I'll Try To Fix You.

POV Кайла

    Каждый день одно и то же.     Те же люди, те же разговоры, те же уроки, тот же деревенский городок, те же проблемы и тот же придурок, которого я был вынужден терпеть всю свою жизнь. Вы, верно, подумали, что я на данный момент уже привык к этому, ха? Неверно. Неправильно. Вы глубоко ошибаетесь.     Мой будильник громко затрещал, раздаваясь по всей комнате и оповещая меня, что пора вставать, одеваться, умываться, завтракать, одновременно поддерживая светскую беседу со своей матерью, идти в школу и терпеть нападки со стороны того самого толстого кретина. Я нажал на кнопку «Повтор» и натянул одеяло повыше, полностью прикрывая свои мерзкие объемные рыжие волосы, небрежно раскиданные по подушке.    Это, в действительности, моё любимое время суток. Минуты до того, как ты окончательно проснёшься и встретишься лицом к лицу с новым днём, новыми шутками о евреях, главным объектом которых является моя уродливая мать, и вновь увидишь этого нетерпимого придурка прямо в лицо. Моя голова была надёжно спрятана под грудой подушек, занимавших довольно-таки много места на моей небольшой кровати. Это было чистое блаженство, умиротворённость, и мне было нестерпимо жаль, что это не может длиться целую вечность. Но, увы, я понимаю, что всему хорошему когда-нибудь приходит конец.     Спустя две минуты, не более, я уже мог отчётливо слышать вопли собственного отца о том, что мне давно пора вставать и идти в школу. Что я совсем отбился от рук, раз позволил себе провести в постели лишние две минуты. Уж кто бы говорил! Он не имеет ни малейшего понятия о том, какого это — быть мной. Учиться и работать над собой, дабы иметь оценки лучше, чем у кого-либо из моего класса. Конечно, не благодаря вечному нытью моей матери: «Учись, шельмец! Учись, и, может быть, ты не закончишь так же, как твой ничтожный дядя Ларри.» Да, будто бы мне не плевать.     Но не имеет значения, как сильно моему телу сейчас хотелось ещё хоть мгновение понежиться в тёплой кровати. Я, так или иначе, взял над ним контроль и вынудил своё сознание приготовиться к очередному ужасному деньку в Средней Школе Южного Парка, в которой все типичные ученики взяли моду везде и всюду следовать стадами, принимать ванные процедуры в общей душевой и не быть самими собой... Ну, что за идиоты? Если бы мне пришлось описать Среднюю Школу на словах, я бы, скорее всего, сказал: «Средняя Школа, существительное, темница для подростков возраста 13-14 лет, разделяющая нас на различные категории, в зависимости от трудоспособности.» Вот Средняя Школа в полной своей красе.     Я направился в ванную комнату, дабы умыть лицо. Возвратившись обратно в спальню, я громко хлопнул дверью ( «Не хлопай дверью, шельмец», — проорала моя мать ), окончательно разделся и бросил на кровать пару синих джинсов, белую футболку, мою оранжевую куртку и старую зелёную шапку, полностью скрывающую мой рыжий бардак на голове. Я схватил свой школьный рюкзак, раскрывая его и проверяя, все ли мне нужные школьные принадлежности на месте, закинул его на правое плечо. Вышел из комнаты и сошёл вниз по лестнице в школу, так тихо, как только умел. Хотите — верьте, хотите — нет, но я могу это сделать и без гневных воспитательных речей своей матери.     — Кайл, — достиг моих ушей суровый требовательный голос, как только я преодолел последнюю ступень. Чёрт.     — Да, мама, — ответил я, поворачиваясь к ней лицом и стоя около входа на кухню.     — Ты сделал всё своё домашнее задание прошлой ночью? — точно то же, что было в течение всего прошло года или около того. Моя мать тщательно контролирует выполнение всего моего домашнего задания и учёбы каждый день, как только я возвращаюсь со школы. Проверка уровня выполненности домашнего задания — это лишь первая стадия.     — Да, мама, — вновь повторил я, стараясь скрыть раздражение в голосе. Это повторяется каждый день…     — Тогда дай мне взглянуть, Кайл, — это вторая стадия — осмотр. Я опустил свой рюкзак на пол, расстегнул молнию и протянул маме готовое домашнее задание. Она бегло его осмотрела своим расчётливым взглядом. Спустя минуту или две она с треском захлопнула книгу и протянула её обратно мне. Выражение её лица выражало абсолютное «ничего».     — Что ж… мам? – опасливо задал вопрос я, не зная, чего ожидать от подобной реакции. Она на самом деле выглядела устрашающе в подобные моменты. — Я сделал всё удовлетворительно?     Мама повернулась ко мне спиной и произнесла безразличным и, определённо, решительным голосом:     — Со школы иди прямо домой, нигде не задерживаясь ни на секунду, Кайл. Тебе нужно учиться.     С таким вот настроем я покинул свой дом, ощущая себя загнанным в угол, опустошённым и напуганным.

***

    — Не будь таким тупым, жиртрест!     — Я точно знаю это, придурок!     — Картман, ты — мешок с дерьмом!     — Нет, ты, Кенни. Ведь это то, что ты ел на ужин прошлым вечером. Твоя тупая семейка настолько бедная, что не может позволить себе купить никакой нормальной еды, потому это единственное, что вы можете себе позволить!     — Да пошёл ты, жиробасина чёртова!     — Хэй, парни, — я сказал это самым подавленным голосом, на который был способен, как только добрался до привычной всем автобусной остановки, где Стэн, Кенни и та самая сволочь обычно стояли, каждый день, в ожидании школьного автобуса. — О чём вы так, парни, оживлённо спорите?     Стэн и Кенни обменялись взволнованными взглядами. Картман же, с другой стороны, выглядел так, будто с минуты на минуту в Южный Парк нагрянет Рождество. Отчего же этот придурок такой счастливый? Неужели его шлюховатая мамаша перестала спать с каждым парнем, попавшим хоть раз под её меткий взгляд?     — О, — сказал Картман до жути елейным голосом.     — Я скажу тебе, Кайл, — в его глазах вспыхнула подозрительно бурная радость и счастье. Я действительно его ненавижу. — Когда придёт время.     — Просто скажи мне, садистская тварь! — гневно прокричал в ответ ему я. Взамен он лишь ещё шире ухмыльнулся.     — Я так не думаю, Кайл, — сказал он, а улыбка его стала ещё более широкая и мерзкая… Это зло в чистом виде, его счастливая улыбка… Господи! — Ты узнаешь своевременно.     Ладно, сейчас он действительно окончательно вывел из себя. Но я не собираюсь доставлять ему такой радости и удовольствия, пусть хоть удавится.      — Стоп. Почему я вообще спрашиваю об этом у тебя? — вслух задаю вопрос я, указывая на этого садиста. — Я ведь могу просто спросить у Стэна или Кенни!     Стэн и Кенни неловко потоптались на месте, как только имена обоих были озвучены в нашей перепалке.     — Стэн? — я вопросительно посмотрел на своего лучшего друга. Его тёмные, слово воронье крыло, волосы были растрёпаны, как обычно. Он не обратил взор своих голубых глаз на меня. — О чём вы, ребята, тут спорили?     Но Стэн не проронил ни словечка.     Что за чертовщина творится с этим парнем? Он даже не может сказать своему лучшему другу о том, что здесь происходит.     — Кенни? — золотые волосы Кенни, привычным беспорядком укрывающие всю его голову, сейчас ярко блестели от согревающих лучей солнца. Он неуверенно посмотрел на меня и сказал:     — Эм-м… А-а-а… Я-я, кажется, забыл кое-что дома, — после он развернулся и медленной походкой направился в сторону своего дома.     — Увидимся в школе, парни, — и он ускорил свой шаг до тех пор, пока совсем не исчез из поля зрения.     — Хоть кто-нибудь, чёрт возьми, скажет мне, что здесь происходит! — громко прикрикнул я на тех двоих человек, что остались на автобусной остановке со мной.     Стэн неловко отвёл взгляд в сторону. Картман лишь улыбался, зловеще улыбался.     Моя ненависть росла к нему в огромной прогрессии со скоростью света.

***

    День был, как я и предсказывал ранее, абсолютно ужасным. Нет, даже хуже, чем ужасным. Абсолютно чертовски дерьмовым. Не только Стэн и Кенни игнорировали меня на протяжении всего этого, как мне казалось, длинного дня. Этот кусок дерьма, не дающий мне спокойно жить, продолжал настойчиво улыбаться мне на протяжении всё того же дня. И даже тогда, когда мы с ним столкнулись, он гаденько произнёс:     — Ты узнаешь всё вполне скоро, Кайл. Ты узнаешь всё вполне скоро.

***

    «Он был со мной. Этот мерзавец еврей был рядом именно тогда, когда я так хотел его. Мальчишка, он, должно быть, такой сладкий. Я дождаться не могу момента, когда увижу выражение его лица… Ощущение, когда я буду слизывать сладострастные слёзы с его лица. Прекрасно.»

***

    Я медленно шёл домой, чувствуя жуткую злость и усталость.    Стэн так ни разу за весь день со мной и не заговорил, и я так больше и не видел Кенни в школе.     В воздухе начал витать мелкий снег, когда я шёл вниз по улице. Не сдержавшись, я громко чертыхнулся от досады. Я скоро всунул свои руки в карманы куртки, дабы сохранить хоть долю тепла. Я нуждался в этом — в тепле. Я глубоко сомневаюсь, что смогу найти его, как только отворю входную дверь своего дома.     Я всё же добрался до двери и положил свою руку на ручку. Повернул её, и в то же мгновение всё моё тело окутал леденящий душу холод.     — Кайл! — выкрикнула моя мать, как только я зашёл в дом. — Просто объясни, где ты был всё это время, шалопай?! Ты опоздал на полчаса.     Я тяжело вздохнул. Тупой жиртрест вновь сводил меня с ума на уроке английского, а Мистер Гаррисон взамен уделил мне излишек внимания после.     — Я настоял на том, чтобы остаться в школе и закончить своё задание, — я нагло врал, надеясь, что моя мать клюнет на эту ложь.     — Ты же знаешь, мам. Я хотел сделать полностью всё своё домашнее задание, — моя мать в данный момент выглядела подозрительно странно. Я просто физически ощущал её взгляд, блуждающий по моему телу в поисках какого-либо изъяна, что выдал бы меня с потрохами.     — Ладно, — сказала она. — Просто иди наверх и начинай учиться.     Я, не теряя ни секунды своего времени, направился выполнять её указания. Я в два счёта преодолел все ступени и залетел в комнату. Я ведь точно знаю, что она в любой момент может заглянуть в мою комнату, дабы убедиться, что я за учёбой. Так что я достал все нужные мне сейчас учебники и положил их на свой стол. Только я успел сесть на стул и раскрыть книжки, как мой сотовый телефон звучно завибрировал. Я взял его в руки и принялся вчитываться в то, что высветилось на экране:     1 Входящее сообщение:     Стэн     Погодите секундочку. Стэн написал мне сообщение? Он вновь решил со мной заговорить? Почему? Моё сердце бешено колотилось о грудную клетку, грозясь разбить рёбра в щепки. Я нажал на центральную кнопку для того, чтобы открыть сообщение. На экране засветились четыре слова:     «Нам срочно нужно поговорить.»     Каждый день одно и то же. Но этот день – исключение.