполняю её поручение. - Мойры Запада? Я никогда не был знаком с ней. Что ей за дело ко мне? - Я не ведаю этого, у слушающих Колесо свои законы и причины. Она приказала мне три дня назад придти сюда и вывести на свет молодого мастера ветра, который будет сидеть тут взаперти. Я лишь выполняю волю моей покойной госпожи. Пламя поднялось вверх, осветив всю убогость состояния пленника. Одежды Наруто были разорваны и испачканы кровью, топазная брошь, чудом уцелевшая на его плече, невесело подмигнула язычку пламени. В руках Фукуи откуда не возьмись появился тяжелый ключ, который легко одолел сопротивление замка. Не прошло и минуты, как тяжелые прутья распахнулись, выпуская Узумаки Наруто вперед. - Спасибо за помощь, ребенок, но я не понимаю ничего. Что за дело Мойре до моей свободы? Она хочет поговорить? - Старая госпожа уже ни с кем никогда не заговорит. Она мертва уже второй день. Её убила новая Мойра, молодая дева с черными волосами. Я не знаю её имени. - Мойра мертва? - Наруто едва справлялся со своими ногами. Выйдя в желудок тоннеля, он прислонился к стене, глотая воздух. - А как ты получил ключи? - Госпожа рассказала мне, в какой час и где мне нужно оказаться, чтобы получить их. Все оказалось просто, стражник был убит стрелой. Я просто протянул руку к его поясу. - Убит? - Голова кружилась, когда он переставлял ноги. - а с ним что случилось? - Думаю, он был верен старому дому. - Фукуи спокойно шел вперед, не обращая внимания на вонь застенков и ржавые прутья. - Вот его и убрали. - Старому дому? - За те дни что ты просидел тут, узник, Колесо наверху обернулось. Старый Хозяин Фугаку мертв. Его убил новый Хозяин Запада, Хиаши из дома Хъюга. Говорят, он вонзил кинжал ему в спину, когда тот ожидал этого меньше всего. Дом Учиха почти истреблен, старший сын Хозяина Фугаку пропал без вести, а про Феникса говорят, что его он ушел на Восток вместе с боевыми отрядами, разорять пограничные земли. Еще говорят, что теперь он пьет только кровь молодых детей. Но по мне, так это все враки. Многие преклонили колена перед Хозяином Хиаши, но остались и те, кто верен старым клятвам. Вот их и убивают без разбора. Повсюду творятся беспорядки, много пожаров. Это солдаты ходят и задирают тех, кто не рад правлению нового Хозяина. Сегодня на главной площади будут сжигать трупы тех, кто погиб за последние несколько дней. Мы сможем укрыться там в толпе, а после погребальных костров уйдем к южным воротам и ты покинешь город. Так говорила моя госпожа. - Зачем ей спасать меня? Зачем помогать человеку, которого в жизни не встречала ни в храме, ни в священных рощах? - Госпожа говорила, что тебе предстоит еще много работы. Что грядут великие потрясения, которые перепишут облик нашего мира. И что ты должен помочь Фениксу укротить свою ярость. - Фениксу больше нельзя помочь. Он там, где никакая сила не сможет его потревожить, - зажмурив глаза, Наруто почти кричал. - Феникс Запада мертв! - Мертв? - Глаза ребенка удивленно расширились. - Ты-то откуда знаешь? Сидел тут в под землей, а теперь давай говорить о вещах, которые творились снаружи. Моя госпожа всегда говорила правильно, не было случая, чтобы она ошиблась. Я точно передал ее слова, я даже специально заучивал их перед ней, чтобы не спутать. Ты должен помочь Фениксу, для этого она и выпускает тебя из темницы. Темный лаз закончился, тяжелое свинцовое небо навалилось на кафтан равнины, давясь тучами и солнечным светом. За те два дня Наруто успел забыть, как выглядит солнце. Повсюду была тишина, как в тот раз, когда он спасся из подвешенной клети. Людей не было видно, ворота застенков были приоткрыты. - Куда ты пойдешь теперь? - Фукуи с любопытством разглядывал одежды своего спутника. Даже сквозь кровь и прорехи была видна дорогая вышивка. Ты дворянин? Ученик Василиска, которого богатые родители отдали в услужение? Или твоя семья торгует? - Не то и не это. У меня нет ни денег, ни крыши над головой. Я не представляю, как исполнить завет твоей мертвой Мойры, ни одна крыша в мире не приютит меня. Что вообще происходит? - До центра города я тебя провожу, Мойра сказала, что у погребальных костров мы можем укрыться на время от стражи. Они хватают всех без разбору, воришкам на месте отрубают руки, недовольных тащат на дыбы. Огонь окреп и стал больно кусаться, молодой мастер. Мне больше нравилось прежнее теплое пламя. - А что будет с тобой? - Мойра отдала мне украшения из храма. Я вернусь к своей семье, из которой меня отдали еще младенцем, и буду помогать им. - Было видно, что и эту фразу он заучил послушно и четко. Если мы поспешим, успеем к кострам до заката. *** Хината протяжно застонала, девушки в белых платьях поспешили приложить к её горячему лбу тонкие полотенца, смоченные водой. Длинные черные волосы были спутаны и касались могильного холода плит, ложе, на котором дева из дома Хъюга сражалась с безумием, было уставлено свечами и блюдами с драгоценными камнями. Старая женщина с волосами, заколотыми золотыми шипами, склонилась над её лицом. - Все хорошо, Хиаши, она будет жить. Сила Мойр огромна, конечно, разум этого ребенка отказывается принимать её. - Поставь мою дочь на ноги, лекарша! Время дорого. Восток уже собрал свои войска и готов защищаться. Мне нужна Хината, нужна её сила! С могуществом моей дочери ни одна страна не устоит перед нами! - Хозяин Запада запрокинул голову. В его аметистовых глазах горело нехорошее пламя. - Моя семья и мои предки ждали этого момента тысячу лет. Свергнуть ярмо этих ненавистных Учих, этих выродков великого Первоцвета, цепляющихся за власть! О, как долго я шел к этому моменту! Как долго таился, вынашивал планы, боролся за место у его трона... Хината рванулась из рук девушек, не приходя в чувство. С её воспаленных губ срывался нечеткий шепот: - Он хочет спасти его... спасти искру Первоцвета... помочь пеплу переродиться... - О чем она? - Хозяин Хиаши зыркнул на девушек, испуганно вжимающих голову в плечи. - О чем она говорит, вы, глупые перепелки? Ну хоть одна расслышала слова моей дочери? - Она говорит о Фениксе, Хозяин. - Смуглая служанка отвела взгляд, боясь заглядывать в обезумевшие глаза своего повелителя. - О том, что пепел снова расправит крылья. - Слушайте её внимательно, глупые девчонки! Мне нужна сила алой птицы, чтобы подчинить себе Восток и победить Дракона! Если вы упустите хоть один её шепот, пока она без сознания, вас бросят в котел с расплавленным оловом! Сколько времени ей понадобится, травница? - Быть может, около трех дней. Жар спадает, она уже может говорить. - Через три дня я заполучу силу младшего выродка Фугаку! Через три дня Восток преклонит колени! Через три дня начнется легенда моего правления над всеми объединенными землями! Хиаши захлебывался смехом, девушки не смели поднять глаз от пола. На своем ложе молодая Мойра Запада металась в горячке, как птица с подрезанными крыльями в лесном пожаре. *** Костры на главной площади были огромны. Наруто запрокинул голову, разглядывая гору из сена, дров и человеческих трупов. Смрад, стоявший в летнем воздухе, заставлял больных и нервных падать в припадках. Стража подтаскивала все больше тел, изувеченных, обгорелых и разрубленных. На многих красовались алые отметки дома Учиха, но некоторые были и простыми горожанами, гостями с торжеств, убитыми вельможами с Востока. Наруто невольно плотнее закутался в грубый холст плаща, что они с Фукуи нашли в груде тряпья и вещей, которые стража снимала с трупов и бросала на потеху толпе. Дети и старики копались в окровавленных обносках, стараясь не замечать огромных костров и стоящей вони, выбирая то, что не пострадало особо сильно. Наруто удалось найти плащ и какую-то рубаху с оторванным рукавом. Свое верхнее одеяние, которое бережно перевязывала ему сестра Саске, он спрятал поглубже в тошнотворной куче, стараясь не дышать и не вглядываться внимательно в бурые пятна. В голове стучали молотки, но смерть Саске выбила из него все чувства: сострадания к трупам и убитым он почти не испытывал. Его любимый человек тоже мог лежать среди груды тел, нагой и покрытый увечьями. При воспоминании об обезглавленном теле, желудок Наруто испустил рвотный позыв. Алый кулон на его груди успокаивающе отозвался вспышкой тепла, чуть отогнав черные мысли. Со смертью Саске смирился его разум, но сердце еще продолжало бороться. - Ворота находятся в той стороне. - Фукуи, почти незаметный в густеющих сумерках, указал пальцем на юг. - Когда стемнеет окончательно, мы выйдем через трущобы к старым проходам, которые почти не сторожит стража. Дашь им монету или две, и стражники закроют глаза, как совы. - У меня нет монеты, - Наруто беспомощно хлопнул себя по бокам. - Мойра не оставляла тебе для меня денег? - Нет. - Фукуи сделал честное лицо и пожал плечами. - Такую малость всезнающая могла и упустить. Найдешь монету сам, украдешь или откопаешь в мусоре. Но советую поспешить: стража хорошо обыскивала трупы, а уже темнеет. Через пару часов ты и собственного носа не разглядишь. - Я не хочу ничего красть, - Узумаки устало прикрыл веки. - Давай я попытаюсь просто проскользнуть наружу, идет? - Рискуй, если хочешь. Колесо само позаботится о тебе. - Куда мне направиться потом? - Госпожа не говорила. Сам разберешься. Уходи на Юг, говорят, война скоро разрешится между нами и Востоком. Юг не будет вмешиваться и подождет победителя. За это время ты успеешь придумать, как выполнить свое предназначение. - Моим предназначением было любить и заботиться о человеке, который умер. - Мойра говорила, что все предназначения сбываются ради нашего блага. Либо твой человек должен был умереть, - Наруто до крови прокусил щеку, но Фукуи продолжил говорить, не заметив этого, - либо это не было твоим предназначением. - Это было. Я знаю наверняка. - Либо человек, о котором ты должен заботиться, еще не умер. Стража с улюлюканьем бросала трупы в огонь, голодное пламя обнимало умерших, дробило их тела в пепел, возносило серым ветром к нарождающейся Молочной реке. На короткий миг глаза Наруто сыграли шутку с владельцем, показав молодому магу огромный обод колеса от земли до созвездий, неспешно скрипящий средь океана черноты. Но моргнув, видение пропало. Алый кулон испускал тепло у самого его сердца.