Внук генерала влюбился в курсанта

Утро встретило Гейба гробовой тишиной. Во тьме он даже не сразу понял который час. Оказалось, что альфа вечером не раздвинул шторы, и сейчас его ожидал вид на лениво просыпаюшийся город. За дверью было тихо. Выглянув, Гейб нашел спальное место Эша прибранным, а на столе был оставлен завтрак. Буханка хлеба и успевшее размякнуть сливочное масло. Записка рядом гласила "жри". Губы растянулись в улыбку, когда альфа представил, с какой ненавистью Эш выводил эти три буквы. - Если бы ты знал, каков твой ангел на самом деле... Но мысль не успела соскочить с языка, как на глаза попалась рамка с фотографией. Молодой Гейб, рядом Анджелл в белом мундире. Альфа смотрит куда-то за кадр, а взгляд омеги прикован к супругу. Гейб удивился тому количеству нежности и теплоты в небесно-голубых глазах, которое было абсолютно незаметным три года назад. Тогда Ангел был чёртиком, но, несмотря на жуткий характер, мужа всегда ждал вкусный ужин и тёплая постель. Даже когда альфа возвращался спустя двое суток, ему оставляли свежую трапезу. Почему он раньше этого не замечал? Почему всегда верил, что готовит для него Эш? Неужели Гейб был настолько слеп, что не замечал этих мелочей? Чистые рубашки, свежие простыни, верный супруг. - Верный? Пальцы сжались, стекло треснуло, разделив напечатанных Гейба и Анджелла. В памяти возник страстный, горячий, жаждущий омега, умолявший незнакомого подполковника кончить в него. "Шлюха. Он бы любому отдался", - лелейно прошептал голос Стива. Альфа схватился за голову и сел на диван. - Желли, - раздался звонкий смех Эша. - Что мы будем делать сегодня вечером? Юноша стоял спиной к мальчику. - Эштон, кушай и садись за уроки. "Почему он такой измученный?" - спросил себя Гейб. - Брат ещё не вернулся? Ангел вдруг бросил всё и убежал в сторону спальни, прикрывая рот ладошкой. Хлоп! - Желли! Прости, я не хотел! - Эш, оставь меня! Не подходи ко мне! - послышалось из-за двери. - У тебя течка скоро? - спросил мальчик, все ещё держа камеру в руках. - Не твое дело. - Когда у Гейба гон, он идет к... Бум! - Заткнись! Я знаю, куда и когда он идёт! Это не твоё дело! Не смей говорить о нём плохо! - Ты просто не хочешь принять, что он женился только потому, что твой отец... Дверь спальни, за которой прятался омега, распахнулась. Перед камерой стоял плачущий, дрожащий мальчик, ровесник Эша, если не знать его возраст. - Не смей говорить плохо о Гейбе! - Брат дурак, он не любит тебя... - Плевать! - омега дрожал от злости. - Я его люблю, любил и буду любить! Когда я рожу ему сына... - Родишь? Ты совсем дурак? Но Анджел не ответил, а скрылся за дверью. Положение камеры изменилось. Видимо, Эш забыл выключить камеру и поставил её на телевизор. Звонок в дверь. - Привет, Эш. Где Энджи? - альфа увидел себя всего на два года моложе. - Он сегодня не в себе. - Кто-то был с ним груб? - Ну... Мальчик старался не смотреть на старшего, косясь на дверь спальни. - Пусть делает, что хочет. Идем есть, Эш. - Гейб, а ты любишь Желли? Такой простой вопрос, и такой простой ответ в форме опущенной головы, который альфенок тогда принял за согласие. - Я тоже его люблю! На этом кассета закончилась. Альфа достал из-под себя пульт и выключил телевизор. Взгляд зацепился за фотоальбом. Гейб подскочил к нему так быстро, будто тот мог ускользнуть. Вот! Здесь начинаются фотографии с Анджеллом. На большинстве улыбка натянутая, взгляд тусклый. Лишь несколько кадров, снятых Эшем под шумок, были похожи на свадебное фото. Холодный чужак Гейб и теряющий надежду Ангел. На последней странице красивым почерком супруга Гейб прочитал: "Сбывшаяся мечта никогда не делает счастливым. Счастьем было верить, что она когда-нибудь сбудется".