Мы те, кто мы есть

Зимнее солнце повисло на небе, но, несмотря на свой ослепительный свет, оно вовсе не дарило тепло. Гарри чувствовал, как сон медленно выпускает его из своих объятий, но он, будто непослушный ребёнок, цеплялся за него всеми силами. Не открывая глаз, он повернулся к стене и укрылся с головой одеялом, в надежде снова погрузиться в дрёму. «Не удалось», — с разочарованием заключил Гарри. Нежелание вставать было вполне объяснимо. Сегодня они «дружной» семьёй должны были отправиться к стареющей чете Поттеров, родителям Джеймса. Гарри их не переносил, что было взаимно. Они относились к нему как к грязному щенку, что испоганил их любимый ковёр. Вот только горячо любимое чадо почему-то взял животину в дом, посему приходилось кривить нос и терпеть. Слабая надежда, что его попросту забудут дома и не возьмут в поездку, испарилась со стуком в дверь. — Милый, ты пропустил завтрак, а ведь даже Майкл умудрился сегодня к нему спуститься. Я оставила тосты на столе, обязательно поешь. Нам ещё до мистера и миссис Поттер добираться, — ласковый голос мамы заставил Гарри поднять голову с подушки. У неё так и не сложились отношения с родителями Джеймса. Как понял Гарри, те всячески поддерживали магглорождённых и не раз использовали маму, как доказательство своих убеждений. «Конечно же, мы поддержим вас, ведь наша невестка сама магглорождённая», — не раз слетало с их уст и печаталось в газетах. Мама ничего не говорила, но Гарри интуитивно понимал, что ей это неприятно. Также напряжение, повисшее между ними, не разряжал дарованный ей титул леди. Джеймс, взяв на себя обязательства главы рода, перенял у отца титул. Соответственно, Карлус стал простым представителем рода и утратил право на ношение титула, как и его жена. Теперь Карлуса и Дорею называли не иначе как мистер и миссис Поттер. Из чего следовало, что слово леди Поттер весило больше, чем слово миссис Поттер, да и мистера Поттера, а это очень не нравилось Дорее. Гарри понимал родовую иерархию, но она всё равно казалась ему чужеродной: некий пережиток, который портил отношения в семье. — Милый, ты спишь? — Лили неуверенно приоткрыла дверь, заглянув внутрь. Гарри, досадуя на себя, понял, что, задумавшись, полностью проигнорировал мать. — Встаю, мам. Так как там Майкл? — спросил он, вставая с постели. Брат вчера устроил грандиозный скандал из-за напоминания Лили о споре, заключённом ими в начале учебного года. Причиной этому стало сравнения табелей успеваемости. У брата было шесть «удовлетворительно», одно «превосходно», естественно, по полётам, и одно «отвратительно» по зельям. Тут Джеймс не преминул вставить оскорбительный комментарий в отношении профессора Снейпа. — Он всё ещё не в духе. Сейчас в гостиной, с Джеймсом, — и так не радужное настроение Лили окончательно испортилось. — Скажи ему, что полоть грядки и корпеть над учебниками никто заставлять его не будет, — с напускным безразличием Гарри пожал плечами, но не удержался от комментария. — Ты бы всё равно летом ему всё простила. — Ох, Гарри, ты такой добрый, — мама была растрогана его поступком. Преодолев разделяющее их расстояние в три шага, она заключила его в объятья и поцеловала в лоб. Гарри слабо улыбнулся в ответ, прекрасно понимая, что не проявляет доброту, а щадит свои чувства. К тому же Майклу нужно было вернуть должок за то, что он прикрыл его перед родителями. Дело в том, что у Майкла четвёртого сентября был день рождения. Гарри же, поддавшись новым впечатлениям, совсем о нём забыл и попал в неудобную ситуацию, когда Лили спросила, что он подарил брату. Майкл пришёл ему на помощь – пожаловался, что Гарри всучил ему какую-то скучную книгу, по прочтению первых страниц вогнавшую его в сон. Гарри чувствовал себя неудобно из-за этого и провёл целый день в раздумьях о том, как спихнуть с себя этот долг. Он будто обязывал Гарри быть добрее с Майклом. Мама покинула его комнату, чтобы он мог переодеться. Гарри быстро нацепил на себя первые попавшиеся штаны и любимую просторную кофту. После чего поспешил спуститься на первый этаж. Гарри как раз проходил мимо гостиной, когда услышал голоса. — Ну что, Сохатый, готов к встрече с родителями? — весёлый, задорный голос принадлежал Сириусу. — Рождество – это семейный праздник. Мы у них уже полгода не были – стоит навестить, а то обидятся. И тебе, Бродяга, должно быть известно, что лучше мировая катастрофа, чем моя обиженная мать, — поддержал шутливую манеру разговора Джеймс. — Пап, я хочу тебе такое рассказать, — вмешался в разговор Майкл. Судя по всему, ему было неинтересно слушать про свою бабушку. Для него она являлась милейшим существом на планете, поэтому все слухи о грозной Дорее Поттер он не воспринимал всерьёз. — Оу, что я слышу? Мой крестник уже нашёл себе приключения? Или это приключения нашли его? — Сириус пришёл в восторг. — В Хогвартсе есть трёхглавый пёс Пушок, и он охраняет сокровища Дамблдора! — постарался перейти на шёпот Майкл, но из-за сильного волнения у него ничего не получилось. — Да ты что! — наигранно воскликнул Сириус. Похоже, Сириус прекрасно знал, что на третьем этаже директор хранит артефакты, — рассудил Гарри. — Сокровища Дамблдора? — со смехом в голосе спросил Римус. — Я точно не знаю, — несколько смутился Майкл. — Хагрид сказал, что это ценные вещи. — То есть ты там не был? — как-то разочарованно поинтересовался Сириус, из-за чего получил неодобрительный оклик Джеймса. — Да стоит мне захотеть, — Майкла задел тон Сириуса. — Я, между прочим, знаю, как этого пса победить! — И как? — живо поинтересовался Римус. — Не скажу. Это секрет. Я Хагриду обещал, — затараторил Майкл, видать, опасаясь, что ему не поверят. — Ну и молодец. Главное в Хогвартсе – это поиск приключений! — похвалил Сириус. — Надо же, а я всегда считал, что в Хогвартсе главное – знания, — с иронией заметил Римус. — Да ладно тебе, Лунатик. Мы же прекрасно с тобой понимаем, что оценки не так уж важны, — вступился за Сириуса Джеймс. — Ну, получил Гарри пять «превосходно» и три «выше ожидаемого», и что? — А то, что он очень умный мальчик. Скорей всего один из лучших на курсе, — раздражённо сказал Римус, его явно задели слова Джеймса и Сириуса. — Пускай хоть зароется в свои книги, но он никогда не сможет участвовать в приключениях. У него просто нет смелости для этого, — сказал пренебрежительно Джеймс. Гарри резко дёрнулся в сторону гостиной, с губ были готовы сорваться опрометчивые слова о том, что он видел трёхглавого пса и артефакты, что сражался с акромантулами в лесу. Чувствуя привкус железа, Гарри понял, что прикусил внутреннюю сторону губы. Он не должен этого говорить. Не обязан ничего доказывать. — Хватит, Джеймс. С чего ты вообще взял, что Гарри… — Римус не договорил. — …трус? — закончил за него Джеймс. — Он же вылитый Нюниус. — Тогда это сравнение тем более неудачно, потому что… Гарри не смог дослушать: послышались шаги матери, спускающейся по лестнице. Метнувшись на кухню, он быстро сел за стол и торопливо запихнул остывший тост себе в рот. — Ты ещё не позавтракал? — на кухню вошла мама, в притворной строгости нахмурив брови. — Почти, мам, — заверил её Гарри, про себя думая о неизвестном Нюниусе. Это определённо прозвище, явно данное владельцу без его согласия. Он на него похож? Поведением или внешностью? Гарри уткнулся взглядом в свой стакан, пытаясь сохранить безучастное выражение лица перед матерью, с горечью осознавая, что начинает сходить с ума. Любой намёк, что он на кого-то похож внешне, вызывает в нём бурю эмоций. Хватит! Хватит себя мучить. Ещё бы немного и Гарри вцепился бы себе в волосы, но вошедшие на кухню люди избавили его от мучительных размышлений, переключив всё внимание на себя. Лили нежно улыбнулась им, тут же потянулась к чайнику, но те поспешили отказаться. — Спасибо, но я уже ухожу. Не хочу вас задерживать, — Римус мягко улыбнулся, но глаза оставались холодными. — До свидания. После чего он направился в гостиную к камину. Лили проводила его недоумённым взглядом, а потом вопросительно посмотрела на Джеймса. — Я тоже, пожалуй, пойду, — натянуто улыбнулся Сириус и ретировался в направлении гостиной. — Что с Римусом? — требовательно спросила Лили. — Мы повздорили, — осторожно ответил Джеймс, не желая развивать тему. Лили прищурилась, но промолчала. Скорей всего, рассудила, что нет времени на выяснения подробностей. — Я надеюсь, что вы скоро помиритесь, — как что-то само собой разумеющееся сказала Лили. — Да, конечно, — поспешно согласился Джеймс. Майкл, на протяжении всего диалога не прекращавший хмуриться, неожиданно задал вопрос: — Мам, а кто такой Ню…? — начал он, но Джеймс одним взглядом заткнул его. — Что, милый? Ню…? — Лили оживилась, заинтересовано посмотрев на Майкла, тот же кинул взгляд, полный паники, на Джеймса. Гарри с живым интересом наблюдал за развернувшейся сценой. Джеймс не хочет, чтобы мама услышала это прозвище. Казалось, что Гарри может увидеть, как мысли в его голове в страхе носятся туда-сюда, пытаясь придумать решение. Майкл, загнанный в угол, выглядел не лучше. Неожиданно брат посмотрел за плечо матери прямо на Гарри, его глаза умоляли о помощи. Для Гарри это было полной неожиданностью. И что ему делать? С одной стороны, он очень хотел услышать, что же это за загадочный Нюниус и почему Джеймс не хочет, чтобы мама слышала странное прозвище. С другой стороны, грустный, молящий о помощи взгляд нервировал. Допустим, мама всё же услышит прозвище и, судя по реакции Джеймса, разозлится или расстроится. Однако это не гарантирует, что Гарри узнает настоящее имя Нюниуса. Скандал может затянуться, и тогда они опоздают к мистеру и миссис Поттер. Дорея Поттер не упустит шанса пройтись по «манерам нынешней леди Поттер». — Ему не даёт покоя нюхлер, — Гарри принял решение. — Нюхлер? — удивилась Лили. — Да, Майклу интересно, кто это. Он мне проходу не давал своими вопросами. Так вот, удовлетворяю твоё любопытство, это такой зверёк. Живёт в норах, часто его используют гоблины для поиска сокровищ. У зверька страсть ко всему блестящему. Майкл посмотрел на него с благодарностью, Гарри даже показалось, что и в глазах Джеймса проскользнуло что-то, напоминающее признательность, но он решил, что это просто игра света. — Вот видишь, что даёт чтение книг, — с улыбкой и гордостью сказала Лили, но, спохватившись, кинула опасливый взгляд на Майкла, наверное, вспомнив вчерашний скандал из-за оценок. Майкл её совсем не слушал. На его лице читалось облегчение, что он выпутался из этой странной ситуации. Гарри обратил внимание, что он бросил любопытный взгляд на Джеймса. Скорей всего, замучает его вопросами позже. — Немедленно идите собираться, а то такими темпами нас никогда не дождутся, — Лили упёрла руки в бока. Гарри и Майкл, переглянувшись, побежали к лестнице на второй этаж.

***

Дорея и Карлус ждали их. Прибыв, они застали мистера Поттера, расхаживающего по гостиной и резко остановившегося с занесённой для шага ногой. Миссис Поттер же величество поднялась с дивана, где до этого восседала. Джеймс тут же поспешил к матери, чтобы склонить голову над её сухой рукой. Лили присела в реверансе, Гарри и Майкл чуть ли не синхронно поклонились. Сгибаясь, Гарри думал о неуместности этих традиций в кругу семьи. Впрочем, Джеймс не сильно им следовал. — Как поживаете, маменька? — проказливо улыбнулся Джеймс. — Прекрасно, дорогой, — ласково сказала Дорея, после чего её взгляд упал на Лили. — Как ты, моя маленькая леди? — чёрные глаза цепко прошлись по фигурке Лили, заставив её одеревенеть. — Всё прекрасно, — лишённым эмоций голосом ответила мама. Веки на секунду прикрыли чёрные глаза, лёгкая улыбка пробежала по губам. Трудно было сказать, о чём она сейчас думает. Впрочем, Гарри и не пытался прочесть столь хорошо скрывающего свои эмоции человека. Дорея прошла мимо Лили к Майклу. — Как ты вырос, милый, — иссохшая рука коснулась его щеки. — Спасибо, бабушка, — раскраснелся брат, довольный похвалой. Дорея скользнула взглядом по Гарри, на несколько секунд задержавшись на его лице. — Ты тоже немного подрос, Гарри, — без улыбки сказала она. — Вы так же мудры, как и архаичны, миссис Поттер, — Гарри улыбнулся женщине, которая совершенно не изменилась в лице, только чёрные глаза стали более пронзительны. Неожиданно для Гарри Дорея ответила ему улыбкой, а потом тихо рассмеялась. — Вот только в умении делать даме комплименты ты не преуспел. Гарри улыбнулся ещё шире, пытаясь показать, что её подколка его совершенно не уязвила. Но насмешливо блестящие глаза дали понять, что этот манёвр не удался. Джеймс и Карлус переговаривались у камина, когда Дорея подошла к ним. Карлус, наконец, прервал беседу и обратил всё своё внимание на невестку и внуков. — Как у вас проходят рождественские каникулы, мальчики? — у мужчины был громкий голос, заставивший Гарри поморщиться. — Прошло только четыре дня, — Майкл подошёл к деду поближе, тот не упустил возможности потрепать его по волосам. — А Хогвартс как? Нравится? Как учёба? — засыпал вопросами Карлус. — Замок просто невероятный, — делился впечатлениями Майкл. — Учусь нормально, но Гарри лучше, — с неохотой признался брат. — Ты ещё нагонишь. Не думаю, что разница между вами сильно велика, — уверенно заявил Карлус. Гарри насмешливо фыркнул, за что получил прищур карих глаз Карлуса. Их взгляды схлестнулись. Это длилось несколько секунд, прежде чем Карлус отвернулся. — Какие у тебя оценки? — спросил он без прежнего тепла в голосе у Майкла. — Шесть «удовлетворительно», одно «превосходно» и… одно «отвратительно», — неуверенно ответил Майкл, чувствуя изменения в настроении деда. — Сколько?! — взревел Карлус. — Что за безобразие?! У Джеймса при всём его разгильдяйстве было три «превосходно», три «выше ожидаемого» и три «удовлетворительно» по СОВам! Майкл склонил голову и весь сжался, пытаясь казаться как можно меньше. — А у тебя сколько? — Карлус подошёл вплотную к Гарри, из-за чего ему пришлось закинуть вверх голову. — У меня нормальные оценки, — Гарри чувствовал странный дискомфорт, будто взгляд Карлуса придавливал его к полу. — Сколько? — повторил Карлус, повысив голос. Гарри осторожно взглянул на Лили; та побледнела. Гарри интуитивно чувствовал, что лучше не говорить, как-то обойти эту тему. — Мне ещё долго ждать? — казалось, Карлус успокоился. Лицо больше не искажалось от гнева, взгляд же стал насмешливым. Гарри напрягся: эти изменения в поведении Карлуса ему не понравились. — Пять «превосходно» и три «выше ожидаемого», — ответил Гарри, смотря, как на немолодом лице насмешка сменяется изумлением. — Это правда? — спросил он у Лили. Та медленно кивнула. Для Карлуса это стало ударом. — Как такое могло произойти? Даже у по… — Карлус! — впервые на памяти Гарри Дорея повысила голос. Тихий и спокойный в мгновение ока превратился в стальной, звонкий и угрожающий. Будто настоящая сущность этой старой женщины на секунду вырвалась наружу. Карлус заглянул в непроницаемые глаза своей жены. — Не смей себе больше такого позволять, — холодно произнесла Дорея. Медленным шагом она двинулась к Гарри. В комнате стояла абсолютная тишина, из-за чего был слышен шорох шлейфа её платья. Гарри смотрел на неё сузившимися глазами, в нём поднимался гнев. Он прекрасно знал, что хотел сказать Карлус. Дорея протянула к нему руку, лёгким жестом её пальцы прошлись по чёрным прядям. Это была первая полученная от неё ласка. Гарри был так поражён, что мог лишь смотреть на Дорею, но вот она отошла от него, так и не сказав ни слова. — Кхе-кхе, — прокашлялся Карлус, тем самым возвращая себе голос. — Я найму учителей для Майкла. На всё лето. — Но… — Майкла решение деда не обрадовало. — Никаких но! — воскликнул Карлус, но тут же устремил взгляд на Дорею, опасаясь оклика. Дорея никаким образом не продемонстрировала своё несогласие, вновь превращаясь в величественную, но послушную жену. — Ты должен догнать Гарри, — добавил Карлус увереннее, а затем немного приосанился. — Дедушка прав, Майкл, — поддержал отца Джеймс. — Меня тоже твои оценки не порадовали. Немножко подтянем трансфигурацию и ЗОТИ, ну и зелья, разумеется, — последнее он добавил, стоило словить грозный взгляд Лили. — А Римусу ты говорил, что оценки не так уж важны, — пробурчал Майкл, расстроенный до слёз и обиженный на взрослых. — Что ты сказал? Неудивительно, что Римус так быстро ушёл. Как ты мог сказать такое при ребёнке? Ты что, не понимаешь: он же каждое твоё слово ловит! — вспылила Лили. — Пойдём обедать. Хватит на сегодня споров, — прервала Дорея начинавшуюся перепалку. — Позже обсудим и летние занятия, и слова Джеймса. Скоро Рождество, а вы готовы разругаться друг с другом. Гарри прикрыл глаза. Будто для этой семьи ссоры в новинку. Каждый раз, собравшись, они умудряются найти повод повздорить. Разница лишь в видах ссор. Громкая, с вызовом на дуэль, как у Джеймса и Карлуса. Тихая, с тонкими оскорблениями за чаем, как у Лили и Дореи. «Нужно было остаться дома», — пронеслось в голове, когда он сделал шаг в направлении столовой.

***

Утро двадцать пятого декабря наступило довольно быстро. Разлепив глаза, Гарри зарылся носом в одеяло. Мысли лениво текли в его голове. Вчерашний вечер прошёл вполне сносно, по-семейному. Все были друг с другом милы и обходительны. Дорея даже сделала маме несколько комплиментов. Однако было и исключение – Майкл. Тот весь вечер бросал на Гарри мрачные, а иногда и злобные взгляды. Скорей всего, посчитал его виновником летних занятий. Гарри это казалось невероятно глупым. Он что, виноват в плохих оценках брата? Стараться нужно было лучше, а не к Хагриду бегать. Имея такие знакомства и отупеть недолго. Решив, что лежать в постели дальше бессмысленно, Гарри поднялся и начал одеваться. Его ждали рождественские подарки. Совы приносили их всю ночь, а домашние эльфы раскладывали в гостиной. Сам Гарри ещё два дня назад в Косом переулке отправился в почтовое отделение, чтобы разослать подарки друзьям. Гарри поспешил в гостиную. Там уже все собрались. Взрослые пили чай и переговаривались, Майкл сидел у прорвы разноцветных коробок и разворачивал их, срывая подарочную обёртку. Куча подарков действительно была впечатляющая, но, что удивило Гарри, так это то, что рядом сложили примерно столько же коробок, что и у Майкла. — Это твои, Гарри, — улыбнулась ему Лили. Гарри недоверчиво подошёл к подаркам. Взял первую, судя по всему, открытку, обмотанную в красную бумагу с переливающимися звёздочками. Эта была действительно открытка, от Дурслей. Маггловские родственники мамы, которые боятся магии сродни чумы. Стоит ли говорить, что навещает Гарри их нечасто? Да он даже не видел смысла дарить им ту же открытку из-за каких-то там приличий. Гарри открыл следующий подарок. Эта была книга, от Энтони. Стоило ему увидеть заглавие, как Гарри согнулся и прижал руку ко рту, чтобы не разразиться смехом на всю гостиную. Оно гласило: «Пособие по разведению драконов: от яйца до адского чудовища». Утирая выступившие слёзы, Гарри подвинул к себе следующую коробку. Это был подарок от миссис Уизли. Гарри лишь возвёл глаза к небу. Очередной вязаный свитер, на сей раз зелёного цвета. Носить он его вряд ли будет, но, может, на что-нибудь тот и сгодится. Следующий подарок тоже был от Уизли. Гарри удивлённо рассматривал открытку с нарисованными рожицами от Фреда и Джорджа. Внутри был стеклянный шарик, внутри которого клубился чёрный дым. Сжав его пару раз, он не получил никакого результата. В открытке также не было никаких пояснений. Дальше шли подарки от родителей, Майкла, Сириуса и Ремуса, а также от Дореи и Карлуса. Ничего примечательного. Книги, книги и ещё раз книги. Все в основном были посвящены более глубокому изучению школьных предметов. Улыбнувшись, Гарри притянул к себе поближе элегантно упакованный подарок. Нетрудно было догадаться от кого. Осторожно он достал из коробки воронье перо с серебряным стержнем. Перо было самозаправляющееся. — Какое красивое, — Гарри вздрогнул, резко обернувшись к стоящей за его спиной Лили. — От кого оно? — От друга, — лучше умолчать о том, что перо подарил ему Драко Малфой. Проблем потом не оберёшься. Протянув перо, он улыбнулся маме: — Хочешь посмотреть поближе? — Вау! — раздался восторженный крик Майкла. Лили и Гарри тут же повернулись к нему. Тот сжимал в руках метлу. — Это же Нимбус-2000! — Майкл вскочил с колен и начал бегать по гостиной, держа над головой новую метлу. — Милый, от кого она? — удивилась Лили, подойдя к нему. — От Сириуса и Римуса! Широко улыбаясь, Майкл подбежал к Джеймсу и стал демонстрировать ему метлу. Лили поджала губы, зная маму, она была обеспокоена дороговизной подарка. Впрочем, это был не первый раз, когда Римус и Сириус дарили такие дорогие подарки Майклу. Гарри отвернулся от брата. Что-то неприятное царапнуло сердце. Дело было не в метле, он не любил квиддич. Но вот стоимость этой метлы задевала Гарри. Ему вообще когда-нибудь дарили что-то действительно дорогое? Зависть медленно оплетала его своими едкими лозами. Он – неродной ребёнок Поттеров, понятно, что на нём экономят. Поджав губы, он взял последний подарок. Мрачные мысли тут же были вытеснены кучей вопросов, стоило ему увидеть имя отправителя. Невилл Лонгботтом. Внутри оказались конфеты «Берти Боттс». Гарри задумался. Он не был особо близок с Невиллом. Ему даже в голову не пришло отправить тому подарок. Распаковав коробку, он взял одну конфетку и закинул в рот. Она оказалась со вкусом лимона. Собрав все свои подарки, он поднялся с пола и пошёл в комнату. Нужно уложить их в чемодан. Его ухода толком никто не заметил. Лили и Джеймс были увлечены спором из-за метлы, а Карлус и Майкл стояли в стороне, наблюдая за ними. Лишь Дорея скользнула по нему мимолётным взглядом. Гарри управился довольно быстро. Не зная куда себя деть до обеда, он решил направиться в библиотеку и провести там оставшееся время. Неспешно он прохаживался меж стеллажей, рассматривая старые книги. Иногда какое-то название пробуждало в нём любопытство. Тогда он доставал книгу, листал её, а потом возвращал обратно, на полку. Именно так он и наткнулся на книгу с довольно непримечательным названием: «Известные артефакты волшебного мира». Усмехнувшись, он начал её листать. Ему пришла в голову идея поискать здесь ту зажигалку, которую они видели на третьем этаже Хогвартса. Содержание мало чем ему помогло, название артефакта он не знал. Неожиданно его взгляд зацепился за красиво выведенные буквы, складывающиеся в два слова. «Распределяющая шляпа». Как он мог про неё забыть? Он же хотел разузнать о ней побольше. Быстро листая страницы, он нашёл нужную и быстро пробежал глазами по строчкам: «Принадлежала Гриффиндору… Распределяет студентов по качествам… Умеет говорить, а также общаться мысленно… Обладает легиллименцией!». Тут Гарри остановился и стал внимательно вчитываться. Выходило, что шляпа просматривала воспоминания и именно с помощью них судила, к какому факультету ученик подходит больше всего. Впрочем, шляпу можно было уговорить отправить на нужный факультет. Получается, что шляпа видела детские воспоминания Гарри. Именно из них она узнала его имя. Генри. Но почему именно имя? Если бы она только назвала фамилию! А знала ли она фамилию? В любом случае, если он доберётся до неё, то сможет попросить рассказать ему о тех детских воспоминаниях, которые не помнит. Взгляд Гарри снова устремился к строчкам и резко остановился на одном из предложений. Не сдержав эмоций, Гарри со всей силы бросил книгу на пол. Прислонившись к стеллажу спиной, он прикрыл слезящиеся глаза. «Шляпа просматривает воспоминания лишь однажды, во время церемонии. Благодаря наложенному на неё древнему заклинанию она не может разглашать то, что увидела». И что ему теперь делать? До обеда оставалось меньше получаса, нужно переодеться во что-нибудь нарядное. Гарри с раздражением поднял книгу и вернул её на место, даже не разогнув помятые листы. Сейчас ему казалось, что он ненавидит весь мир. Оставалось надеяться, что к тридцать первому декабря это пройдёт. Не хотелось бы портить настроение друзьям на министерском балу.