Манипулятор

      Предрассветная холодная лиловая дымка слегка коснулась неба. Кто-то сейчас безмятежно спал, кто-то плакал, кто-то проклинал, кто-то любил, кто-то ждал смерти, однако Том Марволо Риддл в этот туманный час был занят наименее подходящим для этого времени занятием: он размышлял, строил планы, и увлеченно что-то записывал в небольшой, темной книге, похожей на дневник.       Прошло лишь несколько часов с того момента, как он узрел то жуткое видение, став невольным, а главное незамеченным свидетелем возрождения Лорда Волдеморта. Том не сомневался, что мальчишке Поттеру пришел конец, даже этому везунчику на этот раз не выкрутиться из такой передряги. Тонкие, длинные пальцы касались лица Поттера, его, Тома пальцы. Не сказать, чтобы Риддл очень горевал по безвременной и мучительной кончине Гарри, в том, что она не будет легкой, он не сомневался, но возвращению его, более старшего собрата, он радовался еще меньше. На миг Том представил тощего мальчишку в окружении опытных темных волшебников и взрослой копии его самого. Оригиналом его назвать язык не поворачивался, Том считал, что именно он является подлинным Риддлом, а тот, что возродился вчера — лишь его осколок. Ведь именно Том первая отколовшаяся часть души, которую не затронули дальнейшие изменения, а в том, что они были, он не сомневался. Крестражи магия темная и малоизученная, но он отлично помнил, как хотел создать семь крестражей, и наверняка ему удалось. Разделение души на семь частей не могло не затронуть психику и разум волшебника. Он не имел представления, каким человеком возродился старший Волдеморт, возможно, что он даже не способен на эмоции и чувства, даже отрицательные, такие как гнев и ярость. Не то чтобы Том был высокого мнения о чувствах и эмоциях, но они были неотъемлемой частью личности.       Тишину комнаты нарушал лишь треск огня в камине, да скрип пера, которым записывал Том. Перед ним сейчас стояла сложная задача, кто-то другой бы посчитал её невыполнимой, но не он. Риддл собирался вытащить Гриндевальда из тюрьмы. В том, что это необходимо сомнений не возникало. Геллерт очень много знал и Том не хотел, чтобы Волдеморт добрался до него, так же Гриндевальд мог многое рассказать и про другого врага — Альбуса Дамблдора. У Тома сейчас было слишком много врагов, и такой сильный соратник, как Гриндевальд ему бы не помешал, но полностью ему доверять, конечно же, тоже нельзя.       Том уже давно понял, как вытащить Геллерта из тюрьмы. Это как раз самое простое, сложность представляет другое, как его спрятать, замаскировать. Если Гриндевальд сбежит, на ноги поднимут всех авроров, перероют все, каждого его бывшего соратника найдут и разберут по косточкам, если это им поможет в поисках. Охраняют они его слабо, потому что он уже старик, и они не считают, что он может сбежать, да и куда. Но стоит ему исчезнуть и начнется большой переполох. С этим Тому и предстояло разобраться. Во-первых: надо изменить память всем тюремщикам, и тому старику, бывшему соратнику Гриндевальда, что показал, как проникнуть в Нурменгард. Во-вторых: нужно замаскировать Геллерта. И это как раз самое сложное. Можно было бы использовать старое доброе оборотное зелье, но у него слишком много минусов. Его действие недолго, стоит пропустить прием зелья, по каким либо причинам и вот Геллерт Гриндевальд собственной персоной стоит посреди оживленной улицы, или того хуже среди авроров или в министерстве магии. Так что оборотное зелье, как вариант, Том отбросил сразу. Еще в таких случаях пользуются чарами, меняющими внешность, но для них это тоже совершенно не подходит. Опытному волшебнику не составит труда обнаружить эти чары, и так же легко снять их, и вот снова тот же итог — Геллерт в своем истинном обличии окружен аврорами.       Нет, здесь требовалось нечто долговечное, необратимое, гениальное. Том после того видения задержался в тюрьме на пару часов. И они с Геллертом обсуждали эту проблему, и конечно два таких гения смогли найти решение этой непростой задачи. Теперь Риддл не сомневался в способностях Гриндевальда, тот действительно по праву носил звание самого страшного и темного волшебника, до появления Волдеморта, само собой. Том много читал о нем, и сделал вывод из прочитанного, что его боялись больше Гриндевальда, хотя сам Риддл не мог понять почему. Геллерт держал в страхе всю Европу, тогда как Волдеморт не смог покорить даже Британию.       А гениальный план Тома и Геллерта был в том, чтобы вернуть последнему молодость. В этом решении был ряд неоспоримых преимуществ, все будут искать старика и никто не заподозрит, что молодой мужчина и есть Гриндевальд. Тех, кто видел его молодым можно по пальцам одной руки пересчитать, а другой плюс в том, что Тому не придется нянчиться со стариком, Геллерт снова вернет себе былую силу и мощь, в противном случае, Риддлу было бы проще убить старика, и никакие сведения не достались бы Волдеморту, но Тому этого очень не хотелось, Геллерт просто кладезь знаний и опыта: он экспериментировал с такой магией, о которой Том даже и не догадывался. Но была еще одна причина, в которой Риддл не хотел признаться даже себе — он еще не убивал людей. Вернее он, конечно, убил Джинни, но это была необходимость, неизбежность, а грязнокровка Миртл, её смерть была случайностью, Том не знал, что она прячется в туалете, сидела бы тихо и не выглядывала, была бы сейчас уже плачущей старушкой. Удивительно, при её жизни Том не знал, как её зовут, только после смерти она обрела в его сознании имя. Таким образом, смертельным заклятием Том еще не пользовался, хоть и отлично знал его.       Риддл резко поднялся и закрыл свою записную книжку. Том слегка улыбнулся. Все-таки не зря он считал себя гением, он уже почти все просчитал и продумал, осталось лишь приобрести нужные компоненты. Этим он займется утром. Юноша потянулся и посмотрел в окно, на улице уже светало. Ему осталось не так много времени на сон, и он решил воспользоваться тем, что осталось, и отправился спать.

****

      Том стоял в начале темной маленькой грязной улочки. Аллея Бошафт, аналог лондонского Лютного переулка. Круг покупателей здесь был точно такой же. Жуткие ведьмы, темные волшебники, воры и прочие отбросы. Возможно, Том был самым молодым из тех, кто решил посетить это место сегодняшним утром. По пути сюда он успел заскочить к старому приятелю Гриндевальда и подчистить тому память, да блок поставить, если кто попытается их восстановить старик умрет, либо сойдет с ума и придется этого пьяницу содержать в магической больнице на средства добропорядочных волшебников.       Риддл брезгливо морщась, и стараясь ни кого, ни касаться, продвигался дальше по улочке. Он уже точно знал, какая лавка ему нужна, где он сможет отыскать все необходимые для ритуала ингредиенты. Изучив работы Геспер Старки, эта, безусловно, талантливая волшебница и зельевар исследовала влияние фаз луны на изготовление зелий, Том пришел к выводу, что новолуние для этого обряда самое подходящее время. И оно будет уже через несколько дней. До этого времени необходимо все подготовить и перепроверить, рисковать нельзя, результат может быть совершенно непредсказуемым, если что-то пойдет не так. От банальной смерти Геллерта до его превращения в вампира.       Заметив грязный мрачный магазинчик, Том целенаправленно пошел к нему, но тут ему дорогу перегородила, какая-то неопрятная ведьма с всклокоченными черными волосами, одетая в перепачканную, латаную, черную мантию, хотя кто знает, возможно, лет так сто назад эта мантия еще не была черной. Том с отвращением посмотрел на замарашку. И хотел было уже молча обойти её, когда она схватила его за руку.       — Какой красавчик, постой-ка, — сказала нахалка, неожиданно низким голосом.       Том, брезгливо поморщившись, попытался высвободить свою руку, но не тут-то было, хватка у нее была цепкая, тогда Риддл посмотрел на нее своим фирменным испепеляющим взглядом, но и это, к его удивлению, не подействовало.       — Чего тебе? — грубо спросил он.       — Подари мне несколько прядей своих волос, красавчик, — жутко улыбаясь, ответила женщина.       Том от такой наглости сначала даже не нашелся что ответить, лишь смотрел на ведьму с возмущением.       — Если что я могу и заплатить, — продолжила замарашка, не дождавшись ответа.       — Не нужны мне твои деньги, — Том с неприязнью смотрел на приставучую ведьму. — Иди куда шла.       — Ну что тебе стоит? Всего лишь пара прядей, — не унималась она.       — Мужа своего оборотным зельем поить собралась?       Ведьма в ответ лишь мерзко ухмыльнулась, отчего Тому стало совсем уж гадко, он снова предпринял попытку отцепить её пальцы и на этот раз у него получилось.       — А может еще, что похуже задумала? — продолжил Том, доставая волшебную палочку. — Лучше бы тебе убраться отсюда подальше пока цела.       Глаза Риддла загорелись яростью, такой взгляд испугал даже эту нахалку и она попятилась. Том не глядя на нее, продолжил свой путь к магазину.       Звякнул колокольчик, когда Том вошел в темную лавку, сразу же из недр магазина вылез продавец, неопределенного возраста, высокий, худой мужчина. Его бледная кожа и белесые волосы, наталкивали на мысль, что у него в родне имелись упыри.       — Я могу чем-нибудь помочь? — спросил продавец.       — Да, мне нужно все, что есть в этом списке, — ответил ему Том, протягивая пергамент.       Мужчина аккуратно взял его и стал внимательно изучать. Когда он закончил, противная ухмылка появилась на его лице. А Риддлу-то сначала показалось, что это существо не способно на проявление эмоций, пусть даже и таких примитивных.       — Приходите завтра и все будет здесь, — сказал продавец все еще ухмыляясь.       — Мне нужно сегодня, — спокойно ответил ему Том. — Надеюсь, двух часов вам будет достаточно, и тогда я заплачу вам больше положенного.       — О, вы так щедры, двух часов вполне хватит.       Два часа спустя Том направлялся к выходу из аллеи Бошафт. Все нужные компоненты лежали на дне его сумки. Осталось только провести ритуал. На всякий случай, перед уходом, он подправил память продавцу и поставил блок, если авроры доберутся и до него, то у старого пьяницы появится сосед по палате, в клинике магических заболеваний связанных с расстройством психики.       — Эй, англичанин ты случаем не заблудился, — крикнула Тому какая-то ведьма. Он, не обращая на нее внимания, продолжил идти, размышляя о своем. Через несколько дней решится, можно ли назвать Риддла гением или бездарем, будет ли Гриндевальд молодой и живой, либо мертвый.

****

      —Халло, Геллерт, — поздоровался Том, входя в камеру.       — Привет, Том, — ответил ему Гриндевальд.       Сегодня было новолуние, пришло время для провидения ритуала.       — Ты готов? — спросил Том, внимательно разглядывая Геллерта, тот был сегодня особо весел.       — Конечно, насколько это, возможно, быть готовым к такому, — сказал Геллерт,- покажи мне свои расчеты Том.       — Не доверяешь мне? — слегка улыбнувшись, спросил Риддл.       — Доверяю, конечно, но себе больше.       — Смотри, — Том протянул Геллерту черную записную книжку.       Гриндевальд мягко взял её, открыл и стал изучать написанное, чем дальше он читал, тем шире становилась его улыбка.       — Знаешь, я не часто это говорю, но Том, ты просто гений, — воскликнул Геллерт когда закончил читать. — Что ты взял за основу?       — Ритуал леди Кармиллы, она двести лет сохраняла свою молодость, и обряд восстановления физического тела из крестража, — деловито ответил Том.       — Гениально, это просто гениально, — продолжал бормотать Геллерт, — но тебе понадобиться кровь невинного юноши, а здесь я её не наблюдаю, — Гриндевальд указал на сумку с ингредиентами, в которой уже успел порыться.       — И как ты узнал о крови? В моих записях этого нет, — слегка улыбнувшись, спросил Риддл, он не ошибся, выбрав в соратники этого волшебника.       — Ну, я тоже не дурак, Том, — ответил ему старик. — Так, где кровь, не вижу с тобой ни какого юнца, или ты оставил его на месте провидения ритуала?       — Ни какого юнца нет, я использую свою, крови нужно не много, так что в обморок я не упаду, и спокойно смогу продолжить ритуал, — спокойно сказал Риддл.       Геллерт слегка удивленно посмотрел на него, но в ответ лишь пожал плечами.       — Пойдем? — Том широко улыбнулся. — Попрощайся со своей камерой.       Они вышли из комнаты, прикрыв за собой дверь. По пути они никого не встретили: Том уже всех обезвредил, когда пришел сюда, заодно стерев им память, похоже, что местное отделение магических душевных расстройств ожидает пополнение. Если Том пробудет в стране еще какое-то время, то им придется расширять штат сотрудников.       Когда они, наконец, выбрались из тюрьмы, Геллерт глубоко вдохнул влажный ночной воздух, и со слезами на глазах посмотрел на ночное небо. Том отлично понимал, что сейчас чувствует Гриндевальд. Сам Риддл пятьдесят лет был пленником дневника, он знал, как ужасна неволя, у Геллерта хотя бы все это время было тело, у Тома был лишь разум.       Риддл поднял один из валявшихся здесь камней и направил на него волшебную палочку.       — Портус, — прошептал он, и камень озарился синим свечением.       Геллерт дотронулся до него рукой и …       Пару мгновений спустя они стояли в темном лесу, это место Том выбрал вчера, оно отлично подходило для того, что они собирались сделать. Лес находился далеко, от каких-либо населенных пунктов, да и кто полезет безлунной ночью в такую чащу. Тут как минимум могут водиться волки. Охранные и скрывающие заклинания Риддл не накладывал, неизвестно, как это отразиться на конечном результате.       Пройдя чуть дальше, они вышли на не большую поляну, в новолуние здесь было действительно очень темно и жутко. Очертания большого котла проступили в свете палочки Тома. Геллерт отошел в сторону, чтобы не мешать ему. Риддл взмахнул палочкой, и алые огоньки загорелись по всему периметру поляны, теперь стало отчетливо видно большой котел, который слегка блестел в красном свете, неподалеку от него стоял небольшой стол. Том раскладывал на нем ингредиенты. Затем он, взяв свою палочку, стал рисовать руны на котле и вокруг него.       — Поможешь мне с зельем? — спросил Том, закончив с рунами. — Нам надо успеть до того, как начнет светать. Заранее это все приготовить было тоже нельзя, нужно проделать все в новолуние.       Геллерт с готовностью кивнул, подойдя к нему. И они принялись за работу, это был весьма кропотливый труд, не должно быть ни малейшей ошибки. И если бы помощником Риддла был не Гриндевальд, а кто-то другой, то он предпочел бы сделать все сам, но Геллерту Том доверял. Тем более от этого зависела его жизнь, и не в его интересах делать ошибки.       Примерно два часа спустя в котле бурлила и переливалась жидкость. По цвету, она напоминала радужные разводы в грязной луже.       — Раздевайся, и лезь в котел, — спокойно сказал Том. — Не бойся она только с виду горячая, бурлит она не из-за того что кипит.       — Я знаю это Том, — усмехнувшись, ответил Гриндевальд.       Геллерт послушно выполнил все, что сказал Том. Юноша несколько раз изящно взмахнул палочкой, и стал говорить на языке, похожим на валийский, при этом он обошел несколько раз вокруг котла. Зловещий красный свет отражался в его темных глазах. Сейчас он, как никогда, был похож на могущественного темного волшебника. Алым блеснуло лезвие вынутого Томом ножа, полоснув себе по ладони, он вытянул руку над котлом, и кровь тонкой струйкой потекла вниз. Зелье приобрело ярко красный оттенок. Медленно Том попятился назад, широко расставив руки. Кровь все еще сочилась из ладони, но юношу это не заботило. Он продолжал свое заклинание, теперь уже осталось совсем не долго. Последний раз, взмахнув палочкой, Том стал ждать.       Но его ожидание продлилось не долго. Тишину леса нарушил душераздирающий крик. Он принадлежал Геллерту. Том предполагал, что трансформация будет болезненной, еще когда начал создавать этот обряд. Но что такое боль в сравнении с возможностями, которые она открывает. Вскоре крики затихли. Какое-то время стояла тишина, нарушаемая только шелестом листвы, да ровным биением сердца Риддла. Он был спокоен и уверен, что все идет, так как и должно.       Сначала над котлом показалась рука и ухватилась за его край. Потом уже человек встал во весь рост. Том стоял и улыбался ему. Из котла вылез худой мужчина с золотистыми волосами, лет тридцати, лицо его выглядело изможденным, темные круги под глазами, бледная кожа: все это говорило о том, что он давно не видел солнца, не гулял, согреваясь в его лучах.       — Ну не младенец, уже радует, — усмехнувшись, сказал Том. — Все-таки я и правда гений.       Геллерт медленно поднес свою руку к глазам и разглядывал её.       — Есть ли у тебя зеркало?       Том трансфигурировал зеркало и лежащего здесь камня, и протянул его Гриндевальду. Он осторожно взял его, подошел ближе к одному из красных огней, и всмотрелся в свое отражение, удивление и восхищение застыло на его лице, когда он снова посмотрел на Тома.       — Ты сотворил чудо Том, — прохрипел Геллерт.       — Наслаждайся, — мягко улыбнувшись, ответил Риддл. — Но никогда не забывай, кто это сделал. И оденься, пожалуйста, нам пора, успеешь еще налюбоваться собой.       — Не забуду, — очаровательно улыбнулся Геллерт.