Синие паруса

Джеку Климсворту было шестьдесят три года. Это был крепкого здоровья старик, и весьма предприимчивый делец, который весьма гордился своим пороховым складом. Склад этот был единственным на Тортуге, и приносил ему весьма неплохие деньги. Но этот день изменил все. В десять вечера, он, как всегда проверив склад, и дав отмаку охранникам, удалился в таверну «Жирный тролль», где заказал себе кружку рома, весьма довольный жизнью – завтра ему предстояло заключить крайне выгодную торговую сделку, а вот потом можно будет вовсю оттянуться, и… Мощный взрыв прервал его мысли, заставив выскочить на улицу, и, громко и злобно взвыть, увидев, как его гордость, его детище, взлетело на воздух, попутно подарив огню соседним соломенным крышам, которые тут же радостно вспыхнули, заражая одна другую. Джек кинулся к складу, как раз вовремя, чтобы узреть поднимающиеся с земли фигуры, судя по всему – поджигателей. Мужчина более не раздумывал. Схватив вилы, он с диким криком кинулся на тех, что лишили его всего. Народ вокруг суетился с не менее дикими криками, пытаясь потушить капитальнейший пожар. Заметив его, поджигатели переглянулись, и кинулись было наутек, в разные стороны, но Джек не собирался сдаваться так просто. - Это они! Они во всем виноваты! – заревел он, привлекая внимание граждан. Но, на счастье замученных беглецов, они успели скрыться за ближайшими домами, и никто не понял, про кого именно говорит несчастный Климсворт. Впрочем, вопил Климсворт недолго. Поняв, что никто не обращает на него внимания, так как все пытаются потушить неожиданный пожар, он кинулся в погоню сам, выбрав первое попавшееся направление. Он несся вперед, матеря всех тех, кто мешает ему преследовать, и… Захрипел от ужаса, почувствовав холод лезвия между своими ребрами. - Мы ведь не хотим, чтобы ты растрепал, кто виновен в этом пожаре, правда? – раздался тихий мужской голос у него над ухом. – Прости, что так получилось, но ведь ты и сам понимаешь – выживает сильнейший… Последнее, что видел Джек Климсворт перед смертью, были равнодушные серые глаза убийцы. После этого жизнь оставила его тело. Навеки. *** Роб перевела дыхание только тогда, когда добежала до портовой зоны, после чего обернулась, и присвистнула. Тортуга полыхала. До кораблей огонь пока еще не добрался, но что – то подсказывало ей – все еще впереди. По хорошему – садиться на судно, и уплывать отсюда, но она понятия не имела, где искать свою команду, и Рональда с Маргери. Что случилось с Колокольней, она тоже понятия не имела, но это беспокоило её меньше всего, потому что застрять среди метающейся толпы народа ей совершенно не улыбалось. Паника нарастала. Кто-то кричал про облаву, кто-то про сверхъестественные силы, но все эти догадки были неимоверно далеки от истины. Роб попыталась пробиться к порту, но споткнулась и упала толпе под ноги, которая даже не заметила, что топчется прямо по живому существу. Краем уха она услышала, как Рональд и Маргери зовут её, но сил уже не осталось, да и вряд ли бы они смогли её услышать в ответ. Роб потеряла сознание. *** Устранив ненужного свидетеля, Грегори внимательно осмотрелся. Большая часть городка уже была охвачена огнем, но судя по переменившемуся ветру, и обилию облаков на небе, скоро должен был пойти дождь, а значит за Тортугу можно не беспокоиться – полностью не сгорит. Хотя, ремонт явно предстоит большой. Впрочем, ремонт Тортуги касался его в последнюю очередь, потому что нужно было найти эту психопатку, и поговорить с ней наконец-таки нормально. Или не только поговорить. Мозг заработал с бешеной скоростью. «Справедливость» сейчас стоит в порту, а это значит – она скорее всего побежит туда, наплевав на то, что все, у кого есть корабль, бросятся к нему, дабы уплыть из этого внезапного огненного ада. Когда он попал в порт, ни «Справедливости», ни, что самое кошмарное, «Призрака», он там не увидел, а вот на земле валялось что-то очень смутно знакомое. Грегори медленно выдохнул, решив разбираться с проблемами по мере их доступности. - Давай вставай. – он потряс капитаншу «Справедливости» за плечо. Та медленно раскрыла глаза, и с легким стоном приняла сидячее положение, схватившись руками за голову. - Где я? Я жива? Что слу… - Ну, если совсем вкратце, то мы с тобой подожгли Тортугу, а наши корабли неизвестно где. - Тортуга сгорела? Дождь начал накрапывать, становясь все сильнее и сильнее. - Не вся. До портовой части огонь по счастью не добрался, а благодаря дождю ей больше ничего не грозит, кроме капитальнейшего ремонта. Меня больше волнует факт, что «Черный призрак» исчез из гавани. Исчез, ты понимаешь это?! Пусть мне только попадется этот… Грегори разразился потоком нецензурных ругательств. *** Когда на Тортуге вспыхнул пожар, мысли Маргери крутились только вокруг одного: Нужно попасть в открытое море. Как можно быстрее. И Рональд, как и положено всякому нормальному человеку, был полностью с ней солидарен. Только вот, как только они добрались до порта, то выяснили, что «Справедливость» уже отплывала, а это значит, что они остались здесь, в этом аду… Рональд огляделся, зацепившись взглядом за гордо покачивающийся на волнах «Черный Призрак». - Пойдем. Капитана там сейчас точно нету. - Ты спятил?! Я не хочу умирать во цвете лет! – закричала было Маргери, но загоревшийся идеей Рональд молча схватил её за руку, и потащил на корабль. - Мы всего лишь переждем пожар, и вернемся обратно. Ну давай же, ну… Корабль негодовал и сопротивлялся, но безуспешно – напуганная и ошарашенная команда во всем подчинялась непонятно откуда выскочившему юнцу, и очень скоро сломила его сопротивление, покинув порт. Внутри у каждого царил ужас, но радость, от того, что они остались живы, была гораздо более мастабной. Рональд облегченно выдохнул.