"Ты никогда не сможешь..."

Сколько прошло времени? День? Неделя? Месяц? Она не понимала. Но держаться не было сил. Ее сознание уплывало от нее. Она не могла держаться даже за голос, который настойчиво вторгался в ее разум. Последние минуты она не могла даже разобрать слов, которые он говорил. Она понимала, что смерть уже очень близко и, что сейчас ее последние муки. От осознания фатальности своей судьбы, она улыбалась. Голос хотел свести ее с ума, у него это кажется получилось. Вика уже не могла отличать сон от реальности и, единственное, что она хотела – попрощаться. Попросить прощения и сказать последние слова своим родным и близким людям. Она бы нашла, что сказать своим родителям и друзьям. -Дай… - Вика сглотнула и попыталась сильнее сконцентрироваться, - мне попрощаться. Голос рассмеялся. Она, действительно, думает, что он подарит ей такую роскошь? «Наивная. Глупая. Маленькая. Девочка». Он сказал эту фразу практически по слогам. Видимо для того, чтобы уставший мозг Вики точно смог распознать его слова. -Пожалуйста, - со слезами произнесла Вика. Она отчетливо понимала, что, сколько бы она не умоляла голос, он никогда не позволит ей вернуться к друзьям. Хоть на мгновение открыть глаза и увидеть их. Сказать, вновь вернувшимся голосом, как она будет скучать по ним. Она бы сказала им то, что никогда бы не смогла сказать при жизни. Призвала бы их быть счастливыми и забыть о сумасшедших нацистах. Рассказала бы Даше, как она завидовала ей, ее счастью быть с Максимом. Как она будет скучать по ним там, куда бы она не попала. И обязательно бы пообещала бы охранять их будущих детей. Вика была уверена, что их дети смогут покорить мир, с такими-то талантливыми родителями. «Твоя дурацкая любовь ко всем этим людям свела тебя в могилу, а ты лежишь и думаешь, как бы сказать им о своей любви!» Вика начала жадно хватать ртом воздух. Тьма сгущалась все сильней и воздух казался еще более тяжелым. Она почувствовала сильный рывок в районе груди. Разум совсем потерялся и Вика испуганно закричала. С удивлением она поняла, что слышит свой голос. Тьма рассеялась и перед собой она увидела людей в белых халатах. -Она проснулась, - громко произнес один из врачей. Все повернулись к девушке на койке. Она взирала на всех удивленными глазами, также на нее смотрели и врачи. Внезапно запищал один из приборов. Девушка начала задыхаться, из ран на руках потекла кровь. -Быстрее! Дыхание падает! *** Максим благодарил Бога за то, что бросил курить и за то, что начал бегать. Он мчался по коридорам одного из корпусов Института Педиатрии и никак не мог найти нужную ему палату. Он завернул за угол и у одной из палат увидел Илью. Он сидел, привалившись спиной к стене, руки спокойно лежали на коленях. Максим понимал, что для Ильи все они, наверное, уже стали чем-то вроде очень большой шумной и весьма проблематичной семьи. Сколько раз он помогал им в последнее время? Максим даже не стал бы считать, он и так слишком благодарен ему. И сейчас, когда этот человек подарил ему надежду, он был готов сделать для него все, что угодно. Макс опустился рядом с Ильей. Тот безмолвно посмотрел на него и отвернулся. -Шел бы ты отсюда, - устало промолвил Илья, - а Маше я еще все выскажу. Максим ничего не ответил. Он должен быть здесь. -Она так кричит, - снова заговорил Илья через пару минут, - это просто невыносимо. Я не хотел чтобы ты был здесь. -Мне решать, что мне… Из палаты раздался душераздирающий крик. Он перекатывался разными тембрами, а потом затих сильным кашлем. Максим поднялся с пола и уже был готов влететь в палату, когда его остановил Илья. -Не смей. Максим снова опустился на пол. Он не мог вынести того, что Вике так больно. Он хотел бы перенять ее боль, помочь ей, быть рядом и никогда не позволить обидеть ее. «Да уж, рыцарь, блядь». Невесело подумал про себя Макс. Первый же отворачивался от нее, когда ей было больно. Первый же гадил в ее душу так, что папаша бы позавидовал. Вдруг, стало совестно. Вдруг, захотелось спасти. Спасти и оставить навсегда рядом с собой. Плевать, что она думает. Эгоистичное и, как всегда, однобокое счастье. «Как всегда». -Морозов не появлялся? – оторвал его от мыслей Илья, - Его программирование ломают, а он не объявляется – это странно. -Он затаился. Когда все станет хоть чуть-чуть лучше, он снова нанесет удар. Илья молча согласился. Такой мерзавец, как Морозов старший, не гнушался использовать в своих целей подростков, не боялся врать сыну, да что уж говорить купить того самого сына. Илья ненавидел его. За Машу, Максима, Вику, да и всех остальных ребят, которые сейчас мучаются в неизвестности. -Ребятам звонил? – спросил Илья. Макс отрицательно качнул головой, - Наверное, это правильно, - Макс снова замолчал, - Знаешь, у меня в подростковом возрасте друг был. Лучший. А потом он умер и друзей у меня больше не было. Вот так. -Ты мне сейчас это к чему говоришь? – взбесился Макс. -А к тому, что вы сейчас дурью маетесь, открещиваясь от дружбы. -Я что ли? Я не хожу с надписью на майке «К черту дружбу!», - Макс развел руки в сторону. -Идиоты. Малолетние совершенно глупые дети, - вновь усталый тон, - Вам бы жить спокойно да на дискотеки ходить. Раздался еще один крик. Затем резко оборвался. -Что это? – спросили друг у друга Илья и Макс. Послышался тихий женский голос. Сбитый и совершенно уставший. С легкой хрипотцой и оттенком обреченности. Голос звучал слишком тихо, чтобы услышать слова, но и Илья, и Максим понимали, кто говорит. Они уже и не думали, что когда-либо услышат этот голос. Родной, и при том звучавший совершенно незнакомо. Испорченный голос, уставшего от жизни человека. Отчаявшийся снова зазвучать. Максим снова поднялся на ноги и направился в сторону двери. -Я не думаю, что сейчас время увидеться, - оборвал его движение Илья, - ты не знаешь в каком она состоянии и, что с ней происходит. -Я хочу увидеть ее, - Максим прекрасно понимал, что вел себя как ребенок, который хочет мороженое, но ничего поделать с собой не мог. -Успокойся и сядь на свое место! – вышел из себя Илья, - Ты либо реально ни черта не понимаешь, либо просто хороший актер, - он схватил Макса за отворот ветровки, - Она только пришла в себя. Вырвалась из кошмара. Придешь ты, весь из себя принц, ты хоть понимаешь, какая у нее будет реакция? Ты знаешь, кого она видела в своем сне? Почему ты не подумал, что это можешь быть ты? – он отпустил его куртку, только когда Макс опустился обратно на пол. Морозов устало прикрыл глаза и закрыл голову руками. Он устал и Илья это понимал, но дать ему поблажку и пустить в палату он пока не мог. Пусть он считает его кем угодно, но сейчас главной задачей Ильи было не допустить, чтобы Вика умерла. И, если для этого надо остудить бурный пыл подростка, он это сделает. -Что мне делать? – обреченно спросил Макс. -Обзвони ребят и жди. Все. Илья зашел в палату и оставил Макса одного. Наедине с его мыслями, страхами и бешеным желанием зайти в палату. *** Андрей потянулся на кресле и снова обратил внимание на настенные часы. С последнего звонка Макса прошло больше восьми часов. Их с Дашей не было в больнице, когда Вику перевозили. Они все узнали уже из звонка Макса, который каким-то совершенно монотонным голосом сообщил им, что Вику увозят. Куда и зачем он не сказал. Он вообще больше ничего не сказал, отдавая предпочтения скинуть вызов. Андрея уже давно начинала злить такая манера Морозова, но сейчас, когда тот оставил его с тысячью вопросов и без единого ответа, Андрей был готов взорваться. Это желание погасила Даша, так вовремя устроившая истерику, которая закончилась только недавно. Теперь его любимая спокойно спала в их комнате, а он остался ждать новостей. Режим вечного ожидания сменялся режимом быстрого реагирования. С окончания школы у них не было времени думать о том, как жить дальше. Они заботились только о том, чтобы жил дальше только один человек. Андрей не жалел о таком приоритете, но порой задавал себе вопрос – Когда они смогут жить спокойно? Проблемы одного человека сменялись проблемами другого человека, и они всей компанией бросались на помощь попавшему в беду, а потом все заново. «В этом заключается дружба» мысленно подумал Андрей, а потом улыбнулся. Друзья. Да, которые без запинки выбирают между другом и любовью любовь, а потом орут о том, какие они друзья. Друзья, которые были готовы перегрызть друг другу глотки, выискивая предателя. Сумасшедшая дружба, который был вечно присущ некий драматизм. Андрей поднялся с кресла и направился на кухню. Когда он проходил мимо окна, он почему-то задержал свой взор на заходящем солнце. Оно так красиво садилось за горизонт, разливая по небу огненные краски. Настоящий пожар, агония природы. Вечность подаренная, чтобы каждый день дарить свет и вечером умирать. Андрей отогнал от себя мысли о смерти. Он не хотел даже думать о том, что Вике суждено умереть. Он не хотел думать о том, во что тогда превратятся их дни. Тоску и грусть Даши он еще мог погасить и подарить ей утешение, а вот что делать с другом, он не знал. Зная характер Морозова и его любовь к неординарным выходкам, он даже представить не мог, что может случиться. Особенно, если он будет думать о том, что ко всему этому причастен его отец. На диване в гостиной разрывался телефон. Противный писк ударил Андрею в голову. Как можно быстрее, чтобы не разбудить Дашу, Андрей побежал в гостиную. На экране телефона высвечивалось имя Ромы. Андрей невольно приготовился к худшему и ответил на вызов. -Да, Ром. -Андрей, - у Ромы был усталый голос, - Как Даша? -Она спит. Лиза? -Спит, наконец. Мне Макс звонил только что, - Рома помедлил, - Андрюх, она проснулась. У Андрея, казалось, из легких пропал весь воздух. Он не знал от радости это или от опасений, которые переполняли его душу. -Как она? -Он не видел ее, но слышал. Она кричит как зверь, а потом срывается на хрип. Господи, я не понимаю, что с ней. -Макс говорил где они? -Нет, он сказал, что еще позвонит. Не хочет, чтобы девчонки начали переживать раньше времени. -Поздно, - хмыкнул Андрей, - ладно. Будет что известно, набери мне. -Ты тоже, - ответил Рома и отключился. Андрей стоял посреди гостиной и впервые за очень долгое время вздохнул полной грудью. Появилась надежда. Он улыбался. *** Боль. Жгучая всепоглощающая боль. Она пронзает все тело, заостряя особое внимание на голове. Виски неприятно колит, как будто расплавленное железо по капельке опускается на висок. Глаза режет от света. Рядом мелькают люди в белых халатах и постоянно о чем-то говорят. В ее состоянии она не понимала ни слова. Она не пыталась понять, полностью сосредоточившись на своей боли. Неприятно защипало в области запястий. Там, где в ее сне были веревки, которые сковывали ее уставшее тело. Она снова вспомнила подробности своего сна. Хотя, сном ли это было? Больше похоже на извращенную реальность, в которой она оказалась жертвой. Чьей? Это только предстоит выяснить. -Вика, прошу вас, откройте глаза, - ласково попросил голос, - Нам надо проверить ваши глаза. Она с огромным трудом открыла глаза и тут же закричала. Боль, которая и так мучила девушку, усилилась в сто крат. Казалось, что от боли у нее посыпались искры из глаз. Казалось, что лучше умереть, чем дать этой боли править ее телом. Крик превратился в хрип, а потом и вовсе затих. Она пыталась отдышаться. Воздух, которого так сильно не хватало в той реальности, теперь уверенно питал ее тело. Хоть, в чем-то было утешение. Теперь она может дышать, не боясь, что последний вдох принесет только сильнейшее чувство не насыщаемости. Горло, от потока свежего воздуха засаднило, как старую царапину. Вика поморщилась. -Воды, прошу вас, - она боялась, что попала в еще большую опасность и, что эти люди ни чем не лучше того мучителя, который заточил ее во сне. Заботливые руки приподняли ее лицо, и она почувствовала приятную прохладу стакана. Теплая вода окропила ее горло, и Вика была готова зарыдать в голос от радости. Она так давно не чувствовала этот сладкий вкус простой воды. -Где я? – отчаялась на этот вопрос Вика. Там во сне на этот вопрос ей не отвечали. -Ты в безопасности. Мы поможем тебе, - ласково сказал один из них. Вика отвернулась. Слезы потекли из ее глаз. Они не смогут помочь ей. Голос снова придет, он снова будет утаскивать ее в сон. Снова будет издеваться над ней. Она не вынесет этого вновь. -Я прошу вас, - сбившийся от слез голос, - не отпускайте меня к нему. Не дайте мне уснуть. Мужчина посмотрел на нее с жалостью. Он аккуратно погладил ее по голове. Эта девочка была чуть старше его дочери, а жизнь уже успела так испортить ее молодость. Оставить отпечаток на всю жизнь. Заставить ее всю жизнь просыпаться среди ночи от страха. -Мы не отпустим тебя. Сейчас мы просто проверим твое состояние, а потом ты нам расскажешь, что было в твоем сне, хорошо? Вика испуганно посмотрела на мужчину. Рассказать про сон? Снова переживать весь тот кошмар, испытывать ужас от ожидания смерти и, главное, снова явственно чувствовать присутствие голоса. Она не стала отвечать на его вопрос, а только отвернулась. Ей были нужны силы, чтобы снова пройти этот кошмар.