Тебе нельзя меня любить

      Все школьники разошлись по классам. Идут уроки. Коридоры совсем опустели — Стриклинд всех разогнал. Мы с Биффом на носочках проскочили мимо него. Он как раз стоял в главном зале и разглядывал доску почёта. Всё это время Бифф держал меня за руку, чтобы я не сорвалась. Это было приятно, но с другой стороны — необычно. Когда я рядом с этим парнем, меня не покидает чувство, что это всё неправильно. Что я грешу.       На улице нас ждала машина Биффа. Форд без крыши. Я никогда не разбиралась в автомобилях — не моё это. Парень, не открывая дверь, запрыгнул в кабину и завёл машину. Я сделала так же. Но неудачно стукнулась ступнёй о дверцу и чуть не упала. Бифф засмеялся, но удержался от комментариев. Он только помог закинуть мою ногу в салон, так как та висела на дверях.       Мы доехали до дома парня за полчаса. Всю дорогу мы молчали, но иногда я поглядывала на него. Он выглядел нереально сексуальным, когда водил машину. Даже мат, который он опрокидывал на неумелых водил, казался чем-то особенным. Блин, это просто ужасно. Дом Биффа был очень красивым. Аккуратный домик из белого кирпича, с небольшой клумбой и садом сбоку. Сразу видно, что Бифф живёт не один — сам бы он такую красоту не сделал. Парень заехал в гараж и вытащил ключ. Машина заглохла. Я вышла первой и слишком сильно грохнула дверью. Это от волнения. Первый раз я приехала домой к парню. Так тут и бабушка его живёт. Бифф только собрался что-то мне сказать, как тут же заткнулся. Парни не любят, когда девушки стучат дверью, ведь так? Мы вышли в коридор, и дальше я следовала за парнем. Внутри дом был весь в зелёных тонах, довольно светлый. Очень громко работал телевизор. Я прислушалась и услышала телевикторину. Бифф резко распахнул дверь справа и расслабленной походкой завалился на кухню. Я несмело прошла следом и увидела худенькую старушку, которая сгорбилась над плитой и медленно мешала что-то деревянной ложкой. Пахло похлёбкой.       — Ба! — воскликнул Бифф и подскочил к старушке, протягивая к ней руки. — Врач же сказал — вставать по минимуму! В холодильнике уже есть суп на обед, пока я в школе.       — Ты его пересолил, — спокойно ответила бабушка, не отрываясь от кастрюли на плите. — А я голодна. Что мне оставалось? Я его вылила в унитаз. Отвратительно.       Парень пропустил её едкие слова мимо ушей и, схватил старушку за плечи, усадил на диван. Бабушка посмотрела на меня, расширила глаза и схватилась за волосы.       — Матерь Божья! — Бифф подскочил на месте, но молча продолжил мешать бабушкин суп. — Девушка? Наконец-то! Думала правнуков и не дождусь!       — Ба, мне только восемнадцать — какие правнуки? — грубо кинул парень и выключил плиту. Он поставил кастрюлю на пробковую подставку и снял крышку. — Лиза … это Лиза. Садись за стол уже.       — Бифф, я, как бы, ненадолго. Только комикс забрать.       — Ай, не расстраивай старушку! — бабушка махнула рукой и пронзительно рассмеялась. Да, она казалась настойчивой леди. Я под её давлением подошла ближе к столу и присела. — Ну, давай, рассказывай о себе.       — Что?.. — промямлила я и начала нервно теребить ладони под столом. Впервые оказываюсь в такой ситуации. Будто с тёщей встретилась. Старушка въедливо поглощала меня взглядом, рассматривая каждую часть моего тела и лица. Мне же приходилось просто одним взглядом просить Биффа помочь мне. Но он никак не был заинтересован в нашем с его бабушкой диалоге. — Меня зовут Лиза … Мне семнадцать, я учусь в школе …       — Это понятно! — хохотнула старушка. — Кстати, называй меня Гертруда! Я бабушка этого олуха. Ей-богу, Бифф, если мне опять директор Стриклинд позвонит — я не знаю, что сделаю с тобой! Представь себе! С одноклассниками дерётся! Будь я помладше — врезала бы хорошенько. Тоже мне, мужик.       Гертруда не на шутку разозлилась, хотя этого ничего не предвещало. Несладко же Биффу живётся. Кстати, во время бабушкиного монолога, он сидел молча. Что странно. Обычно он злится, если ему кривое слово сказать. Но парень молчал, поедая суп ложкой, прямо из кастрюли. Когда старушка немного успокоилась, она снова начала расспрашивать обо мне. Я даже не знала, что ей сказать. Врать о себе? Можно же запутаться и вроде мудрая старушка что-то заподозрит. И Бифф тоже не идиот. Но стоило мне сказать, что я племянница Эммета Брауна, Гертруда начала болтать без умолку.       — Эммет Браун? Господи, я помню его ещё со школы! Не думала, что у него есть родственники. Он же не женился. Может, гей? Ты учишься с Биффом?       — Нет, я приехала на коротенькие каникулы. Я в другом городе учусь.       — А как же вы с Биффом встречаться будете? Письма писать? Или ты часто приезжаешь? Бифф, может, тебе стоит по воскресеньям к Лизе уезжать. Всё равно в церковь ходить оказываешься.       Парень оторвался от супа, и посмотрел на меня. Я опустила взгляд, так как мне стало стыдно. Я же совсем скоро улетаю. В будущее.       — Мы позже разберёмся с этим.       Около часа я просто отвечала на вопросы Гертруды. Она расспрашивала о родителях, докторе Брауне, школе, оценках. Бифф молча слушал, но когда старушка спросила, сколько мы встречаемся, он перебил меня (я хотела сказать, что мы вообще не в отношениях) и заставил бабушку ужинать. Та сразу же забыла обо всём и с увлечением начала кушать. Я переглянулась с Биффом и одними губами сказала «комикс». Парень цокнул языком, подошёл к окну и отодвинул шторы. Уже стемнело. Осенью ночь приходит так рано. Я мигом зыркнула на часы, что висели на стене — семь вечера. Марти будет волноваться. Хотя … после сегодняшнего — в задницу Марти. Бифф согласно кивнул:       — Лизе уже нужно уходить.       — Как так? Она же только пришла! Оставайся на ночь, Элизабет. Поспишь в комнате моего покойного мужа. Я хочу ещё немного поболтать с тобой. Знаешь, с Биффом особо не поболтаешь. Либо с друзьями убегает, либо молчит, как немой. Я женщина в возрасте, ему скучно со мной …       — Ба! — прикрикнул Бифф, раздражённо закатывая глаза. — Как ты можешь такое предлагать? Что будет, если кто-то узнает?       — Ну, — смутилась Гертруда, — просто подольше поговорим? Отвезёшь её домой на машине. Я Эммету позвоню, предупрежу, что будет поздно. Оставайся, оставайся.       Бифф снова собрался отнекиваться, но я радушно улыбнулась (насколько это возможно) и присела рядом со старой леди. Она чрезвычайно обрадовалась моему согласию и ещё час вела долгий диалог со мной. Но я перевела тему почти сначала и только расспрашивала о ней самой, её покойном муже. Под конец, она начала рассказывать о тяжелых временах войны. Быстро часы простучали девять вечера. После этого Гертруда сама погнала меня домой.       — Беги уже. И запомни: Бифф тот ещё дурак, но очень хороший по натуре.       — Ба, всё. Мы пойдём, возьмём комикс, и я отвезу Лизу домой. Попрощайтесь быстро. Я буду ждать на втором этаже, — Бифф сразу ушёл.       Гертруда в последний раз поцеловала мою щёку и начала мыть посуду. Я хотела помочь ей, но бабушка прогнала меня. «Молодая ещё, чтобы за меня что-то делать. Да и я не такая старая». Я согласилась и попрощалась. В коридоре нашла ступеньки и поднялась на второй этаж. Там было много комнат — не сразу можно понять, где именно комната героя моей драмы. «Бифф?», — негромко позвала я и прошлась мимо всех дверей. Из одной из комнат послышался ответ парня: «За коричневой дверью», — устало молвил он. Как-то интуитивно я пошла на его голос.       Комната Биффа была очень маленькой, в тёмных тонах. Судя по общему дизайну, парень увлекался бейсболом и рок-н-роллом. На стенах висели плакаты с командой нашего города, рок-идолы и рок-группы. Я, как поклонник этого жанра, заворожено начала рассматривать каждый плакат, каждую статуэтку и картину.       — Нравится? — спросил Бифф и грохнулся на свою кровать. — Я несколько лет собираю это добро.       — Да. Там, где я живу — такого эксклюзива не найти. Я и мой брат — ужасные поклонники рок-музыки.       — Я единственный, кому нравится рок-музыка в этом доме. И, похоже, во всём городе. Чего только стоит Чак Берри, — Бифф вскочил на ноги и начал играть на воображаемой гитаре. — Или Литтл Ричард!       Тут же начал играть на воображаемом пианино, но более агрессивно, чем это должно быть. Я упала на стул, что стоял за письменным столом и рассмеялась. Выглядело так, будто Бифф отчаянно пытался меня насмешить (как это иногда делал Томми). Но это выглядело почему-то смешнее, чем у моего знакомого хлюпика.       — И всё равно, что только афро-американцы его слушают. Я чувствую музыку в своих жилах.       — Элвис Пресли?       — Такое себе. Белокожий рок-н-рольщик? Смешно. Я его не признаю. Голос и манера исполнения не то, что мне бы хотелось слушать. Ну, на любителя.       Я хохотнула, но сразу же опомнилась. Я пришла сюда не шутки принимать и не с Биффом флиртовать.       — Мне нужен комикс, Бифф. И пора уходить. Отвезёшь меня домой?       Парень резко остановился играть на «инструментах» и медленно прошёлся к письменному столу. Из тумбочки он достал кучу листочков, которые, предположительно, и были комиксом моего отца. Бифф полистал его и насмешливо приподнял уголок губ.       — Я прочитал этот комикс. Кстати, неплохой. У МакФлая талант. Не будь он таким придурком — мог бы чего-то добиться. Ты, случайно, не влюблена в него?       — В МакФлая? С чего бы? — возмутилась я и скрестила руки на груди. Разве были причины так думать?       — Соглашаешься придти ко мне домой, чтобы забрать его тупой комикс. Пошла на такие жертвы? — Изогнул бровь.       — Я не жертва тут, — промямлила я. — Пришла по своей воле.       Бифф немного подождал с ответом, но, внезапно, со словами «иди сюда», протянул руки ко мне. Попятился назад и сел на кровать, не опуская рук. Я не знала, что мне делать. Очень хотелось накинуться на него, броситься в объятия. Но нужно контролировать себя. Чтобы потом не было больно. Хотя … уже и так больно. На секунду пришла мысль, что нужно наслаждаться моментом. Любить, пока есть кого любить. Но, вспомнив, что в этом времени мне не место и люди мне никто — я потеребила ладони и проигнорировала просьбу Биффа. Парень присмотрелся ко мне и снова повторил «иди ко мне». Чтобы не расстраивать его, я мелкими шажками подошла и присела рядом. Хотя Бифф намекал, чтобы я села ему на колени. Он тяжело вздохнул и повалил меня на спину. Я негромко взвизгнула (чтобы, не дай Бог, бабушка не услышала). Парень навис сверху и всмотрелся в мои глаза. Я очень хотела отвести их или просто закрыть, но его яркие голубые глаза околдовали меня. Я просто не могла остановиться. Бифф не моргал, глубоко и медленно дышал. Его тяжёлое тело придавило меня к постели, и я совсем не могла пошевелиться или изогнуться и убежать.       — Какое платье наденешь на вечеринку?       — Не говори так, будто ничего не происходит. Ты лежишь на мне, заметил?        — Заметил, — засмеялся Бифф. — И мне даже нравится.       Меня так зацепила эта его беззаботность. Пришло то самое тёплое чувство, которое приходит с отношениями, что только начались. Мне, как обычной девушке, хотелось просто обняться, сказать «ты мне нравишься». Возможно, остаться на ночь. Раз бабушка разрешила. Но я не могу. Мне нельзя. От переизбытка эмоций я почувствовала, что лицо краснеет, а глаза неприятно щиплют. Бифф невесомо чмокнул меня в губы и, не увидев сопротивления, начал расцеловывать всё лицо. Щёки, лоб, подбородок. Мне так хотелось ответить ему, но не могла я. Не могла. Из-за безысходности я начисто расплакалась. Слёзы капнули на виски, и попали в уши. Что за неприятно чувство — плакать лёжа. Бифф застыл.       — Тебе не нравится? — медленно произнёс он.       — Мне … да, нравится. Просто … — я задумалась. Что бы соврать? — Просто неудачные отношения в прошлом отбили желание влюбляться снова.       — Влюбляйся, — рассмеялся парень. — Всё окей будет.       Я бы прямо сейчас рассказала ему всю правду. Только открыла рот, как из первого этажа закричала старушка:       — Лиза! К тебе пришли!       Я вздрогнула и с силой толкнула Биффа. Он перевернулся на спину и позволил мне встать на ноги. Я подбежала к двери, но напоследок обернулась и посмотрела на Биффа. Он, в свою очередь, разглядывал меня. Хотелось крикнуть ему признание в любви, сердце разрывалось от чувств.       — Увидимся, — коротко кинула я и быстро выбежала из комнаты. На первом этаже, вместе с Гертрудой стоял Марти. Он казался расслабленным рядом с ней. Когда мы будем наедине — брат просто убьёт меня. Ему же не нравится моя связь с Биффом, которая вышла из-под контроля. «До свидания, Гертруда», — быстро выкрикнула я, когда услышала, что спускается Бифф и выбежала из дома. Марти за мной.       Он не был зол, как я думала прежде. Молчал всю дорогу, не решаясь молвить хоть слово. В такой неловкой тишине мы подошли к дому Дока. Но под конец, я всё же выпалила, о чём жалела все эти дни.       — Марти … я люблю Биффа.