Это будет то, что ты, наверно, ненавидеть будешь

Неделя была скучной. С Грейнджер я почти не виделся, только издали. Появилось невыносимое желание унизить её, оскорбить при всех. Ну, скажем так, не то чтобы неделя была совсем скучной... В пятницу последним уроком у нас была трансфигурация. Профессор МакГонагалл дала задание превратить перо в летучую мышь и потом указать ей направление. Тео сидел с Панси, Малфой с Крэббом, я - один. В течение урока никто не смог превратить перо в летучую мышь, и тем более указать ей направление, как вдруг МакГонагалл сказала: - Посмотрите все, у мистера Малфоя получилось! Все разом повернулись к нему и действительно – Малфой с высокомерным торжествующим выражением лица при помощи волшебной палочки держал перед собой летучую мышь. Я фыркнул и отвернулся к своему перу. Как же бесит. - Пятнадцать очков Слизерину! – провозгласила МакГонагалл. Бесит. - Теперь вам осталось указать ей направление, мистер Малфой. Бесит. - Да, профессор, - угодливо сказал Малфой. Бесит. Я оглядел класс с последней парты. Нотт спокойно тренировался над своим пером, в то время как Панси вся кипела от злости: у неё всё никак не получалось выполнить данное задание. Мерлин, я её понимаю. А Драко смотрел на меня с неприязнью и ухмылкой на лице. Бесит. Я опустил глаза и крепко сжал кулаки. Мерлин, как я это всё ненавижу! Я хотел взять перо в руки, но случайно задел открытую баночку с чернилами и она пролилась на пергамент. - Блядство, - сквозь стиснутые зубы сдавленно сказал я. Я закрыл баночку. Я вовремя спохватился, и чернила успели растечься только по пергаменту. Не спрашивая профессора, я встал и подошёл к мусорному ведру. Как только я выкинул пергамент, как что-то сильное ударило меня по спине, и класс тот час же засмеялся. Я обернулся: у моих ног лежала летучая мышь, та, которую смог превратить Малфой из пера. Смеялись все, кроме Теодора и Панси. Панси с укором глядела на Малфоя, а Тео спокойно смотрел на меня, ждав моей реакции, а она, в свою очередь, не заставила себя ждать. Я в пару шагов преодолел расстояние между мной и Малфоем. Он опустил палочку и спокойно взглянул на меня, но в глазах был тревожный блеск. - Забини, прошу вас, - пролепетала профессор и коснулась рукой моего плеча. Я дёрнул плечом и выхватил из кармана палочку и нацелил её на Малфоя. Слишком долго я терпел. Слишком многое накипело за столько лет.... - Экспеллиармус! Моя палочка в мгновенье вылетела из рук. - Минус тридцать очков Слизерину, Забини! – строго сказала МакГонагалл, пряча волшебную палочку под мантию. – И минус... - Профессор, я клянусь, - быстро пролепетал Малфой, - я не хотел, она сама.... - Ублюдок, - тихо произнёс я, гнева глядя не на него сверху вниз. Прозвенел звонок. Я резко повернулся, взял сумку с парты и ногой открыл дверь и вышел из класса. Ненавижу, ненавижу, ненавижу... Я вышел в школьный двор. Начало моросить, но дождь быстро увеличился и вскоре превратился в ливень. А мне было чистосердечно похуй. Похуй – тоже чувство. В небе сверкнуло, прогремел гром. Я начал идти вперед, не обращая внимания на спешащих в замок учеников. Дождь заливал глаза, и часто мне приходилось или опускать голову, или закрывать глаза. Я ускорил шаг. Ненависть била во мне ключом, ярость пылала. Я закрыл глаза и с кого-то толкнул, услышал тихое ругательство и звук, словно кто-то плюхнулся в лужу. Я бы пошёл дальше, ведь мне похуй как-никак, но все, же ради интереса, я взглянул и... ничуть не удивился. - Ну, конечно же, Грейнджер, - сказал я, неприятно улыбнувшись. – Твоей грязной кровью воняет за километр. Грейнджер быстро встала, и даже не отряхнув себя сзади (это по любому не помогло), прошептала что-то неразборчивое, и... утёрла слёзы. Грейнджер повернулась, поправила сумку на плече и хотела уже двинуться дальше, но я схватил её за запястье. - Грейнджер, погоди... - Забини, не сейчас, - тихо сказала она. Неподалёку была что-то вроде каменной скамейки с каменным навесом. Я вздохнул полной грудью, посмотрел на грязнокровку. Она смотрела вниз, а по щекам текли слёзы. Мне стало её жаль... Я потянул её за собой, а она, не сопротивляясь, пошла за мной. Я не отпускал её запястье вплоть до того момента, пока мы не сели на скамейку. - Присаживайся, - сев, предложил я. Грейнджер, недолго думая, села рядом и устремила взгляд вперёд. Я внимательно начал осматривать девушку. Волосы спутанные, вымокшие, торчали во все стороны, губы приоткрыты и при каждом выдохе из-за рта «выходил», глубок пара. На щеках розоватый румянец и след недавних дорожек от слёз. Глаза открытые, красные, с которых вот-вот хлынут слёзы. Она отвернулась. Я говорил, что мне стало жаль её?.. - Эй, Грейнджер, - насмешливо сказал я. Она всхлипнула. - Ну же, Грейнджер, - более мягче сказал я, слегка дотронувшись рукой до её хрупкого грязного плеча, - может, поделишься? Вдруг легче станет? Грейнджер, всё ещё не поворачиваясь ко мне, покачала головой из стороны в сторону. - Грейнджер, какая же ты тупая, - с искренней улыбкой сказал я. – Человеку проще высказаться, чем всё это терпеть, ведь потом ты просто сорвешься, и будет хуже. Тебя не поймут. - Ты противоречишь собственным словам, Забини, - тихо сказала Грейнджер, поворачивая ко мне своё грязное лицо, по которому текли слёзы. Мне было её жаль, но жалеть я её не хотел. - Ты говоришь одно, но сам, же делаешь совершенно обратное, - продолжала она. - Объясни. - Здесь и пояснять не надо, - всхлипнув, холодно сказала Грейнджер. – Я почти уверенна, что между тобой и Малфоем что-то неладное, но, тем не менее, ты держишь это в себе. И исходя и твоих слов, ты сорвёшься, и отнюдь это не будет так приятно, как кажется. Я внимательно посмотрел на неё. Бля, как бы то ни было, но это маленькая шлюха права, Гойл её во все дыры! - Так что у тебя случилось? – перевёл тему я. - Поругалась. - С рыжим? - Да. - Ну а плакать то зачем? – улыбнувшись, сказал я. – Рыжие остаются рыжими, а время идёт. Тем более, вы наверняка помиритесь. Грейнджер улыбнулась. Улыбнулся и я. Дождь не прекращался, он беспощадно лил. Я только сейчас заметил, что гриффиндорка сильно дрожит. Она была в одной школьной мантии. Не задумываясь, я встал и снял с себя свою мантию и укрыл Грейнджер. Она удивлённо посмотрела на меня, а я, как ни в чём не бывало сел обратно. Скажу честно, в одной рубашке и брюках в такую погоду оказывается не так уж и холодно... Грейнджер, верни мантию! Мы молчали. Было очень интересно наблюдать за Грейнджер. Она успокоилась, дыхание было ровным, моментами оглядывалась на меня. Дождь постепенно прекращался, но все, же не переставал лить. - Пошли в школу, уже темнеет, - предложила грязнокровка. Я кивнул головой, и мы пошли в замок. Шли, молча, не проронив не слова. В замке было тихо, ни единой души. Я с Грейнджер оставляли после себя грязные следы, нам оставалось только надеяться, что Филч нас не застукает... Мы остановились перед лестницей. Грейнджер надо повернуть направо, мне – налево. - И вот, наши пути расходятся, - с ухмылкой ответил я. - Ага, - сказала Грейнджер, улыбнувшись. – Ладно... - Эй, куда, Грейнджер? Я, конечно, всё понимаю, я красавец, от меня вкусно пахнет и так далее... Но верни мою мантию! Грейнджер покраснела и протянула мне мантию. Я взял, и прежде чем вырвать мантию из её рук, она сказала: - Спасибо... Блейз. Я улыбнулся и взял мантию. - Друзья, Грейнджер? – ухмыльнувшись, сказал я, протянув ей кулак. Она сильно улыбнулась и слегка стукнула своим маленьким кулачком, по-моему, в знак дружбы. Мы одновременно повернулись и одновременно зашагали быстрым темпом. Завернув за угол, я остановился, прислонился и сполз по стенке, проведя рукой по мокрым волосам. Желание унизить Грейнджер пропало. Сердце бешено колотилось, лицо горело. Я долго ещё сидел вот так, на полу, прождав пока часы, пробьют полночь. А от моей мантии приятно пахло... на сей раз шоколадом.