Колечко на удачу

Академия. Первый этаж. Библиотека. Библиотека встретила меня тишиной и приятным запахом старых книг. Она была именно такой, какой и должна быть Величественная Библиотека Академии Магии, святая святых магической науки. Именно такой, какой описывают её в книгах, такой, какими их представляют дети с расплывчатых рассказов родителей. Помещение действительно само по себе поражало своими размерами. Оно занимало два этажа в высоту и четверть первого этажа в ширину. В него, наверно, запросто поместилось бы два спортивных зала, четыре актовых и ещё бы место осталось. В комнате стояло множество шкафов, расставленных таким образом, что в совокупности составляли некий лабиринт, в котором, не зная дороги, можно было плутать пару суток. И дело даже не в запутанности ходов, а в хитросплетениях магии. А всё это было придумано из-за того, что библиотека содержала не только учебные пособия по теоретической и практической магии, но также достаточно редкие фолианты, являющиеся одним из главных достояний нашей империи. Раньше они были частью личной коллекции императора, но после пожара, унесшего «жизни» нескольких бесценнейший экземпляров, решено было перенести оставшиеся в академическую библиотеку, защищенную, наверное, лучше, чем личные покои Его Величества. Так вот, задумай кто забраться вглубь лабиринта в поисках книг, то и за сутки оттуда не выберется. А к утру библиотекарь заметил бы незваных гостей. Но чаще всего там ловили лишь заблудившихся в поисках этих самых книг студентов. А вокруг на стеллажах всё было заполнено книгами. Книги, книги, книги, куда ни глянь. И от этого количества просто кружилась голова. Вдоль стен так же располагались шкафы, они тянулись по всему периметру комнаты и по размеру в высоту достигали потолка. Почти у самого входа стояла большая стремянка, магически укреплённая для того, чтобы не сломаться и не ускользнуть из-под ног пожилого библиотекаря, когда он будет находиться где-нибудь под потолком второго этажа. Хотя лично я бы в жизни не полез на такую махину под самый потолок, будь она хоть трижды замагичена. Высоту я с детства недолюбливаю. По библиотеке были «разбросаны» красивые скульптуры, сделанные из серого мрамора на подставках темно-шоколадного цвета, а потолок был искусно расписан лучшими мастерами империи. А у самого входа стоял большущий стол, заваленный всяким хламом, типа бумажек, различной мелкой канцелярии, также магическими карточками-формулярами. Видимо, библиотекарь как раз начал разбирать их. Когда я вошёл, за столом никого не наблюдалось, поэтому, чтобы не терять зря время, решил пройтись вдоль рядов. Удивительно было то, что нигде я не заметил и пылинки, а вещичек, мелких статуэток, больших скульптур и, конечно же, книг было огромное количество. Я так увлекся разглядыванием всего этого великолепия, как не заметил, что довольно сильно углубился внутрь помещения. Хорошо хоть не решился лезть в лабиринт, а то точно бы потерялся. Ладно, нужно возвращаться. Бросив последний взгляд на полки, я хотел было уже пойти обратно, но вдруг заметил один стеллаж, полностью уставленный маленькими статуэточками и фигурками. Это было похоже на какую-то коллекцию, но очень уж странную. Экспонаты были все разные, но все же объединял их какой-то элемент, но какой – сложно сказать. От этого коллекция казалась еще интересней, ее хотелось разглядывать и разгадывать, как головоломку, пытаясь ухватит ту деталь, что так ловко ускользает от невнимательного взгляда. Одна из фигурок привлекла мое внимание сильнее остальных. Это была маленькая балерина в красивом белом платьице. Она сидела на сером камне, печально опустив голову на колени, а около нее валялись потрёпанные пуанты. Рядом с танцовщицей лежало маленькое золотое колечко, простой тоненький ободок, по размеру подходящий только для очень тоненького, явно женского пальчика. Я, было, потянулся к фигурке, как мне на плечо внезапно легла чья-то тяжеленная рука. Бамс. Сердце скакнуло куда-то под горло и забилось быстро-быстро, ускоренно гоняя кровь по венам. Дыхание сбилось, а тело отказалось слушаться. С трудом протолкнув комок, стоящий в горле, я медленно обернулся и уткнулся взглядом прямо в чью-то широкую грудь. Очень широкую и накачанную. Она была шире, чем у спортсменки-Аманды, шире, чем у качка-Жака, и тем более шире, чем у среднестатистического меня. Переместив взгляд вверх, я всё-таки увидел перед собой мужчину. Ростом он был явно около двух метров, так как головы на полторы был выше моих ста семидесяти пяти. Квадратный подбородок, довольно грубые, будто рубленые черты лица, большой крючковатый нос, отдающая синевой бледная кожа и маленькие глазки неопределенного цвета создавали не особо приятное впечатление о мужчине, да и, в общем, с такой внешностью он явно не располагал к себе. А учитывая ситуацию, в которой мы повстречались… Короче, я с большим трудом поборол желание рвануть куда подальше, как нашкодивший школьник, и неловко улыбнулся. Но моя улыбочка, кажется, нисколечко не разжалобила его. - Эээ, здрасте, - буркнул я, с подозрением косясь на руку, всё ещё лежащую на моем плече и здорово оттягивающую его вниз. - Ррр, - невнятно прорычал он, тяжело дыша. И это самое «ррр» будто вибрацией прокатилось по телу, оседая где-то в животе. - Кого ты там поймал, Финни? – послышался откуда-то из-за стеллажей добродушный старческий голос. И буквально через секунду я увидел его обладателя. - Рррр! – утвердительно прорычал «Финни», сильней сжимая несчастное плечо. Явно останутся синяки. - Ну где же твои манеры? - Улыбнулся невысокий седовласый мужчина довольно-таки пожилого возраста. – К нам гость пришел, а ты так невежливо его встречаешь. Железные тиски разжались, и я, наконец, смог вздохнуть свободно. Как только легкие наполнились спасительным кислородом, я тут же сделал шаг в сторону от этого-непонятно-кого. - Меня направил к Вам Мистер Келлифер… - А-а, первокурсник. Ну понятно, старшие редко к старику Огнату заглядывают. Значит, универсалом будешь? – старичок остановился напротив, скользя по мне внимательным, но, тем не менее, добродушным взглядом, который дарил спокойствие и умиротворенность, будто медом душу смазал. А внутри как будто пружинка разжалась, и отпустило. Небольшой стресс, пережитый от встречи с «Финни», пропал почти бесследно. Высокий мужчина не казался уже таким страшным, скорее настораживал, но я был уверен, что рядом с этим стариком он мне ничего не сделает. - У меня тут список… - Я полез в карман штанов в поисках списка учебников, что дал мне преподаватель. - Ой, да убери ты свои писульки. Знаю я уже наизусть, что тебе надобно. Я, может, и старик, но на память пока не жалуюсь, - библиотекарь многозначительно погрозил кому-то пальцем, затем задумчиво почесал небольшую седую бороду, прокашлялся и начал. – Та-а-ак-с, посмотрим. А ты что своими глазками зелёными-то хлопаешь? Достава-а-ай, доставай свои писульки. Проверяй. «Основы травоведения», так? - Так, - подтверждающее кивнул я, отыскав в конце небольшого списка, написанного довольно корявым почерком моего нового преподавателя, нужное название. - «История Великих», «Маговедение», «Некрология. Том первый», так? - Так, - улыбнулся я. Библиотекарь говорил довольно забавно, активно жестикулируя руками, размахивая ими во все стороны. - И ещё что-то из мертвых языков. Какой вы будете изучать? - Капарнойский. - Да, сложный язык, сложный. Не повезло вам, детишки. В прошлом году в программу Талийский поставили, вот это полегче будет. В общем, «Капарнойский язык. Уровень первый». Всё? - Эм, нет, - я прищурился, внимательно разглядывая бумажку, но нихрена не мог прочесть. - Дай-ка, - старик немного дрожащей рукой забрал список, поправил сползшие на нос очки и вчитался в текст. – Ох, это же Динюша писал! - Кто-кто? – переспросил я, навострив ушки. - Ну Динюша Келлифер. Учитель твой, - старик усмехнулся, почесав кустистую бровь. – Учитель, да. Совсем недавно носился тут по Академии, хвосты подтягивал и просил доброго дядю Огната помочь. Надо же, выпустился всё же. А думали, что вылетит. Но он всех сделал. Очень способный мальчишка был. Да-а-а. - Был? Почему был? – удивился я. - Ну так изобретатель же он. Фантазёр. Человек творческий. Ему бы в магонауку пойти, новые заклинания придумывать, артефакты, а он, дур-р-рак, тут остался. Зачем? А ведь такое будущее пророчили ему… - Что-то я не понял. Такой умный студент и чуть не вылетел? – переспросил я. Неожиданно захотелось побольше узнать о том, с кем предстоит уживаться как минимум лет пять. К тому же, как учила меня моя мамочка, никакая информация не может быть лишней. - Да тут понимаешь, какое дело. Не мог он заучивать, ему хотелось изобретать, творить. Авантюрист тот еще, поэтому неоднократно влипал в истории, из-за которых несколько раз чуть не вылетел отсюда. И вроде уже восьмой десяток разменял, а дури в голове не убавилось. Вот, помню, в прошлом году он со своим дружком… Как его так? Ростисом! С Рикбертом Ростисом пошел… Гм… - библиотекарь осекся и задумчиво прикусил нижнюю губу, а я же, подавшись немного вперед, внимательно вслушивался, впитывая каждое слово. - А дальше-то что? - Так, это все книги? – перевел тему старик. - Э, нет. Тут еще «Зельеварение» есть… - Зельеварение? - удивился библиотекарь. – Левинская же всегда без книжек справлялась? - Да нет, - отмахнулся я, - это персонально мне. По словам Келлифера, «чтобы не задавал тупых вопросов, где бух, где бах, а где пшшшш, а сам взял и прочёл». А еще «История сестёр Нисварт». - История сестёр Нисварт? Это про ведьмочек что ль? Зачем тебе забивать этим голову? – фыркнул он. - Ну, мне посоветовала это прочесть комендант… Мистер Огнат снова пробежался по мне внимательным изучающим взглядом. - Мда, тебе, наверно, стоит это прочесть. Только помни, что колдовство* у нас запрещено. На костре тебя, может, и не сожгут, но в подземелья угодишь точно. Пойдем. Старик резво развернулся, схватил меня за руку и потащил вглубь лабиринта, шустро передвигая ножками. Я только и успевал вертеть головой, даже не пытаясь запомнить дорогу, но впитывая обстановку. Хотя лабиринт ничем и не отличался от стен. Такие же шкафы, такие же книги. Кое-где на полочках были размещены статуэтки. - Мистер Огнат, а что это за мужчина?… - пошептал вопросительно я. - А, Финни? Финни – это искусственно созданный живой организм. Смесь человека, орка. Там даже немного эльфийского есть. - Да ладно? – выдохнул я. Лучшие маги мира бились над созданием, клонированием существ, но все попытки проваливались. А тут живое доказательство ходит, двигается, дышит. И почему об этом не знает общественность? - Да, только вот неудачным был этот опыт. Ожить-то он ожил, но вот разумом наделить его не получилось. И мне лучше говорить всем, что он мой племянник, - пожал плечами он. Старик хватал с полок книги и впихивал мне в руки, и не скажешь, что пожилой человек. В итоге, спустя несколько минут мы уже стояли у стола с внушительными стопками книг в руках и заполняли карточку. - А почему вы считаете этот опыт неудачным? – опять вернулся к этой теме я. – Ведь многим даже оживить ничего не получается. - Просто для того, чтобы это сделать, - признался он, отводя глаза, - мне пришлось отдать большую часть жизненной силы… Мда, и что теперь? Теперь я, двухсотлетний мужчина, работаю зачуханным библиотекарем в Академии, которая должна была меня прославить, и выгляжу так, будто мне за пятую сотню перевалило, - старик досадно стукнул кулаком по столу, а я вздрогнул от внезапной вспышки ярости. - Извините, - пробормотал я, чувствуя за собой легкую вину. - Да ничего, - внезапно успокоился он. – Спрашивай у меня, ежели что. Знай, ты всегда можешь ко мне обратиться. Уже выходя из библиотеки, я вспомнил кое-что, что меня очень заинтересовало, и решил-таки спросить. - Мистер Огнат, а та балерина на полке… - замялся, не зная, как правильно сформулировать мысль. Библиотекарь, кажется, даже не удивился этому вопросу. Он тут же начал отвечать, быстро, четко, не задумываясь, как будто пересказывал это уже тысячу раз. Или скорее наоборот – прогонял в голове текст, мечтая сообщить это кому-нибудь заинтересовавшемуся. - Да-да, грустная танцовщица. Знаешь, моя любимая статуэтка. - Она действительно такая печальная. Почему вы ее так любите? - Потому что каждый может увидеть в ней себя. Танцовщица олицетворяет несбывшуюся надежду, разрушенную мечту. Ведь в детстве почти все девочки мечтают вырасти и стать красивыми хрупкими балеринами. Но зачастую мечты ломаются, надежды рушатся, так и не успев воплотиться в реальность. Жизнь оказывается совершенно не такой, какой представляешь ее в детстве, – жестокая, безжалостная. Она ломает, перекраивает под себя, подбрасывая все новые испытания. И не каждый с ними справляется. Эта девушка напоминает мне о моих поражениях, битвах, которые я проиграл, о тех моментах, где я опускал руки. Но она же и придает мне сил, заставляет двигаться дальше и стремиться к намеченной цели. Она заставляет меня снова и снова верить в мечту... Голос библиотекаря потонул в ультразвуке звонка, изнасиловавшем мои барабанные перепонки в очередной раз. - Ладно, беги, Алек. Сейчас ко мне придёт твоя группа, и я буду занят. Но помни – ты всегда можешь ко мне обратиться. Я благодарно кивнул, улыбнулся и выскочил в коридор, поудобнее перехватывая тяжёлую стопку книжек. *** - Ну что, Алексис Эрайский, добро пожаловать в Академию, - ухмыльнулся библиотекарь, глядя вслед парню, но Алек этого уже не слышал. Академия. Отнеся книги в комнату, я завалился на кровать и решил почитать то, что интересовало меня с самого первого дня – зельеварение. И я так углубился в чтение, что не заметил, как пролетел весь оставшийся день. Оторвать меня от учебника смогли лишь урчание в животе и этот жуткий звонок. Когда же мой организм уже под него перестроится-то? Как ни странно, но телепорты меня спокойно спустили вниз. Не пришлось даже угрожать, просить, умолять. Хотя может это что-то типа затишья перед бурей? Не знаю, не знаю, но мне не хотелось, чтобы они отказали в самый неподходящий момент. Спустившись в столовую, я тут же был подхвачен вихрем, и имя ему Жак и компания. Меня в четыре пары рук поволокли к столу, наперебой о чём-то болтая. Вот уж не знаю, как они понимали друг друга, но для меня все слова сливались в монотонный галдеж. На ужин подали какую-то непонятную субстанцию, именуемую кашей, салат и мясо. Запахи были вполне себе аппетитные, но вид этой серой склизкой кашицы напрочь перебивал все желание что-либо пробовать. Хотя все уверяли меня, что это невероятно вкусно, я не решился положить это в рот, съев лишь салат и лениво покатав мясо по тарелке. Кстати, к этой же компании неожиданно примкнула и Ками Теранойская, та самая крикливая блондиночка с острыми коготками. Более того, из её взгляда как-то неожиданно исчезло презрение и появилось что-то другое, странное, что я пока еще не смог идентифицировать. - Ой, посмотри, а вот и наш ослик! – воскликнул Жак, многозначительно поглядывая на меня. Я обернулся и увидел моего рыжего знакомого. Он неловко толкался у входа, не решаясь сесть за какой-нибудь стол. Все уже были заняты, поэтому нужно было к кому-нибудь подсаживаться. А парень, видимо, тут ещё ни с кем не подружился. И отчасти в этом я считал себя виноватым. Надо извиниться. Собрав волю в кулак, засунув подальше гордость, попрощавшись с сомнительным авторитетом, который я имел в этой компании, я поднялся и уверенной походкой направился к рыжему. - Мм, привет. - Ты что-то хотел? – гордо задрав подбородок, настороженно ответил он. - Ахаха, смотри-смотри, сейчас Алек опять его завернёт! – послышался откуда-то сзади голос Жака. Кажется, крик Жака слышал весь зал. Студенты заткнулись, наблюдая за нами. Я неуверенно сглотнул и оглянулся. Десятки глаз уставились на меня в ожидании чуда, даже учителя оторвались от своей трапезы и заинтересованно косились в нашу сторону. Но заметней всех был взгляд моего нового преподавателя и Магистра Ростиса. Первый смотрел с каким-то осуждением, второй – с детским любопытством. - Ну, давай, говори уже, что хотел. Видишь, все ждут, - устало выдохнул он. И мне стало неожиданно жалко его. А еще очень стыдно. Ведь, возможно, если бы не тот случай, всё могло обернуться по-другому. Академия большая, Люк обязательно нашел бы себе друзей. Мне всегда было жаль таких людей, которые волей случая или из-за каких-то идиотов, пытающихся самоутвердиться за чужой счет, падали на дно этой помойки, называемой коллективом, и потом годами не могли оттуда выбраться. А теперь этим идиотом, пусть и невольно, но стал я. - Извини, - неловко буркнул я. - Что? – переспросил он. – Это шутка такая? Не смешная, - парень фыркнул, развернулся и неторопливо пошел к выходу. Кто-то глумливо засмеялся, кто-то начал выкрикивать что-то вслед Люку, но большая же часть смотрела на меня с веселым одобрением, думая, видимо, что я сказал ему нечто очень неприятное. Пытаясь исправить то, что натворил, невольно сделал еще хуже. В какой-то момент меня неожиданно взбесили все эти взгляды, полные уважения. Но уважения не от того, от чего бы мне хотелось. Не нужна такая слава, такой псевдоавторитет, заработанный на других. Мне всегда претило это, и сейчас я не собирался переступать через себя, чтобы понравится другим, хотя и понимал, что учиться мне тут еще очень много, и если я буду делать то, что задумал, то годы меня ждут очень «веселенькие». Но я сам загнал его в эту яму, мне его и вытягивать. - Итак, я хочу прилюдно извиниться перед Люком Шастре за те слова, что случайно обронил вчера в холле. Люк, - обратился я к парню, шокировано взирающему на меня, и неловко улыбнулся, - ты простишь меня? Я, правда, не хотел тебя как-то обидеть или оскорбить. И мне действительно стыдно за свои слова. - Да ладно, чего уж там, - махнул рукой ошарашенный парень. Я снова осмотрелся. В столовой повисла звенящая тишина. Никто и слова не проронил, все уставились на меня, как на диковинку. - Ну, всем приятного аппетита, - фыркнул я и направился на выход, успев заметить какой-то разочарованный взгляд Рикберта и очень внимательный Диониса. Как только я вышел из помещения, как столовая тут же загудела, обсуждая мою выходку. На середине пути к лестнице меня догнал Люк. - Эй, Алек, подожди. - Что? - Зачем ты это сделал? - ко мне подбежал немного запыхавшийся рыжий. – Ты же понимаешь, какие будут последствия? - Понимаю, - утвердительно кивнул я. - Ну и зачем? - Затем, что так надо. Меня папа всегда учил нести ответственность за свои слова и действия, и я пытаюсь это делать, - ответил я и пошел на второй этаж, но потом остановился и спросил, - а что у нас завтра за первая пара? - Некрология, - ответил рыжик. - А кабинет? Я просто ещё не очень разобрался тут, - сказал я. - Сорок пятый, кажется. Хочешь, я могу завтра зайти за тобой? – робко спросил он, неловко улыбаясь. - Да, конечно, я буду не против, - ответил я и направился в свою комнату. Спать. *Колдовство и магия в этом мире разные вещи. Магией занимаются маги, колдовством - ведьмы и колдуны.