"Ты никогда не сможешь..."

Даша всегда легко просыпалась и никогда не жаловалась на будильник, который порой так не вовремя вырывает тебя из сна. Но сегодня дело обстояло иначе. Психологическое напряжение последних дней сказались на ней очень сильно и сегодня она не хотела открывать глаза. Она не хотела сталкиваться с реальностью и как можно дольше хотела остаться в спасительном сне. Она искренне сожалела о том, что кто-то забрал у Вики возможность хотя бы во сне закрыться от внешнего мира, проблем и неразделенных чувств. Ведь, там по другую сторону реальности возможно все. И любовь, и дружба и вечная жизнь. Даша спокойно лежала на кровати, обдумывая последние события. Из сложившейся ситуации должен быть какой-то выход. Они всегда находили выход из проблем, но при этом лишались чего-то или кого-то. Она вновь вспомнила О Теме. Если бы он был жив, он бы смог поддержать Вику и ей стало бы хоть чуть но легче. А сейчас вокруг Вики только неопределившиеся в своей собственной жизни друзья, которым дай волю, пошлют весь мир к черту. Один сумасшедший Морозов чего стоит. Даша усмехнулась, она давно привыкла к поведению Макса и уже не обращала внимания на его вспыльчивость, прямолинейность и эгоистичную жестокость. Она старалась принимать его таким, какой он есть, но как только появился Андрей, все недостатки Максима стали слишком ярко бросаться в глаза. И только Вика могла терпеть его вечно. И ждать, кстати тоже. Сколько бы не пыталась Кузнецова забывать о своем чувстве и найти своей нерастраченной любовной энергии другое применение, все равно все возвращалось. Максим, как будто бы чувствовав, что Вика отпускает свои чувства, давил на нее. Постоянно был рядом или наоборот уходил в себя, чтобы Вика обязательно прискакала на помощь. Внизу хлопнула дверь и раздались шаги на лестнице. Даша невольно съежилась от страха. Сейчас, когда они не знают причин Викиного состояния, беды можно ожидать откуда угодно. Дверь открылась и Даша с благоговейным страхом посмотрела на входящего. Им оказался Андрей. Даша беспокойно выдохнула и отпустила одеяло, которое, как оказалось, было зажато в ее руках. -Черт, ты напугал меня! - истерично вскрикнула Даша, -Ты не мог предупредить, что уходишь? - Андрей слушал ее и улыбался, - и, что ты весь сияешь, как натертый самовар? Андрей медленно стал подходить к кровати. Его возлюбленная смотрела на него, как на умалишенного. -Сегодня прекрасный день. Светит солнце... -Да, поют птички и так далее, а в больнице не пойми отчего умирает моя подруга. Почему не порадоваться, да? - Даша была в ярости. -Когда ты научишься дослушивать людей, поверь мне, ты станешь чуточку счастливее, - саркастично, что было совсем ему не присуще, заметил Андрей, - так вот, солнце, птицы и.. -Ну говори уже! -Вика проснулась. Андрей ждал реакции Даши. Она распахнула глаза, задыхаясь от шока. Издав победный крик, она кинулась на шею Андрею. Он только и ждал такой реакции, поэтому был готов к сильным и, так не достающим ему, объятиям. Он с обожанием прижал к себе тело своей любимой и не мог от него оторваться. Сейчас к нему пришло необходимое ему спокойствие. Вместе со спокойствием пришла радость. На лице Старковой сияла улыбка. Андрей практически забыл ее улыбку. Забыл, как ее глаза загораются огнем, когда она в хорошем настроении. Забыл как преображаются черты ее лица, когда она улыбается. Он совсем забыл, как выглядит ее лицо без синяков от усталости и морщинок на лбу. Он наслаждался тем, что было сейчас перед ним. Он упивался чувством, что скоро все будет хорошо. Что они, наконец, дойдут в этой истории до конца и каждый поставит свою точку. Даша мимолетно прикоснулась губами к губам любимого. Им так этого не хватало. Она обожала ту нежность, которая была в ее отношениях с Авдеевым. Такая легкая и приятная любовь, которая не сулит ощущения постоянного вулкана рядом, как было с Морозовым. Ей было хорошо рядом с ним, таким спокойным и в тоже время по мужски рассудительным человеком. Он мог направить неуемность Дашиной натуры в нужное русло или, при особой необходимости, погасить совсем. Поцелуй разгорался все сильнее и сильнее. Казалось, влюбленные забыли как дышать, думать и какой мир их окружает. Забыли они также и причину своего хорошего настроения. Весь мир может подождать, когда рядом с тобой твой родной человек. Когда его губы целуют твои, когда нежные руки очерчивают только ему понятные узоры, когда одежда становится невыносимой преградой на пути к идеальному счастью. Даша потянула Андрея на кровать и все вопросы мира перестали заботить эту счастливую пару, которая уже успела забыть, что такое спокойное счастье. *** Комната отдыха в этом отделении была наверное самым серым местом, где был Макс. Стены окрашенные в грязно серый цвет, темная мебель - все наталкивало на мысли о какой-то обреченности. Солнце, светившее в окно, как будто издевалось над Максом. Его усталый воспаленный разум отказывался воспринимать реальность и он был готов уснуть, когда его отвлек звонок телефона. Он просил ребят не звонить ему, пока он сам не даст о себе знать. На экране мобильного было выведено такое привычное и совершенно ненавистное сейчас - Отец. Максим постоянно забывал удалить этот контакт, ну или хотя бы переименовать его. Петр Морозов звучало бы куда более обезличение чем приятное для детского разума Отец. Максим долго раздумывал подходить или нет. Через несколько гудков сигнал вызова затих и Максим вздохнул с облегчением. Он не сможет услышать ту гадость, которую Морозов собирался вылить на него. Он не хотел слушать его злорадство по поводу того, что Вика проснулась. Он не хотел слышать того, что их ждет дальше и уже тем более он не хотел слышать от него, что она умрет. Даже, если это будет являться неоспоримым фактом, он не хотел, чтобы этот человек озвучивал это. Имя Вики в его устах звучит как насмешка, при чем не только над Максимом, а вообще над миром в целом. Телефон зазвонил вновь. Снова он. Теперь Максим не понимал, чего так настойчиво хочет от него Морозов и единственным способом узнать, был... -Да, - грубо ответил Макс. -Сынок, - слащаво протянул Петр Морозов, - Как твоя немезида поживает? -Ты хотел сказать - выживает? -Ну, как выживает, я и так знаю. Они не смогут продержать ее без сна, кодировка не имеет обратного шифра. Когда она заснет, я буду там с ней. Поверь, все то, что было раньше в ее снах - детский лепет по сравнению с тем, что ждет ее дальше. -Я ненавижу тебя, - злостно прошептал Макс, - Я найду тебя, поверь мне. Вика, выживет она или нет, будет отомщена. -Не бросайся словами, мальчик, - спокойно ответил Петр, -Когда-нибудь за них придется отвечать. Петр бросил трубку. В Максе кипела ярость. Он пытался сдержать ее, иначе это гнетущее ощущение ненависти съело бы его разум. Сейчас он мало понимал, что ничего не сможет противопоставить Петру Морозову, что все его слова пока только сотрясание воздуха. Все его угрозы носят только словесное выражение тех чувств, что томятся в его сознании. Макс тяжело опустился на диван. Сегодня была очередная не легкая ночь в его жизни. Сегодня он снова ляжет спать под лучами уже зашедшего на свое место солнца. Пока он будет засыпать он опять будет думать о Вике и том, что сказал его отец - она будет страдать еще больше, если ей позволить заснуть. *** -Представь, что ты снова там, во сне, - вкрадчиво попросил врач Вику. Кузнецова заметно поежилась и до боли сжала кулаки. Ее передернуло от нахлынувших на нее воспоминаний. Она не хотела снова оказываться в том месте, откуда ее смогли вытащить. Она не хотела вспоминать тот голос, который говорил ей о ее смерти. -Я понимаю, что тебе тяжело, но иначе мы ничего не можем сделать, - снова напомнил о себе врач. Вика еле заметно кивнула, - Начни с места, где ты оказываешься во сне. -Там, - Вика откашлялась, ее голос звучал слишком низко, - там нет дверей и окон. Как будто туннель, он тянется и тянется, и ты не можешь найти выход, - Вика незаметно для себя начала снова погружаться в атмосферу своего сна, - каждый раз он был длиннее, пока в последнем сне я не оказалась в каком-то другом помещении. Вика остановилась. Она не могла вспомнить помещение, потому что ее окружала полная темнота, - Там не было света. Врач кивнул, - Кто был рядом? -Никого. Я была там одна. Совсем. Только голос. Он разговаривал со мной. -Голос? Когда он появился в твоих снах? -Он, - Вика секунду помедлила, - появился до снов. Он был и в реальности. Сначала я думала, что это просто внутренний голос, но потом он стал говорить вещи... которые я бы никогда сама бы себе не сказала. -О чем вы разговаривали? -Во снах у меня не было голоса. Говорил только он, а я пыталась вставить какие-то свои вопросы. -Что он сказал тебе, Вик? Поверь, это очень важно. Вика замолчала. Как сказать этому доброму врачу, что голос утверждал, что она умрет? Что они просто наказаны. -Вик, пожалуйста, соберись. -Он...он сказал, что я умру, - Вика сорвалась в слезы. Она вспомнила, с какой интонацией говорил с ней голос. Вспомнила, какие слова он говорил и как веселился над ее безропотностью, с которой она приняла свой приговор. Она помнила, как умоляла его позволить ей попрощаться с друзьями. Как она думала о том, что сможет сказать своим друзьям. Евгений прижал плачущую девушку к себе. Ему было искренне жаль эту потерявшуюся девушку, которая оставалась одна с этим зловещим голосом и с ощущением постоянного страха. Он медленно гладил ее по голове, пытаясь придать ей уверенность в том, что ему можно доверять. Она так застенчиво прижималась к нему, так тихо и по детски всхлипывала, что у него замирао сердце. Голова же его была забита только мыслями о том, как оставить ее в реальности. Ее измученное тело, которое уже давно не отдыхало готово провалиться в сон каждые пятнадцать минут, но мозг, который чувствует опасность, исходящую от сна, блокирует это желание. Вика мучается от головной боли и усталости. -Виктория, в коридоре своей очереди ждет один молодой человек. Ты не хочешь отвлечься? - с улыбкой спросил ее Евгений. Вика устало кивнула. Она ожидала, что этим молодым человеком окажется Рома. Ведь, он был единственным, кто в последнее время заботился о ней. Поддержка друзей, наверное, сейчас для нее была очень важна. По крайней мере, так незаметно для других она сможет попрощаться с ними. Она верила в те слова, которые сказал голос. Она понимала, что у нее нет никакого выхода. Либо сумасшествие, либо смерть. *** Когда Макс открыл глаза, над ним большим грозным облаком нависал Илья. Он выглядел усталым и задумчивым. Обратив внимание, что Макс открыл глаза, Илья улыбнулся. Вымученной улыбкой, которая Макса совсем не устроила. -Что, все так плохо? - неуверенно спросил Макс. -Она не спит - это радует, но скоро уснет - это огорчает, - просто ответил Илья, - Я не знаю, что придумать и это огорчает меня еще больше. -Что ж ты тогда улыбаешься-то? Оставь, эти эмоции для домашних посиделок с мамой! - сонная злоба Морозова нисколько не уменьшала его ярости перед Ильей. -Хватит, Макс. Я не тот человек, которому ты имеешь право показывать свой не самый лучший характер. Я устал. Я не вижу выхода из ситуации и Вика, скорее всего, умрет. Твой паршивый характер последнее, что мне необходимо в жизни. Максим подошел к Илье. Приблизившись на максимальное расстояние, он прошептал, - Она не умрет. -Верь в это, главное, - грустно сказал Илья и лег на диван, который недавно освободил Морозов, - Тебя ждут, кстати. Макс чертыхнувшись, полетел в сторону палаты. Он мчался туда, а в голове прокручивал сценарий будущей встречи. Открыв дверь в палату, все эти сценарии мысли и ощущения остались позади. На него испуганно и удивленно смотрели такие родные глаза, которые искрами света выделялись на бледном лице девушки. Она вся казалось, сделана из тонких лучиков света, настолько хрупкой и бледной, что Макс засомневался в ее существовании. Вика удивленно смотрела на Макса, который как хищная птица залетел в ее палату. Он остановил взгляд на ее лице и, как показалось Вике, пытался увидеть на ее лице признаки того, что это действительно она, что она снова рядом. Он подлетел к ней и сильно стиснул в объятиях. Вика снова разрыдалась, но теперь, наверное, от счастья. Стоило очень сильно приблизиться к смерти, чтобы в ее двери постучало счастье. Такой родной и любимый Максим обнимал ее так, что у нее сводило грудную клетку, но она была счастлива. До омерзения, учитывая, что ей все равно придется умереть. Сзади послышалось вежливое покашливание. Максим оторвался от Вики и вопросительно посмотрел на врача. -Я все понимаю, но не думаю, что Вике станет легче, если вы, молодой человек, сломаете ей пару ребер, - улыбчиво сказал Евгений, - Я оставлю вас, если что-то понадобится, кнопка находится на прикроватной тумбочке, - сказав это, он вышел из палаты. Они остались одни. Слов почему-то не было, хотя и Максу и Вике было что сказать друг другу. Они просто смотрели друг на друга и улыбались. Максим медленно убирал следы слез с лица Вики и ей, наверное, оставалось только замурлыкать как кошка от приятной нежности. Она улыбалась, наблюдая за тем, как Максим обеспокоенно осматривал перебинтованные запястья и как аккуратно прикасался к синяку на виске, к царапине на ладони. Он как будто не верил своим глазам и пытался руками доказать мозгу, что Вика настоящая, что она снова с ним. Что он снова может включать свой капризный эгоистичный характер и плевать на весь мир, ведь снова вернулась та, кто всегда поддержит и оправдает перед всеми. Всем телом встанет на защиту ее любимого мальчика, который порой так гнусно этим пользовался. Но, сейчас, Максим старался отогнать от себя мысли о возращении прошлого. Он впервые подумал, что надо начать что-то новое, стоящее. -Я, - они начали одновременно. Максим улыбнулся, - Давай сначала ты. -Я даже и не думала, что Максим Морозов может быть нежным, - с улыбкой сказала Вика. -Ты даже не представляешь, насколько нежным я могу быть. -Ага, когда тебе надо, - снова улыбнулась Вика. Внезапный спазм пронзил Викино тело. Она дернулась как от удара и резко схватилась за левую ногу. "Здравствуй, моя радость. Ты думала, что сможешь спрятаться от меня?" Вика задохнулась от страха. Он снова рядом. Снова этот кошмар возвращается. Она, действительно, никуда не сможет уйти от него. "Вот и твой возлюбленный рядом. А он молодец. Ждал, надеялся и верил. Не каждый день встретишь такую самоотверженность". -Заткнись. Теперь у меня есть голос, и я могу тебе ответить, - злобно прошептала Вика. Максим удивленно посмотрел на девушку. Она буквально пылала злобой, но в глазах плескался страх. Спокойная и улыбающаяся девушка в одно мгновение стало похожа на разъяренную фурию. -Вик, ты чего? С кем ты разговариваешь? - медленно спросил Макс. "Давай, скажи ему, что слышишь голос. Он подумает, что ты такая же, как Самойлова с Виноградовой. Сумасшедшая". -Ты на моей территории. Перестань мне указывать, я больше не боюсь тебя, - вместо ответа Максу сказала девушка. Максим, совершенно не понимавший что происходит, взял Вику за руку. Она посмотрела на него, а потом перевела взгляд на левую ногу. Нога больше не болела и Вика немного успокоилась. -Максим, я знаю, что ты можешь подумать, что я сумасшедшая, но..., - Вика прервалась, чтобы собраться с силами, - я слышу голос, - она замолчала, ожидая его реакцию. Максим отреагировал на удивление спокойно, а потом спросил , - Когда ты начала его слышать? -После той истории с компьютером. Я сначала думала, что это мой внутренний голос, но потом… - она снова всхлипнула. -Тише, успокойся. Все хорошо. Голос был в твоих снах? – Вика молча кивнула, - Кто еще там был? -Никого. Только он, и как будто давящая пустота вокруг, - она заплакала. Максим притянул ее к себе. Он укачивал ее в своих руках, пытаясь успокоить, хотя понимал, что успокаивать скоро придется и его. Они были в ловушке и выхода из нее он не видел.