Гори оно всё синим пламенем

Время было уже далеко за полночь, когда Эрик подходил к Питомнику. Он надеялся прошмыгнуть незамеченным через запасной вход, но Тим, осматривающий территорию, мгновенно учуял его. Решив, что иного выхода нет, парень двинулся к смотрителю. — Ты где был опять? — с каменным лицом произнёс Тим, глянув на вспотевшего волчонка. — Прости, я был на вечерней пробежке и задержался. Энергию нужно было выбросить, иначе я не смог бы спокойно спать, — юноша ещё раз поблагодарил всевышнего за умение лгать не краснея. — Ты понимаешь, что если бы тебя нашёл кто-то другой, тебе бы пришлось отвечать за свои выходки? — в голосе смотрителя послышался упрёк. Однако слова были сказаны отнюдь не со злостью или жестокостью, как говорили практически все остальные надзиратели. В словах Тима была… забота. — Понимаю, Тим, извини, — пролепетал Эрик, опуская глаза, словно провинившийся ребёнок. Хотя именно таковым он и ощущал себя. — Пойдём, — скомандовал Тим, и они оба направились к главному входу, где дежурили двое мужчин. Тим ловко солгал, убедив, что тренировал парнишку, чтобы вымотать окончательно перед сном. Охранники расступились, и они направились по узким коридорам Питомника к комнате. — Эрик, — мужчина взял парнишку под локоть и отвёл за угол, где их не могли бы услышать. — Ты должен рассказать мне всё. Я не смогу защитить тебя, оставаясь в неведении. Мальчишка доверял Тиму, он уважал его и ценил. Мужчина был одним из немногих, кому Эрик мог довериться. Однако выпалить всё как на духу казалось не лучшей затеей. — Завтра ночью, в районе полуночи, на Питомник нападут. Поверь, они хотят помочь нам, всем тем, кого держат тут, кому здесь не нравится. Они освободят нас: меня и тебя. Их в разы меньше, чем охранников, поэтому фактор внезапности — это единственная надежда. Эрик был уверен, что Тим будет молчать, однако доля риска была, нельзя быть уверенным в чём-то на сто процентов. Лив долгое время сидела на кровати, стараясь не думать ни о чём. Как только дверь открылась, девушка вздрогнула, словно никто не должен был появляться здесь кроме неё. Парень кротко кивнул, и волчица снова отгородилась от реальности. Эрик не мог поверить, что день закончился. С той ночи в парке, когда он первый раз встретил других оборотней, страх не покидал его ни на секунду. Боязнь быть пойманным смотрителями, непонятное, ничем не подкреплённое и не объяснимое доверие Стае, решение Лив, осознание того, что они смогут выбраться на волю — всё это разрывало Эрика. Но ему везло, хотя навряд ли добродушие Тима можно назвать везением. Тим был одним из первых смотрителей этого Питомника, начал работать как только его достроили. Он всегда был верным работником, беспрекословно выполнял все приказы, что поступали сверху, никогда не нарушал правил. Но в нём не было того, что было в большинстве смотрителей: бессердечности, истинной злости и ненависти, которая наполняла бы всё сердце. Тиму было немногим больше 40, семья погибла в ужасной авиакатастрофе много лет назад. Сам он чудом выжил: мужчина, летевший рядом с ним, оказался оборотнем и обратил его, когда понял, что иного способа спасти жизнь человека не было. Сразу после этого оборотень отвёл Тима в один из Питомников, как ученика. Годы упорных тренировок, нервных срывов, боли, и ученик превзошёл учителя. Тим часто вспоминал крушение, прокручивал всё в голове, различные варианты другой реальности, где его жена и сын живы; или где он мёртв как и они. Но спустя столько лет в жизни Тима появился тот, кто стал ему так же близок, как родная семья: Эрик. Мужчину приставили к юному волчонку сразу же, как только того привезли в питомник. Первые дни смотритель полагал, что нет в этом мальчишке ничего особенного, он такой же, как и десятки других волчат, которых он тренировал больше половины жизни. С каждым днём Тим узнавал юношу всё лучше и лучше, он стал для Эрика не только смотрителем и тренером, но и наставником, человеком, к которому можно было бы прийти с проблемой. Они заменили друг другу потерянную семью. Чем больше и сильнее становилась стая в Питомнике, тем больше Джон хотел покинуть это место и никогда сюда не возвращаться. Спустя столько лет ему словно открыли глаза на всё происходящее: из детей делали армию, убийц. Невинных, чистых и слабых детей. Эрик. Он стал причиной всему, но именно из-за него Тим откладывал своё увольнение каждый день. Однако он понимал, что ему не дадут уйти. Но если не пробовать, не придётся разочаровываться. Поэтому Тим продолжал тренировать новобранцев, пристально поглядывая за Эриком, убеждая себя: «Когда-нибудь я выберусь отсюда. И Эрик уйдёт со мной. Я спасу его. И тогда всё наладится… Тогда всё наладится». На следующий день, когда время нападения на Питомник близилось, Тим начал нервничать. Он не мог сидеть без дела, не мог не попытаться помочь неизвестным спасителям. И пускай шансы были низки, надежда, как известно, умирает последней. Ходя меж комнат, населённых оборотнями-подростками, Тим пытался придумать хоть какой-то план. Дойдя до главного выхода и увидев, что на посту стоит один из новоприбывших людей, совсем юный и только осваивающийся в Питомнике, мужчине в голову пришла идея, которая, как ему показалось, могла бы помочь ему, помочь Стае. — Привет, Тим, — поприветствовали мужчину охранники. Он улыбнувшись подошёл к ним поближе и так же поздоровался. — Собираешься на ночную пробежку опять? — отозвался оборотень, он был на несколько лет младше Тима. — Да даже и не знаю. Опять бессонница мучает, да и энергии ещё много осталось. Грех ей понапрасну пропадать, — усмехнувшись мужчина посмотрел на зевающего молодого человека. — Слушай, Макс, иди отдохни. Ты уже многое вытерпел за эти дни, что находишься здесь. Это тяжело, мы все прошли через это, — Тим и второй охранник понимающе улыбнулись парню. Юноша поблагодарил Тима и ушёл в глубину Питомника, чтобы хорошенько отдохнуть от внешнего мира. Спустя несколько минут Тим отлучился за чашечкой кофе себе и напарнику. — О, спасибо огромное! А то давно ничего не пил, в горле уже пересохло, — охранник взял чашку и за пару секунд осушил её. Через пять минут охранник спал крепким сном, пускай он и недолго продлиться. Когда Тим пошёл за кофе, он успел забежать в свою комнату и подсыпать в чашку лошадиную дозу снотворного. Стая, как и говорил Эрик, появилась на горизонте чуть позже полуночи. Крис уже направил своё ружьё на мужчину, однако заметив, что тот поднял руки, и увидев лежащего без сознания оборотня, опустил его. — У вас мало времени, — не успев даже представиться, начал Тим. — Он скоро очнётся, и это усложнит ситуацию, — он кивнул на второго охранника. — Вам лучше разделиться, так вы застанете их врасплох. Иначе они убьют вас быстрее, чем вы успеете поднять своё ружьё. Тим наскоро рассказал Стае о третьем входе, именно через него можно быстрее добраться до главного. Выслушав наставления мужчины, Стая решила разделиться. Решив, что главный вход самый охраняемый и понадобиться больше натренированных людей, с него зайдут трое Калаверас, в том числе Арайа, а от Стаи Айзек, Кира и Питер. Запасной вход почти не охранялся, так как не вёл к особо важным местам, через него в Питомник проникнут Дерек, Лиам, Лидия и два человека Арайи. Тайный же вход был самым важным, он находился ближе всего не только к комнате главаря, но и к месту заточения Дитона. Там понадобится хитрость, скорость и расчётливость, поэтому туда отправятся Скотт, Крис, Кэндис и Стайлз. Распределившись, все направились в оговоренном направлении. Через несколько минут после их ухода, когда уже запах был едва уловим, проснулся второй охранник. — Вокруг было чисто, и я решил не тревожить тебя понапрасну, — убедил его Тим. Тима потрясывало, как бы он не пытался успокоиться. Всё шло тихо, значит, они проникли незаметно или же их уже убили. Эта мысль не давала покоя мужчине. Когда раздался оглушающий вой сирены, у Тима словно камень с души свалился. Теперь он может помочь им, ведь в общей толпе его никто не заметит. Однако он зря думал, что спокойно и быстро проберётся к кому-нибудь из них. Добравшись до главного холла, который был самым большим помещением во всём Питомнике, Тим понял, что помощь Стае больше не нужна. Видимо их заметили далеко не сразу, а возможно они убили кучу охранников и смотрителей, чтобы весть об их проникновении нескоро разнеслась по всему помещению. Проталкиваясь сквозь толпу, он заметил, что собрался весь Питомник: охранники, смотрители, тренеры и прочие рабочие, а так же подростки, выбежавшие на шум из своих комнат. Пришлось приложить немало усилий, чтобы протиснуться к началу толпы и увидеть, вокруг чего все собрались. Стая в полном составе, а так же Дитон были окружены сотней оборотней и людей. Только присмотревшись, Тим заметил главаря, Джона, он находился под прицелом у Арджента и двух людей Арайи. Толпа шумела. Все перешёптывались, толкались и орали, словно огромный пчелиный рой. Кто-то из девушек плакал, другие из последних сил сдерживали своё обращение, это были совсем новенькие оборотни, им было ещё тяжело себя контролировать. Стая долго о чём-то переговаривалась, глядя в толпу. — Тихо! — громко и грозно произнесла Кэндис, но в холле всё так же было слишком шумно, чтобы начинать переговоры. — Тихо! — рявкнул Питер так, что затряслись лампы. Это подействовало на всех. Сотни глаз уставились на захватчиков и своего вожака, который был в безвыходной ситуации. Действовать никто не решался, дабы не усугубить ситуацию, поэтому все молчали. — Спасибо, — шепнула Кэн мужчине, тот лишь усмехнулся, предоставляя девушке вести переговоры. — Этот человек, это существо, — Крис вывел Джона поближе к толпе, — многих из вас обратил против воли и заточил здесь, в этом ужасном месте, где вас мучили, готовили из вас жестоких убийц. Конечно, есть среди вас те, кто сам выбрал эту участь, и это личное дело каждого. Но те из вас, кто больше не хочет существовать здесь, в заточении, кто хочет жить своей жизнью, вернуться к родным и близким, теперь могут спокойно уйти, и никто не будет вас останавливать. Толпа снова загудела, заглушая слова волчицы, все начали толкаться, кричать что-то невнятное. — У вас есть право выбора, у каждого из вас. Те же, кого устраивает такое существование, может и дальше продолжать это. Мы отпустим вашего вожака, — Стилински с презрением взглянула на Джона, —, но чтобы вас больше не видели и близко с Бейкон Хиллс. Мы отпустим всех, не причинив больше никому вреда и боли. Но если мы ещё узнаем, что вы против воли обращаете подростков и держите их как животных в Питомниках, поверьте, вас найдут, каждого из вас, и тогда уже пощады не ждите. Кэндис говорила чётко, твёрдым и уверенным голосом, ни разу не дрогнув. Все в зале, даже члены Стаи, удивлённо смотрели на неё. — А теперь все могут быть свободны. Но если кто-то из вас попытается навредить нам, то у вас больше не будет главаря, — закончила наконец Стилински. Все, как по команде, бросились к выходам. Они толкали друг друга, падали на пол, но некоторые из них оставались людьми, в то время как большинство было животными. И дело тут вовсе не во внешнем виде. Когда в помещении осталось чуть больше десяти человек, Крис подтолкнул наследника домиторов к своим служащим и опустил ружьё. Накаченного аконитом Джона подчинённые подхватили и вывели прочь. Так, казалось бы, обречённая на провал операция по спасению Дитона увенчалась успехом. Они не только вызволили друида, но и спасли около ста людей от мучений. День выдался не из простых, но когда в Бейкон Хиллс всё шло гладко. Проводив Арайю и её людей, вся стая не спеша шла по тихим тёмным улицам города, наслаждаясь безмолвием и спокойствием. Хотя ещё многое осталось недосказанным. Теперь всё самое тяжёлое позади, Дитон в безопасности, и он сможет дать ответы. Всех мучили одни и те же вопросы, некоторые из них возникли ещё с появлением Кэндис в городе. А ведь именно спустя несколько дней после прибытия Стилински, в Бейкон Хиллс началась вся эта суматоха. Наверное, у Стилински есть особый дар: находить всевозможные неприятности. Этого дня вся Стая ждала уже несколько месяцев. Несмотря на усталость, сонливость и ранения, пускай и несерьёзные, все направились домой к Стилински, подошёл даже Джексон, чему все были невероятно удивлены. — А ты чего здесь забыл? — ощетинился как всегда на оборотня Стайлз. — Это я его позвал, — спокойно ответил МакКол, смерив друга взглядом. Все уселись поудобнее, хотя ситуация была очень напряжённой. Несмотря на то что основная часть операции выполнена, осознание того, что всё это кончилось, никак не могло уложиться в голове у каждого из присутствующих. Алан сидел в кресле, так, чтобы его могли видеть и слышать все. Мужчина выглядел сильно измотанным, за время заточения он словно постарел сразу на десять лет. Пускай его не держали как опасного преступника, заточение против собственной воли без возможности видеть солнечный свет никому не могло пойти на пользу. — Я бы предпочёл сейчас находиться дома, однако понимаю, что если не ответить на ваши вопросы, они просто разорвут вас на части. Поэтому я начну и постараюсь быть краток, — было видно, что каждое произнесённое слово давалось с трудом. — Несколько месяцев назад, после разговора с тобой, — Дитон кивнул на Скотта, — я задержался на работе допоздна. Около полуночи я услышал странные звуки и решил выйти посмотреть. Я не успел ничего понять, как неизвестный схватил меня и вколол снотворное. Как и куда меня везли, я не помню, очнулся в ярко освещённой комнате. Я бы решил, что нахожусь где-то в центре города, планировка комнаты была очень схожа с теми домами, но вокруг не было окон и пахло сыростью. Нетрудно было догадаться, что мы находимся под землёй. Я смог осмотреться. В комнате было две двери, одна закрыта, другая же вела в коридоры. Бежать было бесполезно, на каждом углу стояли охранники, поэтому я вернулся в комнату и стал ждать. Спустя несколько минут в комнате появились два крупных мужчины, один из них был оборотнем, другой — человеком. Но не только это меня удивило: татуировки на руках у них были одинаковые. Волк со стрелой в зубах. В памяти начали всплыть отрывки древних легенд и сказаний о могущественных охотниках. Следом за амбалами в комнату вошёл мужчина средних лет, у него на руке виднелась та же татуировка, а глаза светились красным светом — понять, что это альфа, было несложно. Хотя он специально сверкнул глазами ещё раз, усаживаясь напротив меня. Наш диалог затянулся на несколько часов, хотя это более походило на монолог. Джон, так представился мужчина, действительно был самым главным, и не только из-за цвета радужки. Когда же он упомянул домиторов, я сразу вспомнил символ-татуировку. Домиторы, как вам уже известно, были одними из первых охотников на сверхъестественных существ, однако считалось, что их род вымер давным-давно. Главарь домиторов ещё много веков назад решил, что вовсе не обязательно уничтожать оборотней и прочих существ: если их контролировать и воспитывать, они могут быть очень полезны. Именно тогда они попытались создать первый Питомник. Однако всё пошло не так, как планировали охотники. Волки сговорились и подняли бунт, уничтожив практически всех домиторов. Тем, кто остался в живых, пришлось бежать. Именно поэтому про домиторов никто не слышал множество лет, они оставались в тени. Спустя много веков Джон решил воплотить идею предков в жизнь, свято веря, что это улучшит жизнь всех. По всему миру начали появляться такие небольшие Питомники как в Бейкон Хиллс. Главный штаб у них находится где-то в центре страны, это всё, что мне о нём известно. Джон похитил меня, чтобы разузнать побольше о полном превращении. Однако я не смог сказать что-то конкретное, как не не сказал тогда вам. Джон культурно указал на дверь и предупредил, что если я сам не пойду, мне помогут его беты. Медленным шагом я направился за одним из них. Меня отвели в одно из помещений, которыми были наполнены эти подземелья. Со стороны могло показаться, что это камера пыток: окон нет, на дверях решётки, полная звукоизоляция, кромешная тьма, непонятная средневековая конструкция стояла посреди комнаты, предназначенная, как я потом узнал, для усмирения особо буйных существ. Однако, объяснив, что нет смысла держать меня в таких ужасных условиях, Джон провёл меня до комнаты, расположенной в другом конце коридора. Она представляла собой обыкновенную спальню в дешёвом мотеле. Джон напомнил мне о мрачной камере, сказав, что, если я не буду повиноваться, то быстро сменю место дислокации. Несмотря на то что меня практически не выпускали из спальни, до меня доходили новости и слухи, но я слышал лишь обрывки фраз. В целом я не знал, что твориться за стенами камеры, где меня держали, и это неведение порой угнетало. Пожалуй, пока я сказал вам достаточно, — Дитон устремил взгляд на Тима, сидевшего поодаль. — Об остальном, что творилось внутри Питомника, стоит рассказывать не мне. Тим, слегка ошеломлённый, сперва и сказать ничего не мог. Ему всегда было тяжело сформулировать свои мысли, чего уж говорить о красноречии. Но он понимал, что у него есть информация, в которой нуждается столько людей. И несколько минут рассказа о месте, которое он ненавидел всем сердцем, это меньшее, чем он мог отплатить им за свободу. — Я пробыл смотрителем достаточно лет, но то, что творилось в последнее время, не могло не повергнуть меня в ужас. Обстановка в Питомниках становилась всё хуже, тренировки у оборотней всё жёстче. Число волков увеличивалось с каждой неделей. Молодые парни и девушки в возрасте от 13 до 20 лет прибывали в эти ужасные места. Испуганные до смерти, зажатые, нелюдимые. Уходило несколько недель, а то и месяцев, чтобы они начали понимать, что же с ними произошло. Некоторые так и не смогли смириться с новой жизнью: они сами разрывали себе глотки, лишь бы прекратить существование. Однако это лишь единицы. Есть и те, кто был укушен по собственной воле. Они-то и были самыми сильными, ловкими и лучше всего обучались. Такие ребята подолгу не задерживались в маленьких Питомниках, их отправляли в главное здание, где обучали необходимым навыкам. Кто-то оттачивал мастерство ловкости, скорости, другие же делали упор на силу и ярость. Таким оборотням всегда находилось применение: первые становились идеальными ищейками, вторые — убийцами. У Джона выходило всё намного лучше, чем его потомки задумывали. Сотни молодых, легкообучаемых оборотней, о таком домиторы могли лишь мечтать. Стоит отдать ему должное: чтобы развернуть такую организацию, держать всё под полным контролем, нужно приложить немало усилий. Разрушение этого Питомника не сыграет большой роли. Подобные Питомник, они повсюду, и с каждым днём эти люди, домиторы, от которых осталось лишь название да главарь — потомок древних охотников, вырывают из домой новых подростков, ломая их жизни. Они словно готовятся к чему-то… Чему-то большему… И если Джон поднимет всех, они пойдут за ним даже на верную смерть.