Имена

В Лукреции А все же тяжело это – менять уровень преступности. Тяжело как и преступникам, так и тем, кто их ловит. Бесконечная погоня: тем, кто украл или убил, тяжело бежать от розыскных, которые с не меньшим трудом выискивают следы... – Атти! – вырвал меня из размышлений голос Беона. – Чего застыла?! Бежим!!! Опомнившись, я с сумкой в руках помчалась сквозь толпу. За мной тянулись руки, кто-то даже схватил за рукав... Через час мы делили добычу с Беоном и Лэрри, сидя на чердаке заброшенного дома. Этот день можно было считать неудачным: в сумке из ценного был только кошелек с тремя картарами и завернутый в старую бумагу кусок яблочного пирога. Да еще и рукав моей и без того ветхой кофты был оторван напрочь. Хотя если бы не разношенная донельзя кофта, то сидеть бы мне сейчас не в нашем уютном уголке с друзьями, а на допросе у розыскных. Ну ничего, пока что еще лето, тепло. А осенью надо будет добыть где-нибудь теплую одежду. Разделив кусок пирога и в миг съев его, мы легли спать. Только я задремала, как в дверь нашего чердака кто-то постучал. Лэрри подскочила: – Вы слышали? Стук повторился. Послышался голос: – Откройте! Я знаю, что здесь есть люди! Я не могу оставаться один ночью на улице! – Думаешь, выманивают? – спросила я Лэрри. – В том и дело, что не думаю. Розыскные бы просто дверь снесли, зачем им такой спектакль устраивать? – А если это грабители? – забеспокоился Беон. – А зачем мы грабителям? – фыркнула Лэрри. – Что у нас можно отнять? Три картара из сумки? В дверь стучали и стучали. – Ладно, – сказала я, взяла наше оружие – большой нож и пошла к двери. Открыв дверь, я обнаружила сидящего на ступеньках парня лет пятнадцати с большой сумкой в руках. Услышав скрип двери, он резко обернулся. И без того бледный, он еще сильнее побледнел и, запинаясь, сказал: – Помогите мне. Я просто не могу оставаться на улице! Меня выгнали! Вышвырнули за дверь! – Не кричи так громко и заходи, – сказала я. – Лэрри разберется, кто ты и что с тобой делать. Через некоторое время мы уже знали, что парня зовут Ампо и он из богатой семьи. Недавно его отец и мать погибли, а наследница – старшая сестра – велела собрать вещи и уходить. Но Ампо сложил в сумку не одежду и мелочи, а деньги, которые отец хранил в его комнате. Правда, не все, а лишь те, что поместились в сумку. Когда Ампо показал нам свою ношу, я не смогла сдержать вздоха. Такого количества денег я никогда не видела! – Сколько там? – сдавленным голосом спросил Беон. – Ровно пятьсот картаров, – ответил Ампо. – Я готов отдать эти деньги вам. Взамен я попрошу лишь одного: возьмите меня к себе. Неважно, кем! Я готов делать что угодно. Я не выживу один! – Ну вообще, наша банда не задумана для расширения, – протянула Лэрри. – Но я подумаю. Во всяком случае, ты окажешься на испытательном сроке. Посмотрим, как ты будешь себя вести, а там... Там уже поймем, что с тобой делать. Вдалеке главные часы пробили полночь. Помолчав минуту, Лэрри добавила: – Я Лэрри, главная здесь. На мне все планы и расчеты, я – мозг банды. Атти и Беон в основном по делу, хотя у Аттарины тоже мозг неплохо варит. Даже не знаю, куда тебя пристроить, чтоб не напрасно хлеб жрал. – Говоришь, Атти тоже умница? – хмыкнул Беон. – Вот и пристрой его к ней, пусть обучает. Ты будешь править всеми нами, а она – им. – Беон, уймись, – махнула рукой главарь. – То, что я сказала, что у Атти мозги варят, не значит, что ты дурак. – Да я то что? – возмутился напарник. – Я же на полном серьезе. Ее ты хорошо обучила, пусть практикуется. А то что все ты одна? И так уже двух человек выходила. – Ну из приюта-то бежали все вместе, – возразила Лэрри, – просто потом я стала главной из-за того, что старше вас на год. Ладно, пусть Ампо будет с нами, под надзором Атти. Несколько месяцев спустя Погода на улице хуже с каждым днем. Вот и сегодня: на улице еще с вечера шел дождь, и, судя по всему, прекращаться не собирался. Хорошо, что не надо никуда уходить с чердака: накануне мы купили немного продуктов и запасли воды. Закутавшись в одеяло, я пошла завтракать, переступая через Беона и Ампо, которые мирно спали под шум дождя. За перегородкой, отделяющей спальное место от комнаты, совмещающей в себе главную и кухню, я обнаружила Лэрри, так же закутанную в одеяло. Она сидела над кастрюлей почти не тронутой каши и о чем-то думала. Причем так увлеченно, что даже не заметила моего появления. – Эй, Лэрри, – шепотом окликнула ее я. – А? Что? – вздрогнула от неожиданности подруга. – Тихо ты, парней разбудишь. – Сама подкралась, как мышь, и возмущаешься еще. – Это не я подкралась, это ты в облаках витала. О чем думала хоть? – Да так... Зима скоро. Холода... Как мы на чердаке будем? – Предлагаешь вернуться в приют? – С ума сошла? Конечно же, нет. Я думаю, не сорвать ли нам крупный куш и не сбежать ли в Малию навсегда... – Я не против. Только где нам этот крупный куш взять? – Да где угодно! Например, можно подстеречь человека около банка, когда он заберет деньги. – А если поймают? – Без риска не будет и удачи. И потом, нас же четверо. Неделю спустя Мы с Ампо сидим за углом здания и ждем условной команды от Лэрри. Я трясусь. Не столько от пронизывающего до костей ветра, сколько от страха. Впервые мы украдем такую большую сумму. Впервые наш риск будет огромен. Руки Ампо обняли меня. По телу словно пробежал электрический разряд, который как-то успокоил меня. – Не бойся, – сказал напарник, – Все получится. Лэрри встала со скамейки и пошла по улице. Знак. Пора. Мы с Ампо выбежали из-за угла здания. Вот он, банк. А вот и человек с туго набитой сумкой в руках, который, похоже, и является нашей целью. Мы поспешили к нему. – Простите, – залепетала я, – у вас не будет часов? Человек кивнул, поставил сумку на землю и полез в карман. Тут же из-за ближайшего угла молнией метнулся Беон. Мгновение – и сумки как не бывало. Я заорала, как и предписывалось по сценарию. – А-а-а! Ограбили-и! – заливалась я, как и предписывалось мне по сценарию. – Бегите, ловите-е! Человек (надо отметить, довольно полного телосложения) побежал в подворотню за Беоном, а мы – совершенно в другую сторону. На следующий день – Беон так и не появился, – сказала нам Лэрри, всю ночь просидевшая у окна. – Но сумка в тайнике, я ходила проверить. – Получается, он забросил сумку в тайник и побежал дальше? – удивилась я. – Скорее всего, погоня за ним усилилась, – всхлипнула главарь, – розыскные пошли следом. Он оставил сумку, пока они не видели, и побежал дальше, не желая сдавать нас. – Ну, не все так плохо, – погладила я подругу по плечу, – может, он еще придет. Давай сходим за едой, а? Я жутко голодна. – Если хочешь – иди, – пожала плечами девушка, – у меня на это нет ни сил, ни желания. Я здесь лучше посижу. На улице наконец было солнце. Из-за сильного ветра на лужах колыхалась рябь. Чувствовалось холодное дыхание осени. В магазине, пока я стояла в очереди за хлебом, Ампо отошел к газетному прилавку. Вернулся он со свежим выпуском газеты новостей. – Ну и зачем? – возмутилась я. – новости нам не так важны, как деньги, которые ты отдал за газету! Побледневший Ампо протянул мне газету. Я похолодела. На первой же странице была заметка про Беона. «Вчера банда беспризорников ограбила Мурога Машлэ, владельца сети продуктовых точек. В тот момент, когда он вышел из банка с суммой, полученной на открытие магазина в одном из районов города, к нему подошли парень с девушкой и задали какой-то вопрос, таким образом, отвлекая внимание Мурога. В это время их подельник выхватил сумку с деньгами и побежал. Вскоре по его следам были направлены розыскные с обученными собаками. Вор сумел спрятать сумку, но был пойман. На допросе молчал. К слову, это не первая кража, организованная этой группировкой. Беспризорников, отвлекавших потерпевшего, поймать так и не удалось. Ведется тщательное расследование.» – Так это значит... – оторопело пробормотала я. – Беона поймали? Забыв про хлеб, мы помчались обратно на чердак. Лэрри так и сидела у окна, прислонившись головой к стеклу. – Надо уходить, – я тронула подругу за плечо, – розыскные идут по следу. Беон уже пойман. – Я н-никуда н-не пойду, – запинаясь, промолвила Лэрри. На меня пахнуло запахом алкоголя. – Лэрри! – возмутилась я. – Ты же завязала! – А теперь развязала, – хмыкнула девушка. – Вы-то можете уходить, предатели. – Мы не предатели. Беона все равно уже не спасти, нужно спасаться самим. – Я останусь здесь. Здесь, в одном городе с Беоном. Шестнадцать лет спустя В Малии Меня разбудил резкий стук в дверь. Четыре утра. Кто это может ломиться к нам в такую рань? Мы с Ампо так и не завели друзей, а Варла, наша дочь, понимает, что знать, где мы живем, обязательно далеко не всем. Постучали еще раз. Нашарив ногами тапки и кинув взгляд на крепко спящего Ампо, я, зевая, двинулась к двери. За дверью оказался мужчина с цепким взглядом и документом, что, пролетев мимо моих глаз, скрылся в сумке. – Ежегодный отбор, – пояснил он свое появление. – У вас тут проживают девушки от пятнадцати до семнадцати лет? И не вздумайте врать, мы знаем, что таковая имеется. – Да, моя дочь недавно справила пятнадцатилетие. И я это не скрываю. – Ну и отлично, – ухмыльнулся странный гость. – Прошу ее явиться сегодня к полудню на Лунное озеро. – Но оно же на окраине города! Ей придется прямо сейчас собираться! Кстати, а зачем? – Я же сказал – ежегодный отбор. В этом году к нам приедет пять шейхов из Мириндара. Сегодня днем на Лунном озере они будут выбирать себе невесту. – А почему именно здесь, в Малии? – удивилась я. – Почему не в Лукреции? – В Малии самые красивые девушки рождаются. И не важно, что вы приехали сюда из Лукреции. Энергетика здесь особая. – Я что, могу стать женой шейха? – Варла стояла у дверного проема в халате и внимательно вслушивалась в разговор. – Да, моя дорогая, – ласково улыбнулся гость, – С твоей внешностью у тебя есть все шансы. А на этом я с вами попрощаюсь. Мне надо обойти еще много домов. Не забудьте про Лунное озеро, иначе вашей семье придется худо. Ухмыльнувшись напоследок, мужчина ушел. Варла тут же побежала собираться. Через час мы уже отправили ее на Лунное озеро. Проводив дочь до поезда, мы с Ампо, сияя счастьем, пошли домой. По пути нам встретилась наша соседка Цина, которая, увидев наше счастье, тут же спросила: – Чего такие веселые-то? Или сумели спрятать свою девку? Мою-то год назад на Лунное позвали. Хорошо, что рожей не вышла: ни один шейх ее к себе брать не захотел. – А нам, надеюсь, повезет и наша Варла станет женой шейха! – Вот... вот же люди! – возмутилась соседка. – Я была о вас лучшего мнения... А вам, оказывается, только бы от лишнего рта избавиться! Хотя что может быть в душе у людей, которые невесть из-за чего сбежали из Лукреции с кучей денег? – Да что здесь такого? Конечно, мы очень будем скучать по дочери, ровно как и она по нам, но ведь теперь она будет жить у шейха! А там ведь столько всяких благ! – Кто сказал? Вы посыльному поверили? Вы же свою дочь в рабство отправили! Цина рассказала нам о ежегодном отборе. На Лунное озеро собирают девушек от пятнадцати до семнадцати лет, а приезжающие шейхи выбирают среди них себе рабынь, красиво заменяя данное слово. А именно в Малии рабынь выбирают не из-за энергетики или еще чего нереалистичного, а из-за полнейшего беззакония, процветающего в городе. Через некоторое время Ампо скончался в тот же день от сердечного приступа. Я же через несколько дней получила инсульт и еще месяц лежала в госпитале с парализованными ногами, пока медсестра не согласилась сделать укол яда в обмен на сведения о тайнике с деньгами.