Синие паруса

- Что же в тебе не так… -пробормотал Грегори, глядя на висящую на стене каюты карту. Сегодня мальчишка в очередной раз отогнал от него мысль, когда она почти достигла его сознания, но в этот раз он решил не сдаваться так просто. – Итак, что мы имеем… несостыковки в возрасте и внешности, странности во внешности… но какие? Он попробовал записать все по пунктам, после чего набросал на скорую руку портрет Воробьишки, уселся на койку, и задумался. С момента их перемирия прошло две недели, значительно пополнившие копилку его подозрительности. Итак, что могло быть не так в мальчишке, который выглядел на пятнадцать лет, при возрасте в двенадцать лет, обладал редкостной наивностью и верой в бога, что странно, если учесть, что он вроде как несколько лет жил на судне, что обычно очень сильно способствует огрубению характера, рассказывает крайне неубедительную историю о том, почему матросы «Справедливости» зовут его не иначе, как «капитан», интересуется духовными сторонами в вопросах совокупления, нежели физическими, ведет себя порой совершенно не по мальчишечьи, имеет сходство с портретом пропавшей аристократки, и является младшим сыном губернатора Навоны, как выяснилось пару дней назад… Стоп. Грегори раскурил трубку, склонив голову на бок. Он не помнил, были ли у навонского губернатора сыновья. Кажется, он как – то встречал одного навонского матроса, который, за кружкой рома в одной из таверен Тортуги, со смехом поведал ему, что жена губернатора славилась тем, что так и не произвела на свет ни одного сына. Или он говорил как – то иначе, и сын все – таки упоминался? Но он точно говорил про трех дочерей. И если Воробьишка был самым младшим, то почему он говорил только о двух старших сестрах? И шея… что–то не так было с его шеей. Если бы он только мог понять, что именно… Изящество? Нет, это не вариант. Допустимо, что это – огрехи физиологического развития. А вот… Он нахмурился, и провел себе рукой по шее. Ответ лежал где – то на поверхности, он почти подобрался к нему вплотную, но… - Сохраняйте спокойствие, капитан. Мы захватили это судно. Грегори с интересом взглянул на ворвавшегося в каюту Палача. - Что, серьезно? Тот стушевался. Они ожидали, что капитан начнет паниковать, но… - А если подумать хорошенько? - Мы захватили это судно. – Палач начал нервничать. – Положите оружие, и выходите на палубу с поднятыми руками! Все ваши сторонники обезврежены. У вас нет… Висевшая над дверью чугунная фигура феникса, оставшаяся еще с дедовых времен, упала говорившему на голову, отправив в нокаут. Напускная расслабленность сразу же слетела. - Ну что, друг, - обратился Грегори к кораблю. - Кажется, нам предстоит веселье. Когда он вышел на палубу, веселье уже царило в самом разгаре – противники заговора освободились из своей «темницы», и теперь вовсю сражались с заговорщиками, явно не ожидавших того, что все пойдет не по их плану. Грегори хотел было кинуться в бой, но остановился, поняв, что не понимает, кто на чьей стороне. Впрочем, понимание облегчилось, когда один из этой массы кинулся на него, горя намерением отправить на тот свет. Сражение длилось около получаса, после чего заговорщики сложили оружие, и теперь ждали своей участи. Грегори не стал с ними церемониться, и просто ссадил на ближайшем острове, а так как корабли по этому маршруту фактически не ходили, то шансов на спасение у них были один к ста. - Куда теперь, капитан? – поинтересовался Джед, сбрасывая за борт трупы. – Кстати, вы знаете, что вы ранены? - Знаю ли я, что у меня прострелено плечо? Конечно знаю, болван. А курс… Тортуга, Джед. Мне срочно нужны новые люди в команду. И очень надеюсь, что правительство не пошлет за нами свои корабли именно сегодня. Боюсь, что на второе сражение меня уже не хватит. В воздухе пахло дымом. *** - Нам сели на хвост. – сообщил один из членов команды, мрачно смотря на Рональда. – Что будем делать? «Плохая девочка» уходила от преследователей, гордо раздувая паруса. Хоть и ненавидел Рональд это судно, попадаться в лапы властей ему не хотелось, так как у него были иные планы на жизнь, нежели закончить свою жизнь на виселице. Он хотел сменить судно, и, уволившись со своего поста, заняться честной торговлей, вместе с Маргери. В конце концов, она довольно мила, так почему бы не жениться на ней? Плевать, что они знакомы всего ничего. Это никогда и никого не волновало. Правда, он не был уверен, что она согласится за него выйти, но предпочитал об этом не думать. В этот раз им повезло. «Плохая девочка» смогла оторваться от погони, но попавший в неё снаряд положил конец её существованию. Выжившие барахтались в воде, судорожно хватаясь за обломки. Маргери выругалась, приводя рыжеволосого Адмирала в сознание. Через пару часов их подняло на борт проплывавшее мимо торговое судно. *** - Джед послал меня обработать тебе плечо. – сообщила Роб, заглядывая в капитанскую каюту. - Даже не думай. Я сам с этим справлюсь. – отозвался Грегори, не открывая глаз. Плечо немилосердно болело, тело сковала слабость, кровь никак не желала останавливаться, но лучше так, чем позволить мальчишке прикоснуться к себе. - Сказал он, репетируя свои похороны. – фыркнул юнга. – Переставай страдать ерундой, и не веди себя как… - Как кто? – он все – таки приоткрыл один глаз, настороженно смотря на то, как юнга деловито орудует в его каюте. - Как… мальчишка! И нету в этом ничего смешного. Что б ты знал, это совершенно не та ситуация! Если ты умрешь… - То что? - То все будет очень плохо. – сурово отчеканил мальчишка, ероша волосы с надутым видом. - Ну, тогда ладно. – настроение постепенно поползло вверх, а то, как вспыхнули щеки «лекаря», когда он снял с себя рубашку, почему – то неимоверно развеселило. - Ты похож на кота. – заметила Роб, с легкой улыбкой наблюдая за тем, как он щурит глаза, с выражением крайнего довольства на лице. – На большого, неприлично довольного кота. - Можешь считать, что я просто сошел с ума. Ну и у тебя руки умелые… то есть опытные… то есть, я хочу сказать, что у тебя богатый опыт… - сознание упорно видело во всем пошлый оттенок. – Короче, ты меня понял. - Меня Клешня научил, Царство ему Небесное. – Роб с интересом смотрела на то, как её «подопечный» стукнулся лбом о стену. – С тобой все хорошо? - Нет… все плохо… все очень и очень плохо. - Ничего, будешь как новенький. Будь у меня моя аптечка с травами, я мог бы сделать тебе облегчающий компресс, но увы. - Аптечка с травами? Роб прикусила язык. Да, ей нравилось собирать всякие травки, и делать из них мази, подобно жившей на одной из улиц Навоны аптекарши, которая часто угощала её яблоками, и могла дать совет о том, как лучше использовать тот или иной сбор, но Колокольне об этом говорить не стоило. Мальчишки ведь обычно не интересуются такими вещами. Не стоит давать ему поводов для подозрений, потому что иначе… она даже думать об этом не хотела. - Стащил у сестры как – то раз. Но она где – то потерялась, уже давно. Сделал это, чтобы позлить её. Они ведь такие вредные, эти девчонки. И не хмыкай. А то ты сам не знаешь, какие они вредные! - Просто, было немного странно услышать от тебя про чисто девчачье занятие. - Я тебе объяснил, в чем дело. От мальчишки волнами исходила паника. - Так я же и не спорю. - усмехнулся Грегори, взлохмачивая черную мальчишескую шевелюру, и мысленно давая себе подзатыльник за такой поступок. – Закончил? Вот и иди отсюда. Роб спорить не стала, потому что внутри царил полнейший раздрай и дурдом, сердце колотилось с какой – то запредельной скоростью, а лицо пылало от прилившей к нему крови. Ноги и руки повиновались ей с трудом, словно его мимолетное прикосновение забрало у неё все силы разом. На выходе она остановилась, мысленно проклиная себя за то, что собиралась сказать. - Выздоравливай, Колокольня. - Грегори. – отозвался тот, изучая глазами стену. – Меня зовут Грегори. - А… ага. – кивнула Роб, и поспешно покинула каюту, подавляя внезапное желание сделать реверанс. В воздухе резко запахло солью.