Горько-сладкие Оковы

- Атсуши… - Юмико наконец-то заговорила, при этом останавливаясь. – Ничего не выйдет. - О чем ты, Юми? – спросил парень, не понимая, к чему клонит его возлюбленная. Он вроде бы не упоминал, что придется делать что-то невероятное. - У нас с тобой… Мы весьма разные… Я… не та девушка, которая тебе нужна. Поэтому для тебя же… - Наката так и не смогла связно объяснить причину, но её все равно перебили. - Почему? Почему ты решаешь за меня? – Мурасакибара ненавидел, когда говорили за него, особенно если это расходилось с истинным мнением. – С чего ты это взяла? Ты очень красивая, веселая, добрая. И ты мне действительно нравишься. - Знаю, – ответила Юмико, пытаясь сдерживать эмоции, но это давалось с трудом. – Но я другая. Не могу… Не заставляй меня тебе сейчас лгать, прошу. Просто отпусти. - Не хочу, – резко ответил Атсуши, после чего поцеловал девушку. – Если ты чего-то не можешь сделать сама, то просто попроси о помощи. Это не так уж и сложно. - Попросить помощи? Серьезно? – Наката посмотрела на парня, снисходительно улыбаясь. Она провела рукой по его щеке, а голубые глаза блеснули от проступающих слез. – Боже, до чего же ты невероятный… - Если серьезно так думаешь, то просто скажи, – Мурасакибара уже терял терпение от подобного поведения. Да, они и раньше ссорились по похожему поводу, но сейчас все было иначе. Теперь все серьезнее. И это немного пугало. – Просто скажи мне. Я пойму. - Ты не можешь! – сорвалась на крик Юмико и отошла назад, пытаясь справиться со слезами, что покатились с уголков глаз. – Тебе этого не понять! - Хватит! – зло прокричал Атсуши и схватил девушку за плечи, заставляя смотреть на него. – Да, я не понимаю! Но это не из-за того, что я не могу понять, а из-за того, что ты ни черта не хочешь мне говорить! Просто объясни! - Не могу! Как я могу объяснить боль, охватывающую сердце?! Как я могу объяснить чувство огорчения внутри?! Как… Как я могу объяснить эту приятную сладость от поцелуев? Эту чертову дрожь в коленях от одного твоего взгляда? Тепло, что остается от твоих прикосновений? – Наката опустила голову, закрывая лицо руками, перестав бороться и позволяя слезам спокойно выйти наружу. – Я не хочу… Не хочу… Мне это не нужно! Как ты не поймешь... – она посмотрела на Мурасакибару, спокойно делая шаг назад, вырываясь из его рук. – Из-за тебя мое сердце рвется на части… Атсуши не знал, что ответить. Не знал, что сейчас должен сделать. Он не мог пошевелиться от произнесенных слов. Юмико развернулась и убежала прочь, а Мурасакибара смотрел вслед, не понимая, почему во всем обвинили его. Ведь тут нет ни чьей вины. Ну, разве что виновата любовь… Больше её он не видел. Даже в последний день лагеря, где все находились на остановке – Сейрин не было. Атсуши никак не мог выбросить из головы их последний разговор. Парень потянулся рукой к карману джинс, где лежал телефон, но передумал. Сама так захотела. Тогда какого черта он должен ей звонить? Пусть Юмико это делает. Вот только станет ли он брать трубку? На этот вопрос Мурасакибара еще не знал ответа. Химуро всячески пытался подбодрить друга, но парень попросил не делать подобного. Это лишь больше бесило. Вероятно, поэтому Атсуши теперь большую часть времени пытался находиться с Ичиро. От вице-капитана нечасто можно было услышать слова жалости или сожаления, да и ему глубоко плевать на личную жизнь окружающих, если это не затрагивало собственных интересов. Теплый сентябрь окрасил листву в желтые цвета, наполняя город золотом. Школьники фотографировались с опавшими листьями и только расцветающими цветами. Мурасакибара смотрел в окно на небо, не замечая ничего вокруг. Мика, пытаясь приободрить, назвала Накату глупой дурой, но Атсуши тут же опроверг её слова. Для чего он это сделал – неизвестно. Больше попыток Миядзаки не предпринимала, как и братья Нисияма. На второй перемене, когда Акио решил прогуляться за напитками, в класс влетела Мика со счастливой улыбкой. Она подбежала к Ичиро и что-то прошептала на ухо. - Атсуши, подъем, - сказал Нисияма-младший, вставая со своего места. – Нам нужно прогуляться. - Я не хочу, Ичи-чин, - ответил Мурасакибара и решил открыть пачку чипсов. - Я не спрашивал - хочешь ты или нет. Живо, блять, поднялся и пошел. Ясно? – по глазам Ичиро было понятно, что на этот раз Атсуши никак от него не отделаться. Они встретили в коридоре Акио, и все вместе направились в спортзал. Химуро стоял в дверях и легко улыбался. Он сделал пару шагов к товарищам, после чего обратился к Мурасакибаре: - Атсуши, только не смей уходить. Ты меня понял? - Муро-чин, ты о че… - Ты меня понял, Атсуши? – Тацуя неотрывно смотрел в фиалковые глаза, пока не услышал: - Если это так важно, то ладно. Я не уйду. Доволен? – Атсуши отвернулся, не понимая, что происходит, и почему он должен что-то обещать. Химуро отошел в сторону, пропуская друга внутрь. Мурасакибара поплелся в спортзал, пусть уже и расхотелось туда идти. Уж лучше вернуться в класс, где его не будут трогать. Он переступил порог и осмотрел помещение, после чего замер. Аметистовые глаза предвкушающе блеснули, выдавая заинтересованность парня.

***

Тремя часами ранее. Девушка бежала по городу, наплевав на уроки и то, как родители отреагируют на звонок директрисы, которую она мягко послала и сбежала со школы. Хуже всего, что сбежала не одна. Глваное, винить её никто не станет. Это уж точно. Прохожие удивленно смотрели на школьницу, которая рисковала, перебегая дорогу в неположенных местах, или мешала спокойно идти другим людям. В голове крутились последние дни. Юмико уже сама не понимала, зачем тогда высказалась Атсуши, при этом обвинив во всех грехах. Это её проблема. Её вина. Её эгоистичное желание. Если бы кто знал, какой разнос Тошиюки устроил подруге. Окада даже переплюнул свои принципы и влепил Накате пощечину, говоря: «Ты не девушка. Просто бездушная тварь, которая плюет в душы самых дорогих людей». И вот тогда до неё дошло. Именно этого она и ждала так много времени. Юми не в обиде на Тоши, наоборот, даже благодарна. Наката забежала в ворота с табличкой «Старшая школа Сейрин» и ринулась в класс 3-В, где была пару раз. Она нагло открыла дверь и осмотрела присутствующих, проигнорировав изумленный взгляд учителя. - Рико, ты мне нужна. Сейчас! – сказала Юмико, еще задыхаясь от длительного бега. – Живо! Айдо поднялась с места, бросая извинения преподавателю, и они покинули класс, спускаясь на первый этаж. - Ты что творишь? – спросила Рико, пораженная наглостью подруги. - Исправляю свои ошибки. Где Кагами? - Кагами? А он тебе зачем? - Наката! – раздался голос Тайги, который подходил к девушкам вместе с Куроко. – Я позвонил Тацуе. А еще Аомине. - Аомине? А он тут при чем? – пыталась понять происходящее Айдо, однако ей совершенно не хотели ничего объяснять. - Девушка Аомине-куна учится в одном классе с Мурасакибарой-куном, - пояснил Тецуя, еще больше запутывая тренера. - Ты… - Да, - сказала Наката, уже зная вопрос подруги. – Мне нужно в Йосен. Аомине покажет Тоши и моим подругам дорогу. Академия Тоуо недалеко от моей школы. Еще нужен Кагами, который меня проводит. Так что остальное я оставляю на тебя, Рико. - Боже… - выдохнула девушка, после чего повернула обратно к лестнице. – Удачи вам. Юмико лишь улыбнулась и пошла следом за Тайгой и Тецуей, боясь, что план провалится из-за какой-то мелочи.

***

Наката смотрела на Мурасакибару со сцены. Она знала, что парень может уйти в любой момент. Окада стоял у стены рядом с Аомине, Кагами и Куроко к которым теперь присоединились игроки Йосена и их менеджер. Юмико кивнула своим подругам, и помещение заполнилось музыкой, которая передавала чувства девушки лучше, чем слова. Пристально гляжу на девушку в зеркале – Футболка, порванные джинсы, Я не королева красоты... Но то, какой меня видишь ты – Ты видишь мою суть, И все мои стены падают, Падают. Я красива рядом с тобой, Красива даже самая темная сторона меня... Я красива рядом с тобой, Ты даришь мне чувство, что так и должно быть. Ты рядом со мной, Покажи мне – и я поверю, что Я красива рядом с тобой. Больше всего Наката боялась, что Атсуши уйдет. Что не станет ничего слушать после всего, что она натворила. Однако парень все еще стоял. Девушка чуть прикрыла глаза и взяла себя в руки, так как голос предательски начал дрожать. Я стою сейчас перед тобой обнаженная, Стен, за которыми я могла бы спрятаться, нет. Вот она я, ты видишь все мои шрамы, Но все-таки ты здесь... Я обнажаю свою душу и не боюсь, Я не боюсь. Я красива рядом с тобой, Красива даже самая темная сторона меня... Я красива рядом с тобой, Ты даришь мне чувство, что так и должно быть. Ты рядом со мной, Покажи мне – и я поверю, что Я красива рядом с тобой. Она уже больше не могла сдерживаться и, наплевав на присутствующих, заплакала, смотря в фиалковые глаза, которые сменили скуку на удивление. Или это лишь иллюзия, которую Юмико приняла за действительность? Так долго я была сильной, Но я заблуждалась, Становишься ли ты слаб, Если нуждаешься в ком-то? Я больше не скрываю чувства И знаю, чего хочу. Я красива рядом с тобой, Я красива рядом с тобой, Тебе нужна настоящая я, Ты понимаешь меня, как никто другой, Я красива рядом с тобой. Я красива рядом с тобой, Красива даже самая темная сторона меня... Я красива рядом с тобой, Ты даришь мне чувство, что так и должно быть. Ты рядом со мной, Покажи мне – и я поверю, что Я красива рядом с тобой… Звуки музыки стихли. Наката спрыгнула со сцены и подошла к Мурасакибаре. - Прости меня, Атсуши. Я тогда и вправду считала, что так будет лучше для нас обоих. Однако я ошиблась. Ты – лучшее в моей жизни. Я не могу перестать думать о тебе и вспоминать дни, что мы провели вместе. Пожалуйста, прости меня, идиотку… Все в зале замерли в ожидании ответа. Одноклассницы Юмико сжимали в руках инструменты, молясь за подругу. Тошиюки уже смирился с тем, что сегодня вечером придется сидеть на кровати девушки и успокаивать её, выслушивая сожаления о своих поступках. Мика сжала руку Дайки, переживая за Накату, пусть и никогда не любила подобных сцен. Кагами надеялся на лучшее, а Химуро закрыл глаза в предвкушении развязки. Куроко пытался быть реалистом, при этом подумывая после позвонить Вики. Ичиро прижался грудью к спине Акио, чуть приобняв брата, и положил подбородок ему на плечо. Для Юмико эти несколько секунд показались вечностью. Она уже видела, как разворачивается, забирает гитару и уходит из школы Йосен с разбитым сердцем и усмехающейся совестью. - Я не могу простить тебя, - наконец-то произнес Атсуши, и девушка опустила голову. – Однако помнить все – скучно. Я мог бы и забыть, на что нужно обижаться, если этого больше не будет. - Никогда, - со слезами и улыбкой сказала Наката. – Никогда не будет. - Тогда, - Мурасакибара сделал шаг и чуть склонился, – иди ко мне, идиотка. Он поцеловал её, и многие выдохнули с облегчением, радуясь такому концу. Все между собой переглянулись и оставили новоиспеченную парочку наедине. Юмико наслаждалась моментом. У неё возникло ощущение, что сердце, которое она сама связала оковами, теперь может спокойно биться. И тем, кто это сделал, был Атсуши. Теперь она скованна им. Однако оковы из горьких превратились в долгожданно сладкие.