Возвращение

Если против какой-нибудь болезни предлагается очень много средств, то это значит, что болезнь неизлечима. А.П.Чехов

Илья Климов – успешный парфюмер, талантливый руководитель, умный и находчивый бизнесмен, образованный и воспитанный человек лежал на диване и со скучающим видом считал удары мяча о нежно бежевую стену комнаты. На тридцатом ударе его мобильный завибрировал, и молодой человек буквально скатился на пол, в попытке подцепить аппарат с маленького деревянного столика. На лице, обычно спокойном, равнодушном и даже насмешливом отразилась целая буря эмоций, глаза приятно заблестели, а внизу живота легким потягиванием отдалось предвкушение, которому не суждено было оформиться во что-то более конкретное: едва прочитав сообщение, парень поник, как спущенный воздушный шар, и, вернувшись в прежнее положение, продолжил терзать стену. Сначала в неё полетел мобильный, которого от смерти спасло лишь чудо, а затем и яркий теннисный мячик. Последний, брошенный слишком сильно, так и не вернулся в руки хозяина, а просвистев над головой, едва не покалечил хрупкую блондинку лет восемнадцати. - Илья, ты чё, совсем охренел?! - девушка увернулась от мяча, но тот все же сумел достать стеклянную колбу с мелочью, примостившуюся на краю полочки. Монеты и стекло вперемежку посыпались вниз, издавая жалобный тоскливый звон-похрустывание, и к голосу блондинки присоединился мужской, задорно-рассерженный. - Братец, ты чего бузишь, что она ответила? Ответом обоим стало невнятное бормотание в подушку: виновник переполоха уткнулся лицом в спинку дивана и теперь лишь обиженно сопел, показывая свое полное неравнодушие к происходящему. - Ладно, я и сам посмотреть могу, - парень, назвавшийся братом, осторожно подобрал чудом выживший аппарат, и они вдвоем с блондинкой нависли над экраном. – Ну, нет её в городе, и что такого? Так бывает, тебе ли не знать! Спроси, когда она возвращается, дай понять, что ты не на день там, что ты можешь подождать… - Хорошо, я так и сделаю, братец, только как мне сначала дать вам всем понять, что меня пора оставить в покое, что я сам разберусь, что мне делать! – Илья вскочил с дивана и, не обращая внимания на осколки, пронесся по комнате под встревоженные взгляды родных. - Хотя может уже и нечего ждать! Может, меня уже не ждут там совсем. Конечно, не ждут! В городе она, в городе, понимаешь? Иначе с чего бы это встреча с инвесторами была бы именно завтра с утра?! - Ильюша… - Вера! Не называй меня так! Слышишь, не называй меня так! - Хорошо, Илья, не буду. Она могла и правда уехать, мне Гришка говорил… - Хватит! Вера, не надо мне этих утешений, слышишь?! Я не маленький мальчик, я могу понять, когда все заканчивается. Все, Влад, пакуйся, мы едем домой. В Москву. Парень вылетел из комнаты, оставив сводного брата и сестру стоять в растерянности посреди вычурной шикарной гостиной: инвесторы не скупились, хоть по-прежнему вкусом не отличались. - Что делать? - Вера взволнованно обвела глазами комнату, словно проверяя, что ещё успело пострадать от столь резкого срыва всегда спокойного Ильи. Хотя ей было сложно полагаться на свой опыт, но именно таким ей показался вновь обретенный год назад брат, которого она несколько раз навещала в Москве, а сейчас вызвалась встречать по приезду. Куда больше оснований для волнений должно было быть у Влада, знавшего Климова-старшего всю жизнь, но юный журналист не выглядел даже удивленным. - Ничего. Ни-че-го. Покричит, позлится, напьется и все пройдет. Он часто… такой. Привыкнешь, - грустно улыбнувшись, Влад подхватил мяч и телефон и ушел на кухню за веником и совком: убирать последствия обычно не входило в его обязанности, но ему нужно было хоть чем-то занять себя. Он услышал, как за спиной тяжело вздохнула Вера и, оглянувшись, увидел, как она осторожно выбирает монеты, присев на корточки у разбитой колбы.