Овладеть

       Кухня Ганнибала была странной смесью кухни хорошего ресторана и одной из кухонь, которые показывали в кулинарных шоу. Она, очевидно, была спроектирована как место, где художник мог творить, но в тоже время, была очень практичной. Достаточно практичной для умелого мясника, превращающего разумных существ в мясо. Лектер, по-видимому, использовал своего гостя в качестве источника неквалифицированной рабочей силы. Он вручил Уиллу большую металлическую чашу и дуршлаг, полный мытых соевых бобов, и поручил ему очистить их.        Уилл упорно занимался выполнением задания, чувствуя удовлетворение, когда заканчивал очищать очередной боб от оболочки, и тот падал в металлическую чашу. Он с трудом подавил желание посмотреть, как Ганнибал готовит рыбу, вместо этого он обратился к своим мыслям.        Мальчишкой он жил в Луизиане, он ловил и держал у себя много небольших животных.Уилл не был жесток или психически неуравновешен, на самом деле, он не знал никого, кто не держал бы таковых у себя в начальной школе. Как лазанье по деревьям или игры в призраков на кладбище, это было лишь одним из развлечений ребят. Большинство детей были хладнокровны, хотя некоторые приручали пойманных животных. Они ловили лягушек, раков, также змей и ящериц, хотя их было куда сложнее найти. Уилл держал в большой коробке черепаху в течение почти двух лет. Её звали Глэдис. Вообще, этим питомцам редко давали имена, хотя дети держали их недели или даже месяцы. Обычно они умирали естественной смертью от неопытного ухода детей, которые, зачастую, не имели ни малейшего представления, как ухаживать за ними; и родителей, которым не было до этого дела. Иногда они умирали другой смертью, как, когда старший брат Томми и его друзья решили поиграть его лягушками, словно мячами. Тем не менее, в отношении этих животных всегда работала определенная схема. Сначала мальчик видит животное. Если это млекопитающее, он может целыми днями пытаться приручить его или, просто-напросто, следует за ним. Он ловит животное и проводит непростой денек, пытаясь обустроить ему среду обитания и узнать, чем оно питается. Несколько дней он будет жадно изучать животное и показывать его другим ребятам, чтобы похвастаться, как он ловко его поймал. Затем ему становится скучно, и ребенок либо позволяет животному умереть самому, либо использует его, чтобы развить свои знания анатомии. Если, конечно, добрая мать не заставляет сына отпустить животное. Как бы то ни было, в большинстве случаев животное умирало. - Ты собираешься убить меня?- тихо спрашивает Уилл. Ганнибал задумывается, отвлекаясь от разделки лосося. - Хм, да, я так думаю. Не скоро, но, в конце концов, да. Это единственное, чем могут закончится наши отношения, тебе так не кажется? Уилл в это время возился со стручком, и его рука дрогнула, бобы полетели на пол. Он пополз за ними, запоздало осознав, что Ганнибал не хочет, чтобы он ползал по полу в новой одежде. Но психиатр встретил его на полу, схватив его за руку, в этот момент Грэм почувствовал себя крошечным. - У тебя кровь,- прорычал Ганнибал. Грэм лишь немного поцарапал палец о стручок, пока суетился. Ганнибал поднял палец Уилла к губам и нежно слизнул каплю крови. Он смотрел прямо Грэму в глаза. Уилл чувствовал, как бешено колотится его сердце от прикосновений Ганнибала. Ганнибал отпустил палец Уилла. Это было так странно и одновременно эротично, Грэму показалось, что на мгновение маска человека исчезла с лица доктора. -Ты нарушил ещё одно правило, дорогой Уилл. Никаких отметин на теле, если, разумеется, я сам не оставлю их. Это был несчастный случай, поэтому я не накажу тебя, но будь внимательнее в дальнейшем.

***

       Ужин представлял из себя нечто странное. Разумеется, еда была великолепна, но Уилл чувствовал себя неуютно, из-за того что ел то, что не мог даже индефицировать. Салат содержал маринованные сливы, тёмный сок которых напоминал кровь. Все блюда были произведениями искусства, Грэм чувствовал себя неуместным в окружении такой красоты. Смущало и то, что Ганнибал всю трапезу смотрел на него похотливым взглядом. Он едва ли удостаивал внимания свою пищу, в то время как он провожал взглядом вилку Уилла от тарелки к его губам, раз за разом. Грэм раздумывал стоит ли начинать разговор, когда доктор заговорил, его голос немного дрожал от возбуждения. - Как тебе? Грэм замер на мгновение, обдумывая ответ. - Вкусно, эм, я хотел сказать, очень вкусно. Восхитительно. Ты... великолепный повар. Он вздрогнул, боясь реакции Ганнибала, он не знал, какие подобрать слова, чтобы похвалить его. Но Лектер выглядел удовлетворенным, он отхлебнул вина и указал на полный бокал Уилла. - Пей, я хранил его для особо случая. Уилл сделал небольшой глоток. - Кто-нибудь ещё знает правду о тебе? Какой-нибудь знакомый ? Я уверен у тебя есть... помощники. Он намеренно выбрал это слово, хотя знал, что "сообщники" - куда более подходящее слово, "пешки" подходило ещё больше. Ганнибал удивился, но не выглядел разозленным. - У меня есть "помощники", но вы их никогда не встретите. Что касается наших общих знакомых - Эбигейл догадывается, что я не тот, кем кажусь, возможно, она подозревает, но ничего конкретного не знает. Уилл обхватил себя руками, сжимая их. Он совершенно забыл об Эбигейл. - Она ведь... она ведь не такая, как ты? - спросил он нерешительно. Лектер поднял брови. - Я дал ей обещание, что не раскрою её секретов. Я не нарушаю своих обещаний. Грэм кивнул, это было неутешительным заявлением. -Пожалуйста не... не делайте её своей, такой, как я. Я хочу, чтобы она была свободна. Она умна, ты знаешь, она может заниматься чем угодно. Эбигейл уедет отсюда, и у неё будет хорошая нормальная жизнь. Доктор выглядел так, будто ему было действительно жаль. Странно, как непринужденно он носил маску "нормальности". - Этого я тебе не могу обещать, дорогой Уилл. Но я обещаю сделать для неё всё лучшее, что могу. Я чувствую ответственность перед Эбигейл. Пей вино, пожалуйста. Уилл отхлебнул снова. Он старался защитить девушку. Но как он мог защитить её от Ганнибал, если даже не мог защитить себя. - Могу ли я повидаться с ней, пока я здесь? Может пригласим её на обед? Доктор Лектер хмыкнул, обдумывая предложение. Он всегда делал небольшую паузу прежде чем ответит, но никогда не заикался, не брал слова назад. Грэм был уверен, что пауза была показной, как и акцент. Он был уверен, что такой умный человек, как Ганнибал смог бы более искусно подражать американской речи, если бы захотел. Он сохранил акцент по каким-то своим причинам. - Я подумаю. А теперь, мне кажется, что настало время ложиться спать. Прошло много времени с того момента, когда вы спокойно спали. Уилл на самом деле сильно хотел спать, его голова клонилась вперед, казалось, он терял сознание на мгновение, каждый раз, когда моргал. Он почувствовал, как психиатр отодвинул стул и поднял Уилла, придерживая его за плечо. - Ты что-то подсыпал мне в вино? - бормотал Грэм, изо всех сил пытаясь удержаться на ногах. Он услышал смешок доктора рядом со своей щекой, но ответа на свой вопрос так и не получил.       Когда он открыл глаза в следующий раз, солнечный свет падал на теплую кровать, пижама, в которую он был переодет, мягко касалась его кожи.