Скажи "Amen" за женщину

Капли дождя тарабанили по глиняной крыше хижины. Конечно же, воде было не тягаться с глиной, но это только пока – тысяча капель, попавших в одну точку, заставят стену изменить свой рельеф. Другое дело – стекло. Сколько бы вода не била по стеклу, оно останется таким, каким и было вначале… «Бл*ть, какого хрена я сижу тут размышляю о материях?!» - мрачно подумал Хидан, рассматривая микроскопические пылинки грязи, которые застыли между стеклом и оконной рамой. В этой хижине ужасно воняло какой-то затхлостью, было слишком жарко и темно, и мужчине до ужаса хотелось выйти прямо под дождь. Где угодно лучше, чем тут. «Посланец Джашина-самы скоро будет тут», - успокоил себя Мацураси и, подавив последний порыв выскочить под ливень, заставил себя сесть и откинуться на спинку какого-то захудалого кресла. Белоснежная молния перечеркнула небо, и грянул гром. «Мать ее, такими темпами этой избушке придет пи*дец!» - заволновался Акацуки и поспешил к выходу. Но, стоило ему открыть дверь, как тут же пришлось запереть ее, так как за дверью оказался какой-то стремный силуэт в непонятном черном плаще. Пепельноволосый отскочил к дальней стене и встал наизготовку, но ожидания его не оправдались. Незнакомец вошел в дом и первым делом вытащил из-под плаща правую руку. Вся она была расписана символами Джашина. - Познай боль, - прошептал незнакомец. - … и познаешь жизнь, - с улыбкой закончил Хидан. Они одновременно поклонились друг другу, после чего мужчина молча протянул Мацураси свиток. Малиновые глаза заблестели – в таких свитках жрецы Джашина-самы обычно передавали новую волю их бога. «Джашин-сама повелевает нам, он видит нас!» - благоговейно подумал Хидан и рывком распахнул свиток. Спустя двадцать секунд чтения, оцепенения и немого шока, и свиток был благополучно выпущен из одеревеневших рук. - Это еще что за ху*ня?.. – прохрипел пепельноволосый, уставившись под капюшон мужчины, где, по идее, должны были находиться глаза. - Такова воля Джашина-самы, и да будет исполнена воля его, - безапелляционно ответил курьер. - Но… но тут же написано про бабу… - пораженно возразил Хидан, поднимая злосчастное веление бога. – Ни в одной заповеди Джашина-самы никогда не было сказано про баб. Только было что-то про длинные волосы… но я думал, что это касается и мужиков… - прошептал он, вспоминая длинные патлы ненавистного придурка Дейдары. - На сей раз воля Джашина-самы такова. Или ты хочешь пойти против Его воли? – с едва уловимой угрозой в голосе поинтересовался собеседник. Хидан неуверенно хмыкнул: - Да ты не перегибай, приятель. Если Джашин-сама считает, что мне обязательно нужно бабу, то так тому и быть, - примирительно протянул он, уже начиная с тоской думать о том, какие проблемы повлечет за собой присутствие подоле него лица женского пола. - Не забудь, брат, что женщина должна быть сильна волей, - наставлял Хидана незнакомец, пропустив панибратское «приятель» мимо ушей. - Да-да, понял, сильная-красивая, бла-бла-бла... – закатил глаза Мацураси, показывая, что срать он хотел на всякие назидания. Джашин-сама не оставит своего верного последователя в трудный час и направит на верный путь. Снова сверкнула молния, и от сильного грома глиняная избушка сложилась, как карточный домик. Но никого, кто мог бы оценить по достоинству победу стихии над рукотворным, поблизости уже не было… * * * - Бля, Джашин-сама, это большая подстава! – возмущенно пожаловался ниндзя-отступник синему небу. Небо не ответило, но Хидану показалось, что облака на мгновение сложились в кандзи «любовь». Сплюнув, мужчина показал облакам средний палец и зашел в лес. «Ничего, Джашин–сама просто проверяет нас. Я уверен, что скоро жрецы принесут весть, что всех женщин, которых забрали Его последователи, нужно принести в жертву!» - кровожадно усмехнулся нукенин и начал представлять, как медленно и больно он будет убивать эту белобрысую сучку, за которой он сейчас и отправился. Немного поразмыслив ранее, Мацураси заключил, что лучшей партией для него станет эта девка из команды, которая когда-то одолела их с Какудзу. Хидан вспомнил, что обещал кару Джашина тому оленьему ублюдку, который подорвал его тело и засыпал его камнями. «На этот раз ты действительно хорошо рассудил, Хидан! – мысленно похвалил себя Акацуки. – Во-первых, это будет славным уроком для Нара Шикамару, который всерьез думал, что стадо оленей сможет удержать меня под каким-то обвалом. Во-вторых, эта Ино – ирьёнин, так что она сможет латать других членов Акацуки, когда это понадобится. В-третьих, у нее охеренно длинные волосы, так что блондинка подходит сразу по двум пунктам.» Ветки деревьев монотонно мелькали перед глазами, и, как это часто бывало, на Хидана нахлынула неожиданная серьезность. - А если так подумать… - начал он вслух, не заботясь о том, что его могут услышать, - то Джашин-сама никогда без причины не добавлял новых заповедей. Должно же быть этому хоть какое-то объяснение? И еще… как я буду убеждать Лидера, что мне позарез необходима баба? Он срать хотел на Джашина-саму и мою религию, безбожник херов! – разъярился Мацураси. Однако мужчина быстро понял, что нет причины орать на весь лес, как придурочный. Это и так шиза, что он говорит сам с собой. - Ладно, похер на Лидера. Мы все равно в убежище собираемся только по экстренным случаям. А то, что происходит в моем доме, не касается ни Лидера, ни нахер кого-то еще. Секреты организации я не выдам. Говорить же с этой бабой необязательно, да? – с надеждой спросил он сам себя, но в ответ была лишь тишина. «Ай, да ну и на*уй!» - решил Хидан и прибавил скорости. До Конохи было еще два с лишним дня… * * * Два дня и восемь часов спустя. Ранний вечер, Конохагакуре, главная площадь. Праздник Денеб. Ино Яманака. - Ино-тян, гляди, что я выиграл! Это тебе, сестричка! – пропищали где-то рядом. Ино наклонила голову – перед ней стоял ее маленький племянник – Мамору. Сейчас он, улыбаясь во весь рот, презентовал девушке крохотный контейнер с золотой рыбкой. Яманака улыбнулась и потрепала малыша по русой макушке. - Это уже третья за сегодняшний вечер, - заметила она, аккуратно укладывая подарок в бумажный пакет. Помимо трех рыбок, там находились разнообразные сладости, деревянный гребень-заколка в форме мотылька, новая юката и маска тануки. Мамору также запихнул туда свой набор пластмассовых сюрикенов и целую стопку мгновенных фото, которых они с Ино наделали в специальной кабинке. Блондинка с обреченным вздохом осмотрела далеко не дешевые приобретения, а потом подняла глаза на место, где еще пару секунд назад стоял улыбающийся до ушей племянник. Но, разумеется, там никого не оказалось. - Какая прекрасная девушка. Не позволите угостить вас данго? – раздался за спиной голос. Сумерки, Конохагакуре, главная площадь. Праздник Денеб. Шикамару Нара. - Ксо, я хочу спать! – раздраженно заявил новоявленный джоннин, но ответа не получил – единственный, к кому был обращен этот крик души, сейчас с удовольствием поглощал свежеприготовленную свинину. Шикамару вздохнул – глубоко, виртуозно, очень по-наровски – и присел рядом с лучшим другом. - Можно и мне чуть-чуть? – тихо спросил он, решив, что лучший выход сейчас – не портить Чоджи праздник и хотя бы попытаться насладиться царящим вокруг весельем. - Конечно! – улыбнулся Акимичи, и на продолговатое блюдце Шикамару шлепнулись пара полосок обжаренного в соусе мяса, небольшая горка мелко нарезанных овощей и маленькая соленая булочка. Даже не одобряя привычку друга постоянно перекусывать, Нара не мог не признать, что в этой области Чоджи заслужил не то, что ранг джоннина – он бы даже потянул на Каге или Саннина. Единственного и легендарного. Парень усмехнулся своим сравнениям, подумав, что и его мозг слегка задурманен всеобщим празднованием. Шиноби поднял глаза и поймал ответную улыбку бывшего сокомандника. - Вот видишь, все не так и плохо, - заметил Акимичи, окидывая взглядом толпу снующих вокруг людей. - Ты прав, друг, безусловно прав, - задумчиво согласился собеседник, накручивая на палочки тонкую полоску свинины. – Скажи, а тяжело быть другом того, кто читает тебя, как открытую книгу? - Это адский труд, Шикамару, и он под силу лишь избранным! – отшутился Чоджи, но, не дождавшись ответной реакции, уже спокойнее продолжил: - Я знаю, что с тобой что-то происходит, но лезть в душу я не собираюсь. Ты и так знаешь, что всегда можешь поделиться с нами, - под нами он, конечно, имел в виду себя и Ино. Джоннин слабо, но тепло улыбнулся: - И это ты мне говоришь, что тяжело дружить с тем, кому ты виден насквозь? Да я сам с таким дружу! – и они громко рассмеялись, привлекая внимание прохожих. Друзья молча занялись едой, но спустя некоторое время разговор продолжился: - Ты знаешь, что скоро начинается новый год в Академии, - Чоуджи кивнул, - а так, как я джоннин, то теперь мне полагается собственная команда. Дайме засыпает меня письмами о службе на страну Огня, ребенок Куренай растет, да еще и проблематичная женщина задержала свой приезд из Суны в связи с какими-то там проблемами, - вздохнул ниндзя. Чоджи хлопнул друга по плечу. - Расслабься, Шика! Даже в такой день, в этой толпе ты думаешь только о проблемах. Постарайся хотя бы сегодня настроиться позитивно, - Акимичи бросил взгляд на полное скептицизма лицо Нара, - ну, или хотя бы безмятежно. Тот снова вздохнул. - Ладно, надо действительно отпустить этот груз хоть на чуть-чуть, - пробурчал парень и, всматриваясь в скопление постоянно движущихся людей, заинтересованно указал пальцем в сторону игровых палаток, - а это не Ино там часом? И точно, это была она. На девушке было легкое синее кимоно под цвет глаз, завязанное широким поясом-лентой; на ногах – обычные гэта, без изысков. В ушах, как и всегда, посверкивали серьги, которые когда-то подарил им троим Асума-сенсей. Челка была убрана назад и заплетена, отчего Яманака выглядела слегка непривычно, но даже красивее обычного. Сейчас куноичи как раз укладывала контейнер с золотой рыбкой в свой пакет. Пока она отвлеклась, маленький мальчик, который подарил ей рыбку, уже сбежал. Но скучать девушке не пришлось – спустя буквально секунду к ней подошел какой-то симпатичный черноволосый незнакомец. Они перебросились парой фраз, после чего пошли в сторону палатки со сладостями. - Позже к ней подойдем, - пожал плечами Чоджи, и легким кивком головы собеседник одобрил такое решение. Но глаза сами собой сузились. Что-то не помнил он такого парня среди шиноби. Он был совсем незнакомым, даже для большой скрытой деревни. * * * Поздний вечер, Конохагакуре, главная площадь. Праздник Денеб. Мацураси Хидан. Гребаные людишки заполнили каждый свободный сантиметр свободного пространства на этой площади. Они были везде. - Черт бы вас всех побрал, жертвы недобитые, - процедил он сквозь зубы, когда очередная стайка неугомонных мелких уродов чуть не сбила его с ног. По привычке преступник провел рукой по волосам – но вместо обыкновенной гладкости почувствовал слегка растрепанные длинные космы. «Е*учая маскировка!» - недовольно фыркнул Мацураси, но времени возмущаться абсолютно не было. Проведя вчера в размышлениях над планом минут десять, преступник определил примерный порядок действий: проникнуть в деревню – обмануть Яманака – выкрасть Яманака – свинтить прежде, чем это заметят ее дружок-жиртрест и дружок-олень. Первый и второй пункты было довольно легко осуществить. В деревне намечался праздник, и на него, как обычно, стекалась целая куча гражданских со всех округ. Придется немного поколдовать со своей внешностью и поддельными документами, но все должно получиться. Другое дело – спереть наследницу клана Яманака. Насколько помнил нукенин, она не отличалась особыми силами, но, все-таки, она со своими товарищами была в той команде, которая одолела его и Какудзу… «Бля, вспоминать противно.» В общем, как и ожидалось, первая часть – проникновение и обман, - прошли безукоризненно. Хидан и сам поразился своим внезапно открывшимся талантам великого актера. «Зря я не послушал маму – надо было идти на театральный кружок, а не в Академию!» - хмыкнул мужчина и начал прорываться сквозь толпу, чувствуя, как настроение резко поднимается. Маленькая ладошка Яманака вот уже три минут находилась в его собственной ладони, и преступник почувствовал неведомый доселе азарт – азарт от игры, в которой ставкой будет чья-то свобода и жизнь. Жизнь, дорогая не только ее владельцу, но и многим другим. «Джашин-сама определенно не ошибся, как не ошибся и я!» - довольно улыбнулся Акацуки. Они только что преодолели этот нескончаемый поток тел и завернули на темную улочку. Людей там было гораздо меньше, и, в основном, это были парочки, любующиеся звездами. Хидан уверенно подхватил спутницу под локоть и наклонился к ее уху. - А теперь неприятный сюрприз, крошка. Во-первых, - он изменил голос обратно на свой, и Ино сдавленно вздохнула, узнавая, - я совсем не тот сказочный принц, с которым ты познакомилась час назад. - Хидан Мацураси, преступник S-класса, особо опасен, особые способности: бессмертие… - так же, шепотом яростно начала куноичи. - О великий Джашин, у вас, «хороших ниндзя», что, такой рефлекс – пересказывать нукенинам их биографии? Я знаю о себе больше, чем ты, е*аная дура, - перебил девушку Мацураси. - Что тебе нужно? Я не позволю тебе уйти. Как ты освободился из ловушки клана Нара? – зло спросила Ино, но что-то мешало ей прямо сейчас без лишних слов начать атаку. Интуиция. - Обо всем этом мы поговорим завтра. А пока… - сухие губы прикоснулись к алому от эмоций женскому ушку, - если тебе интересно, то я прикрепил взрывные печати на пару твоих знакомых. И если ты вздумаешь атаковать меня или звать на помощь, то у Джашина-самы будет сразу несколько новых жертв. - Ублюдок… - бессильно процедила Ино, понимая, что у нее связанны руки. - А сейчас ты начнешь изображать вселенское счастье, после чего мы с тобой выйдем за пределы деревни, чтобы «уединиться и полюбоваться звездами вдвоем». И не приведи тебя Джашин скорчить кислую мину или разреветься. Помни – печати активирую я. - Ты думаешь, нас выпустят? – язвительно хмыкнула ирьёнин, предпринимая последнюю попытку спастись. – Изумо и Котетсу не поверят мне или просто не позволят. - В твоих интересах сделать так, чтобы они поверили, - дыхание над ухом прекратилось, после чего на плечо блондинки легла тяжелая рука. – Улыбайся, сука, - добавил под конец Хидан и улыбнулся сам. Все оказалось легче, чем он думал. * * * - Н-ну, это самое… Мы на пять минут отлучимся, просто хотели на наше место сходить… - смущенно пролепетала девушка, а ее бледные щеки окрасил нежный румянец смущения. Ее спутник крепче прижал девушку к себе и улыбнулся охранникам. - Ино-сан, я раньше не видел тут этого парня, - подозрительно отозвался Изумо, пристально разглядывая незнакомца. - Я… Я не должна этого говорить, но… Он не отсюда, и я скрываю его от отца. Пожалуйста, не говорите ему! – как на духу выпалила Ино. Хидан внутренне зааплодировал. «Это ж надо, как на ходу сложила. Сразу видно, что она в одной команде с этим херовым гением», - с темным удовлетворением подумал он. На лицах Изумо и Котетсу сразу же отразилась тонна понимания, сочувствия и озорства. - Ладно, Ино-сан, можете идти. Но только на полчаса. Смотри, чтобы Иноичи-сан тебя не хватился! – разрешил Котетсу, и они с напарником переглянулись, искренне считая, что приняли правильное решение. Пара двинулась по широкой дороге. Разумеется, никто, кроме похитителя, не мог видеть слез, которые градом катились по алым щекам. Едва они скрылись с поля зрения любопытных привратников, как нукенин оказался за спиной у рассеянной и расстроенной куноичи. - Пришло время портить папину девочку, - хищно прошептал он и, отрубив спутницу резким ударом по точке на шее, закинул ее на плечо. «Молодец, Хидан, ты гений!»