***
Сейчас мы на кухне, сижу и жду, пока Дженни приготовит мне чаю. Самой она мне не дала это сделать. — Кукловод пополнил запасы с едой. Могу приготовить чего-нибудь вкусненького на ужин. Хочешь? — Спасибо, Дженни, но лично мне ничего не нужно. Ты лучше скажи. А Кукловод всегда следит за нами? — Ну да. — И что, он совсем не спит? — Я на самом деле не знаю. Но он и ночью всегда знает, что мы делали. Он знает каждый наш шаг. — А кто приносит еду в кухню? — Этого я тоже не знаю. Как-то один раз пыталась проследить, но из-за плохого зрения я, к сожалению, ничего не увидела. — Ты сказала, Кукловод пополнил запасы… Она кивнула. — А я об этом не подумала… — О чем ты не подумала?! — Да, так, была мысль… — я посмотрела на больную руку. — Болит? Я кивнула. — Хорошо, что Кукловод не заставляет меня проходить испытания. Не то чтобы я их не прохожу, просто считаю своей обязанностью, чтобы все в этом доме были накормлены. Вот значит как… Не заставляет. -Хочешь, я расскажу тебе, как мы отпраздновали Хэллоуин. — на этих словах она улыбнулась Я улыбнулась и кивнула в знак согласия. — Это было что-то! Хэллоуин же был за неделю, как ты сюда попала, и я уговорила Кукловода его отпраздновать. И знаешь, что он сделал? Он привез в дом столько тыквы! И мы всю неделю питались только одной тыквой! Представляешь? Тыква жаренная, тушенная, тыквенный пирог и суп… Ох, никто и есть то уже не хотел. А скоро Рождество! И я даже не представляю, что на этот раз он придумает… Я смеюсь. — Действительно, забавно получилось! А мне вот нравится тыква! Я много рецептов знаю! — Да? Поделишься? Я думаю мне это еще пригодится, — девушка, смеясь, подмигнула мне. — Обязательно… — я замолкаю. — Ты, конечно, извини, что все никак не могу успокоиться, но почему, спустя почти неделю решила прийти ко мне? После моего вопроса улыбка на лице девушки пропала. — Мне подложил записку Кукловод. — А зачем ему это нужно было? — Я не знаю. Но я сама должна была прийти к тебе… — она на секунду замолчала. — Но я думала, что ты уже мертва. Просто бывает такое, что появляется новый человек в доме, а потом его уже нет. Я рада, что с тобой все хорошо. Джим говорит, что Кукловод вовремя меня предупредил, иначе бы ты не вынесла и трех-четырех дней. Ты впала в ужасную депрессию. Она тебя и приближала к смерти… Я видела, как Дженни было трудно об этом говорить. И для себя я решила, что раз уж я попала в этот дом, то помогу всем выбраться отсюда! Они действительно обо мне заботятся, по крайней мере Дженни и Джим. Как будто я им дорога… Как близкий родственник. — Спасибо тебе большое, Дженни, у тебя огромное доброе сердце, — я встаю из-за стола и обнимаю девушку. — И не волнуйся, депрессия меня не одолеет. Потом мы еще очень долго сидели на кухне и разговаривали. Дженни рассказа мне свою историю. Что в шестом классе попала в аварию, после чего она забыла все свое детство. После этого случая родители девушки больше не выпускали ее из дома. Родители ее так берегли, что лишили подростка свободы. А потом она стала узником в этом доме. Но она не была сильно этому расстроена, сказав, что когда она увидела этот дом впервые, поняла что он ей знаком. Начала было уже вспоминать, но головная боль мучающая девушку при попытки что-либо вспомнить, не дает ей этого сделать. Меня, если честно, растрогала ее история, и я пообещала ей помочь вспомнить, хоть что-нибудь из ее детства. Сама Дженни не расспрашивала меня о моей жизни. Я так понимаю, чтобы не расстраивать меня. Так как Кукловод пополнил запасы еды, то Дженни предложила приготовить что-нибудь вкусное. Не из тыквы. А готовить я люблю, поэтому с радостью согласилась помочь ей. Вечером, когда все уже было готово. Мы решили пригласить Джека и Джима на ужин. Я спросила, почему только их, Дженни сказала, что она не знакома и с половиной людей находящихся в доме. Она знакома с Алисой из последователей и двумя девушками из подполья. Со стариком Биллом. Конечно еще с Джимом и Джеком. И я была, честно говоря, удивлена, так как думала, что Дженни должна знать всех в доме. Еще сказала, что другие приходят по одиночке на кухню, едят и уходят. Дженни старается не смущать их и уходит к себе в комнату. Джим согласился сразу, а Джека пришлось уговаривать. Но я его уговорила. И мы с Джеком пошли на кухню, где нас уже ждали Дженни и Джим. Когда Джек увидел Джима, а Джим Джека, обстановка на кухне стала какой-то напряженной. Это было сложно не заметить. Мы все молча сели за стол. Дженни взяла инициативу на себя, предложив тост за меня. Все поддержали ее, и мы сделали по глотку яблочного сидра. Джек, быстро поев жареного гуся, извинился и ушел из-за стола, сказав, что плохо себя чувствует. Джим тоже не просидел долго, а буквально минут через пять, как ушел Джек тоже нас покинул. И мы с Дженни остались вдвоем. — Что это с ними? — спросила я у Дженни. — Они всегда такие не разговорчивые? — Нет, только когда находятся вместе в одной комнате. — А что случилось? — Ой, Лина, это началось с самого того момента, как Джек попал в этот дом… — Дженни вздохнула. — Это из-за Джима он попал сюда. — А зачем Джим позвал сюда Джека? — я была удивлена такой новости. — Я точно не знаю. Джим послал письмо Джеку, а тот на это письмо откликнулся и приехал сюда, а Кукловод его и запер в доме. — А почему Джим написал именно Джеку? — Они братья. Разве ты не поняла это, у них же одинаковая фамилия? — Нет, Джек не представился полностью, он назвал только свое имя. — А-а, вот в чем дело… Ну, в общем, Джек теперь глобально обижен на брата, и не может простить ему это. Они почти не разговаривают, а если и говорят, то все это заканчивается ссорой. — Значит нужно их помирить, — улыбнувшись, предложила я. — А как? — заинтересовалась девушка. — Не знаю, нужно поближе узнать Джека. — Он меня избегает, — заявила Дженни. — Почему? — Ему не нравится моя бесконечная забота… — девушка грустно вздохнула. — Поэтому он меня избегает. Или делает вид, что не замечает. А ведь он может и днями нормально не питаться. — Ну, значит, Джека я беру на себя. А ты Джима. — А Джима зачем? Он и так хочет помириться с братом. Что мне с ним делать? — Не знаю, придумай что-нибудь. Главная цель их примирение, остальное по ходу дела разберем. И еще не усугубить ситуацию. — Хорошо, миссия принята, капитан! — она сказала так смешно, что мы вместе засмеялись. — Давай теперь здесь все уберем? — спросила я. — Нет, не нужно. Возможно, кто-то еще захочет прийти и поужинать. Поэтому я уберу только грязную посуду, а тебе нужен отдых! — Но… — Никаких но! Живо отдыхать. Я встала из-за стола и надула губки, как будто обиженный ребенок, которого только что ругали. Дженни улыбнулась, но все равно настояла на своем. Я поднялась наверх, в свою комнату. Понимаю, что ни спать, ни лежать я не хочу. И совсем не устала. Я села на стул, спиной к столу, и начала рассматривать комнату. До этого момента, я и толком не замечала, что тут, да как. Впрочем, здесь довольно уютно. Можно повесить шторы, я думаю, в этом доме найдется что-нибудь. И эти рамки над кроватью, в них можно какие-нибудь картинки поставить. А зачем так много рамок?! Хм, сколько их здесь? Раз, два, три… Десять рамок. И на них что-то написано. Я подхожу ближе к стене, и всматриваюсь в еле видную надпись на рамке. «Кухня». Затем «Гостиная». Это для пазла. Хм, а у меня пока не одного ни пазла, ни ключа. Кажется, я вчера нашла пару штук, и Дженни дала мне свои, интересно, а так можно? Отдавать свои части пазла. Надо посмотреть соберется ли у меня картинка с кухней? Я их вчера закинула в верхний ящичек стола. Надо посмотреть. Так, почти собралось, не хватает только четыре части. Кажется, я сегодня еще находила. Я их положила на тумбочку у кровати. Беру с тумбочки четыре пазла. Два из них подошли, еще два осталось. Сегодня я могу получить первый ключ! Я так этому обрадовалась, что несколько раз подпрыгнула, подняв руку вверх. Затем побежала вниз, на кухню, пройду еще пару раз испытания и соберу пазл полностью. На кухни Дженни уже все здесь убрала, и скорее всего уже у себя. Значит, я могу спокойно пройти испытания. Прошла испытание четыре раза, и у меня уже совсем нет сил. А последнею часть найти не могу. Что делать? Может спросить у Кукловода? — Кукловод? — не раздумывая проговорила я. — Да, Каролина, — в динамике прозвучал мужской голос. — Я не могу найти двадцать четвертый пазл, где мне его искать? — Для последнего пазла, нужно пройти особое испытание, — в голосе прозвучали радостные нотки. — Какое? — Оно очень простое. Тебе открыта новая комната. Прихожая. Ступай туда, взгляни на дверь, посмотри, к чему ты стремишься. Поставь себе цель. Оцени свои возможности. И с новой силой к свободе, постарайся найти последний, двадцать четвертый пазл. — Это и есть особое задание? — Да. Хорошо, мне открыта новая комната. Мне уже открыто четыре комнаты. Вау, я считаю для двух дней это очень даже хорошо, значит можно постараться, и выйти из этого дома быстро. Я пришла в ту самую прихожую, найти ее было не трудно. Но, то, что я увидела, меня ужасно потрясло. Огромная дверь. Железная, увешанная десятью замками разных размеров. — Ну, каковы впечатления?! — прозвучал холодный, но полный гордости голос. — Это… Это просто. Я не знаю что сказать. — Теперь ты понимаешь, что просто так отсюда не выбраться… — Десять замков… — мысленно я начала подсчитывать, сколько времени я потрачу на поиски ключей, и уже совершенно не слушала, что говорит Кукловод. Мне непреодолимо захотелось бежать на кухню и перевернуть там все, только бы найти последнюю часть пазла. Найти первый ключ и снять замок. Я так и сделала, отправилась на кухню. Еще немного и я найду этот пазл. Я это чувствую. И когда проходила кухню в третий раз, я нашла! Нашла, этот чертов пазл. Сил моих почти не осталось. Я поднялась на третий этаж, где находилась моя комната. Подошла к столу, где лежал пазл, в котором не хватало одной единственной детали, и которую я держала у себя в руке. И вот пазл собран. На нем начал проявляться рисунок. Отмечены красным цветом, нарисованные от руки, которые каким-то чудесным образом проявились на пазле, указывали, где хранится тайник с первым ключом. — Теперь ты знаешь, что первый ключ спрятан под выступающей плиткой пола на кухни. Осталось добыть его. У меня открылось второе дыхание. Я знаю, где первый ключ, осталось только достать его. Я просто побежала на кухню, чтобы, наконец, открыть тайник. — Постой, не так быстро, — остановил меня Кукловод, прям перед самой дверью. — Сейчас ты будешь проходить испытание в режиме тайник. Время будет в два раза меньше на поиски, и искать нужно в темноте. Это не так просто, — он сделал небольшую паузу. — Тебе будет сложно с одной рабочей рукой. — Я справлюсь! — Ну как знаешь. Я открыла комнату, и начала проходить испытание. Это было действительно не просто, но я справилась. Теперь осталось совсем немного, потянуть за люстру, и нажать на раму картины, как было показано на пазле. Плитка открылась. Тайник открыт. Там лежал первый ключ. — Мои поздравления, Перо. Первый ключ у тебя. Ты заработала его, доказав свое рвение к свободе. Чувствуешь? Свобода уже куда ближе, чем раньше. — Да, есть такое, — я задумалась. — Перо?! — Да, теперь ты — символ свободы в этом доме. — Перо — символ свободы?! — Да. Я усмехнулась. — Можешь открыть первый замок. И заняться поиском других ключей. Да, точно, я сейчас открою первый замок. И увижу результаты своей работы. Так, я уже у двери в прихожую. Рука у меня вся в крови и порезах. Последний раз. И на сегодня все. Открываю дверь, прохожу испытание. Испытание пройдено. Дверь передо мной. Замков десять, ключ один. Какой замок? — Кукловод, от какого замка ключ? Он мне сказал, от какого замка ключ и предупредил, что одним ключом можно открыть один замок. И нет смысла пытаться открыть все замки. Я открыла замок. И хотела было уже порадоваться. Попрыгать на радостях. Но… Я с грохотом подаю на пол. В глазах свет, голова кружится. Я теряю сознание.5. Первый ключ.
12 августа 2014 г., 20:33
От лица Каролины.
Легла на здоровую руку, и тут же уснула, хотя боль была сильной, сон оказался еще сильней.
Дженни так печется обо мне, что с утра уже прибежала и, увидев мою слегка опухшую и посиневшую руку, была готова упасть в обморок. Но не упала, а практически потащила меня к Джиму в гостиную. И вот я сижу перед Джимом, он щупает и рассматривает мою руку, а Дженни проходит испытание.
— Каролина, ты везучая! Отделалась гематомой. Никаких переломов. У тебя ушиб плечевого сустава. Но в отличие от ушибов других частей тела, травма плечевого сустава носит более сложный характер. Дело в том, что после удара может произойти нарушение целостности суставной сумки. В полость сустава проникает кровь и…
— Джим, я все равно ничего не пойму, — перебила я его. — Да и везучей меня назвать сложно, в конце концов, я в этом доме. Я бы это удачей не назвала.
— До сих пор не можешь прийти в себя? Каролина, не стоит так относиться к этому. Если быть чуточку внимательной, то в ловушки ты не попадешь. Кукловод из дому тебя просто так не выпустит…
— Да, Каролина, из этого дома никто просто так еще не вышел и не выйдет, — отозвался голос из камеры. — Поэтому если ты хочешь жить свободно, стремись к свободе. Я никого намерено не убиваю, все люди в этом доме умирают по собственной вине. Они перестают бороться. Теряются. Перечат мне. Забираются в угол. Перестанешь бороться и не увидеть своей свободы.
Мне настолько было трудно им противостоять, сил спорить у меня нет.
— Хорошо, Кукловод, я поняла. Моя свобода зависит от меня, да с этим я согласна. Но мне не хочется дальше слушать лекцию, и от тебя, Джим, тоже. И вообще, все со мной в порядке. Мне еще Дженни все объяснила, да и я бы сама это поняла рано или поздно. Не нужно меня учить. Но радоваться тут действительно нечему.
— Да, но со временем ты привыкнешь. А теперь я займусь твоей рукой, — перевел тему Джим, и я была рада.
Не хочу я слушать нравоучения от маньяка и его куклы.
— Нужно зафиксировать твою руку, чтобы она не подвергалась сильной нагрузки, — нарушил мои раздумья Джим. — Опухоль спадет, кровоизлияние нет, поэтому рука пройдет сама, но некоторое время будет еще болеть, и синяк пройдет, не скоро правда. Если будет хуже, в любое время обращайся ко мне.
Джим зафиксировал мою руку с помощью какой-то тряпки, так что мою руку удерживало другое плечо, целое. И отправил отдыхать.
Дженни была рада, что со мной все хорошо. И повела на кухню пить чай. Все это время она стояла в сторонке, и молча, наблюдала за нашей беседой с камерой.