Fatal Error

-Да рубись же ты, срань болотная! – распугивал я птиц своими яростными криками. Чертовы кусты были словно из армированной резины и отказывались прорубаться моей саблей. Хотя и сабля то была – несколько ржавая и тупая (как я, гы-гы). Не легендарные меч-кладенец, Ледяная скорь, Пеплоносец, или охладитель, а самая что ни на есть обычная дешевая сабля, купленная в лавке за несколько монет, в силу сходства с тем оружием, которым я когда-то владел. Дай-ка я расскажу о себе еще, поною на тяжелую жизнь. Итак. После того, как выяснилось, что я антимаг, я все равно поступил в эту академию. Там я обучался наукам, не связанным с магией. Они мне давались неожиданно легко, и вскоре я представил на суд комиссии по аттестации свой проект – сплав химии, физики, металлообработки и многого другого. Если говорить проще, я показал им многозарядное ружье под единый выстрел, содержащий в цилиндре из вощеной бумаги порох, пыж, пулю и специальный состав, который взрывается от укола специальной же иглой. Собственно, помните, я говорил, что моя способность притягивать неудачи тем сильнее, чем безопаснее я живу? Так вот. Несмотря на все меры предосторожности, что я рассказывал, несмотря на принятые мной меры безопасности, произошел песец. Младший сын какого-то герцога захотел испытать мое изобретение. Раз выстрелил в мишень, два выстрелил в мишень. Три – осечка. И он, забив болт на все, что я говорил, посмотрел в ствол, а чего это оно не стреляет-то? И оно, словно отвечая ему, прострелило ему его тупую башку, разлетевшись на куски. Был суд. Меня признали невиновным в предумышленном убийстве, все сказали, что он нарушил правила безопасности, которые я говорил. В результате я отделался “всего лишь” пожизненным сроком, а не казнью. Ненавижу дворян… Из тюрьмы меня вытащила война. На войну я попал в “штрафбат” из вот таких вот уголовников. Дальше все завертелось калейдоскопом – ранения, битвы, дезертирство, разбойничество, наемный отряд… Если полностью описывать мою жизнь, на это уйдет не одна книга. Единственное, что я могу сказать – мне не удавалось жить мирно – рано или поздно начинался кровавый ад, от массовых пожаров, до нашествия нежити. Я провел четыре года в попытках устроиться и жить в безопасности – пустое. Так, перебирая профессии, я дошел до наемника-одиночки, занимающегося охотой на мелкую нечисть. Это обеспечивало мне постоянный уровень опасности, неплохой заработок и, определенно, нескучную жизнь. Вот так вот и жил до своих тридцати двух лет. Я же, тем временем, прорубался через болото. Помилуйте, ближайший водоем на карте в ста сорока километрах к югу, откуда тут оно? -Впрочем, чему я удивляюсь, - я тяжело вздохнул. Снова на моем пути какие-то препятствия. Иногда так хотелось бросить все и умереть. Это было слишком тяжело, жить в постоянном ожидании несчастья, не имея возможности осесть, завести семью, друзей, постоянно натыкаясь на неудачи. Вся моя жизнь была бессмысленна. И будущего у меня нет. Зачем я вообще живу, если все в моей жизни обречено? Любое начинание, любая мысль, любая мечта – все рассыплется прахом, все истает, оставив лишь горькую боль. Зачем? Стукнул арбалет, а я сплюнул и закинул его обратно за спину. -Назло, блядь. Назло всем живу. И тебе назло, срань болотная! –крикнул я, и подошел к трупу. Мерзкая зеленоватая тварь, отдаленно напоминающая зоантропа – змееподобное тело, две рудиментарные ручки, большая, вытянутая голова с маленькой пастью, наполненной мелкими зубами-лезвиями, которыми удобно откусывать маленькие кусочки от жертвы, которая только что совершила самоубийство. Крайне редкое животное, название только не помню. Эльфы негодуют. Вот же черт, если бы не моя феноменальная сопротивляемость ментальным воздействиям, единственный плюс моей антимагии, был бы я уже трупом, и то, чуть не стал обедом. Я помотал головой, отгоняя воспоминания и дурацкие мысли, и побрел сквозь болото дальше. Буквально через несколько минут я наткнулся на труп бедолаги, которому не столь повезло с сопротивляемостью. Синяя мантия выглядела как новая – на ней даже грязи не было. Рядом лежала столь же хорошо сохранившаяся кожаная сумка, на вид очень дорогая. В грязь был воткнут столь же чистенький посох из белой древесины. Я лишь присвистнул – сама по себе белая древесина была очень дорогой, но учитывая тонкость его обработки – а он весь был покрыт резьбой, изображающей какие-то сцены их жизни, очевидно, эльфов, он становился воистину состоянием. Не решаясь его касаться, я начал копаться в вещах мертвого. Он тут лежал настолько давно, что от тела остался лишь скелет. В сумке я обнаружил кучу пузырьков, баночек, ингредиентов. То, что я определил, как не имеющее магию, я взял себе, остальное выкинул к чертям. С сожалением оглядел посох – если я хочу его загнать по максимуму, я должен не касаться его и вообще находиться как можно дальше, иначе разрядится. Окинув еще раз взглядом полянку, да сделав пометку на карте, я пошел вперед. Через полчаса я грязно матерясь вновь был у трупа. Нет, я не заблудился. Просто без посоха дальше было не пройти, нужен был шест, чтобы идти через болото, а местные кривые кустики дать нужную палку не могли. В этом я убедился, потеряв сапоги, когда корявенький ствол сложился пополам и я по пояс ушел в дурно пахнущую жижу. Примерив сапожки трупа, я выяснил, что они мне безмерно малы. Недолго думая, я порезал мантию на портянки, замотав лоскутами из нее же и пришив разрезанную на две части сумку. Выглядело неказисто, но вроде ноги защищало. Вздохнув, я вновь двинулся вперед. *** Мне кажется, или после того, как я взял посох, идти стало легче? Нет, правда – буквально сразу я нашел почти сухую тропку через болото! Выйдя же из него, я обнаружил, что попал на другую тропу, наверное, звериную. Идти по ней было легко и приятно, я даже начал напевать себе под нос что-то и размышлять, что же это может быть за посох. Уж в чем, а в истории и артефакторике я не был силен. А потом я упал без чувств. Ответ, почему меня посетил столь внезапный обморок был прост до безобразия – меня оглушили. Понял я это, из того, что у меня после пробуждения зверски болела голова. От головной боли меня отвлекло удивление – передо мной стояла четверка эльфов в форме лесных рейдеров?! Какого хрена?! Фактически – если их поймают, это объявление войны! Бля, а это означает, что жить мне не суждено. -Аляляляляляля? -Улюлюлюлюлюлю. -Элелелелелеле? -Мульульульуль! За что люблю эльфийский – так это за его забавное звучание. Лялякают, да улюлюкают, и считают это красиво и вычурно. Невдомек им, что их длинные имена да слова звучат на большой скорости комично, попробуйте сами произнести быстро что-нибудь вроде “Эллиалиантелиниэль силлиалианоль лаловаллиониал”. А еще у меня такое изобилие букв “Л” вызывает ассоциацию с чем то скользким, вроде мыла. Один из них меня что-то спросил. По закону жанра, спрашивает что-то базовое. Имя, звание, род войск и сколько истребителей, ага. К нему обратился… обратилась… обратился? Ебаные метросексуалы. Видите картинку сисястой эльфийки? Плюньте в нее – ради скорости передвижения в лесах, в процессе эволюции они стали плоскими, как доска, чтобы не болталось и не мешалось. Добавьте поголовно короткие волосы и столь же плоские попки, отсутствие талии, одинаковые голоса да мускулатуру. Да-да, длинные волосы, знаете ли, цепляются за веточки и прочую хрень, поэтому они все носят короткую прическу. Зеленоватого оттенка, что сразу вызывает в памяти ленивцев, которые растят водоросли в шерсти. Вернемся к нашим лесным оленям. Обратившийся член эльфийского социума сказал что-то и фыркнул. Это и без перевода понятно, “Разве может эта обезьяна знать наш прекрасный язык?” -Как тебя зовут? – наконец переспросил первый. Пожалуй, так и буду их именовать, по номерам. -Штирлиц! – на голубом глазу соврал я. -Улюлюлюлю, - подтвердил третий. Ага, я же антимаг. -Откуда у тебя посох? -С болота. Нашел там труп в синей мантии – я указал на портянки. Ребята встали в ступор. Через несколько секунд они обрели дар речи. -Ты знаешь, что ты сделал? -Не-а, – ответил я и обезоруживающе улыбнулся. -Это был великий маг! Сам Хьюго Тайлер! Он посвятил свою жизнь поискам заброшенного города Шьямаланма, что скрыт в этих лесах. Его мантия могла держать стрелы и меч, огонь и холод, сумка могла скрадывать пространство, а посох… посох был ключом к городу! По легенде, если Посох Вечной Жизни И Бесконечного Леса вставить в алтарь в центре Шьямаланмы, город очнется ото сна и жители вернутся к жизни! Проснется древнее государство эльфов, и они вновь будут править миром! – чувак (или все-таки чувиха?) несколько опомнился и посмотрел на меня. Я изобразил восторг и завороженность. -А ты испортил два из трех его артефактов! Просто порезав их тупым ножом! -Разрядились, – небрежно бросил я. -А как ты победил Стража? -Какого стража? Немая сцена. -Улюлю, - ошарашенно отозвался третий. Ага, я не вру. А если и вру, вы этого не увидите. -Может он постарел и умер? – задал я вопрос и сделал самую дебильную физиономию из возможных. Они дружно залалакали, спорят. Уже уши вянут. Слава богу, от меня отстали, и сразу убивать не будут. Они склонились над моими вещами, и начали разбирать сумку. Я же улегся поудобнее. Раз еще не убили, значит я им еще понадоблюсь. Может, у посоха привязка к хозяину? Или они хотят убить меня пожестче? И тут как грохнуло. В ушах зазвенело, раздались крики и стоны. Пиздец гении, гранату мою самодельную рванули, последнюю, между прочим, я ими крупную нечисть глушил, да толпы скелетов разносил. Круто. Голова и так болела, теперь вообще ад и Израиль, а еще я совершенно не знаю, как мне развязаться то? Кстати, что такое Израиль? Выражение помню, а вот это – нет. В общем, уже всего через час я разминал затекшие кисти. Как червяк, я дополз до ближайшего трупа, кажется, второго, и перерезал свои путы его кинжалом. Далее я принялся за разбор вещей. Сапоги эльфийские, слишком маленькие – четыре штуки. В мусор. Плащи эльфийские, разодранные и залитые кровью – четыре штуки. В мусор. Луки эльфийские, два разбито, два целых. Не умею я стрелять из лука – в мусор. Стрелы – дохуя. Не подходят к арбалету – в мусор. Осколок, три сантиметра длиной, сантиметр шириной. В моем арбалете, засел сверху, у самого ворота. Вот же блядь. Единственным, что я взял, был эльфийский кинжал. Их сабли слишком приметные, а вот мой нож и правда тупой. И тут у одного из них замигал амулет, в котором я распознал амулет связи. Бля, а они тут не одни! Тикаем! *** Посох меня выручал. Он выводил меня на тропки, вел в обход препятствий и вообще всячески помогал. Да уж, если такие его свойства пассивные, то что ж он может в активном состоянии? Об этом можно было узнать просто спросив, лишь чуть-чуть подождав, час-два. Чертовы эльфы шли за мной по пятам. Ночью они видели ничуть не хуже, а за счет зелий – лучше меня, выносливости у них было больше, а веса – меньше, так что только то, что они перли напролом, пока меня спасало. Бежал я уже вторые сутки. Дико хотелось спать, а поесть я кое-как успел на ходу. Сейчас я был на узенькой звериной тропе, пригнувшись, чтобы ветки не хлестали по лицу, я шел по ней около часа. Зря я пригнулся. Из-за этого я не заметил стены, в которую влетел многострадальной головой. Шьямаланма. Охуеть. Я её нашел. И тут же положил на нее болт – надо бежать. Однако, не получилось. Посох уверенно вел меня к городу. Прямые тропы оказывались кольцевыми, а попытка уйти с них была обречена на провал. Я посмотрел на посох, на стену. Еще раз на посох, еще раз на стену. Был бы я на коне… Тьфу ты блин, что за ерунда в голову лезет? Достав кошку, я зарядил её в арбалет и выстрелил веревкой за стену. С третьей попытки она зацепилась, и я залез наверх. *** Зрелище было, прямо скажем, невероятным. Огромный город спал. Титанические деревья укрывали его своей листвой сверху, как куполом. Внутри же было чисто, только пыль всюду. Сам по себе эльфийский город – мечта эколога – только дома-деревья, только грунтовые дорожки-тропинки, только водопровод из листьев-желобков, только хардкорное слияние с лесом. Кроме того, явно тут время не трудилось. Люди, тьфу, эльфы, лежали в своих домах и выглядели так, будто только что легли спать. Животные тоже дремали. В домах лежали нетронутыми вещи, аккуратно уложенные. Я же шел по улице, уже зная, куда меня приведет посох. Но толи я переоценил посох, толи он подразрядился, толи это было заложено в его программе – поводить меня кругами – но добрался я до центра отнюдь не скоро. Блин, вот и нафига я сюда пришел? Переждать? Ага, ага. Вот эти эльфы явно тут оказались быстрее меня. Ну да, можно было вычислить средний вектор перемещения, а дальше – дело техники. Меня опять скрутили, посох отобрали, но не убили. -Смотрите, эльфы! Смертный сам принес нам посох! Жалкий смертный, никчемный преступник, Фэйл Крайт, обвиняемый в добровольной одержимости, в убийстве старшего паладина Рогала Дорна, в осквернении святынь, в убийстве братьев ордена Очищающего Света, в контактах и половых сношениях с вампирами, в убийстве инквизитора Грегора Рейвенора и его свиты! -Протестую! Сношений не было! – восклинул я за что получил взгляд, полный презрения от него. Этого. Фиг знает, мужик это, или баба. -Узри же, как проснется Шьямаланма, и как начнется падение ваших людских королевств! – с этими словами, эльфо вставило посох в здоровенный баобаб. Листья деревьев над нами начали поворачиваться, как жалюзи, и все залило светом. Пафос так и прет. Внезапно открылся один из саркофагов, что были выставлены в рядок у дерева. Из него выбралось эльфо в длинной зеленой мантии. Все мигом упали на одно колено. Отлично, я пока попилю веревки тем лезвием, что вы не заметили у меня в рукаве. От увлеченного пиления крепких веревок меня отвлекли вопли боли. Я поднял голову и охуел. В край. Ибо тот самый эльф в мантии сейчас прогрызал череп своего пробудителя. Глаза у него были подернуты дымкой. Движения – нечеткими. Ой. Кажется, я, когда вошел в город, случайно разрушил заклинание сохранения. У них как раз первыми разлагаются верхний слой роговицы и часть мозга, отвечающая за личность. Нашествие эльфов-зомби. Ебаааать… Веревка поддалась, и я, схватив свои вещи в поднявшейся суматохе улизнул. Зомби-хоррор, я иду! *** Зомби были, да. Хоррора не получилось. Обзаведясь алебардой у первого попавшегося стражника, благо, ей я пользоваться научился еще в наемном военном отряде, я тупо разрубал зомби к чертям. Боли не чувствуют. Медленные и неуклюжие. Единственное отличие –заразить ничем не могут. А так – зомби из страшных сказок, только длинноухие и в забавных прикидах. Я прорубался через улицы, заполненные зомби. Живым эльфам было совсем не до меня – те пытались что-то сделать, а их группы погибали одна за другой – правильно, с зомби то мы не знаем, как сражаться. Удары должны быть не красивыми и режущими да колющими – а должны вызывать как можно больше кровищи. Чем её больше – тем удачнее удар. Ну и шуметь так, как они – не надо. Так что бедолаг-фехтовальщиков заваливали массой, а я тихо сносил головы ползущей на меня нечисти. К вечеру я добрался до стены. Описывать, собственно, нечего – это было крайне унылое и утомительное дело. Перекинул через нее кошку, перелез, спустился и был таков. К ебеням леса. Неотмеченные на картах болота, зоантропы, эльфы, одержимые идеей мирового господства, затерянные города, и, как апогей – эльфы-зомби – это слишком для меня. Нафиг. Иду по реке.