Игра с __ жизнью

- Вы волнуетесь? - осторожно спросила Чисаи свою хозяйку, стараясь не смотреть ей в глаза. Вопрос был слишком личным, чтобы прислуга задавала его. Но она не смогла сдержаться. Хайканэ продолжала улыбаться своему ребёнку. Малышка всматривалась в лицо своей матери, засыпая. Эти моменты молодая мать ценила особенно сильно, надеясь, что её девочка видит её лицо в своих снах, а поэтому ничего не боится. - Повода нет, - почти что отмахнулась Акаши, борясь с желанием погладить ребёнка в детской кроватке ещё раз. - Курьер привёз письмо, - успокоившись, поведала горничная. Такая холодная непробиваемость хозяйки всегда действовала положительно на разгорячённые чувства женщины. После них появлялась прежняя смелость, сомнения отступали. Эти отношения между прислугой и господами всегда были однобокой темой для Чисаи. Она до сих пор не верила, что с ней могут обращаться так, принимая её за человека мыслящего, с чувствами и идеями. Ей было порой страшно от мысли, что она что-то спутала, приняв благородство своей хозяйки за что-то более близкое. Но каждый раз убеждалась, что здесь было место не только благородству, но и доверию. - Какая пустая трата времени и денег, - вздохнула молодая мать. Ей совсем не хотелось думать на эту тему сейчас. На её глазах засыпал такой прелестный ребёнок, зачем портить этот момент лишними мыслями и размышлениями? - Хотя чего считать мне чужие богатства? Будто мне есть дело до них. - Принести чаю, Акаши-доно? - Чисаи мягко взглянула на крохотное личико маленькой наследницы многомиллиардного бизнеса семейства Акаши. А если не Акаши, значит Икари, потому что у госпожи нет братьев и сестёр. В любом случае, у неё всего всегда будет в достатке. Главное, чтобы выросла похожей на свою маму. Это было бы чудесно. Но судьбы такой всё равно не пожелаешь. Хозяйка никогда не плакала, но всегда страдала. Много и долго, чтобы дождаться этого момента, когда она просто будет стоять рядом с кроваткой своей дочери и смотреть как та мирно спит. - Ромашковый. С кусочками персика, - она широко улыбнулась. - Спи, Айюми. Мама посидит с тобой, - отреагировала Хайканэ на то, что девочка открыла глазки, чтобы проверить, рядом ли её мамочка. Что же беспокоит это дитя? Почему не спит она? *** Две женщины сидели за небольшим круглым столиком из золочёного дерева. Совсем недавно Хайканэ нашла его в чулане. Ручная работа. Красивый, но очень старый. Решилась ошкурить его и покрыть снова каким-то странным лаком на основе масла неизвестного дерева. Пришлось повозиться, но Сейджуро прекрасно справился со своей девочкой, которая просыпалась и плакала из-за того, что не видела лица мамы. А мама мягко передвигалась на коленках по целлофану и выкрашивала в новый цвет изящные ножки милого европейского столика какого-то там века. Ему было смешно, сам хотел принять участие, но не вышло. Айюми не хотела отпускать ещё и папу от себя. Совсем ручная девочка. Женщины тихо разговаривали и пили душистый чай насыщенного жёлтого цвета. За окном было светло, и воздух был чист. Его наполняли запахи чего-то влажного. Небо обещало дождь, бросая дымчатый грозовой платок на облака. Было тихо, очень тихо и свежо. Хайканэ тихо смеялась и чувствовала, как легко было у неё на сердце сегодня. Будто время перестало бешено бежать вперёд, давая им понять, что теперь можно никуда не торопиться. Наконец, никто не гонится и не подгоняет. Можно просто посмотреть в его глаза и наслаждаться этим моментом столько, сколько угодно. - Теперь ты в порядке, да? - спросила она своего мужа, оставшись с ним наедине. *** - Он подвёл сам себя, - проговорил Сейджуро, делая маленький глоток. Персик. Сюда явно добавили персик. Хорошее сочетание. И когда они перестали пить зелёный чай с цветами? Совсем не заметил. Опять время очень быстро пролетело. Так хочется его остановить. Хоть на чуть-чуть. - А что с ней? - Думал, ты и не спросишь, - его голос был приятно спокойным. Как всегда. Но слышалась в нём какая-то лёгкость и освобождённость. Простое облегчение. - Отчего же? - Хайканэ подпёрла голову рукой, предварительно откидывая волосы назад. Они тугими полосами упали на её спину, золотясь на свету. Ему очень нравилось гладить их и наматывать на пальцы. Тугие и гладкие, словно шёлк. - Ты ни разу не спросила о ней... сколько я тебя знаю, - после небольшой паузы добавил отец маленькой части семейства Акаши. Почему запнулся? Ему казалось, что он очень хорошо знает свою жену. И в то же время думал, что она навсегда останется для него загадкой. Манящая и прекрасная. - Меня она мало волновала, - призналась женщина тихо. - И сейчас думаю скорее не о ней. О её ребёнке. Просто рефлекс. Я же тоже мать, - вывела логическую цепочку своих рассуждений Хэйканэ. - После анализа она отказалась от ребёнка, - Сейджуро посмотрел в чашку и подумал о том, что после этой фразы во рту словно что-то неприятное осталось. Он заметил, как брови его любимой жены слегка поползли вверх. Она явно разделала его чувства. - Через несколько дней мальчика забрал его настоящий отец. Какой-то... не помню, - слукавил мужчина. Не хотел тревожить её воспоминания об этом человеке. Тем более, что его жена утверждала, что не знает такового. Зачем им тени каких-то людей в их личной жизни? У него сейчас есть прекрасная возможность выкинуть всех с этого поля, оставшись наедине со своим союзником. Теперь уже навсегда. - Странно, что ты что-то забыл, - она отвела взгляд, понимая, что ему просто не хочется говорить о ком-то. Зачем сказала это? Просто очень благодарна. Ведь ей тоже очень хотелось просто остаться с ним. - Я рада, что ребёнка не отдали в сиротский приют. - Отец дал своё разрешение на наше возвращение в семейный особняк, - Сейджуро потерял последние капли желания, допивать свой чай. Его губы хотели ощутить совсем другой вкус сейчас. И руки требовали иного тепла и мягкости. - Значит, навестим его когда-нибудь, - Хайканэ неопределённо махнула рукой, поглаживая его ладонь пальцами. - Ага, когда-нибудь обязательно, - он внимательно посмотрел на свою жену, сжимая резко её ладонь. Теперь пора получить всё то, чего ему сейчас хотелось. *** - Айюми-сан? Где вы? - звала Чисаи. - Хватит играть. Акаши-доно уже дома! Хм, куда она делась? Пачо? Э? - вырвался неожиданный некрасивый звук из её рта. И у кого набралась? Парень прятался у широко кресла накрывшись толстым клетчатым пледом. Он лукаво подмигнул своей тётушке и приложил палец к губами, прося таким образом не выдавать его. Затем указал на картонную коробку. - О..., - горничная еле подавила звуки возмущения в себе. Как ему пришло в голову запихивать маленького ребёнка в коробку? Конечно, игры в прятки — это то самое, когда надо прятаться. Шкаф она бы ещё поняла. Но коробку! Это же не котёнок какой-то там? - Хм, где же наша Аюйми-сан? - пришлось подыгрывать маленькой проказнице и грозить Пачо кулаком, чтобы он готовился к выволочке сегодня. А будет сопротивляться, она возьмёт сковородку. Чисаи топала вокруг коробки подобно слону, как будто пыталась проломить пол. Кто-то выкуривал крыс из дома, а она «вытаптывала» девочку из картонного укрытия. - Может Айюми-сан прячется за диваном? - таким образом горничная давала понять, что коробка осталась позади неё и можно выскакивать, чтобы всех дико напугать. Так оно и вышло. Идеальнее момента просто не придумаешь. С диким ором маленькая проказница просто выпульнулась из картона, отдирая его часть. Чисаи на самом деле испугалась, поэтому её крик получился очень натуральным. Даже Пачо показалось, что то ли грабителя его тётушка в окне увидела, то ли взрыв. А может, что и похуже. Мужика какого-нибудь без труселей. Тогда бы сковородкой вооружился уже бы смелый и красивый племянник главной горничной. Герой просто. В итоге служанка плюхнулась на диван и с огромными глазами принялась восстанавливать дыхание. Айюми тоже испугалась, но быстро взяла себя в руки, понимая, что является причиной такого вот состояния любимой Чисаи. Девочка поспешила подобраться к горничной и обнять её коленки, чтобы никто на неё не сердился. А то ещё маме расскажут всё, а там будет по попе много чего. А если папе... Ой, лучше он пусть ничего не знает. Так миру будет спокойнее. - Чии. Ты так напугалась. Не пугайся так больше, Чии. А то я тоже боюсь, - два огромных красно-коричневых глаза слезливо смотрели на бледную Чисаи. И как можно её начинать ругать за что-либо? Это же сама невинность в душу сейчас смотрит. - Чии? - Я в порядке, - выдавила из себя служанка, непослушной рукой поправляя ушки на костюме девочки. - Чии, а ты отведёшь меня к маме? - начались привычные вопросы. Да, с родителями малышка стала видеться реже. Жаль, что обстоятельства так складываются. А ведь ей так хочется быть с мамой и папой. Странно, родители тоже бы хотели видеть свою дочь чаще. - За этим я и пришла. Где вы успели так вымазаться? - женщина только сейчас рассмотрела, что ребёнок больше похож на порося, хотя был в костюме персикового кролика. Кролепарась. Что-то в этом роде. - Пачо? - Чии, не ругай Чо, - Айюми упрямо произносила его имя на свой манер. И никакие уговоры и угрозы не заставили её изменить выбранному пути. То ли от мамы это, то ли от папы. А может и от обоих. Гремучая смесь характеров родителей. - Я сама взяла помидор. - Прямо сами? - не верила женщина, всматриваясь в глаза маленькой шкоднице. Малышка гордо кивнула, подчёркивая свою самостоятельность. Ведь так ей сказали? Теперь у неё больше свободного времени, почти что взрослая жизнь. Хайканэ была против таких сравнений, а Айюми плакала и ругала своё новое свободное время, желая быть рядом с мамой. Если взросление такое, с болью и обидой, то зачем оно? Почему мама должна быть далеко? Почему ей надо быть всегда с папой? Почему они не могут взять её с собой? Она же взрослеет! - И как же вы его сами взяли? - слово «сами» было произнесено особенно чётко и ясно, чтобы Кролепарась думал, что все ему дико верят. - Мне Сазумико дала, - рассказывала девочка чистую правду, потому что в этой семье что-то другое было неприемлемо даже в шутку. - А Сазумико его как получила? - Чисаи знала, что любимая всеми дурочка, которая уже давно не была дурочкой, не работала на кухне. Поэтому и помидора у неё быть не могло. - Чо стащил и дал Сазумико, - правда лилась словно из рога изобилия. - У них период ухаживания. Чисаи чуть не подавилась воздухом. Но тут же вернулась в прежнее спокойное состояние. Айюми ещё слишком маленькая, чтобы знать что-то о каких-то там периодах ухаживаний. А вот Пачо надо дать сковородкой по голове за такие откровения перед маленьким ребёнком! - Пачо? Сколько раз говорить, чтобы ты не кормил Айюми-сан до ужина? Как потом объяснять Акаши-доно, что Айюми-сан не ест, потому что уже наелась всякой-всячины, а не по той причине, что у неё что-то со здоровьем неладно? - негодование вылилось большой волной на голову племянника. - Да ладно, Чии, - протянул Пачо всё ещё находясь под пледом у кресла. Был похож на пони-переростка покрытым попоной для красоты. Кажется, что ему теперь было немного страшно покидать своё убежище. Тут кто-то про периоды ухаживания проболтался. Нет, с Кролепарасём в разведку никак нельзя. - Айюми-сан, вы же мне обещали, что съедите на ужин всё? - Дя! - кролик весело тряхнул ушками. - Я дала слово Акаши! - это прозвучало почти что гордо. У кого она это подслушала, оставалось загадкой. Ни её отец, ни мать подобного не изрекали. - Вот и проверим, как оно работает, слово это волшебное, - Чисаи вытирала перепачканное личико маленькой наследницы. - Пачо, ты хоть бы в порядок привёл ребёнка! Что ты будешь делать, когда у тебя свои появятся? - Зачем Чо свои дети? - тут же отреагировала Айюми на интересные разговоры взрослых. - У него есть я! - А как же ваши родители? - нашлась горничная. Но тут же пожелела о том, что завела эту тему. Правда, было уже поздно. - Мама же согласилась на котёнка, - круглые глазища задрожали огромными бликами. Что-то странное кольнуло в груди. «Мама». Это слово иногда заставляло грустить. - Чо он тоже нравится, - перевела девочка тему, пытаясь отделаться от этот чувства внутри. Она же сейчас её увидит. Совсем скоро. Надо только быть хорошей девочкой. И тогда мама и папа будут её любить, будут чаще проводить с ней время. - А если у Пачо будут свои дети, то вы сможете играть все вместе. И может даже Пачо разрешит каждому своему ребёнку завести котёнка. Тогда вы будете одной дружной... - Толпой! И мы будем играть в зоопарк! - мысль работала продуктивно. - Чо? - Что, Айюми-сан? - парень всё же вылез из-под пледа. Там становилось слишком жарко. И ноги как-то затекли. - Иди и заведи себе детей! - грозный Кролепарась отдал приказ. - А я пошла к маме, - мол, приду и проверю. - Чии, - девочка потянула женщину за красивый белоснежный передник. - А папа дома? - с неописуемой надеждой спросила девочка. - В детской, - горничная сдержанно улыбнулась. Почему-то вспомнила о том, как её хозяйка сидела прошлой ночью рядом с постелью дочери и просто смотрела на неё. Они задержались и не успели на ужин домой. Хайканэ знала, что Айюми плакала из-за этого. Но самым главным оставалось то, что Айюми не знала, что мама тоже плакала по этой причине. - Ммм, это у него часы приёма Цару? - вопреки желанию бежать изо всех сил к папе, она осталась на месте, подставляя своё личико. Нельзя было идти грязной к папе. К нему точно нельзя. Айюми робко ждала, пока Чисаи отряхнёт передник, возьмёт её за руку и поведёт за собой. Ей очень хотелось, чтобы время шло быстрее. Но оно размерено ползло в неизвестном всем направлении. - Хм, что-то в этом роде, - объяснять что-либо горничная уже не хотела. Она глазами приказала Пачо подняться из позы коня и пойти за ними. - Айюми-сан, вам необходимо переодеться. - Но костюмы кроликов в стирке! - Оденетесь принцессой. - Хочу быть кроликом, - непробиваемость характера не была наделена робостью и застенчивостью. - Можно быть принцессой кроликов. Акаши-доно дала мне одну из своих заколок для волос. Как раз для принцессы в самый раз, - Чисаи ставила перед собой почти что выполнимую задачу. Придётся выпрашивать у хозяйки украшения. Не может же она позволить явиться на ужин наследнице в костюме какого-то зайца перемазанного помидорами. Кролепарася хозяин не потерпит. Там всем будет жутко плохо за такое. - Заколку? Ту с бусинками? - Почти, - женщина ещё не знала, какую именно ей дадут. К счастью, получила какую-то там с бусинками. Акаши-доно была в курсе, что нравилось её дочери. Но туфли пока что не отдавала на растерзание любительнице быть кроликом и всякими разными животными. Как хорошо, что они все сейчас здесь, в Осю, а не там, где дети с пелёнок ходят в строгих костюмах и не знают, что такое детство. Только жаль, что что-то всё же добирается до них и разлучает детей с их родителями. - Тогда я согласна. А ты, Чо, иди и заведи детей! - Кролепарась повелевал снова. - Чии, - протянул парень жалобно, но с претензией. - Ну зачем ты ей сказала? Она же теперь никогда не забудет. - Правильно, пусть напоминает тебе почаще. А то уже лоб выше меня, а ни жены, ни детей нет, - отрезала его тётушка. - Вот стоило тебе выйти замуж, как заладила. Дети, дети. Все плодятся вокруг и размножаются. Аки кролики, - Пачо прикусил язык. Мало того, что период ухаживаний ляпнул сегодня. Теперь ещё и про размножение. Ну всё, новым шишкам на голове и попе быть. - Чо? А ты пони или кролик? - Айюми сразу вспомнила о том, что парень заверял сегодня, что он пони. Сильный, рабочий пони. - Пони, - уверенно подтвердил он, разминая ноги. - Поэтому дети у меня будут нескоро. Вот так планы Чисаи рушились. Но она знала, что ещё что-нибудь придумает. Главное, что мысль донесена до Айюми, а она уже в покое этого болвана не оставит.