"Ты никогда не сможешь..."

Непривычно слепящее для ноября солнце помогало побыстрее проснуться. Макс приподнялся на кровати и, посмотрев в сторону часов, завалился обратно на подушку. Вот уже несколько недель подряд он уговаривал себя убрать эту дурацкую фотографию с тумбочки, и вот уже несколько недель у него не поднималась рука. Он думал, что убрав фотографию, окончательно потеряет надежду на возвращение Вики. Сколько времени прошло с той поездки на дачу? Он знал до минуты. Вика уехала через 40 минут после своей прощальной речи. Просто собрала вещи и без слез, ругательств и истерик, села в такси и уехала. Она не оглядывалась, чтобы посмотреть на то, как Макс проводя рукой по волосам поднял взгляд на небо. Она не увидела, как мгновенно потух огонь в его глазах, когда такси скрылось за поворотом, она не видела в каком состоянии он добрался до города и, как звонил Андрею, прося его приехать. Она не могла слышать разговора между друзьями. Хотя, разговор больше напоминал монолог. Макс все говорил, говорил, а Андрей изредка вставлял какие-то фразы и просто порой сильно сжимал руку Макса, которая безвольно лежала на столе. Она не могла увидеть, как Макс несколько ночей подряд просыпался и вытягивал руку на кровати, чтобы окончательно убедиться, что ему все не приснилось, что рядом больше нет его любимой девушки. Она не видела, что Макс снова начал курить и совсем перестал бегать. Что на парах Макс все больше погружался в свои мысли, а когда видел ее в коридорах университета пытался уловить ее взгляд. Вика не знала, чего стоит такое расставание Максу. Он медленно встал с кровати и, потягиваясь, прошел на кухню. Середина ноября, которую показывал календарь, совсем не совпадала с прекрасной солнечной погодой на улице. Быстро налив себе кофе, он встал около окна. На подъездной площадке около дома стояла скорая помощь. Вид этой белой машины, напомнил ему тот летний кошмар, который закончился для него счастливой жизнью с любимой, а потом он вспомнил, что счастливая жизнь закончилась. Каждый день, каждую минуту он не может отвязаться от напоминания, что в его жизни больше нет Вики. Его стальная леди, которая могла вытерпеть все, что угодно, сломалась, разрушилась от его заботы. Все те изменения в нем, никому кроме него самого были не нужны. Никто не хотел, чтобы он менялся. Всем был нужен Макс Морозов, который плевал на чужие чувства и всегда, слышите всегда, добивался своего. Грубо, отвратительно и эгоистично, но это был Макс Морозов. Даже его друзья порой ловили себя на мысли о том, что перед ними больше не их друг. Трель телефона разбила привычную тишину квартиры. Макс удивился звонку. В последнее время его телефон все чаще оставался безмолвным, все были заняты своими делами и звонили чаще всего для того, чтобы просто убедиться, что он еще жив. Макс вернулся в спальню, где надрывался телефон и посмотрел на экран. "Отлично. Просто замечательно" мысленно произнес Макс, но трубку все-таки взял. -Когда в моей жизни и так все херово, обязательно должен позвонить ты. -Что случилось? - неожиданная реакция отца, поразила Макса. Искренность вопроса, которая явно была в его голосе, никак не вязалась с тем, кем был Петр Морозов. -Неужели ты не знаешь? -Меня долгое время не было в Москве, - как будто оправдываясь произнес Петр. Еще несколько фраз в таком роде и Максим совсем запутается в отношениях со своим отцом. -Неважно. Больше ничего неважно. -От тебя Вика что ли ушла? Молчание было ответом Петру. -Даааа, - протянул Петр, а Максу неожиданно захотелось расплакаться. Это было как в детстве, когда от голоса утешения тебе хочется плакать еще больше. -Ты зачем позвонил? - голос Макса звучал тихо и неуверенно. Сейчас из него можно было веревки вить, но Петр отказался от этого. Наверное, он сочувствовал горю своего сына, а возможно и сам вспоминал, как это терять то, что любишь. -Я хотел узнать не передумал ли ты по поводу своего решения, но вижу, что я не вовремя. -Я увижусь с тобой, - прерывисто выдал Макс. Петр опешил. -Ты уверен? Я не хочу ссориться, а ты... -Я уверен. Где и когда? -Завтра, парк около твоего дома. *** Лиза подписывала приглашения на свадьбу. Они, наконец, определились с числом проведения торжества и теперь смело можно было оповещать родных и друзей. Старательно выводя красивые буквы, она не сразу заметила присутствие в комнате Ромы. Только, когда она потянулась и повернула голову из стороны в сторону, чтобы размять шею, она увидела, что Рома стоит около двери и смотрит в одну точку на стене. Вся его поза показывала полнейшую отрешенность от окружающей его среды и, самое главное, глубокую задумчивость. Такое, в последнее время, случалось часто. Лиза никак не могла определиться с причиной такого состояния парня, а на все вопросы он отвечал слишком расплывчато, чтобы что-то понять. Первой причиной такого поведения, Лиза могла бы назвать приближающуюся свадьбу. Может быть, Рома начал осознавать фатальность своей жизни и, что теперь он будет связан с ней. Следующая причина могла крыться в проблемах, которые настигли его в университете. Не смотря на легкий нрав и прекрасное чувство юмора, Рома не стал любимчиком у преподавателей, и любой зачет или экзамен превращались в пытку. За ним числилось столько долгов по контрольным и практическим работам, сколько не было у всех групп потока вместе взятых. Третья и возможно самая понятная для нее причина - это разрыв Макса и Вики. Все изменилось с тех самых выходных, когда Даша позвонила Лизе и сказала о том, что Вика съехала от Макса. Какая-то незримая нить росчерком поделила их дружбу на до и после этого расставания. Нет, они по-прежнему устраивали приятные вечера у Авдеевых, встречались после занятий и делились проблемами. Только теперь Вика все чаще замыкалась в себе, отвечала невпопад и построила вокруг себя такую железобетонную стену, что пробиться через нее не могла даже Даша. Макс же вел себя не в пример весело и старался выглядеть беззаботно, но Лиза, которая умела подмечать какие-то детали, могла увидеть, как порой взгляд Макса останавливается на Вике с какой-то мольбой, как он наблюдает за ней, когда она не замечает. Все друзья только разводили руками и говорили о том, что теперь лезть в их отношения они не будут. Даже Даша, ярый боец за любовь и счастье во всем мире, сдалась и наотрез отказывалась даже разговаривать на эту тему. Ромка приблизился к дивану и, схватив уже подписанные приглашения, стал перечитывать подписи, которые сделала Лиза. Она сама выбирала вид пригласительных открыток и только на последнем этапе выбора все-таки посоветовалась с Ромой. Он выбрал те, что показались ему самыми искренними - никаких кричащих о счастье голубей, простая надпись "Приглашение на свадьбу" и два кольца, увитые розами и незабудками, под надписью. Рома внимательно вчитывался в подписи, допустить ошибку ни в коем случае нельзя. -Лиз, - как-то слишком грустно позвал ее Рома, - тут ошибка. Лиза подскочила с кресла и подбежала к Роме, - Не может быть такого, я сто раз все проверяла. Она отняла у него открытку и вгляделась в строки. "21 декабря 2012 года состоится бракосочетание Виноградовой Елизаветы и Павленко Романа. Приглашаем Вас Кузнецова Виктория и Морозов Максим посетить данное мероприятие, которое будет происходить по адресу: ул. Ялтинская, 11.". -Черт, - глухо произнесла Лиза, поднимая глаза на Рому. Он смотрел на свои руки с каким-то отчаянием. -До сих пор не могу понять почему, - отрешенно пробормотал Рома. Он встал с дивана и на мгновение остановился, как будто решая куда ему пойти. Наконец, он двинулся в сторону полок с фотографиями, взяв одну из них он долго всматривался в черты людей, изображенных на ней, а потом повернул ее к Лизе. -Не правда ли чудесная фотография, - сарказм сочился в его голосе, - Нас шестеро, мы все счастливы. Он тяжело вздохнул и поставил фотографию на полку. Все они прекрасно понимали, что если хоть одна пара из них разойдется, то дружба уже не будет такой как прежде. Не могут люди, которые столько времени делили постель и строили планы на будущее, выбирая имя первенца, потом спокойно дружить. Никто из них, сколько бы не отрицал, не верил в эту дружбу после. Макс с Дашей - приятное исключение из правил. Лиза молчала. Она не знала, что можно сказать Роме, чтобы не задеть его еще больше. Он свято верил в их дружбу, также как и в любовь Макса и Вики. Как лучший друг Макса, он мог смело утверждать, что парень влюблен. Все эти изменения, которые не приняла Вика, больше всего говорили о чувствах Макса. Он бы не стал меняться, если бы понимал, что Вика это просто его слабость. Долг, так сказать, перед обществом. -Я вот только одно понять не могу, что вам девушкам еще надо? Лиза хотела уже было возмутиться этому вопросу, но понимая, что Рома говорит это не со зла, а в припадке размышлений, погасила зародыш ярости в своей душе. -Если девушка любит, то ей ничего не надо, - протянула Лиза, - именно это и пыталась объяснить Вика при расставании. Она любила Макса таким, каким он есть. Он стал ломать самого себя, как будто думая о своей несовершенности, несостоятельности. Пока он разбирался в себе и пытался выстроить себя нового, Вика видела, что он не живет, а играет. Вика думала, что это из-за того, что он не счастлив с ней, а Макс... -Я понял. Но, чего они хотели? Они перенесли такой кошмар после которого оказываются в психушке, а они вполне целы и невредимы. Им просто надо было немного перетерпеть. -Кузнецовой и Морозову? - усмехнулась Лиза. Рома улыбнулся в ответ. -Давай, знаешь, как поступи с пригласительным - ты напиши отдельно на каждого, а вот этот, - он кивнул в сторону испорченного приглашения, - мы оставим на всякий случай. Ну мало ли что. *** Вика отчаянно вчитывалась в учебник по математическому анализу. Завтра ей предстоит важная контрольная работа провалить ее было нельзя. Она читала формулы, пояснения к ним, но почему-то ничего не запоминалось. "И не запомниться" ответил внутренний голос. "В твоей голове столько воспоминаний о Максе, столько счастливых дней-ночей-слов-жестов, что там нет даже места для чего-то нового". А как могло быть по другому? Она не могла избавиться от этого, она не могла забыть свое единственное и самое заветное счастье. Она не может забыть, но смогла отказаться. Каждый день, который она встречала с того момента, как уехала от Макса, она проклинала себя за свою невозмутимую решительность всегда и во всем говорить правду. Она проклинала себя за неблагодарность и нежелание быть тем ради кого стоит меняться. Она считала, что она не заслуживает того, чтобы кто-то делал для нее такие вещи, как Максим. Она не могла да и не хотела, чтобы он каким-то образом менял свою жизнь ради нее. Она бы приняла его любым. Ее любви хватило бы даже на его недостатки. Вика перевернулась на спину и закрыла глаза ладонями. Еще чуть-чуть и она снова заплачет. Теперь она поняла, как больно, когда тебе вырывают сердце. "Ты сама его себе вырвала? Так какого черта ты саму себя жалеешь?" вопил внутренний голос в голове девушки. И он был прав, сама вырвала сердце, сама растоптала, сама оплакивает. Она снова попыталась открыть учебник и выучить хоть что-то, но строки упорно не хотели запоминаться Викой. Вместо знаний в голове были только картинки с их последнего разговора, а потом тайные взгляды на встречах с друзьями, простое приветствие, осторожные движения, чтобы ни дай бог не коснуться друг друга. Если произойдет прикосновение, то все защитные маски спадут, все эмоции, которые старательно прячутся в душе выйдут наружу. Их просто затопит ураган из смеси боли и слез. Вику подобный ураган сильнее всего накрывает по ночам, когда прохладные простыни напоминают о недостатке того тепла, который давал ей Макс.

"-У тебя холодные ноги, - рассмеялся Макс. Он схватил Вику за ноги и, подтянув ее к себе, сжал ее ступни в своих руках. Его горячие ладони согревали лучше любых шерстяных носков. -Я тебе уже пятнадцать минут говорю о том, что пора растопить камин. Ночью обещали заморозки, - всегда практичная Вика уже несколько раз порывалась сама растопить камин, но Макс не давал ей сделать этого. -Я буду греть тебя своей любовью. Никакие заморозки тебе не страшны".

Вика с силой ударила по рядом лежавшей подушке. Слезы, которых так боялась Вика, пришли. Водопадом стекали вниз по лицу. Она зарычала от бессилия, молясь, чтобы ее не услышала мама. Она прекрасно осознавала, что их расставание не пройдет бесследно, что какими бы разными и несовместимыми они не были, они любили друг друга. Она очень хорошо представляла себе, что значит жить без него, столько лет она могла держаться. Но теперь все было хуже - она должны была научиться жить без него, храня в себе воспоминания о жизни вместе с ним. Страшным было то, что Вика не знала, как это можно сделать. Дико было жить, когда в душе заморозки, а согреть ее никто не может.