Сказка на ночь

Вернемся-ка мы к нашим благородным оленям, ой, пардон, к юношам.

Арт, залепивший пощечину его всысочеству, отошел от него на метра три, чтобы не попасть под взрывную волну. О чем же думал этот недодемон, когда бил своего недогосподина? Лучше бы Арт, тот самый вышеуказанный дэбил, этого не делал, ибо взбешенный до чертиков Стасик, полез с кулаками к своему дворецкому. Будь черноволосый дылда хоть на каплю прозорливее или, скажем, умнее (что в его в его случае просто невозможно), он бы вообще испарился из комнаты куда подальше. Блондинистый принц, что именовался секунду назад идиотом, схватил в свои цепкие лапки кисточку и начал дубасить своего дворецкого, а по совместительству и лучшего друга. Спустя несколько секунд непрерывного колочения Арта кисточкой, его высочество понял: надо менять оружие, ибо от этого толку ноль целых хрен десятых. - Ты Арт, зря ты это сделал, ой как зря! – вопил принц, лихорадочно бегая туда-сюда по своей комнате и выискивая какую-нибудь дубинку. В конце-концов, после того как он полетел кубарем, через брошенный посреди помещения скейт, Стасик отыскал бейсбольную биту и влепил Артику прямо в зубы. Несчастного снесло к противоположной стене и хорошенько припечатало, да так, что все кости застучали. Ну что поделаешь, если дворецкий вобла сушеная и смотреть-то, в общем, не на что. Пока Арт пребывал в полнейшей прострации и состоянии аля я куколка, принц бесновался: читал длинные нотации и швырялся книжками по этикету, дабы привить своему нерадивому слуге хоть каплю подобающих дворецкому манер.

Тем временем у наших неугомонных и малость неадекватных дам, произошло нечто из ряда вон выходящее, хотя, а что у них, собственно, получалось иначе?

- Кира, я тебе терпеливо и доходчиво, уже в сто тридцать девятый раз поясняю, что платье я не надену, ибо не умею их носить, да и нету их у меня! – убегая по длинным и извилистым коридорам своего замка, вопила принцесса Даша. Следом за ней, словно ведьма на помеле, неслась рыжая горничная, неутомимо вопящая о необходимости напялить на единственную наследницу трона платье. - Ты должна выглядеть как девушка, а не как прислуга или того хуже - принц соседнего государства, - прибегла к очередной уловке, проверенной временем Кира. Она наконец-то схватила свою недопринцессу за руку, и прислонила ее спиной к стене. – Я тебя что, о невыполнимом подвиге прошу?! – кажется, у горничной просто сдали нервы. Девушка, не слушая возмущений юной аристократки, тащила ее в сторону парикмахерской, надо сказать, что сопротивлялась голубовласка достойно. Она умудрилась даже расцарапать Кире руку, на что домашняя ведьма ответила леденящим душу шипением. После такого юная особа с необычными волосами быстро заткнулась и перестала что-либо выкрикивать, прекрасно зная о том, к чему это может привести. В ее же теперешнем положении это было бы крайне глупо и, в некоторой степени, здорово бы напомнило самоубийство. Как только они оказались в салоне, Дашу усадили в мягкое, но от того не менее ужасающее принцессу кресло и принялись менять ее имидж. Так как наследница сидела спиной к зеркалу, то могла наблюдать за своей подругой. Кира чувствовала себя в салоне как горошина в салате: ярко, вкусно, празднично. Рыжей неугомонной явно это нравилось, ведь она всегда хотя бы по виду, но похожа была именно на девушку. В то время как принцессу Дашу иногда, а если совсем честно, то всегда, путали с парнем.

Оставим принцессу-парня и горничную не идущую в планах на бал, а вернемся к нашим «голубкам».

Придя совсем относительно в себя и разлепив свои ясные зеленые очи, Арт понял, что он валяется как скомканная салфетка на полу у стеночки, а его «заботливый» господин, бродит вокруг и почему-то бешено жестикулирует. Полностью осознать всю эпичность своего положения дворецкий так и не успел: в его голову прилетел толстый томик Достоевского, а потому он снова отправился в страну летающих одуванчиков и сладких грез. Но на этот раз он решительно отодвинул от себя столь манящий мир и с трудом, но все же. Поднялся на ноги, шатаясь, аки тростинка на северном морозном ветру, он подошел к своему хозяину. - Ты, жалкий смертный, достал меня своими нравоучениями! – это было единственное, что сказал Арт своему обожаемому, но от этого не умнеющему господину. Красноглазый брюнет сгреб его в охапку и потащил к выходу; их путь теперь лежал к магазину, где одевались все мужчины из свиты короля и королевы. Оказавшись на месте, Арт сбросил со своих плеч тяжеленного принца и уселся на диванчик, чтобы перевести дух. - Оденьте этого, да так, чтобы он был неотразим в глазах всех дам на балах, - обессилено пролепетал демон и уснул, наплевав на то, что демоны вообще не спят и им этот сон до лампочки. Пока его дворецкий дрых, Стасик очень старательно, и упорно изображал из себя веселую пельмешку, возникая по поводу и без оного. - Я не умею надевать костюмы, оденьте его на меня! – слишком громко заорал принц и тем самым разбудил своего дворецкого. А с его пробуждением дело выбора костюма пошло быстрее и краше. Стасик перемерил сто один костюм, и выбрали они тот, который Стасичка примерил в самом начале своего адского дня. А ведь это был еще далеко не конец всех мучений блондина и начало развлечений верного ему демона. Они вышли из магазина с абсолютно разными по эмоциональному фону мордами: Арт был весел как никогда, а вот Стасик еле переставлял ноги.

Но мы их оставим. Перенесемся в парикмахерскую, где готовились юные и милые особы.

Дарья, скучающая за сидением в кресле, периодически повизгивала, так как мастер дергал ее за волосы порой очень сильно. Кира, за которой наблюдала Одарка, тоже была занята своей прической. Ей на голове устроили настоящий сад роз: они были в локонах, в узелках и еще в каких-то атрибутах парикмахерского искусства. Только вот сама Дарья, очень хотела увидеть то, что сделали с ее венценосной головушкой, но пока Кирочка сидела и переругивалась с девушкой стилистом, Дарью продолжали мучить. Но, спустя три часа, мучения были окончены и девушки могли увидеть себя в зеркалах. Рыжая принялась подправлять прическу на свой лад, а принцесса так и стояла с открытым ртом и хлопала глазами, словно набрала в рот воды. Сказать, что она была в шоке, значит не сказать вообще ничего! Синевласка была в тотальном ахуе! Простите детки, заткните ушки. Одарка опустилась на пол и забилась в истерике, катаясь по кафельным плитам как маленький ребенок. Она кричала, кусала Киру за ноги, щипала парикмахеров и махала руками, напрочь отказываясь приходить в себя. Но горничной все же удалось привести ее в порядок, и они отправились, постоянно переругиваясь, на выбор платья.